Владимир Быков: «Опыт службы на Севере дал мне серьезную закалку»
Директор Ассоциации СРО «Балтийский строительный комплекс», председатель Комитета по предпринимательству в сфере строительства и рынку недвижимости Санкт-Петербургской Торгово-промышленной палаты, к. т. н., почетный строитель России Владимир Быков в преддверии своего юбилея рассказал «Строительному Еженедельнику» о том, как начинался его трудовой путь, о важных вехах в своей профессиональной биографии, а также поделился мнением о текущей ситуации в строительной отрасли.
– Владимир Леонидович, расскажите о том, что Вас подвигло выбрать профессию строителя и связать свою жизнь со строительной отраслью. Как все начиналось?
– Все достаточно просто. В нашей семье все были строителями. Мама работала в строительной организации, дедушка строил железную дорогу от станции Моинты Казахской ССР, где я родился, до медеплавильного комбината на озере Балхаш. Я с детства понимал, что такое стройка, какие люди на ней работают, и, соответственно, это во многом предопределило мой выбор профессии. Кроме того, в годы моей юности в СССР активно все строилось. Сама профессия строителя воодушевляла молодых людей на различные трудовые подвиги. Сам дух того времени способствовал выбору моего профессионального пути.
– Первым Вашим профессиональным образовательным заведением стал политехникум в Мончегорске. Чем запомнились годы обучения в нем?
– Наверное, тем, что этот период жизни для меня стал первым реальным шагом вхождения в профессию. В техникум я пошел после восьмого класса. Выбрал специализацию «Промышленное и гражданское строительство». Уже с первых дней учебы началась практика на комбинате «Североникель». В том числе, на его уникальных объектах, где добывали металлы из руд. В целом, было очень интересно учиться у замечательных преподавателей Мончегорского политехникума и получать практические знания и опыт.
– Как продолжился Ваш трудовой путь после техникума?
– После окончания учебы в техникуме я начал работать в тресте «Кольстрой», который специализировался на возведении промышленных объектов. Затем был призыв в армию, и я решил связать профессию с военным строительством. Поступил в Ленинградское высшее военное инженерно-строительное Краснознаменное училище имени генерала армии А. Н. Комаровского (ЛВВИСКУ). После его окончания в 1981 году по распределению был направлен на службу в Северовоенморстрой. Этот этап профессиональной деятельности – очень значимый и яркий для меня. Опыт службы на Севере дал серьезную закалку и неоднократно помогал мне в работе.
– Будучи военным строителем, возведением каких объектов Вы занимались?
– Очень разных, но все это объекты Северного флота. Участвовал в строительстве военно-морских баз, портов, испытательных полигонов, объектов ядерной энергетики. Также мы строили дома, социальные объекты. География работ также очень широкая: от Норвегии до Тикси, от Земли Франца-Иосифа до военно-морской базы в Камрани во Вьетнаме.
– Встречаетесь ли со своими сослуживцами?
– Конечно! И еще как! В апреле каждого года вот уже на протяжении четверти века строители Северного флота собираются в Петербурге. Председателем оргкомитета таких мероприятий является генерал-лейтенант в отставке, президент нашей Ассоциации Владимир Чмырёв. На встречи приезжают от двухсот до трехсот человек. Мы собираемся не только, чтобы вспомнить годы нашей службы, но и обсудить то, чем занимаемся сейчас. На этих встречах мы не забываем о наших ветеранах. Мы им стараемся показать исторические объекты, которые были отреставрированы при нашем участии.
Раз мы заговорили о ветеранах, хочу отдельно упомянуть Николая Варламова, который прошел всю Великую Отечественную войну и дошел до Берлина. В послевоенное время он продолжил службу в Вооруженных силах и параллельно начал вести педагогическую деятельность. Генерал Варламов создал научную школу, подготовил множество кандидатов и докторов наук. В том числе, защищался у него и я, а также такие известные люди, как Вячеслав Заренков, Владимир Яковлев, Александр Вахмистров. Сейчас Николаю Варламову 92 года, и он продолжает работать. Хочу пожелать ему крепкого здоровья.
– Наверное, деятельность многих членов Ассоциации «Балтийский строительный комплекс» связана с флотом?
– Это действительно так. Значительная часть компаний-членов СРО имеет отношение и к строительству портов, морских и речных баз. Многие руководители организаций, входящих в «БСК», – бывшие военные строители. Фактически в работе мы продолжаем заниматься тем, что делали в молодости. Дружба, проверенная многолетней службой, укрепляет наш коллектив, который я считаю очень сплоченным.
– Члены «БСК» принимали участие и в реставрации многих известных исторических объектов. Можете рассказать о некоторых из них?
– Членами нашей Ассоциации являются ведущие реставрационные компании. Благодаря их работе была дана новая жизнь многим знаковым объектам Северной столицы и ее пригородов. Среди них – Морской собор в Кронштадте, Константиновский дворец в Стрельне, здание Александринского театра и многое другое. Не представляете, сколько сложных строительных работ, в том числе и незаметных для обывателя, необходимо было проделать, чтобы восстановить эти и многие другие объекты.
– В целом, как оцениваете изменения, происходящие в системе саморегулирования?
– Мы не согласны с внедрением некоторых норм и требований. Полагаю, что мировой опыт системы саморегулирования лучше и надежнее. Но хорош или плох закон, его надо исполнять.
– А каким Вы видите текущее состояние строительного комплекса Петербурга и Ленобласти?
– Думаю, что все очень неплохо. Если брать промышленные объекты, то они становятся более сложными, технологически более уникальными. Например, это наши порты в Усть-Луге, Приморске, Высоцке, в самом Петербурге. Также возводятся новые производства. Растет и количество жилых, социальных объектов. Это означает, что строительная отрасль Петербурга и Ленобласти достаточно активно развивается. Но все же, наверное, город должен расти не в высоту, а вширь. Для этого необходимо иметь качественную инженерную инфраструктуру, в том числе и дороги.
– На Ваш взгляд, насколько качественно происходит подготовка специалистов строительной отрасли в вузах и средних специальных учебных заведениях?
– На примере наших основных вузов, техникумов, колледжей Петербурга можно сказать, что обучение будущие строители проходят достойное. В учебных заведениях работает сильный преподавательский состав. Очень важно (и правильно), что многие строительные компании организуют площадки для практического обучения студентов, то есть имеется неразрывная связь между учебным заведением и производством. Отмечу, что лучшие из лучших молодых ребят, обучающихся рабочим специальностям, наряду с работниками строительных организаций города участвуют в конкурсах профмастерства, получают призовые места и поощрения.
– Вы активно поддерживаете детей-сирот из Ольгинских приютов и сообщества «Детские деревни – SOS» в Пушкине и Пскове. Что это за проекты и почему Вы решили их поддержать?
– Инициаторами поддержки многодетных семей, которые воспитывают детей из детских домов, являются член нашей Ассоциации, глава компании «Дальпитерстрой» Аркадий Скоров и председатель правления благотворительного фонда «Наши дети – будущее Отечества» Александр Поспелов. Для таких семей они строят малоэтажные жилые комплексы с храмами, делают все, чтобы дети не чувствовали себя обделенными и вошли в жизнь с нормальными навыками. Ассоциация «БСК» также активно помогает развивать данный социальный проект. Мы закупаем оборудование для школ и приютов, оказываем материальную помощь, дарим подарки на праздники, стараемся удовлетворить все потребности детишек. Полагаю, что формат семейных детских домов нужно развивать и дальше. Задача участников строительного бизнеса, как меценатов и попечителей, – по возможности поддерживать такие проекты.
– Владимир Леонидович, впереди у Вас юбилей и, наверное, еще много нереализованных планов?
– Наверное (смеется), дожить до ста лет без старости. Планов действительно много, будем стараться все их реализовывать, чтобы Ассоциация «Балтийский строительный комплекс» продолжала крепнуть и развиваться.
Кстати
Членами Ассоциации СРО «БСК» являются ведущие реставрационные компании. Благодаря их работе были восстановлены Морской собор в Кронштадте, Константиновский дворец в Стрельне, здание Александринского театра, Янтарная комната в Екатерининском дворце и многие другие объекты.
Заместитель полпреда Президента РФ в СЗФО Андрей Травников об итогах социально-экономического развития округа за первое полугодие 2015 года, дополнительном пакете федеральной помощи региональным бюджетам в 160 млрд рублей и необходимости упорядочить борьбу субъектов за инвестиции.
– Если говорить о результатах экономического развития субъектов СЗФО за первое полугодие 2015 года – насколько сильно сказался на регионах кризис?
– Все регионы в той или иной степени ощущают влияние кризиса, в том числе и Северо-Запад. В целом по округу итоги полугодия практически цифра в цифру повторяют общероссийские показатели. Из негативных явлений могу выделить сокращение объемов промышленного производства. Индекс промпроизводства по СЗФО упал на 2,8%, по России – на 2,7%. При этом семь субъектов СЗФО по итогам полугодия даже показали прирост промпроизводства, но статистику нам подпортил Санкт-Петербург, занимающий львиную долю в общем объеме ИПП округа, и торможение промышленности в мегаполисе отразилось и на окружных показателях.
В основном пострадали отрасли, связанные напрямую с конечным потреблением, с розничным спросом, который на фоне сокращающихся инвестиций в производственные активы выступал драйвером для отрасли. Я говорю прежде всего об автопроме, базирующемся в Петербурге и Ленобласти, производстве электроники и бытовой техники и т. д. Эти рынки подорвало колебание валютного курса и вынужденное повышение ключевой ставки Центробанком.
Вместе с тем лучше всего себя чувствуют сегодня экспортно- ориентированные отрасли, те, которым колебание валютной конъюнктуры пошло на пользу, чья продукция стала более конкурентоспособной по сравнению с импортными аналогами как на экспорте, так и на внутреннем рынке. Так, существенно прибавили предприятия по переработке леса, металлурги.
– Главный вопрос, который стоял все последнее время перед промышленниками и предпринимателями, – где взять деньги и как выжить при ставке в 22-25%. Насколько гибко сейчас подходят банки к кредитованию реального сектора?
– Вспоминаются переговоры в самый острый период кризиса ликвидности. Это зима 2014 – весна 2015 года. Тогда настороженность со стороны бизнеса и банковского сообщества была взаимная. С одной стороны, банки неохотно давали кредиты, повышая требования к заемщикам. С другой стороны, и спрос на банковские кредиты в том момент сложно прогнозируемого развития событий со стороны бизнеса был невелик. Мы знаем, что многие предприниматели решили выждать паузу, отложили реализацию ряда проектов по капстроительству и реконструкцию, кто-то старался обходиться своими оборотными средствами, что было вполне оправданно – все ждали смягчения политики Центробанка. Проблему доступности кредитных ресурсов никто не отрицает, особенно для средних и малых предприятий. В отношении же крупных предприятий ситуация проще, и, на мой взгляд, сейчас настало время, когда уже банки будут искать качественных заемщиков. Потому что инвестиционная активность сокращается, потребность в долгих деньгах тоже, а банки без работающих средств существовать не смогут.
– Насколько сейчас сложное бюджетное положение в регионах?
– Ситуация с бюджетами сложная. В целом по итогам полугодия 2015 года почти все бюджеты в том виде, в котором они были утверждены законами субъектов, дефицитные. Если не брать в расчет Петербург и Ленобласть, самые дефицитные бюджеты в Калининградской области – 4,5 млрд рублей, Республике Коми – 3 млрд рублей, в Карелии и Вологодской – по 1,5 млрд рублей. Из позитивных моментов могу сказать только, что не оправдались те негативные прогнозы, которые мы сами строили в начале года. В январе-феврале 2015 года опасения за бюджетную ситуацию были очень серьезные, потому что это был период самых ярких негативных тенденций в экономике, сокращались поступления налогов в бюджеты всех уровней.
В тот момент субъекты предпринимали жесткие превентивные меры по сокращению необязательных расходов, готовились различные варианты секвестра. Но, к счастью, весна начала показывать, что негативный прогноз не сбывается. Тенденции сниженных поступлений оставались, но это компенсировалось дополнительными поступлениями по другим статьям. Например, по налогу на прибыль от экспортно ориентированных предприятий. Практически все субъекты по итогам шести месяцев показывают внушительный объем поступлений по налогу на прибыль, по доходам ситуация аналогичная.
– Но доходы НАО напрямую зависят от цены на «бочку». Даже при 60 USD за баррель власти прогнозируют снижение доходов. Как выжить добывающим регионам в ситуации с дешевеющей нефтью?
– Традиционный совет – диверсифицировать экономику, слезать с «нефтяной иглы», развивать переработку. Но если в отношении, например, Архангельской области такая стратегия оправдана, у них развивается судостроение, лесопереработка, то в отношении НАО такие схемы не работают. Округ сегодня живет исключительно за счет добычи полезных ископаемых. Но в ситуации снижения цен на ресурсы нужно понимать, что это не будет продолжаться вечно – отскок цены на нефть рано или поздно произойдет, и, очевидно, этот период субъекту придется как-то пережить. За счет развития альтернативных производств, оптимизации расходов и привлечения заемных ресурсов и помощи федерального центра.
– А готовы ли сегодня федералы помогать регионам живыми деньгами?
– Конечно, возможности федерального центра также ограничены. Федеральный бюджет снижение ценника на нефть почувствовал даже острее, чем некоторые субъекты Федерации. Объем прямой безвозмездной поддержки, финансируемых из бюджета инвестиционных проектов в ближайшие годы сократится. Что касается поддержки региональных бюджетов, то, как известно, с 2014 года при невозможности прямых субсидий региональным бюджетам Минфин РФ решил оказывать помощь путем замещения коммерческих кредитов государственными. Могу сказать, что дополнительно к тем 150 млрд рублей бюджетных кредитов, которые были запланированы на 2015 год в законе о бюджете, в качестве одной из антикризисных мер было предложено выделить еще 160 млрд. Сейчас регионы СЗФО защищают свои заявки в Минфине и получают соответствующие объемы дотаций. Это очень важный шаг на фоне критичной ситуации с госдолгом субъектов.
На 1 июля 2015 года общий госдолг бюджетов регионов СЗФО составил более 200 млрд рублей. Но благодаря поддержке Минфина и выдаче бюджетных кредитов удалось значительно улучшить структуру госдолга, и сегодня в общем объеме бюджетные кредиты занимают 82,6 млрд рублей, кредиты банковского сектора – 78,8 млрд рублей. По состоянию на 1 июля максимальный объем госдолга был в Вологодской, Архангельской области и Коми.
– Как оцениваете шансы привлечения иностранного капитала? Интересен ли сегодня зарубежному инвестору Северо-Запад?
– Есть две причины настороженного отношения иностранных компаний к России. Первая – экономическая: в период сложной экономической обстановки в мире зарубежные компании «трясет» точно так же, как и российский бизнес. Они осторожничают, хотят быть на 100% уверены в том, что не прогадают с вложением средств. Убежден, что это временный момент, колебания на валютном рынке пройдут и инвестор потянется. Вторая причина – политическая. В кулуарных разговорах многие представители иностранных компаний подтверждают свой интерес к России, инвесторы понимают, что, несмотря на определенное снижение спроса на российском рынке, потенциал страны далеко не исчерпан. Как в части развития производств, так и в части рынка сбыта. Но многие компании работают с оглядкой на внешнеполитическую позицию своей страны, и это понятно. Поэтому они взяли паузу в ожидании смягчения градуса напряженности на государственном уровне.
На мой взгляд, сегодня досужие рассуждения о том, что инвестклимат в России не способствует ведению бизнеса – это растиражированный миф. Все условия для реализации качественных инвестпроектов в регионах есть. У нас есть примеры того, что некоторые проекты буквально в ручном режиме курируются высшими должностными лицами субъектов, им оказывается всесторонняя поддержка.
– При этом регионы продолжают заниматься «перетягиванием инвестиционного одеяла». В стремлении привлечь инвестора в субъектах понастроили индустриальных парков, которые стоят полупустые.
– В свое время мы слишком увлеклись и, возможно, переоценили эффект от индустриальных парков и подобных площадок. Конечно, фактор подготовленной площадки является важным критерием при принятии инвестором решения о размещении производства, но, как показал опыт, в большинстве случаев этот критерий не оказывается определяющим. У нас в стране настолько большой рынок свободной земли, что убедить инвестора в том, что нужно осесть именно в определенном месте, сложно. Так сложилось, что у нас все отталкиваются от принципа продвижения территории, а нужно идти по пути продвижения конкретных проектов, завязывать процесс на якорном резиденте, вокруг которого будет отстраиваться вся остальная зона.
Что касается переманивания регионами инвесторов – эта тенденция имеет место. Но в этом есть и положительный момент, ведь в любой конкуренции, соревновании, заложена динамика развития. Другое дело, что этим процессом можно и нужно управлять. В том числе и на международном уровне – мы видели примеры, когда к одним и тем же иностранным партнерам в течение месяца приезжают команды из разных регионов страны и забрасывают компанию однотипными предложениями. Такая конкуренция не только не дает нужного эффекта, но и подрывает имидж государства. Еще одна проблема – для размещения производств по территории округа нужна отдельная стратегия. Иначе у нас в СЗФО будет избыточное количество автосборочных предприятий или цементных заводов, а вот производителя, скажем, кирпича не найдется, и его придется завозить из-за рубежа. В прошлом году был принят закон о стратегическом планировании, надеюсь, он будет способствовать более равномерному распределению сил по территории округа.
– Как чувствует себя строительный комплекс и в частности жилищное строительство?
– По вводу жилья мы имеем достаточно позитивные цифры по всем субъектам за исключением Республики Карелия, которая немного не дотянула до результата прошлого года. Но обольщаться не стоит – этот результат обеспечен ажиотажным спросом конца 2014 года, который продолжился в I квартале 2015 года. Ко второму кварталу спрос сократился и ситуацию спасли только инициативы правительства по субсидированию ипотечной ставки. И сами застройщики подтверждают – их опасения резкого спада продаж с марта не сбылись, спрос удержался на комфортном уровне.
В целом же по отрасли ситуация не столь радужная. По объему выполненных работ в строительстве в первом полугодии округ потерял 8,6%. На темпах строительства отражается в первую очередь спад инвестиционной активности, который фиксировался на протяжении 2013-2014 годов. Также повлияло колебание валюты и рост стоимости заемных средств, сокращение рынков потребления. Многие предприятия отложили строительство новых очередей и заводов.
– Калининградская области и НАО ввели собственное, региональное субсидирование процентной ставки по ипотеке. Может ли инициатива распространиться на другие субъекты округа?
– Общей практикой это, конечно, не станет. Потому что у всех разные бюджетные возможности и дефицитные бюджеты этого себе позволить не смогут, как и не смогут дать определенные пакеты поддержки тем или иным бизнес-проектам. Максимум, на который могут рассчитывать инвесторы, – стандартный пакет преференций в виде налоговых льгот.
– Какова динамика расселения аварийного жилья по округу? Остается ли проблема сокрытия реального количества аварийного жилья на уровне местных властей, о которой уже говорилось в полпредстве?
– Программа реализуется очень сложно, особенно в тех субъектах, где много ветхого жилья в отдаленных муниципалитетах и где не развит строительный комплекс. До сентября 2017 года в округе необходимо ликвидировать более 1,1 млн кв. м аварийного фонда, по состоянию на 1 августа регионам удалось расселить 308 тыс. кв. м, получается, что за год с небольшим нам предстоит разобраться с 861 тыс. кв. м «аварийки». Отмечу, что стоимость возводимого для переселенцев жилья ограничена, и зачастую муниципалитеты без дополнительного финансирования не смогут развязать этот клубок проблем. Тут есть выход – либо консолидировать функцию заказчика, как это сделано в Карелии, либо забрать полномочия по конкурсам на строительство жилья с муниципального на региональный уровень. Так сделано в Архангельской, Вологодской областях, в Республике Коми. Часто на конкурсы выходят недобросовестные исполнители, это приводит к еще одной проблеме – качества возводимого жилья для переселенцев. Не единичны случаи, когда новые дома, построенные в рамках программы, уже через год-два нуждаются в капремонте.
По-прежнему остается актуальным вопрос своевременного выявления аварийного фонда. За ликвидацию аварийного жилья и переселения граждан отвечают муниципалы, и в связи с ограниченными возможностями муниципальных бюджетов некоторые муниципалитеты сознательно скрывают реальные объемы «аварийки», недальновидно предполагая, что чем меньше граждан будет признано нуждающимися в переселении, тем меньше вопросов будет к местному самоуправлению. Но это ошибочный расчет. Потому что когда государство приняло решение о том, что нужно расселить весь аварийный фонд, признанный таковым до 1 января 2012 года, в выигрыше оказались именно те муниципалитеты, которые планомерно, не боясь признать свои обязательства, занимались расселением аварийного фонда. Те, кто тормозил выявление «аварийки», наоборот, накопили себе проблем. Не нужно закапывать голову в песок, нужно проблему признать и работать над ее решением. К сожалению, нарушений по механизму расселения аварийного жилья масса, они фиксируются и прокуратурой и полпредством. Очень показательная цифра – объем судебных решений, когда граждане вынуждены добиваться признания своего жилья аварийным.