Вадим Мовчанюк: «В центре программы реновации должен стоять человек»
Генеральный директор ЗАО «Ленстройтрест №5», заслуженный строитель РФ Вадим Мовчанюк – автор первого проекта по реновации домов 1950-60-х годов постройки («хрущевок») – в интервью «Строительному Еженедельнику» рассказал об альтернативных подходах к реновации.
– Вадим Михайлович, Вы один из опытнейших строителей Петербурга. В чем, на Ваш взгляд, ключевое отличие жилищного строительства сегодня?
– Действительно, Ленстройтрест №5 – один из старейших строительных трестов России. Ему более 45 лет. За плечами треста уникальные объекты здравоохранения: такие как межотраслевой комплекс «Микрохирургия глаза» в Купчино, многопрофильная больница на 1040 койко-мест в Невском районе, психоневрологический интернат в Красносельском районе (общей площадью 25 тыс. кв. м), районные поликлиники для детей и взрослых, родильные дома и др.
Назначением нашего треста было строительство уникальных объектов, в том числе и социально-культурного, и бытового назначения: Научно-исследовательский институт Арктики и Антарктики, учебный комплекс Ленинградского института связи им. Бонч-Бруевича, Технологический институт холодильной промышленности, институт «Ленгипроводхоз», а также десятки школ и детских садов.
Мы строили много жилья, причем не просто жилья, а со средой, которая удовлетворяла все потребности человека. Поэтому, когда я смотрю со стороны на то, что сейчас строят, – меня это совершенно не устраивает. Дома, которые сегодня принято называть «муравейниками», с ячейками студий по 25 метров – для меня не представляют интереса.
– Есть мнение, что к современному жилью эконом-класса спустя 15-20 лет тоже придется применять программу реновации...
– С точки зрения конструкции, нынешние дома могут простоять и сто лет. Но если рассматривать их с точки зрения среды обитания, которая должна обеспечивать гармоничное существование человека, качество жизни – большинство новых домов не дотягивают до должного уровня.
Я считаю, что Петербург заслужил право на качественную архитектуру в новых районах. Я за то, чтобы современное строительство продолжало традиции наших лучших зодчих. Не в плане формы, а в плане качества и внутреннего содержания новой архитектуры. Именно это должны брать за основу все архитекторы и руководство города.
– В 1990-х Ленстройтрест №5 создал уникальный проект реновации хрущевок, его высоко оценили на Лейпцигской строительной выставке в ФРГ, и включили в каталог лучших объектов Восточной Европы. Расскажите о работе над этим проектом.
– Мы реализовали проект реновации хрущевок в 1995 году, получив отличные двухъярусные квартиры. Несмотря на то, что мы изменили квартирографию в сторону уменьшения (расширили кухни, из двухкомнатных квартир сделали однокомнатные, а из трехкомнатных – «двушки») – не было ни одной жалобы.
Проект был уникален для тех лет. Поскольку с хрущевками я был знаком очень хорошо (сам жил в таком доме) – решил попробовать найти решение для реновации таких зданий. Когда проект был готов, предложил его городским властям, тогдашнему мэру Петербурга Анатолию Собчаку. Он загорелся этой идеей, нам выделили аварийный дом на улице Бабушкина, 117, и дали полную свободу. К нашему эксперименту было приковано внимание всего города, его называли утопией. Но у нас все получилось, жаль только, что закончилось так быстро.
– То есть Ваш проект на тот момент был пилотной версией масштабной общегородской реновации?
– Мы рассчитывали, что проект пойдет в массы. У нас был грандиозный план реконструкции целого жилого квартала. Нам предоставили «пятно» застройки, ограниченное проспектами Космонавтов и Гагарина, улицами Бассейной и Типанова.
Мы успели получить технические условия и готовы были начать. Исследовали на прочность фундаменты всех домов. Проверка показала, что можно смело надстроить два этажа без расселения дома и усиления фундамента. Причем мы исходили из необходимости учесть интересы каждого жильца, собирали согласия жителей через заключение индивидуальных договоров. Одним из условий было остаться жить в этом же районе.
Мы определились с временным фондом, в который намеревались переселить жителей первых четырех хрущевок. С возможностью остаться в нем для тех, кого этот дом устроит. Дом мы построили, а проект реновации квартала не запустили. В городе сменилось руководство, а вместе с ним и приоритеты развития.
– В чем, на Ваш взгляд, основная проблема хрущевок?
– Строительством этих домов решалась сиюминутная задача: построить – заселить, переселить людей из коммуналок. Монтаж шел два месяца, и два месяца отделка; полгода – и дом готов. По пути строительства хрущевок пошли, чтобы удовлетворить спрос. В итоге мы получили десятки тысяч таких «Черёмушек» по всей стране. Домов, где коэффициент сопротивления теплопередаче составляет 0,5-0,6, хотя по нормативам требуется 3,5. Сегодня жилищная сфера потребляет примерно половину от всего объема тепловой энергии, вырабатываемой в стране. Если бы 20 лет назад мы распространили наш проект на всю страну, мы бы сэкономили миллиарды рублей.
– Программа реновации в Москве, на Ваш взгляд, действительно необходима? Или в хрущевки можно было вдохнуть новую жизнь?
– Московская программа не имеет никакого отношения к тому, что называется реновацией. Это снос. Реновация заключается в обновлении существующих площадей дома, который не нуждается в сносе. В улучшении за счет технологических приемов его потребительских свойств, архитектуры – в улучшении среды обитания, отвечающей требованиям XXI века.
В центр этой программы нужно ставить человека, создавать архитектуру и инфраструктуру, отвечающую современным запросам.
Снос – это всегда большие затраты. Но в Москве ситуация характеризуется тем, что цена квадратного метра там в разы выше, чем в Петербурге и в других городах. Поэтому снос и окупается. На мой взгляд – может быть, менее прибыльно, но более эффективно было бы пойти по пути переселения во временный фонд. С последующим возвращением жильцов в новые, улучшенные жилищные условия. Жильца нужно не выселять, а брать в союзники.
– Сейчас Ваш проект мог бы воплотиться?
– Реконструкцию хрущевок по нашему проекту можно было бы проводить и сейчас. Его реализация позволила бы выйти на новый уровень потребительских свойств среды обитания и энергоэффективности. Но сегодня решающую роль в поиске ключа к проблемам эксплуатации домов постройки 1950-60-х годов играет не конкретный строительный трест, а общество.
Многие сегодня согласны жить в хрущевках или многоэтажных муравейниках, но ведь мы живем в XXI веке, когда потребности людей совершенно иные – во всех отношениях. Коммуникации развиваются очень быстро, и тянут за собой развитие всего остального.
– Над чем Вы работаете сейчас?
– Стремление к новизне не покидает меня и сегодня. Зная, что у нас большие потери по энергетике, я решил построить энергоэффективный дом, в котором расходы на отопление составят на 1 кв. м 60 Ватт, как в электрической лампочке.
Проект этого дома предполагал сохранение энергии за счет изоляции стен, причем за расчетные нормативы я взял не российские СНиПы, а норвежские, с коэффициентом сопротивления теплопередаче не 3, а 5.
Энергоэффективный дом – это элемент экологии. И я подумал: почему бы не уйти от централизованного теплоснабжения? Ведь все эти ТЭЦ, трубы, плохо влияют на экологию и качество жизни человека в целом. И решил применить на этом объекте альтернативное отопление, используя тепловые насосы. Площадкой для реализации я выбрал город Ломоносов, проект прошел согласования главного архитектора, но нюансы территориального планирования не позволили его выполнить – и тогда я принял решение о строительстве энергоэффективного экспериментального дома во Всеволожском районе, где апробируются все новейшие технологии по энергоэффективности. Строительство этого дома завершится в 2018 году и станет эталоном для дальнейшего применения энергоэффективных технологий.
Принимая генплан за основу, нужно быть предельно внимательными и учитывать не запросы сегодняшнего дня, а потребности на перспективу 25-30 лет. Считаю, что техническая мысль должна закладываться архитекторами в проект, в первую очередь удовлетворяя запрос на качественную среду обитания. Каждый человек имеет право на жилье, отвечающее современным требованиям.
Кстати
ЗАО «Ленстройтрест № 5» в начале 90-х гг. разработаны и внедрены проекты: реконструкция домов 50-60 гг. постройки («хрущевки»); санация и гидроизоляция сложных объектов в Петербурге; созданы новые теплоизоляционные материалы и уникальные технологии в области мощения и облицовки зданий.
Председатель Комитета по тарифам Петербурга Дмитрий Коптин объяснил, почему растут тарифы на электроэнергию.
– За 2015 году тарифы на электроэнергию для промышленников в Петербурге повышались три раза. Как будет обстоять ситуация с ростом тарифов на электричество в ближайшем будущем как для промышленных потребителей, так и для физлиц?
– Действительно, тарифы на электроэнергию для промышленных потребителей в 2015 году менялись три раза. Это было сделано, прежде всего, для оздоровления финансового состояния компании «Ленэнерго» в связи с предписанием ФСТ, а потом и ФАС России. В 2016 году тарифы на электричество поменяются с июля – средний прирост для конечных промышленных потребителей составит около 7%. В отношении Ленэнерго сформирована долгосрочная тарифная модель до 2020 года. В ней рост конечных тарифов с июля 2017-го и последующих до 2020 года находится в пределах 10-11%.
– Эта цифра может быть пересмотрена, если Ленэнерго поймет, что этих денег не хватает для покрытия выпадающих доходов или дополнительно для увеличения инвестпрограммы?
– Долгосрочная инвестиционная программа по компании «Ленэнерго» уже согласована нами и утверждена Минэнерго РФ до 2020 года. В оптимизированном виде она составляет 97 млрд рублей. Ранее рассматривалась цифра в 115 млрд рублей. По компании «Санкт-Петербургские электрические сети» (СПбЭС) долгосрочная инвестиционная программа дорабатывается. Думаю, что до конца февраля она будет утверждена Минэнерго. Объем инвестиций в ней предполагается на уровне 20-28 млрд рублей. Размер инвестпрограммы будет зависеть от того, потребуется ли вводить новые объекты в 2019-2020 годах или их ввод можно перенести. Первоначальная программа по СПбЭС составляла около 54 млрд рублей. Подчеркну, что все установленные тарифы на электроэнергию уже подразумевают реализацию Ленэнерго и СПбЭС их инвестиционных программ. Несмотря на то что пока эти программы утверждаются отдельно, уже сейчас для достижения максимального эффекта из них исключены все дублирующие энергообъекты. В соответствии с поручением Президента РФ сводная инвестиционная программа этих компаний должна быть сформирована до 1 мая 2016 года.
Поясню. Сейчас значительный объем инвестиций Ленэнерго заложен в тарифы компании. Кроме этого, предусмотрены средства из федерального бюджета. Это 32 млрд рублей федеральных займов, половина которых идет на покрытие кредитов для улучшения финансового состояния компании. Вторая половина идет на обеспечение обязательств Ленэнерго по технологическому присоединению. Сейчас политика электросетевой компании нацелена на реализацию в 2016 году всех обязательств по технологическому присоединению, которые существовали на 1 января 2015 года. Накоплены они были еще с 2010 года, некоторые и раньше. То есть компания провела инвентаризацию всех своих обязательств, выявила актуальные и будет их реализовывать.
– Как поменяются тарифы на электроэнергию для населения?
– Все платежи населения ограничены предельным индексом изменения платы граждан за комуслуги, в составе которых оплачивается и электричество. На 2016 год данный индекс установлен на уровне 6,5%. С июля 2016 года предусмотрены различные изменения тарифных составляющих платы за коммунальные услуги. Например, по электроэнергии запланирован средний рост, равный 7,5%, по горячему водоснабжению и отоплению – 5,2%, водоснабжение и водоотведение подорожают на 10%, газоснабжение – на 2%. В среднем в совокупности получится увеличение 180 рублей с человека. В эту сумму входят как жилищные, так и коммунальные платежи. Так, около 90 рублей оставляют коммунальные услуги, около 77 рублей – это плата за содержание и ремонт жилого помещения, и 12 рублей – капремонт.
С июля 2017 года будет установлен свой предельный индекс платы граждан за комуслуги, который будет рассчитываться исходя из уровня инфляции с учетом особенностей субъектов РФ. Целевая задача правительства РФ – индексировать плату граждан в меньшем темпе, чем рост инфляции. Политика сдерживания тарифов для населения будет продолжена.
– Почему отложено введение социальных норм потребления электроэнергии для населения? С чем это связано?
– Дело в том, что существующий алгоритм определения социальной нормы и механизм ее применения далек от совершенства. Он вызовет негативную реакцию со стороны населения в части увеличения платежей за электроэнергию. Сейчас социальная норма привязана к количеству домохозяйств и числу зарегистрированных граждан. К сожалению, единая актуальная база по зарегистрированным пользователям в городе отсутствует.
Сейчас на уровне Правительства РФ дорабатывается второй вариант социальной нормы, которая будет рассчитываться в зависимости от объемов потребления электроэнергии. Планируется выделить три или четыре категории потребителей. Чем больше расходуется электроэнергии из расчета на квартиру или на человека, тем больше составит плата.
Даже по тем субъектам, где норма уже есть, неоднозначен эффект от ее введения. В связи с этим правительство Петербурга направляло предложения по совершенствованию федерального законодательства с целью передачи регулирования соцнормы на уровень субъекта РФ.
– С начала 2016 года рост разового проезда в метро составил 4 рубля, а для социальных маршрутов наземного транспорта – 2 рубля. Как в дальнейшем будет меняться тарифная политика в этой сфере?
– Мы считаем, что стоимость разового проезда не должна быть меньше, чем экономически обоснованный тариф. Даже сейчас, несмотря на увеличение, у нас экономически обоснованные тарифы выше, чем действующие, на 6-9 рублей в зависимости от вида транспорта.
Наша задача – довести стоимость разового проезда до этого порога, но при этом сохранить льготную систему для проездных билетов. В противном случае должен быть пул бюджетных денег, которые покрывают разницу между реальным тарифом и экономически обоснованным. К сожалению, с учетом ограниченности средств бюджета мы не сможем ежегодно увеличивать эту сумму. В 2015 году на эти цели пошло 20 млрд рублей, а в 2016 году – уже 25 млрд рублей.
Как и в других отраслях, мы планируем перейти на долгосрочное (хотя бы на три года) тарифообразование в транспортной сфере, чтобы у всех сторон было понимание как по увеличению тарифов, так и по расходам, на которые нужно опираться, планируя свою финансовую деятельность.
– Обращались ли частные перевозчики в Комитет по тарифам с заявками об обосновании роста тарифов?
– К нам поступило обращение от перевозчика «Третий парк», который просит увеличить предельный уровень тарифа за разовый проезд в маршрутном такси с 45 до 50 рублей. Обоснования для повышения тарифа – рост цен на топливо, запчасти, повышение оплаты труда и т. д. Сейчас проводится экспертиза обоснованности данных материалов. От остальных перевозчиков подобных обосновывающих документов пока не поступало. Чтобы сделать какой-то общий вывод, нам в первую очередь нужно получить данные от тех перевозчиков, доля которых на рынке Петербурга в совокупности составляет более 50%.
– Цена за пользование платными парковками в 2016 году останется на уровне 2015 года. А может быть она снижена, если сама парковочная зона расширится?
– Средства, полученные от парковок, за исключением расходов на государственные казенные учреждения, идут на пополнение бюджета Петербурга. Считаем, что снижать плату нецелесообразно. Пока деньги от реализации пилотного парковочного пространства должны пойти на расширение самой зоны. А в дальнейшем, когда этот проект выйдет на окупаемость и будет приносить доходы, то их можно в рамках бюджетного планирования направлять на развитие городских территорий.