Юрий Запалатский: «Не научимся планировать развитие дорог – вечно будем в догоняющих»
За чей счет будут построены в Ленобласти новые крупные объекты дорожно-транспортной инфраструктуры, какого эффекта ожидают от укрупнения районных ДРСУ и как добиться стопроцентногого освоения бюджета – в интервью «Строительному Еженедельнику» рассказал председатель Комитета по дорожному хозяйству Ленобласти Юрий Запалатский.
– Как дорожный комитет справляется со своими задачами? Все ли запланированные работы успеете завершить до конца этого года?
– Здесь в первую очередь надо говорить о строительстве путепроводов, проекты которых несколько лет назад область получила от РЖД: три в Выборгском районе и один – в Гатчинском. Главный вопрос – ввод объектов в эксплуатацию. По путепроводу в Гатчине движение запущено, осталось достроить развязку со стороны Киевской улицы. Была даже благодарность от жителей, ведь раньше на переезде по полтора часа стояли в пробках. Путепровод на станции «Возрождение» частично запустили в прошлом году. Путепровод на 3-м километре железнодорожной линии «Выборг – Таммисуо» тоже в высокой степени готовности: подрядчик завершает обустройство разворотного кольца.
Сложности есть с путепроводом на 11-м километре железнодорожной линии «Выборг – Таммисуо», который строит ЗАО «Пилон». Прямо в створе объекта находится кафе, собственник которого ранее не соглашался с экспертной оценкой стоимости земельного участка. В начале ноября этого года состоялся очередной суд, который определил новую сумму компенсации – почти 14 млн рублей. Если собственник согласится на эту сумму и не подаст апелляцию, то в течение месяца решение суда вступит в силу, и мы сможем работать дальше. По нашему предложению подрядчик возобновит строительство подпорной стенки на тех участках, где уже выкуп участков завершается.
Большую часть работ мы физически намерены выполнить в этом году, а ввод объектов уже планировать на 2018 год.
– Какие новые объекты транспортной инфраструктуры планируются к строительству в 2018 году?
– Мы ведем переговоры по объектам в зонах интенсивной жилой застройки (Мурино, Кудрово, Бугры, Всеволожск). Во Всеволожске намечается большая стройка – я имею в виду путепровод на 39-м километре, это один из самых ожидаемых объектов. Проект уже прошел экспертизу, приступаем к подготовке территории строительства. В Мурино мы занимаемся строительством развязки с КАД: в этом году получили проект из экспертизы и разбили его на три года – с 2018-го по 2020 год включительно; его полная стоимость – 850 млн рублей. «Ленавтодор» уже объявил конкурс на строительство объекта.
Из больших проектов дорожный комитет и «Ленавтодор» беспокоит состояние моста через реку Волхов в Киришах. Объект крайне нужный, но очень затратный. Приблизительная стоимость строительства – почти 5 миллиардов рублей. Мы пытались привлечь федеральное финансирование; но пока оно под вопросом, пробуем решать этот вопрос самостоятельно. Например, рассматриваем варианты концессии или контракта жизненного цикла – форма может быть любая. В схеме стороннего финансирования есть определенная сложность, так как всю процедуру надо увязать с 44-ФЗ. Провели переговоры с рядом банков, в том числе московских, обсуждали условия. Но все процедуры должны пройти через Комитет экономического развития и Комитет по финансам, так как любые долгосрочные проекты требуют дополнительных затрат. Плюс концессия предполагает возврат средств инвестору, возмещение потерь из средств бюджета. Работаем и с Правительством РФ, и с Минтрансом, и с банками, и с частными структурами. В 2018 году мы, как минимум, хотим определиться с источником финансирования.
– Но ведь участие инвестора в проектах транспортной инфраструктуры, как правило, предполагает плату за использование этой инфраструктуры.
– Платным этот мост однозначно быть не может, в противном случае от желающих не было бы отбоя. Но мы такой вариант не рассматриваем. Надо разделять бизнес-проекты и социальную составляющую.
– Есть ли шанс привлечь к реализации проекта резидентов территории?
– Если бы речь шла о сотнях тысяч или даже миллионах рублей – тогда, возможно, «Киришинефтеоргсинтез» мог бы профинансировать работы. Но когда речь идет о миллиардах – вкладывать такие средства под силу бюджетам уровня региона или страны.
– В Ленобласти есть еще один похожий проект – мост через реку Свирь. Какая работа ведется по нему?
– Мы эти проекты не разделяем. Там точно такая же ситуация: мост невозможно сделать платным. Оба этих проекта финансово затратны, но необходимы. Существующий мост уже долгое время не ремонтировался капитально, имеют место усталость металла, усталость бетона, просадка. Текущим ремонтом проблему уже не решить – тут нужен капитальный ремонт или реконструкция. Но для этого движение по мосту придется закрыть, следовательно, нужен проезд-дублер, то есть необходим новый мост.
– Вы уже год возглавляете Комитет по дорожному хозяйству. Что изменилось в его работе за этот период?
– Мы пытаемся менять подход к работе в принципе, показать сотрудникам, что обязательства, которые берут на себя комитет и подведомственные учреждения, должны исполняться на 100%. Если кто-то пытается хвалиться положительной динамикой и записывать в достижения то, что в этом году исполнение бюджета на уровне 70%, а в прошлом было на уровне 50% – то я не вижу в этом ничего хорошего. Невыполнение программ говорит о том, что мы или плохо планируем, или плохо исполняем свои обязательства. Надеюсь, за этот год мы подтянем «хвосты» и выйдем на освоение бюджета на уровне 90%.
– Какими способами Вы планируете добиваться стопроцентного освоения бюджета?
– В первую очередь – адекватной оценкой собственной работы. Если, например, ДРСУ показывает отрицательную финансовую динамику, то какой смысл держать директора предприятия на этом месте? Я считаю, что ключевым навыком должно быть умение видеть перспективу, а не догонять уходящий поезд. Большой ошибкой было то, что мы часто выходили на объект, не изучая сам проект и не понимая, что нас ждет «внутри». Так мы получили проблему с путепроводами. Проект прошел госэкспертизу, подрядчик вышел на объект, а на участке работ обнаружилась частная недвижимость. Суды могут идти годами. Так, по четырем путепроводам у нас было более 50 судебных дел. К сожалению, механизма для решения таких вопросов вне правового поля не существует. Разбирательства затягиваются на годы.
Сейчас мы изучаем проект обхода Мурино. Он стоит 2,3 млрд рублей. Из них порядка 700 млн – на выкуп земли. Если бы мы выяснили это после заключения контракта с подрядчиком – это затянуло бы реализацию на 1,5-2 года.
– Еще одна актуальная проблема – износ дорог с интенсивным движением. Как она решается в Ленобласти?
– Сейчас, когда автомобиль есть почти в каждой семье, мы подходим к порогу, когда интенсивность транспорта становится огромной. Если мы не научимся правильно планировать развитие дорог, нас ждет коллапс. Приведу наглядный пример: эксплуатационный срок дорог – 5-6 лет; это значит, что в год нужно ремонтировать 2 тыс. км дорог. Даже при минимальных расценках – это 10 млн за километр. Умножаем и получаем, что на ремонт ежегодно нужно порядка 20 млрд рублей. В год делаем максимум 100-150 км, следовательно, по сути, стоим на месте. Сейчас мы прописываем увеличенный гарантийный срок, чтобы подрядчик был готов в течение, скажем, пяти лет, выйти и устранить замечания, если они возникли в процессе эксплуатации дороги. Однако столкнулись не раз с таким моментом, когда фирма после выполнения контракта просто меняет название юрлица – и к ней не применить санкции.
– Имеет ли смысл в таких условиях создавать черный список подрядчиков?
– Имеет, но он должен быть пофамильным, то есть это должен быть список учредителей. Мы его уже создаем, и в этом году список неблагонадежных подрядчиков будет опубликован на сайте «Ленавтодора». В нем точно будут компании, которые ликвидировались до истечения гарантийного срока по последнему выполненному объекту.
– Несколько месяцев назад Вы анонсировали укрупнение областных ДРСУ. По какому принципу будет происходить этот процесс?
– В этом году мы разыгрывали крупные контракты на содержание дорог. Из 18 ДРСУ всего 5 сумели поучаствовать в тендерах. Это говорит о том, что в большинстве управлений на протяжении долгих лет имеет место финансовая неустойчивость. Техническая база многих ДРСУ морально и физически устарела. Техника такая, что водители чаще работают не на камазах, а под камазами. Ни один из начальников ДРСУ не построил новой базы. Меня это очень удручает. Получается, что 50% средств мы тратим не на содержание дорог, а на содержание самого хозяйства. В первую очередь мы объединяем Лодейное поле, Подпорожье, Бокситогорск и Тихвин (восток Ленобласти) – в одно ДРСУ. Ключевым будет Лодейнопольское. У кого-то есть карьер, у кого-то асфальтовый завод, у кого-то техника. Объединив ресурсы, они смогут собрать пул из хорошей техники, а старую списать. Мы рассчитываем создать четыре или пять крупных ДРСУ на несколько районов и получить крепкие предприятия, которые смогут заниматься как содержанием, так и ремонтом дорог, будут развиваться и в итоге выйдут на прибыльность. До середины декабря мы представим свои предложения по объединению остальных управлений губернатору.
– Как после укрупнения ДРСУ будет вестись контроль за тем, чтобы контракты не отдавались на субподряд?
– Ничего нового мы не придумываем: есть разработанные распоряжения, постановления по взаимодействию дорожного комитета с Ленавтодором, а Ленавтодора с ДРСУ, регламент расписан до мелочей. Нужно просто его соблюдать.
– Какие из объектов, введенные в эксплуатацию в этом году, Вы считаете наиболее значимыми?
– Конечно, прежде всего то, что мы делали к 90-летию Ленинградской области: подъезд к Гатчине, дорога «Гатчина – Павловск – Красное Село» и путепровод в районе деревни Малые Колпаны. Нельзя не вспомнить новгородский отрезок дороги «Зуево – Новая Ладога», дорогу «Ропша – Марьино» в Ломоносовском районе, где была запредельная аварийность из-за большой интенсивности движения. Смогли сдвинуть с места объекты-долгострои – капремонт дороги «Оять – Алеховщина» в Подпорожском районе и подъезд к санаторию «Сярьги» во Всеволожском. Рад, что удалось решить вопрос по окончанию строительства путепровода на 3-м километре в Выборге: объект очень красивый, так как проходит через скалу. Думаю, он будет украшением Ленинградской области.
Председатель Госкомитета Псковской области по делам строительства и ЖКХ Дмитрий Быстров рассказал корреспонденту «Строительного Еженедельника» Михаилу Немировскому о крупнейших проектах комплексного освоения, росте спроса и покупательской способности местного населения, а также об отказе властей от консервации исторического центра Пскова.
– Как можете охарактеризовать ситуацию в строительном комплексе региона?
– Не секрет, что основной показатель, на который смотрят в правительстве РФ при оценке эффективности региона, – это объемы жилья. И с 2010 года в области наблюдается положительная динамика роста жилищного строительства. Так, в 2010 году в области введено 149,7 тыс. кв. м жилья, а уже в 2012 году мы перевыполнили план Минстроя РФ и ввели 214 тыс. кв. м при плане в 210 тыс. Вместе с тем в 2013 году был некий провал, связанный с негативной экономической ситуацией в стране, – в регионе было введено только 184 тыс. кв. м жилья. В конце июня будут сделаны корректировки и, скорее всего, эта цифра возрастет до 200 тыс. В 2014 году мы планируем с лихвой компенсировать это падение, поскольку по плану мы сдадим около 250 тыс. «квадратов». Растет и динамика работ в строительстве. С 2009 по 2013 год эти темпы выросли практически в два раза (с 6,6 млрд до 11,6 млрд рублей). При этом показатель 2013 года составил 115% к показателю 2012 года. Отмечу, что на территории региона действует около 300 строительных организаций. Средняя стоимость на первичном рынке сегодня составляет 37,8 тыс. рублей за «квадрат», но по факту стоимость жилья доходит до 42 тыс. рублей.
– Какие крупнейшие проекты в области жилищного строительства вы можете выделить?
– Сразу несколько крупных объектов будет реализовано на границе Пскова. Это связано с тем, что приоритет региона смещается в сторону комплексной застройки. Мы считаем, что сегодня город должен развиваться именно в юго-западном направлении, вдоль федеральной трассы в сторону ОЭЗ «Моглино». До 2028 года в этом направлении, близ д. Борисовичи, будет введено более 1 млн кв. м жилья. Здесь уже сформированы три больших участка площадью 390 га. Кроме того, могу отметить проект комплексного строительства в пос. Родина на 149 тыс. кв. м, строительство коттеджного поселка «Борисов Ручей» на 250 жилых домов. Крупный проект будет реализован на Инженерной ул. в Пскове – это строительство жилых домов в квартале бизнес-класса «Пятый элемент» общей площадью 41,9 кв. м. Есть проект строительства жилого микрорайона «Видный» в д. Писковичи Псковского района на 52,3 тыс. кв. м эконом-класса.
– Одним из главных факторов, который сдерживает выход петербургских и московских девелоперов в регионы, является отсутствие платежеспособного спроса. Насколько активно скупается недвижимость в упомянутых вами проектах?
– Спрос на жилье эконом-класса в регионе неуклонно растет. Как правило, при сдаче дома только 2-3 квартиры оказываются нереализованными. Остальные выкупаются по договорам ДДУ очень быстро. Не скрою, часты случаи инвестиционных сделок. Помимо этого, в регионе нами сформировано понятие социального пакета. Это гарантированный государством выкуп жилья у застройщиков под определенные программы, которые обеспечивают жильем льготные категории граждан. В 2014 году Псковская область приобретет у застройщиков около 20 тыс. кв. м жилья для льготных категорий граждан в рамках федеральных и региональных программ. А в дальнейшем количество выкупаемого жилья будет только расти. Покупаем мы по 44-ФЗ и ориентируемся на цену, установленную Минрегионом РФ, – чуть более 32 тыс. рублей.
– В каких программах по строительству жилья могут принять участие иногородние застройщики и генподрядные организации?
– У нас есть несколько направлений, где мы были бы рады видеть петербургских строителей. Область будет выделять значительные средства на реализацию госпрограмм по переселению граждан из аварийного фонда. Для этих целей многие регионы идут по пути покупки жилья на вторичном рынке, мы же решили сосредоточиться именно на строительстве нового бюджетного жилья, поскольку понимаем, что превращение «вторички» в такое же аварийное жилье – вопрос времени. До 2017 года 2 млрд рублей область направит на расселение аварийного жилья, а с 2018-го регион выделит еще 3 млрд рублей. Если говорить конкретно, то на территории Пскова в настоящее время есть 26 аварийных зданий, которые включены в программу расселения. Если у кого-то появится желание на месте аварийного дома, на готовых сетях, построить жилье или другие объекты, мы готовы оказать инвестору всевозможную поддержку. А с 2017 года на территории города появятся еще 100 таких домов, которые также могут быть отданы под новые инвестпроекты. Еще одним направлением является проведение капремонтов общедомового имущества. Напомню, теперь все собственники многоквартирных домов должны ежемесячно вносить плату в фонд регионального оператора капремонта, с 2016 года он начнет аккумулировать поступающие средства граждан и проводить конкурсы подряда на выполнение ремонтов. Ежегодно будет ремонтироваться около 300 тыс. кв. м жилья, объем финансирования – 1,5 млрд рублей. Это большие возможности для строительного сектора.
– Вы говорите об аварийных зданиях в Пскове. Насколько жестко законодательно регламентирована работа строителей в центре города?
– У нас есть зона регулируемой застройки и зона исторической части города. Если мы говорим про исторический центр, то вся эта территория является зоной охраны. Высотность здесь ограничена 8 м. В ЗРЗ есть возможность строить выше. Хотел бы отметить, что мы два года согласовывали с Минкультом РФ новые ПЗЗ и охранные зоны, которые бы не дали полностью законсервировать исторический центр и отсечь все возможности для строительства. В результате выделены 10 зон регулируемой застройки в центре города, где могут быть те или иные послабления.
– А насколько активно местные застройщики работают с объектами культнаследия?
– Представители стройкомплекса региона идут по более легкому пути, пытаются выбирать объекты без охранного статуса, и их желание понятно. Вместе с тем, если взять тот же «Двор Поздноева», достаточно известную в том числе в Петербурге гостиницу, то это именно проект реконструкции здания в его историческом виде. То есть процесс идет, но не так активно, как нам бы хотелось.
– В каком состоянии находится в регионе рынок арендного жилья, есть ли бюджетные объекты, где возможна реализация таких схем?
– У нас такое жилье будет представлено в рамках проекта «Борисовичи». Для того чтобы сбалансировать экономическую составляющую проекта, часть жилья планируется сдавать в аренду по льготной цене, а часть будет сдаваться на коммерческой основе, чтобы окупить проект. Осуществлять управление будет государственный оператор. Я считаю, что это отличный метод ухода от «серых» схем съема жилья. Хочу отметить, что у нас уже около 14 тыс. кв. м жилья на рынке сдается официально, с возможностью оплатить аренду на длительный срок.
– На какие меры господдержки может рассчитывать строительный сектор в Псковской области?
– Поддержку предпринимателей мы обеспечиваем по двум направлениям. Во-первых, это снятие административных барьеров. Не секрет, что на уровне регионов идет работа по сокращению количества процедур для получения разрешения на строительство. Когда эта программа стартовала, этих процедур было 200, сейчас основная задача – уменьшить их количество до 100. При этом на территории Псковской области количество процедур гораздо меньше показателя федерального уровня, примерно на 20%. И средний срок получения разрешения на строительство также ниже того стандарта, который задан на федеральном уровне. В качестве примера могу привести проект австрийской компании, которая пришла к нам с предложением построить предприятие по производству пищевой бумаги. С момента их обращения к губернатору до момента запуска прошло 12 месяцев, а срок выдачи разрешения составил 30 дней. И такую практику мы распространим на всех инвесторов. Вторая линия поддержки – это финансовое участие региона в жилищном строительстве, а конкретно финансирование ряда мероприятий при реализации проектов КОТ. Мы берем на себя строительство улично-дорожной сети и работу с монополистами по подключению участков к сетям.