Юрий Запалатский: «Не научимся планировать развитие дорог – вечно будем в догоняющих»
За чей счет будут построены в Ленобласти новые крупные объекты дорожно-транспортной инфраструктуры, какого эффекта ожидают от укрупнения районных ДРСУ и как добиться стопроцентногого освоения бюджета – в интервью «Строительному Еженедельнику» рассказал председатель Комитета по дорожному хозяйству Ленобласти Юрий Запалатский.
– Как дорожный комитет справляется со своими задачами? Все ли запланированные работы успеете завершить до конца этого года?
– Здесь в первую очередь надо говорить о строительстве путепроводов, проекты которых несколько лет назад область получила от РЖД: три в Выборгском районе и один – в Гатчинском. Главный вопрос – ввод объектов в эксплуатацию. По путепроводу в Гатчине движение запущено, осталось достроить развязку со стороны Киевской улицы. Была даже благодарность от жителей, ведь раньше на переезде по полтора часа стояли в пробках. Путепровод на станции «Возрождение» частично запустили в прошлом году. Путепровод на 3-м километре железнодорожной линии «Выборг – Таммисуо» тоже в высокой степени готовности: подрядчик завершает обустройство разворотного кольца.
Сложности есть с путепроводом на 11-м километре железнодорожной линии «Выборг – Таммисуо», который строит ЗАО «Пилон». Прямо в створе объекта находится кафе, собственник которого ранее не соглашался с экспертной оценкой стоимости земельного участка. В начале ноября этого года состоялся очередной суд, который определил новую сумму компенсации – почти 14 млн рублей. Если собственник согласится на эту сумму и не подаст апелляцию, то в течение месяца решение суда вступит в силу, и мы сможем работать дальше. По нашему предложению подрядчик возобновит строительство подпорной стенки на тех участках, где уже выкуп участков завершается.
Большую часть работ мы физически намерены выполнить в этом году, а ввод объектов уже планировать на 2018 год.
– Какие новые объекты транспортной инфраструктуры планируются к строительству в 2018 году?
– Мы ведем переговоры по объектам в зонах интенсивной жилой застройки (Мурино, Кудрово, Бугры, Всеволожск). Во Всеволожске намечается большая стройка – я имею в виду путепровод на 39-м километре, это один из самых ожидаемых объектов. Проект уже прошел экспертизу, приступаем к подготовке территории строительства. В Мурино мы занимаемся строительством развязки с КАД: в этом году получили проект из экспертизы и разбили его на три года – с 2018-го по 2020 год включительно; его полная стоимость – 850 млн рублей. «Ленавтодор» уже объявил конкурс на строительство объекта.
Из больших проектов дорожный комитет и «Ленавтодор» беспокоит состояние моста через реку Волхов в Киришах. Объект крайне нужный, но очень затратный. Приблизительная стоимость строительства – почти 5 миллиардов рублей. Мы пытались привлечь федеральное финансирование; но пока оно под вопросом, пробуем решать этот вопрос самостоятельно. Например, рассматриваем варианты концессии или контракта жизненного цикла – форма может быть любая. В схеме стороннего финансирования есть определенная сложность, так как всю процедуру надо увязать с 44-ФЗ. Провели переговоры с рядом банков, в том числе московских, обсуждали условия. Но все процедуры должны пройти через Комитет экономического развития и Комитет по финансам, так как любые долгосрочные проекты требуют дополнительных затрат. Плюс концессия предполагает возврат средств инвестору, возмещение потерь из средств бюджета. Работаем и с Правительством РФ, и с Минтрансом, и с банками, и с частными структурами. В 2018 году мы, как минимум, хотим определиться с источником финансирования.
– Но ведь участие инвестора в проектах транспортной инфраструктуры, как правило, предполагает плату за использование этой инфраструктуры.
– Платным этот мост однозначно быть не может, в противном случае от желающих не было бы отбоя. Но мы такой вариант не рассматриваем. Надо разделять бизнес-проекты и социальную составляющую.
– Есть ли шанс привлечь к реализации проекта резидентов территории?
– Если бы речь шла о сотнях тысяч или даже миллионах рублей – тогда, возможно, «Киришинефтеоргсинтез» мог бы профинансировать работы. Но когда речь идет о миллиардах – вкладывать такие средства под силу бюджетам уровня региона или страны.
– В Ленобласти есть еще один похожий проект – мост через реку Свирь. Какая работа ведется по нему?
– Мы эти проекты не разделяем. Там точно такая же ситуация: мост невозможно сделать платным. Оба этих проекта финансово затратны, но необходимы. Существующий мост уже долгое время не ремонтировался капитально, имеют место усталость металла, усталость бетона, просадка. Текущим ремонтом проблему уже не решить – тут нужен капитальный ремонт или реконструкция. Но для этого движение по мосту придется закрыть, следовательно, нужен проезд-дублер, то есть необходим новый мост.
– Вы уже год возглавляете Комитет по дорожному хозяйству. Что изменилось в его работе за этот период?
– Мы пытаемся менять подход к работе в принципе, показать сотрудникам, что обязательства, которые берут на себя комитет и подведомственные учреждения, должны исполняться на 100%. Если кто-то пытается хвалиться положительной динамикой и записывать в достижения то, что в этом году исполнение бюджета на уровне 70%, а в прошлом было на уровне 50% – то я не вижу в этом ничего хорошего. Невыполнение программ говорит о том, что мы или плохо планируем, или плохо исполняем свои обязательства. Надеюсь, за этот год мы подтянем «хвосты» и выйдем на освоение бюджета на уровне 90%.
– Какими способами Вы планируете добиваться стопроцентного освоения бюджета?
– В первую очередь – адекватной оценкой собственной работы. Если, например, ДРСУ показывает отрицательную финансовую динамику, то какой смысл держать директора предприятия на этом месте? Я считаю, что ключевым навыком должно быть умение видеть перспективу, а не догонять уходящий поезд. Большой ошибкой было то, что мы часто выходили на объект, не изучая сам проект и не понимая, что нас ждет «внутри». Так мы получили проблему с путепроводами. Проект прошел госэкспертизу, подрядчик вышел на объект, а на участке работ обнаружилась частная недвижимость. Суды могут идти годами. Так, по четырем путепроводам у нас было более 50 судебных дел. К сожалению, механизма для решения таких вопросов вне правового поля не существует. Разбирательства затягиваются на годы.
Сейчас мы изучаем проект обхода Мурино. Он стоит 2,3 млрд рублей. Из них порядка 700 млн – на выкуп земли. Если бы мы выяснили это после заключения контракта с подрядчиком – это затянуло бы реализацию на 1,5-2 года.
– Еще одна актуальная проблема – износ дорог с интенсивным движением. Как она решается в Ленобласти?
– Сейчас, когда автомобиль есть почти в каждой семье, мы подходим к порогу, когда интенсивность транспорта становится огромной. Если мы не научимся правильно планировать развитие дорог, нас ждет коллапс. Приведу наглядный пример: эксплуатационный срок дорог – 5-6 лет; это значит, что в год нужно ремонтировать 2 тыс. км дорог. Даже при минимальных расценках – это 10 млн за километр. Умножаем и получаем, что на ремонт ежегодно нужно порядка 20 млрд рублей. В год делаем максимум 100-150 км, следовательно, по сути, стоим на месте. Сейчас мы прописываем увеличенный гарантийный срок, чтобы подрядчик был готов в течение, скажем, пяти лет, выйти и устранить замечания, если они возникли в процессе эксплуатации дороги. Однако столкнулись не раз с таким моментом, когда фирма после выполнения контракта просто меняет название юрлица – и к ней не применить санкции.
– Имеет ли смысл в таких условиях создавать черный список подрядчиков?
– Имеет, но он должен быть пофамильным, то есть это должен быть список учредителей. Мы его уже создаем, и в этом году список неблагонадежных подрядчиков будет опубликован на сайте «Ленавтодора». В нем точно будут компании, которые ликвидировались до истечения гарантийного срока по последнему выполненному объекту.
– Несколько месяцев назад Вы анонсировали укрупнение областных ДРСУ. По какому принципу будет происходить этот процесс?
– В этом году мы разыгрывали крупные контракты на содержание дорог. Из 18 ДРСУ всего 5 сумели поучаствовать в тендерах. Это говорит о том, что в большинстве управлений на протяжении долгих лет имеет место финансовая неустойчивость. Техническая база многих ДРСУ морально и физически устарела. Техника такая, что водители чаще работают не на камазах, а под камазами. Ни один из начальников ДРСУ не построил новой базы. Меня это очень удручает. Получается, что 50% средств мы тратим не на содержание дорог, а на содержание самого хозяйства. В первую очередь мы объединяем Лодейное поле, Подпорожье, Бокситогорск и Тихвин (восток Ленобласти) – в одно ДРСУ. Ключевым будет Лодейнопольское. У кого-то есть карьер, у кого-то асфальтовый завод, у кого-то техника. Объединив ресурсы, они смогут собрать пул из хорошей техники, а старую списать. Мы рассчитываем создать четыре или пять крупных ДРСУ на несколько районов и получить крепкие предприятия, которые смогут заниматься как содержанием, так и ремонтом дорог, будут развиваться и в итоге выйдут на прибыльность. До середины декабря мы представим свои предложения по объединению остальных управлений губернатору.
– Как после укрупнения ДРСУ будет вестись контроль за тем, чтобы контракты не отдавались на субподряд?
– Ничего нового мы не придумываем: есть разработанные распоряжения, постановления по взаимодействию дорожного комитета с Ленавтодором, а Ленавтодора с ДРСУ, регламент расписан до мелочей. Нужно просто его соблюдать.
– Какие из объектов, введенные в эксплуатацию в этом году, Вы считаете наиболее значимыми?
– Конечно, прежде всего то, что мы делали к 90-летию Ленинградской области: подъезд к Гатчине, дорога «Гатчина – Павловск – Красное Село» и путепровод в районе деревни Малые Колпаны. Нельзя не вспомнить новгородский отрезок дороги «Зуево – Новая Ладога», дорогу «Ропша – Марьино» в Ломоносовском районе, где была запредельная аварийность из-за большой интенсивности движения. Смогли сдвинуть с места объекты-долгострои – капремонт дороги «Оять – Алеховщина» в Подпорожском районе и подъезд к санаторию «Сярьги» во Всеволожском. Рад, что удалось решить вопрос по окончанию строительства путепровода на 3-м километре в Выборге: объект очень красивый, так как проходит через скалу. Думаю, он будет украшением Ленинградской области.
Ирина Луговская, проректор по учебной работе Санкт-Петербургского государственного архитектурно-строительного университета (СПбГАСУ), в интервью газете «Строительный Еженедельник» рассказала о подготовке квалифицированных кадров для строительной отрасли.
– В прошлом году была информация, что год от года будут идти сокращения бюджетных мест в вузах. Так ли это? Есть ли примеры сокращения бюджетных мест в вашем вузе (если да, то по каким направлениям)?
– Вполне возможно, что в целом по России имеет место сокращение бюджетных мест в вузах, но на протяжении последних лет нашего университета оно не коснулось. Наоборот, в 2015 году общее число бюджетных мест в СПбГАСУ увеличено на 249.
Имеет место незначительное (на 23) сокращение бюджетных мест в специалитете. Дело в том, что специалитет в принципе «вымывается» из системы высшего образования и остается лишь в случаях подготовки уникальных кадров. Это связано с переходом на многоуровневую систему высшего образования – бакалавриат, магистратура, аспирантура.
При определении контрольных цифр приема на бюджетные места в российских вузах Министерство образования и науки РФ обращает внимание на показатели эффективности университетов – профессорско-преподавательский состав, качество выпускников, процент их трудоустройства и многое другое. Эти показатели СПбГАСУ выдерживает, поэтому бюджетные сокращения нас не касаются.
– Много ли бакалавров СПбГАСУ продолжают учебу в магистратуре?
– Бакалавриат – это завершенный, самостоятельный этап высшего образования. Другое дело, что общество, работодатели пока не готовы к пониманию самой сути выпускника бакалавриата. В этом случае магистратура привлекает, поскольку отличается академическим, углубленным уровнем образования, а потому объективно открывает более широкие перспективы.
Считается, что по окончании магистратуры у выпускника будет больше возможностей для хорошего трудоустройства. Это действительно так, и многие выпускники бакалавриата продолжают обучение в магистратуре. Бывает, что выпускник бакалавриата предпочел по окончании университета трудовую деятельность, устроился на работу, поработал какое-то время и вместе с работодателем пришел к выводу, что надо бы еще поучиться, «заточить» знания под потребности именно этого предприятия. Такое развитие событий вполне вписывается в существующую парадигму высшего образования.
– Много ли поступает обращений от работодателей, строительных компаний, государственных органов власти по поводу обучения своих сотрудников в магистратуре?
– Предприятий, заинтересованных в более углубленной подготовке своего сотрудника, в его обучении в магистратуре, достаточно. С каждым годом их число растет. Кроме того, никто не отменял целевой прием, когда конкретное предприятие обращается в вуз с просьбой о выделении бюджетных мест на подготовку кадров для своей компании. Вуз имеет право выделять на целевые места до 15% от общих контрольных цифр приема. При наборе в магистратуру целевой набор тоже действует, и профильные предприятия этим пользуются. Во всяком случае на 2015 год мы уже получили довольно большое количество писем от компаний и организаций строительного рынка с просьбой допустить к участию в конкурсе на целевые места их кандидатов.
– Как вы оцениваете обеспеченность строительного рынка Петербурга профильными специалистами? Каких специалистов, по вашим данным, не хватает?
– В строительной отрасли всегда есть дефицит высококвалифицированных кадров. Анализ запросов работодателей показывает, что строительный рынок Петербурга и Ленинградской области испытывает недостаток в проектировщиках, причем в проектировщиках по конкретным направлениям деятельности. Например, по металлическим и железобетонным конструкциям, по водоснабжению и водоотведению, по теплогазоснабжению и вентиляции. В связи с переходом на многоуровневую подготовку и массовым выпуском из вузов бакалавров дефицит хороших проектировщиков будет только возрастать.
Острый дефицит кадров отмечается в автодорожной отрасли. Не хватает высококвалифицированных мостовиков, дорожников, механиков. Выпускники СПбГАСУ на протяжении многих последних лет не имеют проблем с трудоустройством. Многие студенты работают с 3-4 курсов, не говоря о магистрантах.
– Какие профессии наиболее популярны среди абитуриентов, подающих заявление в СПбГАСУ?
– На протяжении последних лет самыми популярными у абитуриентов СПбГАСУ являются такие направления подготовки, как «архитектура», «реконструкция и реставрация архитектурного наследия», «дизайн архитектурной среды», «градостроительство», «строительство», «строительство уникальных зданий и сооружений», «землеустройство и кадастры», «технология транспортных процессов», «судебная экспертиза». Например, в приемную кампанию 2014 года у нас был конкурс 20-22 человека на место по направлению «архитектура» и 14-15 человек по направлению «строительство».
В 2014 году проводился конкурс на новую специальность «строительство, эксплуатация, восстановление и техническое прикрытие автомобильных дорог, мостов и тоннелей», которая пользовалась большим спросом среди абитуриентов. В целом конкурс в СПбГАСУ стабильно высокий, и трудностей с набором у нас не возникает.
– Заключены ли какие-либо соглашения у вашего института на прохождение практики или на последующее трудоустройство выпускников со строительными компаниями и организациями Петербурга и Ленобласти?
– Долгосрочные договоры об организации всех видов практик студентов заключены с 29 крупными предприятиями и организациями Петербурга. Среди них такие компании, как Группа ЛСР, ЗАО «Группа компаний «Эталон», ЗАО ПО «Возрождение», ЗАО «ДСК № 3», ОАО «ЛЕНИИПРОЕКТ», ЗАО «Пилон», ООО «Строительные машины» и др.
Среди комитетов Смольного и предприятий с государственным участием стоит отметить ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга», ГУП «Пассажиравтотранс», Комитет по строительству, Комитет по энергетике и инженерному обеспечению, Жилищный комитет, а также Арбитражный суд Петербурга и Ленобласти, Главное следственное управление Следственного комитета РФ по Петербургу и др.
Два раза в год наш вуз проводит ярмарки вакансий, участие в которых принимает множество крупных организаций. Кроме этого, в нашем вузе работает Служба содействия трудоустройству выпускников, есть активный электронный сайт, где размещаются анкеты соискателей и требования по вакансиям работодателей. Дополнительно СПбГАСУ может выполнять услуги рекрутингового агентства и найти специалиста по специфическим запросам работодателя.
– Национальное объединение строителей говорит о планах по созданию Академии профессионального образования НОСТРОЙ, которая выступит связующим звеном между профильными вузами и строительным сообществом в подготовке кадров и повышении квалификации специалистов отрасли. На ваш взгляд, актуально ли создание такой структуры?
– Чтобы однозначно ответить на вопрос, нужно посмотреть положение и конкретную структуру будущей академии. В любом случае преследуется благородная цель – подготовка кадров для строительной отрасли, повышение их квалификации. Сегодня меняются отраслевые нормативы, законодательство, технические методы работы – необходимо постоянное обновление знаний. Поэтому важно, чтобы процесс обучения был непрерывным.
В СПбГАСУ есть Институт повышения квалификации с давними традициями, хорошей репутацией. Он давно и активно сотрудничает с НОСТРОЙ и другими строительными предприятиями в области переподготовки и повышения квалификации специалистов.