Владимир Григорьев: «Агломерация должна быть сформирована с учетом экологического каркаса»
Удалось ли достигнуть договоренности по ключевым вопросам с Правительством Ленобласти
в работе над Концепцией совместного градостроительного развития, когда появятся первые проекты реализации в рамках КУРТ и получит ли продолжение архитектурный конкурс по развитию территорий промышленного «серого пояса», рассказал в интервью «Строительному Еженедельнику» председатель Комитета по градостроительству и архитектуре – главный архитектор Петербурга Владимир Григорьев.
– Владимир Анатольевич, каковы итоги полугодия работы Комитета по градостроительству и архитектуре Петербурга?
– За прошедший период была проведена масштабная работа по корректировке Правил землепользования и застройки Санкт-Петербурга в соответствии со вступившими в силу изменениями Закона № 820-7 «О границах объединенных зон охраны объектов культурного наследия, расположенных на территории Петербурга: режимах использования земель и требованиях к градостроительным регламентам в границах указанных зон». Проект ПЗЗ был утвержден Правительством Петербурга 4 июля 2017 года.
Кроме того, была осуществлена работа по внесению изменений в Генеральный план по так называемому «инфраструктурному пакету». 28 июня 2017 года проект закона был рассмотрен и принят Законодательным собранием Петербурга в третьем чтении. Сейчас Комитетом ведется работа по созданию нового Генерального плана на долгосрочную перспективу, в его основу ляжет разрабатываемая Концепция совместного градостроительного развития Петербурга и территорий Ленинградской области (агломерации).
Большое внимание мы уделили конкурсной деятельности, организовав международный архитектурно-градостроительный конкурс на разработку Концепции планировочного и объемно-пространственного решения Музейно-выставочного комплекса «Оборона и блокада Ленинграда». Итоги конкурса подвели 8 сентября текущего года. Перед жюри стоял крайне сложный выбор, ведь все работы 9 архитектурных бюро Санкт-Петербурга, Москвы, Финляндии, Германии и Норвегии выполнены на высоком уровне, с большим вниманием к деталям и трагическим страницам нашей истории. Мы не смогли определить один лучший проект, посчитав, что таких проектов 4 – это «Студия 44», архитектурное бюро «Земцов, Кондиайн и партнеры», «Архитектурная мастерская Мамошина» и финское бюро Lahdelma & Mahlamaki. В ближайшее время нам предстоит совместно с участниками событий тех дней, блокадниками и ветеранами города, определить победителя.
Сейчас проходит еще один не менее интересный конкурс на «симметричные кварталы» в Петербурге и Минске по программе российско-белорусского сотрудничества. Его итоги мы также планируем подвести в конце года.
– В работе над Концепцией агломерации удалось ли достигнуть взаимопонимания с Правительством Ленинградской области по ключевым вопросам?
– В целом договоренность достигнута. Совместно с Комитетом по архитектуре и градостроительству Ленобласти определены и согласованы границы зон взаимного влияния. Достигнуты договоренности о размещении ряда объектов, обеспечивающих жизнедеятельность города на территории области (таких, как места утилизации отходов). Определены действия по совместному развитию улично-дорожной сети. Но в этом вопросе мы, как говорится, были «обречены» на успех, поскольку решение транспортных задач осуществляется в рамках Координационного совета по развитию транспортной системы Петербурга и Ленобласти под руководством министра транспорта РФ М. Ю. Соколова. Нами была проведена работа по синхронизации и стыковке улично-дорожной сети, определению технических коридоров.
И, на мой взгляд, главное – достигнуто общее понимание, что формирование агломерации должно строиться на основе создания экологического каркаса. Однако здесь есть ряд вопросов, которые нам еще предстоит согласовать с Правительством Ленобласти. Не скрою, город выступает с максималистской позицией – создание и сохранение зеленого пояса вокруг Петербурга, что и было заложено в Генеральных планах прошлых лет. Но жизнь вносит свои коррективы, и сегодня мы наблюдаем активное наступление на этот зеленый пояс зон жилищного строительства, вплотную подошедших к границам города со стороны области. Совместно с соседним регионом мы должны определить структуру экологического каркаса, сочетание кольцевых и радиальных зеленых зон вокруг Петербурга, закрепить их как территории охраняемого и сохраняемого ландшафта.
– Когда подготовка Концепции будет завершена?
– Уместнее говорить о завершении очередного этапа работы. В процессе разработки концепции мы пришли к единому мнению, что она должна быть «живым», постоянно действующим и дополняемым документом, как и Генеральный план. Завершение очередного этапа работы намечено на ноябрь текущего года.
– В июне были одобрены поправки в Генплан Петербурга. Некоторые эксперты поспешили назвать обновленный Генплан конгломератом «мертвых проектов». Согласны ли Вы с такой оценкой?
– Такая оценка мне представляется субъективной и не обоснованной, я с ней категорически не согласен. Я отчасти бы понял, если бы нас упрекали за то, что корректировки в Генплане касались только действующих проектов, или нас обвиняли бы в недостаточности изменений, связанных с проектами, которые еще предстоит реализовать, но ведь ничего подобного не произошло. Генеральный план – это в принципе картина будущего, он содержит в себе проекты как находящиеся в стадии реализации, так и перспективные, но отнюдь не «мертвые».
– Продолжается разработка Генплана Петербурга на 2019 – 2043 годы. На какой стадии сейчас находится работа?
– В основе создаваемого Генерального плана должны быть положения Концепции совместного градостроительного развития Петербурга и Ленобласти, о которой я уже говорил. Поскольку новая форма Генплана, предписанная федеральными документами, предполагает отображение региональных объектов, сейчас мы занимаемся сбором необходимых исходных данных. Мы уже собрали информацию примерно о 50 тыс. региональных объектов, которые подлежат отображению. Согласно поручению вице-губернатора Петербурга И. Н. Албина, мы создали так называемые «температурные карты», которые представляют собой анализ обеспеченности территорий города объектами социально-культурной и бытовой инфраструктуры. «Температурные карты» позволяют определить территории особо острого дефицита и территории, относительно благополучные в плане обеспеченности такими объектами. В Генплане эти данные также будут учтены. Сегодня Правительством Российской Федерации разрабатывается концепция пространственного развития страны, в соответствии с которой будет откорректирована Концепция развития Санкт-Петербурга, – это «Стратегия-2030». Она также должна найти свое отражение в Генеральном плане.
– В недавно утвержденных правительством города обновленных ПЗЗ установлен перечень территорий, которые получат развитие как КУРТ. Город выбрал 14 территорий для КУРТ, но по своей инициативе будет развивать не все. Почему?
– Действующей редакцией Градкодекса для осуществления деятельности по комплексному устойчивому развитию территорий определены четыре критерия. Так, закон позволяет определять границы участков под КУРТ в ПЗЗ, где не менее 50% объектов – это аварийные здания (кроме многоквартирных домов), объекты, которые не соответствуют градостроительному регламенту и которые используются не по назначению. Территорий, которые бы удовлетворяли этим критериям, в Петербурге практически нет. Пока определены две – территория бывшей воинской части в Красносельском районе и территория бывшего золоотвала в районе Дальневосточного проспекта. В то же время территорий, которые нуждаются в КУРТ, но находятся в частной собственности, – гораздо больше. Поэтому и территорий, заявленных по инициативе правообладателей, будет больше.
На данный момент нет четкого понимания по поводу того, как будут строиться взаимоотношения по договору КУРТ, в котором должны быть прописаны обязательства двух сторон, а также этапы и сроки реализации проекта. Сейчас по нескольким территориям как раз подходим к разработке таких «пилотных» договоренностей. Градкодекс не содержит типовой формы такого договора, но его и не должно быть. Для разных городов и отличных градостроительных ситуаций эта задача может быть решена по-разному.
Одна из территорий – квартал у Лиговского проспекта – уже развивается в рамках КУРТ. Я думаю, он станет одним из первых проектов, который реально покажет, как будут учтены интересы различных собственников. Проектом занимается сильная девелоперская группа, и мы надеемся, что им удастся успешно решить эту сложную задачу.
– В прошлом году Комитет организовал и провел архитектурный конкурс, касающийся развития трех территорий «серого пояса». Планируете ли распространить эту инициативу на другие промышленные территории, нуждающиеся в реновации?
– Прежде всего, нам удалось утвердиться в представлении о том, что территории «серого пояса» должны развиваться комплексно – здесь должны быть созданы и рекреационные, и общественные пространства, и места приложения труда, и жилая застройка. Конкурс показал различие подходов к решению этой задачи, что оправдано: для разных территорий и решения должны быть индивидуальными.
Развитие «серого пояса» – задача, которая стоит перед городом в целом, а не только перед Комитетом по градостроительству и архитектуре. Первостепенное значение в определении векторов развития этих территорий имеет решение таких вопросов, как приложение труда и характер создаваемых производств, инвентаризация действующих предприятий. Это находится в ведении Комитета по промышленной политике и инновациям Петербурга. Отдельная тема – имущественные вопросы. Здесь мы ждем методологической поддержки от городского Комитета имущественных отношений. Думаю, задачи по развитию «серого пояса» в той или иной степени касаются всех профильных комитетов.
Безусловно, было бы очень полезно получить проектные решения по развитию всех территорий «серого пояса». В рамках состоявшегося конкурса мы предложили архитекторам только три участка, в южной части города. Вместе с тем, такие территории есть и на севере – например, на Выборгской стороне.
Одной из идей этого конкурса было привлечь внимание бизнеса к проектам развития «серого пояса», активизировать инвестиционный процесс вокруг этих территорий. Ведь, откровенно говоря, финансовые возможности города пока не позволяют говорить о преобразовании этих зон за счет бюджета. Во Франции, например, был разработан законодательный механизм, по которому построен район Дефанс в Париже. Это была так называемая концепция «национального интереса». Если территория признавалась важной для развития, для нее разрабатывали определенные условия, которые никто не вправе оспаривать. Аналогичный пример – территория у вокзала Аустерлиц. У нас таких законов, к сожалению, нет.
– Исторически сложилось, что Петербург в определении своего архитектурного облика чаще ориентируется на европейские образцы. Как родилась идея конкурса «Симметричные кварталы»? Опыт коллег из стран ближнего зарубежья может обогатить Петербург в архитектурном плане?
– Я бы разделил эти два вопроса – про конкурс и опыт. Беглого взгляда на опыт минчан достаточно, чтобы понять, что они строят с гораздо меньшей плотностью, чем мы. И при этом их проекты являются коммерчески состоятельными. Если мы вдруг начнем перенимать опыт Белоруссии и установим для Петербурга коэффициент использования территорий около 1 или меньше, как в Минске, то, боюсь, налогами мы город не обогатим и девелоперы не увидят рентабельности в своих проектах. Вместе с тем наши белорусские коллеги успешно и профессионально решают свои градостроительные задачи, никаких кризисных явлений, например, в Минске, я не увидел.
Конкурс на «симметричные кварталы», на мой взгляд, очень красивая идея. Вектор разобщенности, который мы наблюдаем сегодня и который отчасти поддерживаем сами (а иногда его навязывают нам извне), неправилен. Проблема разобщенности населения существовала всегда. Но всегда существовала и идея развития. Поэтому любые поводы для совместных действий и сопричастности друг другу сегодня можно только приветствовать.
Суть конкурса в том, что наши минские коллеги проектируют жилой квартал в Петербурге, а мы делаем «симметричный» проект в Минске. Это покажет, насколько мы ушли друг от друга в своих, в том числе и архитектурных представлениях, или все еще остаемся в похожем мировоззрении. В Петербурге речь идет о социальном жилье, этот проект будет реализован, он заложен в планы Комитета по строительству Петербурга, отражен в адресно-инвестиционной программе. Насколько я знаю, белорусская сторона так же серьезно подходит к вопросу реализации проекта в Минске, который выполнят петербургские архитекторы.
Кстати
Территория конкурсного проектирования «Белорусского квартала» в Санкт-Петербурге расположена в районе Полюстрово Калининского района в окружении промышленной и жилой застройки. Площадь участков, предназначенных для строительства жилых домов, составляет 3,89 га.
Сергей Робул, и.о. гендиректора Фонда капитального ремонта многоквартирных домов Ленобласти о причинах недавней кадровой ротации в фонде.
– Сергей Леонтьевич, как сейчас организована система капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах Ленинградской области? Эффективна ли она?
– Несколько лет назад, работая в областном Комитете по ЖКХ и транспорту, я был в числе тех, кто стоял у истоков создания областного Фонда капитального ремонта многоквартирных домов. Вместе с коллегами мы провели множество встреч с представителями муниципалитетов, управляющих компаний, жителями Ленобласти. В результате Фонд начал действовать в указанный федеральным законодательством срок – 1 января 2014 года, и сегодня в его работе прослеживаются только положительные тенденции. Главный показатель эффективности – крепнущее среди населения Ленобласти убеждение в том, что есть реальный механизм для решения проблем, копившихся десятилетиями.
Сформированная в 2013 году региональная программа капитального ремонта общего имущества МКД с периодом действия 30 лет вызвала поначалу неоднозначную реакцию жителей, поскольку к этому моменту большая доля жилого фонда нуждалась в таком ремонте в самые короткие сроки. Соответственно, возникли вопросы о целесообразности платы за работы, которые выполнят через десятки лет. Однако система капитального ремонта беспрерывно модернизируется. Ежегодно формируются краткосрочные планы реализации региональной программы капремонта, и включение в них каждого конкретного дома зависит от инициативности жильцов.
– Как именно?
– Сейчас система технического мониторинга в Ленобласти выглядит следующим образом. Управляющая компания обследует дом и предоставляет данные (по ряду показателей) в администрацию поселения. Далее информация обобщается на уровне муниципального района и передается в Комитет государственного жилищного надзора и контроля. Если, по мнению собственников, их дом нуждается в капитальном ремонте уже в ближайшее время, они могут, обратившись в соответствующую организацию, получить акт обследования здания и представить его вместе с заявлением в управляющую компанию либо администрации муниципального образования. Эти документы в составе сводной информации по району будут также переданы на рассмотрение в Госжилнадзор. После проверки специалистами Госжилнадзора и с их рекомендациями вся информация направляется в Комитет по ЖКХ и транспорту: именно он формирует краткосрочный план по реализации региональной программы капитального ремонта.
– То есть главное – консолидация собственников?
– Да, и отмечу, что случаев включения в краткосрочный план домов, ремонт которых ранее предусматривался через 10-12 лет, уже в прошлом году было достаточно много. Конечно, жильцам легче принимать решения, если организованы ТСЖ, ЖСК, совет дома. Там же, где собственники разобщены, миссию по их консолидации должна взять на себя местная администрация.
– Где в Ленобласти эта работа наиболее успешна?
– Можно отметить Волосовский район, достаточно энергичное и грамотное управление процессом в Кировском, Тосненском, Киришском районах. Пример того, как отношение местной власти влияет на состояние ЖКХ, – резонансная ситуация с лифтами, которые требуют массовой замены, в Сосновом Бору. В то же время есть территории, по которым в план экстренной работы вошли только единицы лифтов, и не потому, что там нет многоэтажной застройки.
– А много ли бывает случаев некачественного выполнения работ по капитальному ремонту? Какие санкции к подрядным организациям применяются?
– Шероховатости возникают в начале любого проекта, любой деятельности. Санкции за некачественное выполнение работ, срыв сроков обязательно предусмотрены условиями контракта с любым подрядчиком. И штрафы могут составлять сотни тысяч рублей. Но надо понимать еще и то, что дом, не знавший капитального ремонта в течение 20 лет или даже больше, может потребовать гораздо больших объемов работ, чем это предусмотрено в смете. Разумеется, мы проводим дефектовку всех домов, однако без использования методов экспериментального контроля. Поэтому если управляющая компания не следила за этим домом, при начале капитального ремонта выявляются все новые и новые дефекты, исправление которых сметой не предусмотрено.
Но эти сложности удается разрешать. Гораздо больше тревожит позиция принципиальных неплательщиков за капремонт – и отдельных граждан, и организаций – собственников жилого фонда. Например, обескураживает непонимание важности взносов на капремонт со стороны ОАО «РЖД», в собственности которого – практически все жилые дома в полосе отчуждения железной дороги на территории области. РЖД пытается создать собственного оператора капитального ремонта и взносы в «общий котел» не признает. Мы ведем претензионную работу, но процесс этот очень длительный.
– Планируются ли изменения в работе вашего фонда?
– Изменения должны происходить постоянно, поскольку сами жизненные реалии меняются очень динамично. Прежде всего, совершенствуется законодательная база. Некоторые положения, прописанные в законе при формировании фондов капитального ремонта общего имущества многоквартирных домов, допускали двоякое толкование. Благодаря Минстрою эти неточности сегодня выявляются и исправляются. Нередко ответы на вопросы мы получаем на семинарах, встречах по обмену опытом руководителей всех региональных фондов. Когда слушаешь коллег, начинаешь делать для себя полезные выводы.
– Например?
– Например, на днях на заседании постоянной депутатской комиссии областного ЗакСа по ЖКХ и ТЭК рассматривалась наша инициатива об изменении сроков выхода собственников из «котлового» счета, управляемого региональным оператором (то есть нашим фондом). Законодательство предусматривает для перехода собственников на самостоятельное управление взносами на капитальный ремонт период в два года. Мы предложили сократить его до года. Надо сказать, что сейчас вопрос о сроках этой процедуры обсуждается и на федеральном уровне.
– Каковы основные отличия программы капитального ремонта в 2015 году и аналогичной программы на 2016 год?
– Краткосрочный план на текущий год сформирован по предельной стоимости видов работ и материалов, утвержденной постановлением регионального правительства. Предельная стоимость учитывает все возможные варианты удорожания того или иного элемента работ по капитальному ремонту и применяемых при этом материалов: исключаются риски того, что изначально предусмотренных сметой средств не хватит на выполнение полного объема работ.
Кроме того, в план 2016 года включена предпроектная подготовка – дефектование объектов. Внесены корректировки в ст. 11 регионального закона 82-оз «Об отдельных вопросах организации и проведения капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах, расположенных на территории Ленинградской области». Теперь за предпроектную подготовку платятся деньги по договору, следовательно, можно быть уверенным в том, что эта работа будет выполнена качественно.
Кстати:
Наиболее высокий уровень собираемости платежей за капремонт (свыше 90%) в Тосненском, Тихвинском и Кировском районах Ленобласти.