Юрий Запалатский: «Не научимся планировать развитие дорог – вечно будем в догоняющих»
За чей счет будут построены в Ленобласти новые крупные объекты дорожно-транспортной инфраструктуры, какого эффекта ожидают от укрупнения районных ДРСУ и как добиться стопроцентногого освоения бюджета – в интервью «Строительному Еженедельнику» рассказал председатель Комитета по дорожному хозяйству Ленобласти Юрий Запалатский.
– Как дорожный комитет справляется со своими задачами? Все ли запланированные работы успеете завершить до конца этого года?
– Здесь в первую очередь надо говорить о строительстве путепроводов, проекты которых несколько лет назад область получила от РЖД: три в Выборгском районе и один – в Гатчинском. Главный вопрос – ввод объектов в эксплуатацию. По путепроводу в Гатчине движение запущено, осталось достроить развязку со стороны Киевской улицы. Была даже благодарность от жителей, ведь раньше на переезде по полтора часа стояли в пробках. Путепровод на станции «Возрождение» частично запустили в прошлом году. Путепровод на 3-м километре железнодорожной линии «Выборг – Таммисуо» тоже в высокой степени готовности: подрядчик завершает обустройство разворотного кольца.
Сложности есть с путепроводом на 11-м километре железнодорожной линии «Выборг – Таммисуо», который строит ЗАО «Пилон». Прямо в створе объекта находится кафе, собственник которого ранее не соглашался с экспертной оценкой стоимости земельного участка. В начале ноября этого года состоялся очередной суд, который определил новую сумму компенсации – почти 14 млн рублей. Если собственник согласится на эту сумму и не подаст апелляцию, то в течение месяца решение суда вступит в силу, и мы сможем работать дальше. По нашему предложению подрядчик возобновит строительство подпорной стенки на тех участках, где уже выкуп участков завершается.
Большую часть работ мы физически намерены выполнить в этом году, а ввод объектов уже планировать на 2018 год.
– Какие новые объекты транспортной инфраструктуры планируются к строительству в 2018 году?
– Мы ведем переговоры по объектам в зонах интенсивной жилой застройки (Мурино, Кудрово, Бугры, Всеволожск). Во Всеволожске намечается большая стройка – я имею в виду путепровод на 39-м километре, это один из самых ожидаемых объектов. Проект уже прошел экспертизу, приступаем к подготовке территории строительства. В Мурино мы занимаемся строительством развязки с КАД: в этом году получили проект из экспертизы и разбили его на три года – с 2018-го по 2020 год включительно; его полная стоимость – 850 млн рублей. «Ленавтодор» уже объявил конкурс на строительство объекта.
Из больших проектов дорожный комитет и «Ленавтодор» беспокоит состояние моста через реку Волхов в Киришах. Объект крайне нужный, но очень затратный. Приблизительная стоимость строительства – почти 5 миллиардов рублей. Мы пытались привлечь федеральное финансирование; но пока оно под вопросом, пробуем решать этот вопрос самостоятельно. Например, рассматриваем варианты концессии или контракта жизненного цикла – форма может быть любая. В схеме стороннего финансирования есть определенная сложность, так как всю процедуру надо увязать с 44-ФЗ. Провели переговоры с рядом банков, в том числе московских, обсуждали условия. Но все процедуры должны пройти через Комитет экономического развития и Комитет по финансам, так как любые долгосрочные проекты требуют дополнительных затрат. Плюс концессия предполагает возврат средств инвестору, возмещение потерь из средств бюджета. Работаем и с Правительством РФ, и с Минтрансом, и с банками, и с частными структурами. В 2018 году мы, как минимум, хотим определиться с источником финансирования.
– Но ведь участие инвестора в проектах транспортной инфраструктуры, как правило, предполагает плату за использование этой инфраструктуры.
– Платным этот мост однозначно быть не может, в противном случае от желающих не было бы отбоя. Но мы такой вариант не рассматриваем. Надо разделять бизнес-проекты и социальную составляющую.
– Есть ли шанс привлечь к реализации проекта резидентов территории?
– Если бы речь шла о сотнях тысяч или даже миллионах рублей – тогда, возможно, «Киришинефтеоргсинтез» мог бы профинансировать работы. Но когда речь идет о миллиардах – вкладывать такие средства под силу бюджетам уровня региона или страны.
– В Ленобласти есть еще один похожий проект – мост через реку Свирь. Какая работа ведется по нему?
– Мы эти проекты не разделяем. Там точно такая же ситуация: мост невозможно сделать платным. Оба этих проекта финансово затратны, но необходимы. Существующий мост уже долгое время не ремонтировался капитально, имеют место усталость металла, усталость бетона, просадка. Текущим ремонтом проблему уже не решить – тут нужен капитальный ремонт или реконструкция. Но для этого движение по мосту придется закрыть, следовательно, нужен проезд-дублер, то есть необходим новый мост.
– Вы уже год возглавляете Комитет по дорожному хозяйству. Что изменилось в его работе за этот период?
– Мы пытаемся менять подход к работе в принципе, показать сотрудникам, что обязательства, которые берут на себя комитет и подведомственные учреждения, должны исполняться на 100%. Если кто-то пытается хвалиться положительной динамикой и записывать в достижения то, что в этом году исполнение бюджета на уровне 70%, а в прошлом было на уровне 50% – то я не вижу в этом ничего хорошего. Невыполнение программ говорит о том, что мы или плохо планируем, или плохо исполняем свои обязательства. Надеюсь, за этот год мы подтянем «хвосты» и выйдем на освоение бюджета на уровне 90%.
– Какими способами Вы планируете добиваться стопроцентного освоения бюджета?
– В первую очередь – адекватной оценкой собственной работы. Если, например, ДРСУ показывает отрицательную финансовую динамику, то какой смысл держать директора предприятия на этом месте? Я считаю, что ключевым навыком должно быть умение видеть перспективу, а не догонять уходящий поезд. Большой ошибкой было то, что мы часто выходили на объект, не изучая сам проект и не понимая, что нас ждет «внутри». Так мы получили проблему с путепроводами. Проект прошел госэкспертизу, подрядчик вышел на объект, а на участке работ обнаружилась частная недвижимость. Суды могут идти годами. Так, по четырем путепроводам у нас было более 50 судебных дел. К сожалению, механизма для решения таких вопросов вне правового поля не существует. Разбирательства затягиваются на годы.
Сейчас мы изучаем проект обхода Мурино. Он стоит 2,3 млрд рублей. Из них порядка 700 млн – на выкуп земли. Если бы мы выяснили это после заключения контракта с подрядчиком – это затянуло бы реализацию на 1,5-2 года.
– Еще одна актуальная проблема – износ дорог с интенсивным движением. Как она решается в Ленобласти?
– Сейчас, когда автомобиль есть почти в каждой семье, мы подходим к порогу, когда интенсивность транспорта становится огромной. Если мы не научимся правильно планировать развитие дорог, нас ждет коллапс. Приведу наглядный пример: эксплуатационный срок дорог – 5-6 лет; это значит, что в год нужно ремонтировать 2 тыс. км дорог. Даже при минимальных расценках – это 10 млн за километр. Умножаем и получаем, что на ремонт ежегодно нужно порядка 20 млрд рублей. В год делаем максимум 100-150 км, следовательно, по сути, стоим на месте. Сейчас мы прописываем увеличенный гарантийный срок, чтобы подрядчик был готов в течение, скажем, пяти лет, выйти и устранить замечания, если они возникли в процессе эксплуатации дороги. Однако столкнулись не раз с таким моментом, когда фирма после выполнения контракта просто меняет название юрлица – и к ней не применить санкции.
– Имеет ли смысл в таких условиях создавать черный список подрядчиков?
– Имеет, но он должен быть пофамильным, то есть это должен быть список учредителей. Мы его уже создаем, и в этом году список неблагонадежных подрядчиков будет опубликован на сайте «Ленавтодора». В нем точно будут компании, которые ликвидировались до истечения гарантийного срока по последнему выполненному объекту.
– Несколько месяцев назад Вы анонсировали укрупнение областных ДРСУ. По какому принципу будет происходить этот процесс?
– В этом году мы разыгрывали крупные контракты на содержание дорог. Из 18 ДРСУ всего 5 сумели поучаствовать в тендерах. Это говорит о том, что в большинстве управлений на протяжении долгих лет имеет место финансовая неустойчивость. Техническая база многих ДРСУ морально и физически устарела. Техника такая, что водители чаще работают не на камазах, а под камазами. Ни один из начальников ДРСУ не построил новой базы. Меня это очень удручает. Получается, что 50% средств мы тратим не на содержание дорог, а на содержание самого хозяйства. В первую очередь мы объединяем Лодейное поле, Подпорожье, Бокситогорск и Тихвин (восток Ленобласти) – в одно ДРСУ. Ключевым будет Лодейнопольское. У кого-то есть карьер, у кого-то асфальтовый завод, у кого-то техника. Объединив ресурсы, они смогут собрать пул из хорошей техники, а старую списать. Мы рассчитываем создать четыре или пять крупных ДРСУ на несколько районов и получить крепкие предприятия, которые смогут заниматься как содержанием, так и ремонтом дорог, будут развиваться и в итоге выйдут на прибыльность. До середины декабря мы представим свои предложения по объединению остальных управлений губернатору.
– Как после укрупнения ДРСУ будет вестись контроль за тем, чтобы контракты не отдавались на субподряд?
– Ничего нового мы не придумываем: есть разработанные распоряжения, постановления по взаимодействию дорожного комитета с Ленавтодором, а Ленавтодора с ДРСУ, регламент расписан до мелочей. Нужно просто его соблюдать.
– Какие из объектов, введенные в эксплуатацию в этом году, Вы считаете наиболее значимыми?
– Конечно, прежде всего то, что мы делали к 90-летию Ленинградской области: подъезд к Гатчине, дорога «Гатчина – Павловск – Красное Село» и путепровод в районе деревни Малые Колпаны. Нельзя не вспомнить новгородский отрезок дороги «Зуево – Новая Ладога», дорогу «Ропша – Марьино» в Ломоносовском районе, где была запредельная аварийность из-за большой интенсивности движения. Смогли сдвинуть с места объекты-долгострои – капремонт дороги «Оять – Алеховщина» в Подпорожском районе и подъезд к санаторию «Сярьги» во Всеволожском. Рад, что удалось решить вопрос по окончанию строительства путепровода на 3-м километре в Выборге: объект очень красивый, так как проходит через скалу. Думаю, он будет украшением Ленинградской области.
В настоящее время ситуация в банковской отрасли после событий декабря 2014 года заметно нормализовалась. В этом уверена старший вице-президент, управляющий Санкт-Петербургским филиалом Промсвязьбанка Татьяна Крылова, рассказавшая «Строительному Еженедельнику» о том, как банки адаптируются к новым экономическим реалиям.
– Татьяна Михайловна, как вы оцениваете текущие состояние российской банковской отрасли? Как чувствуют себя кредитные ситуации по сравнению с концом 2014 года?
– Ситуация улучшилась. Благодаря принятым оперативным мерам ЦБ, вниманию к проблемам банковской отрасли первых лиц государства, кредитным организациям работать стало несколько легче. Проведенное уже дважды регулятором снижение ключевой ставки также свидетельствует о том, что ситуация нормализуется. Сейчас основная задача, стоящая перед банками, – это сохранить качественный кредитный портфель и получить прибыль.
– Ваш банк попал в список из 27 кредитных организаций, выбранных государством для докапитализации. Что она дает банкам и для чего необходима?
– Докапитализация позволит улучшить финансовые показатели банка и его устойчивость к ухудшению операционной среды. Увеличение капитала банка позволит не только сохранить действующих клиентов, но и нарастить бизнес с компаниями первого эшелона.
Безусловно, участие в данной программе накладывает на банки дополнительные требования. Финансовая организация должна будет взять на себя обязательство увеличивать портфель кредитов, выданных предприятиям приоритетных отраслей экономики РФ, не менее чем на 1% ежемесячно (на 12% в годовом исчислении). В течение трех лет банк не сможет увеличивать вознаграждение топ-менеджерам и размер фонда оплаты труда иных работников, а также пополнить свой капитал за счет рыночных источников или средств акционеров на сумму, составляющую не менее чем 50% суммы средств, полученных через АСВ. Кроме того, получатели капитала от АСВ должны ограничить свои издержки.
– Как вы можете охарактеризовать ситуацию на рынке корпоративного кредитования?
– В плане сохранения своих внутренних резервов за последние несколько месяцев банки смогли адаптироваться к новым экономическим реалиям. Не секрет, что сегодня наблюдается «миграция» клиентов в стабильные коммерческие банки, способные в какой-то мере удовлетворить запросы рынка в финансировании и рефинансировании. Крупные российские компании, отрезанные санкциями от зарубежных кредитов, ищут альтернативы. И мы сегодня готовы поддержать корпорации, используя ресурсы банка.
В 2014 году список корпоративных клиентов Промсвязьбанка серьезно пополнился. Мы заключили знаковые сделки сразу с несколькими компаниями.
– Можно ли говорить о том, что строительные организации – одни из самых рисковых заемщиков?
– Строительный сектор всегда отличался высокими рисками в силу длительного операционного цикла и высокой долговой нагрузки. Теперь к традиционным рискам добавляются риски резкого снижения спроса. Реальные доходы населения снижаются, а ставки по ипотеке выросли до уровня, когда привлечение кредита может стать экономически неоправданным. Снижение спроса будет негативно отражаться на выручке застройщиков, при этом для обслуживания подорожавших кредитов компаниям необходимы дополнительные денежные потоки.
– Сейчас ставки по ипотеке несколько выше, чем год назад. Будут ли они в ближайшее время падать?
– Вероятно, уже скоро. Ключевая ставка постепенно снижается. Вслед за ней должны уменьшаться и ставки по жилищным кредитам. Конечно, многое будет зависеть от ситуации в стране, от экономических и геополитических проблем в государстве.
– Как вы относитесь к тому, что государство решило субсидировать ставки по отдельным ипотечным программам и стоит ли помогать государству «жертвам» валютной ипотеки?
– Безусловно, такое решение властей можно только поддерживать. Субсидирование ставок по ипотеке и помощь отдельным категориям заемщиков могло бы поддержать рынок кредитования, что позитивно отразится на строительном секторе и смежных отраслях экономики. В выигрыше будут все: банки, застройщики и сами граждане, оформляющие ипотеку по более доступным условиям.
– Давайте вновь вернемся к строительному бизнесу. С какими игроками рынка вы сотрудничаете?
– Компаний из строительной сферы достаточно много. Среди них как представители малого, среднего, так и крупного бизнеса. Работаем со строителями не только как с заемщиками, но и как с зарплатными клиентами. Также предлагаем нашим партнерам банковские гарантии и современную форму расчетов в виде аккредитивов, которая позволяет снизить риски и гарантировать прозрачность сделки между покупателем и продавцом.
– Как филиал банка закончил прошлый год? Какие задачи поставлены на текущий?
- Мы смело можем говорить о приросте портфеля розничных кредитов. По итогам 2014 года он составил 5,5 млрд. руб и вырос на 20%. Также хочется отметить, что мы выдали 5630 потребительских кредитов на сумму более 2.1 млрд. руб., что в текущих экономических реалиях – отличный показатель.
Что касается портфеля пассивов физических лиц, он достиг 11,5 млрд. рублей. Это на 32% больше, чем по итогам 2013 года. В большей части прирост обеспечен за счет роста остатков на срочных депозитах.
Традиционно высокими темпами растет кредитный портфель корпоративного и среднего бизнеса, по данным на 1 января 2015 года его прирост составил 29%.
Тем не менее, 2015 год будет непростым для всей банковской системы. Но мы ставим себе три основные задачи: привлечь дополнительный капитал, значительно увеличить доходы от транзакционного бизнеса и сократить административные затраты. Мы надеемся пройти этот кризис с минимальными потерями от традиционных операций банка и укрепить наши конкурентные позиции на рынке.