Вечеслав Метёлкин: «После работы с нами к другим обычно уже не обращаются»
Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению «Центр экспертно-технического сопровождения» (СПбГБУ «ЦЭТС») исполняется 10 лет. Об истории организации, ее сегодняшнем дне и перспективах «Строительному Еженедельнику» рассказал директор ГБУ Вечеслав Метёлкин.
– Вечеслав Михайлович, возглавляемой Вами организации исполняется 10 лет. С чего все начиналось?
– Наш Центр – это бюджетное учреждение, подведомственное Службе государственного строительного надзора и экспертизы Санкт-Петербурга, которую возглавляет в настоящее время Евгений Никифорович Ким. Причиной создания СПбГБУ «ЦЭТС» стали не очень приятные события, имевшие место в начале «нулевых» годов, когда получила широкое распространение практика уплотнительной застройки. И, естественно, строительные работы оказывали влияние на соседние дома, что было особенно опасно для исторической части города, где здания непосредственно примыкают друг к другу. Появились прецеденты настолько разрушительного воздействия, что городским властям приходилось даже принимать решения о расселении пострадавших домов с целью их ремонта.
Именно поэтому 29 августа 2008 года тогдашний губернатор Петербурга Валентина Ивановна Матвиенко подписала постановление городского правительства о создании нашей организации. Главной нашей задачей тогда был контроль за сохранностью зданий в центральной части города, которые попадают в зону влияния нового строительства. Наши специалисты осуществляли мониторинг работ и при выявлении критических, сверхнормативных значений их влияния на окружающую застройку извещали об этом наше головное ведомство – Госстройнадзор, который приостанавливал строительство. Затем обычно изыскивались решения, позволявшие вести стройку, снизив воздействие на соседние дома, и работы продолжались. Могу без ложной скромности сказать, что в том, что серьезных эксцессов в этой сфере с той поры в городе не было, а потенциальные проблемы были ликвидированы, так сказать, в зародыше, значительную роль сыграл именно ЦЭТС.
– Но сегодня ЦЭТС занимается не только мониторингом строительства в исторической части города…
– Совершенно верно. Наша организация не стояла на месте, а активно развивалась и расширяла сферу своей деятельности. Достаточно сказать, что при создании ЦЭТС его штатная численность составляла всего 9 человек и работа заключалась только в техническом сопровождении объектов, а сегодня в Центре трудятся 66 сотрудников – и число решаемых задач серьезно увеличилось. Кроме того, если изначально географически мы действовали только в центре, то сегодня – по всему Петербургу.
В ЦЭТС создана своя строительная лаборатория, оснащенная примерно 60 различными современными приборами измерения и контроля. С их помощью мы осуществляем проверку строительных материалов и конструкций (это и бетон, и металл, и кирпич, и кровельные материалы, и многое другое). Осуществляем геодезический контроль, замеряем уровень шума, контролируем динамическое воздействие на здания при строительстве по соседству и т. д.
Огромную работу проводит отдел геотехнического мониторинга, который возглавляет один из лучших в городе специалистов в этой области, один из разработчиков Территориальных строительных норм по геотехническому мониторингу – кандидат технических наук Лариса Михайловна Глозман. Эта структура решает как раз самую первую задачу, которая исторически стояла перед нашим Центром, – контроль за влиянием строительных работ на окружающие здания.
Отдел негосударственной экспертизы и анализа проектных решений, помимо работы с частными заказчиками, по заданиям Службы госстройнадзора осуществляет проверку обоснованности и допустимости изменений, внесенных в проектную документацию в процессе строительных работ на объекте, уже после прохождения экспертизы.
Наш отдел технического сопровождения и строительного контроля проводит обследование состояния зданий и сооружений. Много работает по контрактам с коммерческими компаниями. А по поручениям Госстройнадзора выполняет проверки на объектах строительства, по которым у инспекторов Службы возникли сомнения относительно качества производимых работ. С недавнего времени нами выполняются также проверки по объектам, которые по Градкодексу РФ не проходят экспертизу и, соответственно, не подлежат государственному строительному надзору (здания площадью до 1,5 тыс. кв. м, высотой не более трех этажей). По заданиям Госстройнадзора мы проводим проверку на предмет соответствия построенного выданному разрешению на строительство, после чего Служба выдает разрешение на ввод объектов в эксплуатацию.
В этом году создан еще один отдел – по взаимодействию с межведомственными комиссиями, существующими в каждом районе Петербурга. Туда поступают проекты перепланировок, которые собственники или пользователи хотели бы осуществить в своем жилье. В нашу же задачу входит проверка этой документации, чтобы намеченные работы не повредили зданиям.
– Таким образом, ваши структуры работают не только по поручениям Госстройнадзора, но и на рынке…
– Да, уставом ГБУ предусмотрено, что Центр имеет право заниматься деятельностью, приносящей доход. Могу отметить, что работаем мы с прибылью, благодаря чему, собственно, и смогли развиваться, расширяться, осваивать новые сферы деятельности, приобретать для лаборатории современное оборудование и т. д.
Наши услуги на рынке весьма востребованы, в том числе и потому, что мы можем предложить заказчикам комплекс услуг по сопровождению строительства – от экспертизы проекта и первоначального обследования зданий окружающей застройки, с выявлением всех дефектов, до мониторинга геотехнической ситуации на объекте после его ввода в эксплуатацию. И все это своими силами, без привлечения субподрядчиков, поскольку имеется серьезный штат высококвалифицированных сотрудников и прекрасно оборудованная собственная лаборатория. Могу отметить, что после работы с нашими специалистами клиенты к другим обычно уже не обращаются.
– На каких объектах работал Центр?
– Их очень много, уже около сотни, и все перечислить нет возможности. Назову лишь несколько, самых, наверное, знаковых, известных всему городу. Это, например, торговый центр «Галерея» на Лиговском проспекте. На этом объекте мы осуществляли мониторинг состояния объекта культурного наследия «Дом Перцова», административного здания и перронов Московского вокзала. Очень сложная была стройка, приходилось останавливать работы, искать оптимальные технические решения, но в итоге все удалось сделать без заметного ущерба для окружающих зданий.
Похожий объект – торговый центр Stockmann, на углу Невского проспекта и улицы Восстания. Тоже большие сложности, самый центр города, непосредственная близость и исторических зданий, и вестибюля станции метро. И вновь приостанавливали работы, находили пути для снижения динамических воздействий на окружающие здания. Но все проблемы удалось решить. Мы даже в течение пяти лет после окончания строительства продолжали вести мониторинг влияния здания на окружающие дома, и никаких критических воздействий не выявили.
Еще один объект в самом центре Петербурга – станция метро «Адмиралтейская». Снова очень высокая плотность окружающей застройки, исторические здания, необходимость контролировать и минимизировать воздействие строительства (а ведь там были огромные подземные работы, включая проходку наклонного тоннеля для эскалаторов). Но и там никаких эксцессов мы не допустили.
Мы же вели мониторинг воздействия ремонтных работ на здании Малого Эрмитажа. При строительстве Западного скоростного диаметра ЦЭТС отслеживал влияние работ на объект наследия «Дача Дашковой». Ту же задачу выполняли на объекте «Группы ЛСР» на углу набережной Фонтанки и Невского проспекта, рядом с Домом журналиста. И везде наши специалисты помогли строителям избежать серьезных проблем.
– Какие Вы видите перспективные направления для дальнейшего развития?
– По большому счету, мы уже охватили практически весь круг работ, находящихся в сфере наших компетенций. В то же время останавливаться на достигнутом мы не собираемся. Я уже упоминал о создании в этом году нового отдела, а также о дополнительных функциях, порученных нам Госстройнадзором. Сейчас активно осваиваем эти направления.
Серьезную работу мы планируем вести в сфере совершенствования нашей деятельности, освоения новых технологий и методов, обеспечения лаборатории современными приборами и оборудованием. Кроме того, мы оцениваем перспективность освоения новых направлений работы.
– Чего бы Вы хотели пожелать сотрудникам Центра в преддверии 10-летия организации?
– Нашим специалистам я бы пожелал крепкого здоровья, активной жизненной позиции, плодотворной работы на благо ЦЭТС. Самому Центру хотелось бы пожелать не стоять на месте, а продолжать активное развитие, для чего все мы постараемся приложить необходимые усилия. Ну а всем участникам строительного процесса напоминаю, что ЦЭТС готов оказать высококвалифицированную профессиональную помощь при реализации самых сложных проектов.
В преддверии 25-летия «Института проблем предпринимательства» (ИПП) его директор Владимир Романовский в интервью «Строительному Еженедельнику» рассказал о том, есть ли кризис в строительной отрасли, с какими вопросами бизнес идет к консультантам и как выстраивать стратегию компании, чтобы избежать рисков банкротства.
– Как изменились проблемы бизнесменов за последние годы?
– «Хиты» проблем бизнеса меняются в режиме реального времени, в начале года одни наиболее актуальны, а через полгода другие. Они идут от колебаний экономики, предсказуемых и менее предсказуемых перемен в нормативной базе, велико влияние на работу бизнеса и регуляторов. Конечно, по сравнению с 90-ми годами, когда ИПП начинал работу, проблемы изменились кардинально.
– С какими запросами к вам наиболее часто обращаются предприниматели?
– В прошлом году больше половины выручки нашей компании составили юридические услуги, причем в основном в сфере бизнес-конфликтов: уголовное право, банкротство, арбитраж. До 2016 года много лет лидером были услуги в области оценки, но времена поменялись: уголовные дела и банкротства бьют все рекорды, и такой тренд не только у нас.
– Насколько эти услуги актуальны для предприятий строительного комплекса?
– Для стройки этот спектр сервисов актуален, наверное, в первую очередь. Для нас всегда был важен выбор индустрии, в которой мы продвигаем наше присутствие в приоритетном плане. Мы традиционно были хорошо представлены в таких отраслях, как электроэнергетика, транспорт, машиностроение. Но сейчас наш крупнейший заказчик – строительный комплекс. Мы проводим аудит строительных компаний, оцениваем для них участки, пишем концепции развития территорий, исследуем перспективные рынки, ценовые параметры конкуренции. Но в наибольшей степени продаем услуги в области права.
– Чем вызван такой спрос именно на эти услуги – все так плохо?
– Нет, это скорее приметы состояния отрасли. Рынок активно структурируется: через год он не будет таким же, как сейчас. Кто-то будет укрепляться и расти, а кто-то уже сейчас планирует банкротство.
Хорошо организовать развитие – это в значительной степени экспертная задача, грамотно разрешить проблемы – тоже. У нас в производстве довольно много стратегий развития, финансовых моделей, работ в области оценки.
Для нас совершенно очевидно, что к консультантам очень часто обращаются за экстренными услугами («уголовка», банкротство) по той простой причине, что своевременно не были решены вопросы правильного менеджмента – финансового, правового и пр.
Год назад наша компания успешно завершила банкротство крупнейшего подрядчика «Олимпстроя», компании «Инжтрансстрой». Прекрасный проект, очень крупный для нас как консультантов. И вот, мы сейчас видим, как уже другие строительные фирмы совершают те же ошибки, которые стали первопричиной проблем «Инжтрансстроя».
Сейчас наиболее интересный наш проект – сопровождение строительства «Зенит-Арены» и весь комплекс правовых проблем вокруг этого процесса. Мы работаем в интересах «Метростроя», и основная задача – снизить правовые и прочие риски нашего клиента на объекте, который уже летом был, сами понимаете, не простой. Мы строим свою работу исходя из сложившейся ситуации, и наши методологические подходы во многом будут уникальны – по крайней мере, для нас.
– Строители вынуждены тесно взаимодействовать с региональными властями. Понимания удается достичь не всегда. Участвует ли ИПП в урегулировании дискуссий между бизнесом и властью?
– Да, мы беремся за такие вопросы. Один из примеров: в 2008 году к нам обратились ФГУ «Северо-Западная дирекция по строительству, реконструкции и реставрации» при Федеральном агентстве по культуре и кинематографии Правительства РФ, а также представители Администрации Санкт-Петербурга. Вопрос касался строительства Второй сцены Мариинского театра. Перед нами поставили задачу освобождения территории для строительства, в том числе требовалось решение конфликтной ситуации с владельцами земельного участка и здания ДК им. Первой Пятилетки. На начальной стадии проектирования и строительства у клиента возникло много других проблем комплексного характера, и проект был практически остановлен.
В результате нашей работы территория для строительства была освобождена, собственники получили возмещение за сносимые объекты, государственный контракт с проектировщиком был расторгнут в компактные сроки по решению суда, что позволило клиенту заключить контракт с российской проектной организацией и начать строительно-монтажные работы по строительству Второй сцены Мариинского театра.
– У делового сообщества до сих пор нет единой позиции относительно экономической ситуации в стране. Вы, как эксперт, который регулярно общается с бизнесом, можете оценить: есть кризис или нет?
– Кризис в экономике страны отрицать невозможно. Есть маркеры, которые указывают, что ситуация неблагоприятная в целом, многие отрасли бизнеса стагнируют. Но в то же время есть сферы, которые вне кризиса. Строительство – одна из них. Да, есть проблемы конкретных игроков, есть частные проблемы сектора. Но то, что отрасль стремительно развивается – не вызывает сомнений.
Приведу пример. Мы являемся членами международной аудиторской сети Kreston International. На одной из конференций аудиторских компаний иностранные коллеги задали мне вопрос: «Что у вас с экономикой?» Я привел в пример план по продажам квадратных метров жилья в нашем регионе. Коллеги ахнули. Сначала они уточнили, бюджетное ли это строительство, потом предположили, что у нас особо комфортные условия по ипотеке. Получив отрицательные ответы на оба вопроса, они сделали вывод, что в стране просто «ударный год». Я объяснил, что ударные годы впереди – когда будут сданы строящиеся сейчас города-сателлиты.
Цифры очень впечатлили коллег: ведь объемы строящегося в Петербурге и ближайших пригородах жилья сопоставимы с национальными показателями некоторых европейских стран.
Существующие негативные явления, например, банкротства некоторых компаний – неизбежные составляющие развития рынка. Это не значит, что все плохо, есть компании разного «калибра», которые чувствуют себя изумительно.
– С чем связаны неудачи крупных игроков рынка? С конкретными ошибками в управлении, или им просто не повезло?
– Риск «не повезло» должен закладываться в стратегию компании. Строительные компании – это же не оборонные заводы, которые на сто процентов зависят от госзаказа. Они работают не так. Безусловно, есть какие-то обстоятельства, влияющие на устойчивость, и тут уместно использовать категории «везения» и «невезения». Но если ты разработал свою стратегию, программу управления рисками и гибко работаешь с ресурсами, учитывая то, что сегодня дела могут идти хорошо, а завтра спрос упадет – ты знаешь, что делать. Конечно, все это задачи для профессиональных стратегических и финансовых консультантов, маркетологов и иных экспертов.
– Что нужно закладывать в стратегию, чтобы никакие катаклизмы на рынке не привели компанию к банкротству?
– Залог благоприятного решения проблем, которые так или иначе возникают – строгость ведения дел. Один из ключевых факторов устойчивости компании – высокий уровень корпоративного управления.
– У многих ли петербургских компаний высоко развито корпоративное управление?
– Таких компаний, вероятно, немного, но у части тех, которые нам известны в связи с нашей работой – уровень корпоративного управления запредельно высокий. И я хотел бы подчеркнуть, что это российские компании.
К счастью, мы отмечаем тренд на развитие корпоративного управления. Люди, создававшие компании в формате, уместном для 90-х годов, сейчас понимают, что надо разделять бизнес-задачи и управление. Бизнес – это одна история, управление – другая. В нашем городе прекрасно поставлено высшее образование – строительное и в смежных направлениях. Сложились традиции высокой культуры бизнеса. Поэтому не удивительно (и приятно), что федеральный список застройщиков возглавляют питерские гранды – «ЛСР» и Setl Group.
Бизнесмены редко бывают хорошими топ-менеджерами, в управлении востребованы совершенно другие черты характера. Бизнесмен должен обладать здоровой долей авантюризма и креативности. А управленец – это скорее консерватор, который уважает правила игры и стремится к устойчивости системы, даже на этапе взрывного развития.
– Хватает ли на рынке специалистов такого уровня?
– Дефицит хороших кадров есть всегда. Высококлассных управленцев мало. Но многие совершенно обоснованно стремятся вырастить качественных управленцев в своем коллективе. Это правильный подход.
– Последнее время строители стали жаловаться на потребительский экстремизм дольщиков. Эта проблема действительно существует, или это способ нерадивых компаний найти «крайнего»?
– У нас нет кейсов в этой сфере, но я знаю из общения с нашими клиентами, что такая проблема существует. Потребительский экстремизм имеет место во многих сферах, не только в стройке. Это вопрос для совершенствования нормативной базы и укрепления соответствующих служб игроков рынка. Я думаю, что это реальная проблема и у нее есть потенциал развития. И дело не в чьем-то плохом характере. Это тоже бизнес. Попытка злоупотребления правом – это нормальное состояние использования права, к сожалению. Это неизбежное зло.