Андрей Коротков, исполнительный директор Ассоциации развития парковочного пространства: «Инвестировать нужно в парковки»


19.09.2018 13:00

Парковочные пространства – это один из немногих сегментов рынка недвижимости, не обласканных инвесторами. Исполнительный директор Ассоциации развития парковочного пространства Андрей Коротков призывает не обходить парковки стороной, ведь вложения в них окупаются зачастую быстрее, чем в другие виды недвижимости.


– Парковочные пространства не воспринимаются в России как объект инвестирования, почему?

– В России парковки – это самый недооцененный вид недвижимости, в то время как в Европе это полноценный самостоя­тельный рынок, который работает по своим законам. У нас эти законы тоже прекрасно действуют, однако российские инвесторы просто не знают, как вкладываться в такие объекты. При этом у этого сегмента множество плюсов.

– Расскажите об этих плюсах.

– Разберем на реальном примере. Очень многие готовы стать рантье, т. е. купить квартиру, сдавать ее и таким образом зарабатывать. Сегодня нормальная одно-двухкомнатная квартира эконом-класса в спальном районе стоит около 3–4 млн рублей в зависимости от локации и стадии готовности дома. При этом в квартире нужно сделать ремонт, купить хотя бы необходимый минимум мебели и техники. Сдаются такие квартиры примерно за 19–30 тыс. рублей. Плюс коммунальные платежи примерно 3–5 тыс. рублей. Ну вот и посчитайте срок окупаемости.

За эти же 3–4 млн можно купить около 10 машино-мест в многоэтажном паркинге. Стоимость аренды парковки в Петербурге сейчас колеблется от 3,5 тыс. до 6 тыс. рублей в зависимости от локации. Коммунальные платежи в среднем составляют 1,2–1,5 тыс. рублей в месяц. В общем, срок окупаемости очевидно меньше. При этом парковок в городе не хватает, поэтому на каждое машино-место в наших объектах выстраивается очередь из потенциальных арендаторов.

Снимая квартиру, арендатор обращает внимание на множество нюансов, на которые владелец жилья просто не может повлиять. Очень важна транспортная инфраструктура, обеспеченность социальными объектами. Соседи могут оказаться шумными дебоширами. В случае с парковками все это вообще не важно.

– Все ли парковки так востребованы?

– Конечно, нет. Востребованность парковок во многом зависит от локации. Естественно, что паркинг, расположенный вдали от коммерческой и жилой недвижимости, востребован не будет. Впрочем, опять же – для квартир локация гораздо важнее. В Петербурге такой дефицит парковок, что ошибиться практически невозможно. Кроме того, у владельца паркинга всегда есть возможность повысить его доходность.

– Как можно повысить доходность паркинга?

– Парковки должны быть многофункциональными. С советских времен гараж – это не только место, где хранится автомобиль, а клуб по интересам, где люди собирались, чтобы пообщаться, что-то отремонтировать. В современных паркингах можно разместить автомойку, шиномонтаж, небольшой автосервис, камеру хранения, магазин сопутствующих товаров, кафе быстрого питания и т. д. В отдельных случаях при строительстве многоэтажного паркинга можно один этаж отдать под обычный супермаркет. В городе уже есть многочисленные примеры, когда строительство 5–7-этажного неотапливаемого проветриваемого паркинга обошлось в сумму меньшую, чем выручка от продажи его первого этажа под супермаркет.

– Возможно, инвесторы не обращают внимание на парковки потому, что в городе мало мест для строительства больших объектов?

– В Петербурге огромный дефицит парковок. Еще Валентина Ивановна Матвиенко в свою бытность губернатором говорила, что в городе должно быть построено 500 паркингов, чтобы просто снять напряженность. С того момента было построено только 11 современных объектов. Рынок абсолютно не насыщен. Сейчас известно 400-500 адресов, где строительство паркингов можно начинать уже сейчас, но, конечно, в центре города многоуровневые объекты не нужны.

Большие паркинги логично строить в спальных районах. В центре, где места меньше, а также крайне важен внешний вид жилой среды, можно сделать ставку на роторные парковки. Их можно разместить, например, во дворах-колодцах не первой жилой линии, а подальше, чтобы они не бросались в глаза. Места под заглубленные парковки можно найти как в центре, так и на окраинах города. Кроме того, в Европе существует практика, когда аварийное здание превращают в парковку: фасад сохраняется, а начинка перестраивается. Конечно, к этому вопросу надо подходить осторожно, так можно поступать только с действительно разрушающимися зданиями, которые не являются историческим и культурным достоянием, которые расположены не на виду у туристов, а на отдалении, где их, по сути, никто не видит. Объектов, подходящих под эти критерии, в Петербурге предостаточно.

Есть технологии, позволяющие увеличить вместимость паркингов. В Европе сделана ставка на механизированную или полностью автоматизированную парковку автомобиля. В таком случае водитель не сам заезжает в паркинг по специальным рампам, которые занимают драгоценную площадь, а поднимается на нужный этаж на автомобильных подъемниках или лифтах. В результате в паркинге, где мы размещаем 300 машино-мест, немцы могут вместить 500 автомобилей. Однако тут стоит учитывать, что паркинг с лифтом обходится дороже, а значит, вырастет и стоимость машино-места.

Даже для уже построенных паркингов есть решения по увеличению их парковочной емкости. Например, двухуровневые механизированные системы можно установить на одно машино-место, а парковать две машины одновременно.

– Кто может инвестировать в парковки?

– Благодаря низкому порогу вхождения инвестором может стать как физическое, так и юридическое лицо. Это рынок для рядовых горожан, которые хотят защитить свои сбережения от инфляции. Это рынок для рантье, у которых уже есть несколько квартир и покупка новой значительно не повысит доходы. Это рынок для компаний, которые готовы арендовать и обслуживать городские парковки (в том числе – перехватывающие) и которые знают, как повысить доходность таких объектов, снизив нагрузку на городской бюджет. Это рынок для крупных компаний, которые готовы строить современные паркинги. Приглашаем все заинтересованные организации к сотрудничеству с нашей Ассоциацией!


РУБРИКА: Инвестиции
АВТОР: Мария Мельникова



10.09.2018 12:24

Реализация будущих масштабных проектов возможна только после совершенствования законодательства, оптимизации работы на всех стадиях проектирования и строительства и при усилении контроля со стороны государства, считает первый заместитель министра строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации Леонид Ставицкий.


В Петербурге продолжается строительство «Судебного квартала» – проект подра­зумевает переезд служителей Фемиды из Москвы в Северную столицу. Строительство идет в самом центре города, на участке, ранее предназначавшемся для «Набережной Европы». Леонид Ставицкий в ходе рабочей поездки проинспектировал реализацию проекта.

– Леонид Оскарович, выдерживает ли «Судебный квартал» заявленные темпы работ? Каковы прогнозы по срокам ввода объекта в эксплуатацию?

– Основная сложность реализации «Судебного квартала» в том, что он строится в историческом центре города. Отсюда вытекают стесненность, сложная логистика. Это требует особого подхода во всем, начиная от проектирования и заканчивая организацией строительства.

Второй проблемный момент – некачественно проведенные изыскания, что обусловило необходимость корректировки проекта. Ранее на этом участке находились подлежащие сносу здания, документация по фундаментам которых отсутствовала. Обследование проводили без архивных данных, к задаче отнеслись поверхностно. На исправление ошибок потребуется время. Первоначально «Судебный квартал» планировалось закончить в 2020 году. По причинам, о которых я уже сказал, вероятно, сроки будут сдвинуты на полгода.

Вместе с тем, «Судебный квартал» – важный для страны и города объект, он находится на контроле Правительства Российской Федерации. Мы приложим все усилия для того, чтобы он был завершен в максимально короткие сроки.

– Вы возглавляли Рабочую группу по контролю за вводом в эксплуатацию стадионов к Чемпионату мира по футболу –  2018. Как Вы охарактеризуете подготовку объектов, их качество?

– Была проделана огромная работа. Масштаб ее сопоставим с подготовкой к Олимпиаде. Создавались не только строи­тельные объекты, но и дорожная, транспортная, инженерная инфраструктура, проводилось комплексное благоустройство. На развитие регионов были выделены значительные средства.

Непосредственно к работе над спортобъектами Минстрой России подключился два года назад, была создана Рабочая группа, которая занялась координацией и контролем реализации этих проектов. И сегодня мы все видим результат – введены в эксплуатацию великолепные стадионы.

Строительство некоторых из них шло достаточно сложно, мы все об этом знаем. Эти проблемы, на мой взгляд, связаны в первую очередь с несовершенством законодательства и системы управления проектами, что впоследствии создает необходимость решать вопросы «в ручном режиме».

Программа подготовки к ЧМ-2018 показала низкий уровень выполнения технической части заданий на проектирование объектов, слабую работу служб заказчика, проектных организаций. Это приходилось компенсировать правительственными поручениями. Подчас необходимо было принимать неординарные решения, и это стало возможным только благодаря гибкой позиции правительства страны, а именно вице-премьера Виталия Леонтьевича Мутко, который нес на себе основной груз ответственности за подготовку к ЧМ-2018.

Все мы помним, с каким надрывом сдавалась «Санкт-Петербург Арена». Правительству города пришлось принять принципиальное решение о смене генпод­рядчика. Особенно сложным было возведение арены в Самаре. Там полет фантазии архитекторов вылился в сложнейшие технические и конструктивные решения, которые отразились на ходе работ.

Получен колоссальный опыт, и из него нужно сделать выводы. В будущем нам предстоят грандиозные стройки, которые сейчас только проектируются. Для их успешной реализации необходимо корректировать законодательство, оптимизировать работы на всех стадиях проектирования и строительства, усиливать контроль со стороны государства. Работать с надрывом и через «подвиги» надо прекращать.

– Вы указали, что подготовка к ЧМ-2018 показала слабую работу служб заказчика и проектных организаций. Какие конкретные пути улучшения работы этих организаций Вы видите?

– В последние годы строительством занимаются все кому не лень, при различных ведомствах созданы управления капстроительства. Однако центр компетенции в части реализации этих проектов должен находиться в совсем другом месте, это дело профессиональных организаций. Говорить о сложившемся рынке услуг, связанных со службой заказчика, рано. Конкурентной среды пока не сложилось. Сейчас это вопрос контроля и регулирования, особенно когда речь идет о бюджетных объектах и целевых программах.

Контроль, как мы все понимаем, нужен не ради самой идеи контроля государства за любой частной инициативой, но как средство защиты публичных интересов, обеспечения безопасности и эффективности строительства и последующей эксплуатации созданных объектов. Это барьер для некачественной экспертизы и отсутствия прямой ответственности. Низкий уровень технической части заданий на проектирование влечет по два-три захода в экспертизу с корректировкой. Это говорит о сегодняшнем уровне наших проектных организаций.

Поэтому сегодня единственно правильное решение – усиливать роль экспертизы, ужесточать контроль. Качество экспертизы также должно повышаться, для чего необходимо выработать высокие стандарты и совершенствовать механизм аттестации экспертов. При этом региональные экспертизы и представители негосударственного сектора должны брать пример с Главгосэкспертизы России, где работают лучшие эксперты.

И, повторюсь, надо все приводить во взвешенную систему. Понятийно или регулирующими постановлениями проблему не решить. На мой взгляд, прямая ответственность – это единственная мера, которая поставит все на свои места.

– Как в дальнейшем регионы будут использовать инфраструктуру ЧМ-2018?

– Этот вопрос не совсем по адресу, но, на мой взгляд, многое будет зависеть от способностей и таланта региональных руководителей и их команд. Не скрою, для таких относительно небольших городов, как Калининград, Саранск, содержание крупных спортивных объектов – достаточно непростая задача. Но есть прекрасные примеры – стадион в Краснодаре, который уже стал излюбленным местом времяпровождения всех горожан. Создана спортивная школа для детей, организованы спортивно-развлекательные мероприятия для взрослых. Сам по себе стадион не живет, это вопрос продуманной эксплуатации.

– 2018 год отмечен завершением ряда крупных строительных проектов по всей стране: спортивных сооружений к ЧМ-2018, Керченского моста. Вы упомянули грядущие крупные стройки. Какие из них, на Ваш взгляд, будут реализованы?

– Принципиальных решений пока не принято, но реализация целого ряда важных для страны проектов активно обсуждается. Это мост на Сахалин, тоннель под Севастопольской бухтой, проект «Арктик СПГ-2», судоверфь «Звезда» в Приморье, нефтехимический комплекс в порту Находка и др. «Майским указом» Президента России поставлена масштабная задача по жилищному строительству – 120 млн кв. м в год. Она потребует земельных, энергетических, водных ресурсов, решения вопроса трудоустройства людей. Она носит не только отраслевой характер, это глобальная социальная задача, решение которой потребует системного подхода.


РУБРИКА: Интервью
АВТОР: Дарья Литвинова



10.09.2018 12:01

Традиционно острая тема дефицита соцобъектов в Ленобласти вышла на новый виток скандала – застройщики обвиняют правительство региона в невыкупе введенных в эксплуатацию детских садов. Заместитель председателя Правительства Ленобласти Михаил Москвин считает, что вопрос – почему не купили? – нужно переформулировать и задать самим застройщикам: почему не продали?


– Михаил Иванович, этим летом СМИ и жители новостроек обсуждали открытие продуктового магазина в Мурино в помещении детского сада. Как это произошло?

– Губернатор Александр Дрозденко охарактеризовал эту ситуацию емко: «афера». В конце августа Госстройнадзор и прокуратура провели выездную проверку помещения, которое было сдано вместе с домом и продано застройщиком с назначением «Детское дошкольное учреждение на 100 мест». Там открыли магазин «Верный», но по документам это все еще детский сад. Никакого перепрофилирования дошкольного учреждения не было, собственник просто нарушил закон. В таких случаях должны действовать силовые и правоохранительные органы. Прокуратура области готовит предписание собственнику на приведение в соответствие фактического использования помещения и его назначения. Это процесс не быстрый, но мы доведем его до конца, и у нас есть намерение разобраться с каждым таким случаем.

– Насколько я знаю, застройщик хотел видеть этот детский сад частным. В этом случае нет ли нарушения закона? Соблюдаются ли при открытии частных садов в новых районах гарантии доступа детей к дошкольному образованию?

– Давайте разделим Ваш вопрос на две составляющих. С точки зрения буквы закона, проекты комплексного освоения территории, например, в Мурино, Кудрово, Девяткино, должны быть обеспечены социальными объектами. Статья 46 Градостроительного кодекса РФ регулирует эти отношения во всей стране, в Ленинградской области местные Регио­нальные нормативы (РНГП) устанавливают норматив детских дошкольных учреждений в 60 мест на 1 тыс. человек. Мы заставляем застройщиков неукоснительно соблюдать эти нормы. Дома в проектах комплексного освоения возводятся вместе с инфраструктурой. Для Мурино это утверждение имеет буквальный смысл, так как все сады встроены в дома. Но ни один из перечисленных мною нормативных актов не говорит про форму собственности новых детских садов в пределах проектов КОТ, сказано только, что эти сады должны быть. Застройщик сам решает, делать частным или государственным сад, который он построил на своей земле и за свои деньги. Нарушения закона в открытии частных детских садов в частных проектах жилых комплексов нет.

 

– А как быть с социальными гарантиями государства?

– Это вторая грань проблемы. В идеале мы стремимся к тому, чтобы все детские сады, положенные в новых районах по РНГП, стали бы государственными – так и происходит, кстати, при девелопменте на муниципальных землях. Мы можем работать с застройщиками в этом направлении или кнутом, или пряником. Если применять только кнут — отбирать детские сады в нашу собственность, то строительство остановится вообще.

– Вашим «пряником» является программа «Социальные объекты в обмен на налоги», по которой администрация должна выкупать построенные за частные средства детские сады за счет уплаченных застройщиком налогов? Ее сейчас активно критикуют застройщики.

– Почему же они тогда в ней участвуют? У нас 41 соглашение, по которому должны быть построены 123 детских сада и 42 школы. Я знаю, что основная претензия к нам заключается в том, что область-де не выкупает введенные детсады. Более того, застройщики и объясняют своим покупателям появление именно частных детских садов тем, что администрация области не раскошеливается. Это очень удобно – при заключении сделки ДДУ застройщик обещает государственный детский сад, а потом говорит – простите, у меня не выкупила страна, тут будет частный сад. Или магазин.

– А как на самом деле?

– Я считаю важным подчеркнуть две вещи: застройщик самостоятельно принимает решение о выкупе объекта государством с пользой для своих клиентов или о продаже садика знакомым или родственникам для открытия частного детского сада с пользой для себя. Во-вторых, мы никогда не отказывали ни одному застройщику во включении их объектов в нашу программу. Если компания хочет заключить соглашение о выкупе детского сада, мы заключаем, если нет, то мы не можем его обязать – это превышение должностных полномочий.

– Так вы выкупаете?

– Да. Но не все и не сразу. С начала программы построено 26 детских садов и 6 школ. Мы уже выкупили 11 детских садов на сумму 1,2 млрд рублей и 4 школы, 10 детсадов переданы в муниципальное пользование и работают как государственные, мы включаем их в программу покупки. Остальные сейчас на стадии передачи в государственную собственность.

– Поэтому и появляются частные детские сады.

– По сравнению с общим объемом введенных государственных садов коммерческих немного, мы не учитываем «квартирные» детсады. В Мурино мы знаем о четырех таких учреждениях: два детсада работают, еще два помещения пока стоят пустые – у Setl City пока никто их не купил. Подчеркну, эти объекты никогда не были включены застройщиком в программу выкупа, они изначально планировались коммерческими, но, безусловно, их ввод в качестве платных не сокращает очередь из детей.

Люди приходят к нам и спрашивают, почему мы не купили. Нужно переформулировать вопрос и задать его застройщику – почему они нам не продали? Строитель хочет выжать максимум из своего проекта, это понятно. Но у нас есть лимиты. Например, мы не можем выкупать коммерческие помещения по цене выше 100 тыс. рублей за квадратный метр или детские сады дороже 800 тыс. за место – это нормативы Минстроя РФ. А застройщики хотят по 150 тыс. рублей и 1 млн соответственно. Но торговаться с нами бессмысленно, мы не можем выделить больше средств на выкуп: к нам придет прокуратура, и сделка будет признана ничтожной. Мы и так закладываем максимально возможные суммы – до конца года мы планируем выделить из областного бюджета 1,37 млрд рублей на выкуп, 140 млн даст местный бюджет.

– Этого не хватит на всех.

– Есть такая хорошая поговорка – жадность рождает бедность. Ситуация выглядит так: застройщик не передал государству детский сад или амбулаторию, сделал объект частным или вообще не открыл, а в помещении появился магазин. Это сразу появилось в СМИ, в соцсетях. Покупатель видит, что в Мурино, Кудрово ему придется еще платить за доступ к образованию и здравоохранению, и вкладывает свои деньги в квартиры в других локациях. Люди теперь смотрят не только на цену квадратного метра, но и на стоимость эксплуатации квартиры и объем дополнительных расходов. Я вижу прямую связь падения продаж в новостройках области с этими манипуляциями с помещениями. Застройщики очень недальновидно зарабатывают на продаже садов в частные руки десятки миллионов рублей, но теряют сотни из-за непроданных квартир. Эта простая мысль должна дойти до наших застройщиков, и они должны принять экономически выверенное решение с учетом всех факторов рынка.

– Сады, заявленные как коммерческие, еще возможно включить в программу выкупа?

– Разумеется. Более того, мы привлечем к обсуждению этого процесса жителей новых районов. Вместе с членами Совета новостроек мы планируем искать возможности для компромисса по объектам, которые предполагаются частными. И тут мы надеемся на помощь жителей с активной гражданской позицией.


РУБРИКА: Проблема
АВТОР: Екатерина Иванова