Евгения Климова: «Блокчейн изменит будущее банков и застройщиков»
Райффайзенбанк впервые в России и в мире выпустил электронную закладную, запись о которой хранится в блокчейн-реестре. Инновационное решение не только упростит работу банка с ипотечными заемщиками, но и оптимизирует взаимодействие кредитной организации с другими участниками рынка, в том числе и с застройщиками.
Начальник отдела депозитарного обслуживания Райффайзенбанка Евгения Климова рассказала «Строительному Еженедельнику» о сути и преимуществах использования новой технологии.
– Евгения, почему Райффайзенбанк принял решение выпустить электронную закладную, причем с использованием технологии блокчейн?
– С 1 июля 2018 года, согласно поправкам в ФЗ «Об ипотеке», в оборот были введены электронные закладные. Бездокументарный вид ценной бумаги является первым этапом перехода на полный электронный документооборот в сегменте ипотечного кредитования. Действующим законодательством определено, что электронная закладная должна храниться в депозитарии, то есть в электронном хранилище ценных бумаг.
Еще до принятия данных поправок Центробанк, Минэкономразвития, ряд российских банков, в том числе и Райффайзенбанк, вошли в рабочую группу Ассоциации ФинТех (АФТ). Она была создана для решения вопросов внедрения новых технологических решений в финансовом секторе, в том числе для реализации проекта по разработке децентрализованной депозитарной системы (ДДС) хранения данных об электронных закладных. Было решено создать ДДС на отечественной блокчейн-платформе «Мастерчейн», так как технология распределенных реестров эффективно решает вопросы взаимодействия всех участников банковского рынка и отвечает всем требованиям безопасности хранения информации.
– В чем отличия «Мастерчейна» от других блокчейн-платформ?
– «Мастерчейн» полностью соответствует российскому законодательству, в том числе работает над внедрением отечественной криптографии. Предполагается, что платформа в ближайшее время станет составной частью единой финансовой системы нового поколения, в которой будут учитываться не только ипотечные сделки, но и другие банковские и межбанковские операции.
Немаловажно, что «Мастерчейн» – это закрытая платформа. Информация по ней проходит по защищенным каналам. В частности, участники ДДС имеют доступ только к тем электронным закладным, которые переданы им на учет и хранение.
– Можно ли говорить, что Райффайзенбанк стал пионером в выпуске электронной закладной с задействованием блокчейна?
– Это действительно так. Причем, Райффайзенбанк был первым не только в России, но и в мире. Есть компании, использующие блокчейн для каких-то своих внутренних процессов, но банков, задействовавших на промышленном уровне данную технологию для хранения информации о ценных бумагах, по нашим данным, пока нет.
– Как выстроен процесс выпуска и дальнейшего использования электронной закладной и в чем ее преимущества в сравнении с бумажной?
– Электронная закладная создается при оформлении ипотечного кредита, подписывается электронной подписью заемщика (залогодателя). По специальным защищенным каналам документ передается сначала в Росреестр для регистрации, затем – в депозитарий банка, который является одним из узлов блокчейн-сети. В реестре-блокчейне создается токен с базовой информацией о закладной. Все операции происходят почти автоматически с минимальным участием человека.
Как для банка, так и для клиента электронная автоматизация существенно ускоряет процесс регистрации закладной. Человеку не нужно обращаться в МФЦ или Росреестр за документами для оформления ипотечной сделки или снятия обременения с недвижимости, а затем относить их в банк.
Кроме того, с банка снимается нагрузка по учету и хранению бумажной закладной, а это значит, что и операционные риски снижаются. Немаловажно и то, что хранение информации на блокчейн-платформе помогает упростить секьюритизацию ипотечных закладных.
– На Ваш взгляд, есть ли необходимость какого-то дополнительного законодательного регулирования операций, связанных с блокчейном?
– В банковском законодательстве есть пробелы. В частности, когда уже были введены в оборот электронные закладные, действующее депозитарное законодательство вообще не предусматривало учет таких ценных бумаг.
Тем не менее, сейчас Центробанк такие пробелы активно устраняет. Им уже подготовлен документ, регулирующий учет электронных закладных, который вскоре должен быть принят. Пока банки, занимающиеся пилотными проектами с электронными закладными, получают от ЦБ РФ разъяснения, как корректно вести учет по таким сделкам и не нарушать законодательство.
– Есть ли какие-то стратегические задачи у банка – довести использование электронных закладных до определенного показателя?
– В период апробации технологии банк не ставит перед собой таких задач. Наши коллеги, занимающиеся ипотекой, пока продолжают перестраивать свои бизнес-процессы таким образом, чтобы использование банком электронной закладной стало для банка более эффективным.
Если говорить про весь банковский рынок, то, на мой взгляд, к концу следующего года использование электронных закладных примет промышленные масштабы. Правда, говорить о том, когда произойдет полный переход банковской отрасли на электронные закладные, пока рано.
– Намерены ли вы технологию блокчейн применять в других своих сервисах?
– Конечно, ведь блокчейн выводит работу банковских сервисов на новый технологичный уровень. Райффайзенбанк совместно с ФинТехом ведут разработки по использованию технологии блокчейн в процессе выпуска банковских гарантий и аккредитивов, а также в осуществлении денежных переводов. Отмечу, что в 2017 году Райффайзенбанк осуществил первую сделку с использованием блокчейна, по размещению рублевых облигаций.
На мой взгляд, блокчейном в банковских сервисах в ближайшее время заинтересуются и застройщики. Тем более, что электронная закладная затрагивает и их деятельность. Ожидается, что полностью станет электронным отчет оценщика, а также документооборот с другими представителями рынка недвижимости.
– Можно ли говорить о том, что пока блокчейн несколько непонятен для обычных граждан? Нужно ли как-то данную технологию популяризировать?
– Скорее, нужно объяснение клиентам, что из себя данный инструмент представляет, как он работает. К сожалению, пока технологию блокчейн многие связывают только с криптовалютами, что, конечно, в корне неправильно. Но, думаю, что ситуация изменится в скором будущем. Тем более, что клиенты достаточно быстро поймут все преимущества использования новой современной технологии, которая ускоряет проведение сделки и отвечает всем параметрам безопасности.
Проектное финансирование – вполне рабочий инструмент, и при правильном использовании банковского продукта можно достичь ставки 5-6% на период строительства, считает заместитель генерального директора строительной корпорации «ЛенРусСтрой» Максим Жабин. О перспективах отмены долевого строительства он рассказал в интервью «Строительному Еженедельнику».
– Максим Владимирович, пока все только «предвкушают» проектное финансирование, «ЛенРусСтрой» уже активно работает в этом направлении. Расскажите о своем опыте оформления проектных денег.
– Проектное финансирование не является новостью для рынка. Еще в 2000-е ряд строительных компаний работали в этом направлении. Например, одной из первых была компания «ТЕМП», которая активно привлекала в строительство банковские средства. Не перестали работать с банками застройщики и сегодня.
Что касается перспектив отмены долевого строительства, то, на мой взгляд, для строительных компаний это в целом ничего не изменит – они строили и будут строить, несмотря на все перипетии законодательства. Гораздо важнее, что в новых условиях будут делать банки, ведь именно они создают модель взаимоотношений. Основываясь на опыте «ЛенРусСтрой», могу сказать, что оформление проектного финансирования у нас заняло полтора года. Из них примерно год ушел на то, чтобы доказать банку, что наши схемы взаимоотношений с подрядчиками легитимны и прозрачны. В этом не менее 50% успеха.
Другие 50% успеха – понятная финансовая модель, по которой работает застройщик. Нужно быть полностью прозрачными и четко представлять себестоимость строительства, а также цену продажи квартир на перспективу хотя бы на один-два года вперед. Это весьма непросто, потому что рынок очень подвижен – и покупатели часто поддаются паническим настроениям.
«Вишенка» на этом торте – кредитный комитет, пройти который – отдельная сложная задача.
Резюмируя, могу сказать, что проектное финансирование – вполне рабочий инструмент. И при правильном использовании банковского продукта можно достичь ставки 5-6% на период строительства.
– Схема будет жизнеспособной, когда работа с банками станет обязательным условием для компаний?
– В том виде, в котором проектное финансирование существует сейчас, через три года оно существовать не сможет. Сегодня банк финансирует максимум 60% строительства, а откуда должен застройщик привлечь остальные средства? Учитывая, что застройщик должен иметь определенный размер уставного капитала и при этом отчислять взносы в различные фонды, собственные средства в таком случае будет подтвердить затруднительно. Я думаю, что новая схема также будет предусматривать привлечение средств дольщиков.
Даже если нафантазировать, что банк будет готов кредитовать стройку в стопроцентном объеме, я с трудом представляю, как будут созданы и как будут работать огромные структуры по контролю качества строительства и правильности расходования средств в самих банках. Генеральный директор строительной корпорации «ЛенРусСтрой» Леонид Яковлевич Кваснюк – руководитель с огромным опытом, работавший в сфере строительства еще в советское время, – отмечает, что в СССР стройка велась только через банк. В те времена было централизованное государственное управление, и единственным заказчиком было государство, которое устанавливало единые правила. В системе сегодняшних рыночных отношений такие схемы не работают. Если государство на законодательном уровне утвердит проектное финансирование, тем самым оно будет вмешиваться в свободные рыночные отношения. К сожалению, ничего хорошего для рынка это обычно не сулит.
Рынку нужны понятные правила и сроки. Даже если новая схема будет предполагать использование средств дольщиков и эскроу-счетов, все равно решение о выделении этих средств остается за банками.
– Государство получит мощный рычаг управления и контроля, но хватит ли средств на все российские стройки?
– Потребуются триллионы рублей. Я предполагаю, что работать с проектным финансированием смогут не более 5 крупнейших российских банков, то есть системообразующие банки с государственным капиталом. Скорее всего, государство будет их субсидировать, чтобы проектное финансирование смогло развиваться в достаточном объеме.
– Как Вы считаете – может быть, стоило пойти по пути дальнейшего совершенствования 214-ФЗ, а не рубить с плеча отменой «долевки»?
– На мой взгляд, сфера жилищного строительства избыточно зарегулирована. Создается впечатление, что 99% строительных компаний заведомо являются мошенниками и приходят на рынок только для того, чтобы похитить деньги дольщиков. Видимо, по этому лекалу и создаются все законодательные барьеры в последние годы. А ведь 90% всех строительных компаний – вполне приличные и вынуждены вечно подстраиваться под новые и новые требования.
По-моему, нас всех должны волновать более серьезные вещи – то, что доходы населения падают, что закредитованность населения перед банками растет. Ставка в 6% по ипотеке – это прекрасно, но за счет каких средств эта семья будет жить? Почему никто не думает о растущем ипотечном «пузыре»? Мне кажется, что законодатели сосредоточили свою интеллектуальную мощь совсем не на тех проблемах.
– От вопросов о «судьбах мира» давайте перейдем к конкретным проектам. Ваша компания реализует проект комплексного освоения территории ЖК «Новое Горелово» в поселке Новогорелово Ломоносовского района. Срок сдачи – 2025 год. Весьма далекий горизонт планирования в наше неспокойное время…
– В 2016 году мы завершили строительство жилого микрорайона на 400 тыс. кв. м в Горелово. Жилой комплекс полностью построен и заселен, насыщен объектами социальной инфраструктуры: детские сады и пункт врачей общей практики. Кроме того, городу уже переданы земельные участки под строительство школы и детского сада. В Новом Горелово будет построено еще порядка 400 тыс. кв. м. В марте текущего года мы сдадим первую очередь.
Для проектов комплексного освоения территорий особенно важен вопрос выполнения взаимных обязательств. Свои обязательства мы выполняем. Нам важно, чтобы город или область поспевали за нами в части возведения инфраструктуры. Здесь мы зачастую являемся заложниками определенной рассинхронизации, несовпадения масштабов. Государство мыслит проектами на десятилетия вперед, на тысячи гектаров. Наш горизонт планирования, как Вы сказали, несколько скромнее – 5-10 лет, до 50-100 га. Это разные денежные формации, разные программы развития, разная скорость принятия решений. Государство, в отличие от бизнеса, структура негибкая. Но во всем этом есть одно «но». Если развиваются строительство, логистика и инфраструктура – значит, город живет, в противном случае все стагнирует.
– Ваш проект в Новом Горелово – участник знаменитой областной программы «Соцобъекты в обмен на налоги»?
– Нет, мы не являемся пока участниками этой программы. Это решение было продиктовано различными причинами. Вместе с тем, мы понимаем, что без соцобъектов реализация комплексных проектов невозможна, и мы рассматриваем возможность участия в программах возведения соцобъектов, в том числе и федеральных. Учитывая то обстоятельство, что градостроительные нормативы меняются с завидной регулярностью, мы всегда закладываем в проекте определенный бюджет для решения дополнительных вопросов. Но при этом, как и многие застройщики сегодня, мы работаем на пределе своей маржинальности.
– Рынок нестабилен, требования покупателей изменчивы, у Вас стройка на десятилетие вперед. Вы готовы менять свой продукт, подстраиваясь под обстоятельства?
– Как бы ни менялись внешние обстоятельства, для строителя всегда должен быть важен клиент. Сегодня рынок высококонкурентен, перед покупателем – огромный выбор предложений. Поэтому именно на этом участке идет настоящая война, а не в сфере законодательных изменений и банковского финансирования. Конечно, с течением времени проекты меняются. И наш проект в поселке Новогорелово по своему функционалу и наполнению значительно отличается от прошлых. Мы переходим на новый качественный и количественный уровень. Краеугольным камнем всех комплексных проектов стало создание комфортной среды. Мы не делаем ничего сверхъестественного – увеличиваем вариативность планировок, создаем закрытые дворы, паркинги, проводим благоустройство, контролируем поток арендаторов на первых этажах. Эти вопросы решают все застройщики, но каждый по-своему, по мере своих текущих задач и возможностей.