Михаил Москвин: «Правительство Ленобласти нашло деньги на достройку ЖК «Силы Природы»
Кредитный комитет АО «АБ «Россия» в среду одобрил выделение кредита для завершения самого проблемного долгостроя в Ленинградской области — ЖК «Силы Природы». Переговоры вела «дочка» администрации региона — Агентство ипотечного жилищного кредитования (АИЖК), которая получит средства банка и станет оператором достройки. «Строительный еженедельник» спросил заместителя председателя правительства региона Михаила Москвина, как планируется распорядиться деньгами.
— Михаил Иванович, деньги на завершение этих четырех домов есть, что дальше?
— Дальше будет подписан кредитный договор — это дело нескольких дней. Затем мы начнем выполнять отлагательные условия банка для открытия финансирования. Есть список из строительных, организационных и административных мероприятий, которые АИЖК будет выполнять пока за свои средства. Например нужно сделать новый строительный проект, актуализировать техусловия, сделать проект прозрачным с финансовой точки зрения. И да, процедура банкротства застройщика, с управляющим от администрации Ленобласти, смена менеджмента проекта— это одно из главных условий банка.
— Компания О2 Development, контролирующая этот недострой, неоднократно заявляла, что она предоставила все документы и проект максимально прозрачный. Почему не возьмете так?
— «Взять так», как предлагает компания, это значит понести ответственность за финансовые обязательства и деятельность компании O2 Development, которая привела стройку к остановке. Мы не знаем, сколько квартир выведено и на какую сумму у них не оплаченных договоров, векселей и кредитов. У нас есть данные движения средств только по одному банковскому счету, представлена неполная и противоречива информация и количестве пайщиков и дольщиков.
— Поделитесь?
— В официальном реестре пайщиков по состоянию на май 2017 г. приведено 2350 человек, которые оплатили 4,481 млрд рублей, в то же время по расчетному счету ЖСК «Муринское — 1» сумма поступлений физических лиц по договорам паевого взноса составляет 4,613 млрд руб — и поступления отражены от 3114 человек. С учетом того, что часть взаиморасчетов производилась наличными денежными средствами, считаем эти данные недостоверными. Для оценки настоящего количества реальных дольщиков и пайщиков необходимо проанализировать полный пакет правоустанавливающих документов на каждую квартиру, что и должен сделать суд в процедуре банкротства.
— Хорошо, когда начнется процедура банкротства и АИЖК сможет выйти на стройку?
— Сейчас рассматривается несколько дел о банкротстве структур O2 Development, но компания сопротивляется введению процедуры наблюдения — они не строят сами и не дают другим. В октябре будет рассматриваться иск к ООО «Романтика», там уже будет наша кандидатура управляющего. В данной ситуации мы можем работать только в правовом поле, консолидировать кредиторов и искать новых. С введением процедуры стройка оживет.
— Почему так важна кандидатура управляющего в деле о банкротстве?
— От него зависит прозрачность объекта на выходе из процедуры. Приведу простой пример. Сейчас идет конкурсное производство в деле о банкротстве компании «Спецкаспстрой» — застройщика ЖК «Воронцов» в Мурино: дольщики активно включаются в реестр требований, сейчас там уже около 300 человек. Вместе с тем, поступило около 50 сомнительных заявлений: требования и ДДУ написаны, что называется «под копирку», документы оплаты у всех одинаковые — квитки о внесении полной суммы за квартиру с подписью одного и того же человека. При этом деньги по этим ДДУ на расчетный счет компании не поступали. Этих неожиданных требований там на сумму свыше 150 млн рублей, если они будут признаны, это полностью разрушит всю экономику достройки. Управляющий — единственный человек, который сможет повлиять на ситуацию и не допустить легализации сомнительных сделок.
- И последний вопрос: тяжело ли было договориться с банком насчет выделения кредита на достройку «Сил Природы»?
- Непросто, так как объект на грани рентабельности и очень рискованный. Но самое важное уже сделано. В результате переговоров правительство Ленобласти нашло деньги на достройку этих домов. В решении этот вопроса я отдельно благодарю губернатора Александра Дрозденко, вице-губернатора по финансам Романа Маркова и главу АИЖК Евгения Рафаленка.
Президент Союза архитекторов России Андрей Боков считает, что строительный комплекс в стране необходимо полностью обновить и приступать к этому надо как можно скорее. Реформы должны охватить все этапы: от подготовки специалистов предпроектной и проектной работы до эксплуатации зданий и утилизации построенного.
– Вы были одним из авторов поправок в ФЗ-169 «Об архитектурной деятельности в РФ». Что именно нужно в нем изменить?
– Во-первых, это введение института профессиональной квалификации. Мы оказались в законодательном вакууме, из-за которого скоро ни архитекторов, ни инженеров в стране юридически не будет. Наши вузы готовят сегодня только бакалавров и магистров. Но чтобы стать квалифицированным архитектором или инженером, необходимо пройти профессиональную практику, которая длится от трех до пяти лет, сдать экзамен и получить квалификационный документ государственного образца. После этого статус профессионального архитектора нужно постоянно подтверждать. Все это и есть система непрерывного образования, и ее отсутствие – главное, что мешает становлению профессии и засоряет рынок огромным числом непрофессионалов и самозванцев.
Во-вторых, необходимо создать институт, объединяющий профессиональных архитекторов, занимающихся практикой. Каждый из его участников должен поставить подпись под документом, подтверждающим готовность следовать кодексу профессиональной этики. Архитектура принадлежит к группе социально ответственных профессий, таких как профессия врача, юриста или адвоката. Их практика таит в себе искушения, соблазны и риски, из которых самый опасный – превращение в циничного предпринимателя, который работает только на заказчика, тогда как обязан в первую очередь служить интересам общества.
– Когда будут приняты поправки в этот закон?
– Они поддержаны рабочей группой при Совете Федерации Федерального Собрания РФ и находятся на стадии обсуждения. Но против принятия этих поправок выступают те, кто упорно рассматривает архитектурное проектирование, да и любую профессиональную практику как предпринимательскую деятельность. Более того, сегодня в соответствии с действующим законодательством именно они часто представляют на государственном уровне интересы профессионального сообщества, прежде всего через институт саморегулируемых организаций. Именно их усилиями множество непрофессионалов получили сегодня допуск к профессиональной практике.
И если СРО в области строительства и подряда еще как-то объяснимо, так как дееспособность компаний вполне можно оценить на основании имеющихся у них оснащения, производственных мощностей, то дееспособность проектной организации оценить сложно. Основной показатель здесь – число сотрудников и их квалификация, а для того чтобы подтвердить статус организации, много ума не требуется.
– То есть вы считаете институт СРО неэффективным?
– Он не просто неэффективен, он разрушает профессию. Беда в том, что строительные и девелоперские компании, структуры заказчиков создают у себя проектные организации, которые работают только на них, а не на потребителя. Мирясь с этим, мы получаем в итоге дикие цены на некачественное жилье. Сегодня у нас в стране рынок определяют 30-40 крупнейших застройщиков. Я не против их существования, но они не имеют права фактически монопольно управлять политикой в сфере градостроительства и регулирования профессиональной практики. Они вправе зарабатывать деньги, но делать это надо не только в рамках закона, но и не задевая интересы других. Прежде всего тех, для кого возводятся эти дома и квартиры. Неправильно строить жилье по невероятной цене, не соответствующей реальным доходам людей и их предпочтениям. Сложные схемы при получении земельного участка и ГПЗУ, вытеснение конкурентов, прежде всего из малого и среднего бизнеса, – все это становится некой нормой.
В мире подобные действия запрещены и квалифицируются как «конфликт интересов».
– От общего перейдем к частному. Расскажите об основных принципах наиболее удачного сочетания современной архитектуры в исторических городах, таких как Петербург.
– Многое из того, что было построено в Петербурге в прошлом веке, – это работы высочайших профессионалов. Даже здания эпохи советского модернизма, 1960-1980-х годов, к которым многие относились и относятся скептически, как правило, не разрушают городскую ткань. Их стилистика – в основном сдержанная версия архитектурного языка, очень петербургская, не оскорбительная для города. И объясняется это такими простыми и понятными словами, как «мастерство» и «профессионализм».
– Что происходит с современной постройкой сейчас?
– В среднем качество того, что возникает на периферии Петербурга, намного выше, чем в других городах, в том числе в Москве. И дело даже не в том, как нарисован и покрашен фасад. Дело в градостроительной политике и ее приоритетах. Если главное – построить детсад за три месяца, а не то, каково там будет детям, то это вопрос выбора политики и вопрос нравственного состояния. У петербургских застройщиков с нравственностью, пожалуй, лучше, чем у многих их коллег.
– Насколько сейчас в целом у девелоперов востребованы предложения архитекторов?
– Не секрет, что строительный комплекс сейчас себя чувствует не очень уверенно. Объемы отрасли падают, рынок схлопывается, и это в первую очередь сказывается на проектировании. Печально то, что параллельно резко сужается круг задач архитектора. Ставка на типовое проектирование, ограничение сферы деятельности архитектора схемами и фасадами, лишение авторских прав. Все это связано с кризисом и являет собой результат инициатив законодателей и Минстроя.
– Что тогда нужно предпринять, чтобы изменить ситуацию с жильем?
– Надо развивать другие механизмы и формы, такие как жилищно-строительные кооперативы и индивидуальное жилищное строительство. Сегодня из 84 млн кв. м введенного жилья почти половина – ИЖС. Интерес к такому жилью огромен, но люди строят себе дома кустарно и непрофессионально, и именно поэтому данную индустрию нужно развивать.
На участках высотной застройки с арендным жильем вполне уместны забытые нами дома-башни, популярные на Западе и на Востоке. Наименее жизнеспособны самые популярные в России дома – многоэтажные «заборы». Строя их, мы создаем проблемы для будущих поколений. Ни один подрядчик не называет «срок годности» таких домов. Они чрезвычайно дороги не только в создании, но и в эксплуатации, и расходы будут постоянно расти на фоне падения цены квартир. И происходит это потому, что архитекторов не слушают, а слушают нынешних менеджеров. А им все равно, чем руководить – буфетом на вокзале или архитектурой большого города.
– И когда же все это закончится?
– Тогда, когда нашим приоритетом станет накопление человеческого капитала, а не что-то иное. Когда именно это произойдет, сказать сложно, но уже сегодня мы обязаны принимать решения с заботой о долгосрочных последствиях. Не нужен талант предсказателя, чтобы понять, что дальнейшее упорное строительство многоэтажек и апартаментов в картофельных полях – это тупик. Строительная отрасль должна срочно обновляться, эволюционировать. Надо использовать «зеленые» технологии, заботиться о ресурсосбережении. Об этом принято много говорить, но в жизни мы предпочитаем не меняться, тем более что у панельных «заборов» 50-летней давности, в отличие от автомобилей, нет на рынке конкурентов, да и самого рынка нет. Итогом этого будет еще более заметное падение качества нашего окружения, расплачиваться за которое будут наши сограждане.
Все эти проблемы, точнее, необходимость их решения, и определяет контуры будущего, которое, надеюсь, окажется не столь далеким.
Кстати
Андрей Владимирович Боков родился 26 сентября 1943 года в г. Москве. Российский архитектор, доктор архитектуры, генеральный директор ГУП МНИИП «Моспроект-4» (1998-2014), Президент Союза архитекторов России, академик Российской академии архитектуры и строительных наук.