Юрий Запалатский: «Не научимся планировать развитие дорог – вечно будем в догоняющих»
За чей счет будут построены в Ленобласти новые крупные объекты дорожно-транспортной инфраструктуры, какого эффекта ожидают от укрупнения районных ДРСУ и как добиться стопроцентногого освоения бюджета – в интервью «Строительному Еженедельнику» рассказал председатель Комитета по дорожному хозяйству Ленобласти Юрий Запалатский.
– Как дорожный комитет справляется со своими задачами? Все ли запланированные работы успеете завершить до конца этого года?
– Здесь в первую очередь надо говорить о строительстве путепроводов, проекты которых несколько лет назад область получила от РЖД: три в Выборгском районе и один – в Гатчинском. Главный вопрос – ввод объектов в эксплуатацию. По путепроводу в Гатчине движение запущено, осталось достроить развязку со стороны Киевской улицы. Была даже благодарность от жителей, ведь раньше на переезде по полтора часа стояли в пробках. Путепровод на станции «Возрождение» частично запустили в прошлом году. Путепровод на 3-м километре железнодорожной линии «Выборг – Таммисуо» тоже в высокой степени готовности: подрядчик завершает обустройство разворотного кольца.
Сложности есть с путепроводом на 11-м километре железнодорожной линии «Выборг – Таммисуо», который строит ЗАО «Пилон». Прямо в створе объекта находится кафе, собственник которого ранее не соглашался с экспертной оценкой стоимости земельного участка. В начале ноября этого года состоялся очередной суд, который определил новую сумму компенсации – почти 14 млн рублей. Если собственник согласится на эту сумму и не подаст апелляцию, то в течение месяца решение суда вступит в силу, и мы сможем работать дальше. По нашему предложению подрядчик возобновит строительство подпорной стенки на тех участках, где уже выкуп участков завершается.
Большую часть работ мы физически намерены выполнить в этом году, а ввод объектов уже планировать на 2018 год.
– Какие новые объекты транспортной инфраструктуры планируются к строительству в 2018 году?
– Мы ведем переговоры по объектам в зонах интенсивной жилой застройки (Мурино, Кудрово, Бугры, Всеволожск). Во Всеволожске намечается большая стройка – я имею в виду путепровод на 39-м километре, это один из самых ожидаемых объектов. Проект уже прошел экспертизу, приступаем к подготовке территории строительства. В Мурино мы занимаемся строительством развязки с КАД: в этом году получили проект из экспертизы и разбили его на три года – с 2018-го по 2020 год включительно; его полная стоимость – 850 млн рублей. «Ленавтодор» уже объявил конкурс на строительство объекта.
Из больших проектов дорожный комитет и «Ленавтодор» беспокоит состояние моста через реку Волхов в Киришах. Объект крайне нужный, но очень затратный. Приблизительная стоимость строительства – почти 5 миллиардов рублей. Мы пытались привлечь федеральное финансирование; но пока оно под вопросом, пробуем решать этот вопрос самостоятельно. Например, рассматриваем варианты концессии или контракта жизненного цикла – форма может быть любая. В схеме стороннего финансирования есть определенная сложность, так как всю процедуру надо увязать с 44-ФЗ. Провели переговоры с рядом банков, в том числе московских, обсуждали условия. Но все процедуры должны пройти через Комитет экономического развития и Комитет по финансам, так как любые долгосрочные проекты требуют дополнительных затрат. Плюс концессия предполагает возврат средств инвестору, возмещение потерь из средств бюджета. Работаем и с Правительством РФ, и с Минтрансом, и с банками, и с частными структурами. В 2018 году мы, как минимум, хотим определиться с источником финансирования.
– Но ведь участие инвестора в проектах транспортной инфраструктуры, как правило, предполагает плату за использование этой инфраструктуры.
– Платным этот мост однозначно быть не может, в противном случае от желающих не было бы отбоя. Но мы такой вариант не рассматриваем. Надо разделять бизнес-проекты и социальную составляющую.
– Есть ли шанс привлечь к реализации проекта резидентов территории?
– Если бы речь шла о сотнях тысяч или даже миллионах рублей – тогда, возможно, «Киришинефтеоргсинтез» мог бы профинансировать работы. Но когда речь идет о миллиардах – вкладывать такие средства под силу бюджетам уровня региона или страны.
– В Ленобласти есть еще один похожий проект – мост через реку Свирь. Какая работа ведется по нему?
– Мы эти проекты не разделяем. Там точно такая же ситуация: мост невозможно сделать платным. Оба этих проекта финансово затратны, но необходимы. Существующий мост уже долгое время не ремонтировался капитально, имеют место усталость металла, усталость бетона, просадка. Текущим ремонтом проблему уже не решить – тут нужен капитальный ремонт или реконструкция. Но для этого движение по мосту придется закрыть, следовательно, нужен проезд-дублер, то есть необходим новый мост.
– Вы уже год возглавляете Комитет по дорожному хозяйству. Что изменилось в его работе за этот период?
– Мы пытаемся менять подход к работе в принципе, показать сотрудникам, что обязательства, которые берут на себя комитет и подведомственные учреждения, должны исполняться на 100%. Если кто-то пытается хвалиться положительной динамикой и записывать в достижения то, что в этом году исполнение бюджета на уровне 70%, а в прошлом было на уровне 50% – то я не вижу в этом ничего хорошего. Невыполнение программ говорит о том, что мы или плохо планируем, или плохо исполняем свои обязательства. Надеюсь, за этот год мы подтянем «хвосты» и выйдем на освоение бюджета на уровне 90%.
– Какими способами Вы планируете добиваться стопроцентного освоения бюджета?
– В первую очередь – адекватной оценкой собственной работы. Если, например, ДРСУ показывает отрицательную финансовую динамику, то какой смысл держать директора предприятия на этом месте? Я считаю, что ключевым навыком должно быть умение видеть перспективу, а не догонять уходящий поезд. Большой ошибкой было то, что мы часто выходили на объект, не изучая сам проект и не понимая, что нас ждет «внутри». Так мы получили проблему с путепроводами. Проект прошел госэкспертизу, подрядчик вышел на объект, а на участке работ обнаружилась частная недвижимость. Суды могут идти годами. Так, по четырем путепроводам у нас было более 50 судебных дел. К сожалению, механизма для решения таких вопросов вне правового поля не существует. Разбирательства затягиваются на годы.
Сейчас мы изучаем проект обхода Мурино. Он стоит 2,3 млрд рублей. Из них порядка 700 млн – на выкуп земли. Если бы мы выяснили это после заключения контракта с подрядчиком – это затянуло бы реализацию на 1,5-2 года.
– Еще одна актуальная проблема – износ дорог с интенсивным движением. Как она решается в Ленобласти?
– Сейчас, когда автомобиль есть почти в каждой семье, мы подходим к порогу, когда интенсивность транспорта становится огромной. Если мы не научимся правильно планировать развитие дорог, нас ждет коллапс. Приведу наглядный пример: эксплуатационный срок дорог – 5-6 лет; это значит, что в год нужно ремонтировать 2 тыс. км дорог. Даже при минимальных расценках – это 10 млн за километр. Умножаем и получаем, что на ремонт ежегодно нужно порядка 20 млрд рублей. В год делаем максимум 100-150 км, следовательно, по сути, стоим на месте. Сейчас мы прописываем увеличенный гарантийный срок, чтобы подрядчик был готов в течение, скажем, пяти лет, выйти и устранить замечания, если они возникли в процессе эксплуатации дороги. Однако столкнулись не раз с таким моментом, когда фирма после выполнения контракта просто меняет название юрлица – и к ней не применить санкции.
– Имеет ли смысл в таких условиях создавать черный список подрядчиков?
– Имеет, но он должен быть пофамильным, то есть это должен быть список учредителей. Мы его уже создаем, и в этом году список неблагонадежных подрядчиков будет опубликован на сайте «Ленавтодора». В нем точно будут компании, которые ликвидировались до истечения гарантийного срока по последнему выполненному объекту.
– Несколько месяцев назад Вы анонсировали укрупнение областных ДРСУ. По какому принципу будет происходить этот процесс?
– В этом году мы разыгрывали крупные контракты на содержание дорог. Из 18 ДРСУ всего 5 сумели поучаствовать в тендерах. Это говорит о том, что в большинстве управлений на протяжении долгих лет имеет место финансовая неустойчивость. Техническая база многих ДРСУ морально и физически устарела. Техника такая, что водители чаще работают не на камазах, а под камазами. Ни один из начальников ДРСУ не построил новой базы. Меня это очень удручает. Получается, что 50% средств мы тратим не на содержание дорог, а на содержание самого хозяйства. В первую очередь мы объединяем Лодейное поле, Подпорожье, Бокситогорск и Тихвин (восток Ленобласти) – в одно ДРСУ. Ключевым будет Лодейнопольское. У кого-то есть карьер, у кого-то асфальтовый завод, у кого-то техника. Объединив ресурсы, они смогут собрать пул из хорошей техники, а старую списать. Мы рассчитываем создать четыре или пять крупных ДРСУ на несколько районов и получить крепкие предприятия, которые смогут заниматься как содержанием, так и ремонтом дорог, будут развиваться и в итоге выйдут на прибыльность. До середины декабря мы представим свои предложения по объединению остальных управлений губернатору.
– Как после укрупнения ДРСУ будет вестись контроль за тем, чтобы контракты не отдавались на субподряд?
– Ничего нового мы не придумываем: есть разработанные распоряжения, постановления по взаимодействию дорожного комитета с Ленавтодором, а Ленавтодора с ДРСУ, регламент расписан до мелочей. Нужно просто его соблюдать.
– Какие из объектов, введенные в эксплуатацию в этом году, Вы считаете наиболее значимыми?
– Конечно, прежде всего то, что мы делали к 90-летию Ленинградской области: подъезд к Гатчине, дорога «Гатчина – Павловск – Красное Село» и путепровод в районе деревни Малые Колпаны. Нельзя не вспомнить новгородский отрезок дороги «Зуево – Новая Ладога», дорогу «Ропша – Марьино» в Ломоносовском районе, где была запредельная аварийность из-за большой интенсивности движения. Смогли сдвинуть с места объекты-долгострои – капремонт дороги «Оять – Алеховщина» в Подпорожском районе и подъезд к санаторию «Сярьги» во Всеволожском. Рад, что удалось решить вопрос по окончанию строительства путепровода на 3-м километре в Выборге: объект очень красивый, так как проходит через скалу. Думаю, он будет украшением Ленинградской области.
И.о. министра строительства Калининградской области Михаил Викторов рассказал «Строительному Еженедельнику» о региональном субсидировании ипотеки, сдерживании цен на жилье и заморозке стоимости стройматериалов как акте доброй воли со стороны промышленников.
– Как ведет себя рынок жилищного строительства региона? Был ли зафиксирован спад по итогам I квартала?
– Сейчас все меняется довольно динамично. Еще в конце того года эксперты предрекали падение рынка из-за изменившихся условий ипотечного кредитования. Однако сегодня федеральное правительство пошло на беспрецедентный шаг и поддержало ипотеку, что добавило оптимизма как застройщикам, так и гражданам. Калининградская область тоже не осталась в стороне. Губернатор Николай Цуканов поддержал идею стимулирования ипотеки на региональном уровне.
Поэтому пока мы не видим предпосылок для резкого снижения активности застройщиков. Какого-то повального снижения спроса замечено не было. Конечно, на рынке наблюдается определенная коррекция после небывалого ажиотажа конца прошлого года, но говорить о стагнации не приходится. Другая проблема – стоимость стройматериалов. Но и здесь есть позитивные тенденции – с одной стороны, иностранная валюта начала дешеветь, а с другой – в регионе продолжают открываться новые местные предприятия стройиндустрии. В прошлом году был введен в эксплуатацию завод по производству газосиликата в Гурьевском городском округе, в этом – по производству композитных материалов в Знаменске Гвардейского городского округа.
– Определен ли размер региональной субсидии на ипотеку? Какой объем льготных кредитов может быть выдан населению?
– Мы планируем, что на стимулирование ипотеки областной бюджет выделит в общей сложности 100 млн рублей. Большая часть этих средств пойдет на субсидирование части процентной ставки по ипотечным кредитам для граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий. Причем региональная поддержка предоставляется вне зависимости от федеральной. То есть жители Калининградской области, нуждающиеся в улучшении жилищных условий, могут получить в конечном итоге ипотеку под 8%. Такую субсидию смогут получать 1500 семей.
Другая часть пойдет на субсидирование части первоначального взноса молодым учителям и врачам, также нуждающимся в улучшении условий.
– Насколько подорожает жилье в области в 2015 году?
– По состоянию на IV квартал средняя цена 1 кв. м на первичном рынке составляла 45 099 рублей, что на 582 рубля (1,2%) ниже, чем в IV квартале 2013 года. Также отмечу, что некоторые застройщики начали снижать цены до уровня октября прошлого года. Однако сказать, что это массовое явление, нельзя. Мы рассчитываем, что в течение года стоимость не поднимется выше 49 тыс. рублей за «квадрат».
Для этого мы делаем все необходимое в плане снижения административных барьеров и оказания помощи застройщикам с вводом жилья в эксплуатацию.
– Какой объем жилья планируете сдать по итогам 2015 года?
– В текущем году планка установлена на уровне 830 тыс. кв. м. Цель вполне достижимая, если учесть, что за два месяца 2015 года мы ввели в полтора раза больше жилья, чем за аналогичный период 2014 года.
– Есть ли перечень вводных объектов по ФЦП в 2015 году?
– Если говорить о том, что попадает в непосредственную зону ответственности областного Минстроя, то это строительство общегородских канализационных очистных сооружений в Черняховске и Немане, возведение причальных стенок в Зеленоградске, реконструкция берегоукрепительных сооружений наб. Адмирала Трибуца в Калининграде. Крупнейший объект социальной инфраструктуры, который будет введен в текущем году, – это, безусловно, Театр эстрады в Светлогорске.
Кроме того, будут введены в эксплуатацию несколько детских садов в Калининграде и области. Всего в текущем году на реализацию ФЦП предусмотрено 13,3 млрд рублей. Из них 11,5 млрд выделены федеральным бюджетом. Таким образом, вы можете видеть, что внимание центра к Калининградской области остается стабильно высоким.
– Не так давно вы постулировали заморозку стоимости стройматериалов в регионе. В чем суть этой инициативы?
– Действительно, мы подготовили проект соглашения о сотрудничестве, целью которого является недопущение спекулятивных процессов на рынке стройматериалов. К разработке проекта документа были привлечены представители бизнеса, профессионального сообщества и регионального УФАС. Основная суть инициативы заключается в том, что на добровольной основе предприятия стройиндустрии будут адаптироваться к изменившимся рыночным условиям не за счет потребителя продукции, а за счет внутренней оптимизации и модернизации производств. Соглашение носит исключительно рамочный характер, и мы предлагаем его рассматривать как некое проявление доброй воли со стороны социально ответственного бизнеса.
– Как идут переговоры с производителями стройматериалов по этому поводу? Предложит ли власть какие-то механизмы компенсации за сдерживание цен?
– Проект соглашения направлен для ознакомления и внесения предложений ведущим предприятиям стройиндустрии области. Поскольку соглашение, еще раз повторю, является рамочным и основывается исключительно на доброй воле сторон, то каких бы то ни было жестких компенсационных мер не предусмотрено и не может быть предусмотрено. Однако Минстрой всегда готов помочь бизнес-сообществу в решении насущных проблем.
Так, на последней встрече руководители некоторых предприятий обратились с предложением организации более системной работы с таможней и железной дорогой. И мы сделаем все, что от нас зависит, чтобы поддержать наших производителей. Кроме того, власти региона ведут работу по согласованию проекта постановления правительства РФ, которое позволит компенсировать из федерального бюджета часть затрат предприятий на транспортировку сырья и строительных материалов на территории региона.
– Какова доля импорта стройматериалов в регионе?
– К настоящему моменту предприятия стройиндустрии региона на 60% обеспечивают потребность застройщиков основными видами стройматериалов. К ним относятся сборные железобетонные конструкции и изделия, товарные растворы и бетонные смеси, силикатный кирпич, асфальтовые и битумные смеси, а также некоторые композитные утеплители. Исключение составляют отделочные и кровельные материалы, комплектующие для металлопластиковых оконных и дверных блоков, а также трубные изделия из композитных материалов и металла.
– В течение 2014 года область неоднократно встречалась с зарубежными строителями по поводу реализации инвестиционных строительных проектов. А какова доля иностранного капитала в стройке на сегодняшний день?
– Если говорить об участии иностранных инвесторов в капитальном строительстве, то здесь стоит отметить совместные с европейцами проекты в сфере экологии. Так, в рамках программы приграничного сотрудничества Литва – Польша – Россия в 2014 году осуществлялось строительство очистных сооружений в Мамоново, Немане, Славске.
Объем финансирования, выделенный на эти цели из грантовых средств Евросоюза, составил 386 млн рублей. Кроме того, для строительства очистных Калининграда за счет грантов было поставлено оборудование на сумму порядка 770 млн рублей. Таким образом, в 2014 году объем грантовых средств составил 8% от общего объема лимитов средств ФЦП развития Калининградской области.
– Есть ли успехи в борьбе с административными барьерами? Удастся ли сократить количество согласования процедур?
– Успехи есть. Мы планировали по итогам 2014 года сократить предельное количество процедур до 32, по факту достигли 13. К такому показателю мы должны были прийти только к концу 2015 года. При этом предельный срок прохождения процедур – как плановый, так и фактический – составил 200 дней. Этот показатель к концу года должен составить 130 дней.
Кроме того, Министерство строительства области во взаимодействии с бизнес-сообществом, Союзом строителей, Общественной палатой, Калининградской областной думой, представителями местной власти разработало методические рекомендации по прохождению процедур, связанных с получением разрешения на строительство для муниципалитетов. В настоящий момент они проходят согласование с сетевыми организациями. В скором времени работа над подготовкой будет завершена, и они будут внедрены на практике.
– Как избежать появления «недостроев»? Какие механизмы работы (помимо информирования населения) есть у Минстроя?
– В рамках закона об участии в долевом строительстве 214-ФЗ Министерством строительства осуществляется контроль и надзор за деятельностью застройщиков, привлекающих средства дольщиков. Так, к нам поступает ежеквартальная отчетность, в том числе бухгалтерская. Наши сотрудники анализируют эти данные на предмет соответствия положения дел в фирмах нормативам финансовой стабильности. Также производится контроль целевого использования привлеченных средств дольщиков, анализируются проектные декларации и вносимые в них изменения.
Кроме того, министерство проводит в отношении застройщиков проверки как документарные, так и выездные. По их результатам в случае выявления нарушений выдаются предписания и накладываются штрафы. Например, в прошлом году на застройщиков, привлекающих средства дольщиков, сотрудники Минстроя составили 137 протоколов об административных правонарушениях. Общая сумма наложенных штрафов превысила 7,2 млн рублей, что вдвое больше показателей 2013 года. В случае неоднократного нарушения застройщиками требований законодательства о «долевке» мы можем обращаться в суд с заявлением о приостановлении их деятельности.
Также мы проводим мониторинг рынка страховых услуг, чтобы оперативно пресекать проблемы, которые могут возникнуть при банкротстве страховых компаний или отзыва у них лицензий. Вместе с тем подчеркну, что сейчас мы значительное внимание уделяем профилактике. С этой целью Минстрой организовал цикл просветительских семинаров как для потенциальных дольщиков, чтобы повысить уровень их юридической грамотности, так и для застройщиков, чтобы они яснее понимали, что от них требуется.
– В феврале все регионы утвердили так называемые антикризисные планы. Какие меры поддержки девелоперов может предложить власть?
– Одна из главных антикризисных мер – поддержка рынка ипотеки, поскольку больше половины жилья приобретается с помощью данного инструмента. Сюда же относится и снижение административных барьеров, и помощь в решении вопросов с «сетевиками» как на начальном, так и завершительном этапе строительства. Помимо этого, планируем помочь с подготовкой и переподготовкой кадров.
– На федеральном уровне в последнее время звучат тезисы о том, что институт саморегулирования себя изжил, а вице-премьер Дмитрий Козак вообще заявил, что он не состоялся. Заслуживает ли институт СРО второй шанс?
– Как это нередко бывает с хорошими идеями, саморегулирование на стадии внедрения в жизнь столкнулось с непреодолимыми противоречиями. Как вы знаете, я тоже принимал участие в разработке основ российской системы саморегулирования в строительстве. Мы хотели сделать прозрачную систему с жесткими критериями предоставления компаниям допусков и неизбежной ответственностью в случае недобросовестного исполнениями ими норм законодательства.
Однако в итоге, вероятно, под мощным давлением лобби система так и не заработала в полную силу. Фактически «коммерческие» СРО-однодневки занялись банальной торговлей допусками, не неся за это никакой ответственности. Особенно сильно это ощутил государственный заказчик, когда еще больше откровенных мошенников благодаря наличию допусков СРО получило доступ к открытым торгам по 44-ФЗ.
Когда правительством РФ была сделана попытка восстановить баланс интересов, оно дало реальные рычаги контроля и надзора самому строительному сообществу. Однако искажения в системе к этому моменту были слишком сильны, поэтому мера не возымела действия, очистки сообщества от СРО-однодневок не произошло.
Сейчас в качестве варианта на замену СРО рассматривается система лицензирования. Она показывает очень хорошие результаты в Белоруссии, где подобного «беспредела» со стороны застройщиков не наблюдается, так как откровенные жулики отсеиваются на подступах к рынку. Уверен, что регионы поддержат внедрение системы лицензирования, особенно если выдавать лицензии позволят самим регионам. Тогда у власти появятся хоть какие-то реальные инструменты воздействия на недобросовестных застройщиков. Какое бы ни было принято окончательное решение, уверен, что работа, проводимая вице-премьером Дмитрием Козаком, будет эффективной, так как он очень хорошо знаком со всеми проблемами отрасли и обладает политической волей, чтобы навести в ней порядок.