Александр Дрозденко: «В какой-то степени я и сам являюсь «блогером»
В интервью «Строительному Еженедельнику» губернатор Ленобласти Александр Дрозденко рассказал о будущем деревень-«миллионников», перспективах ЛРТ, влиянии санкций на экономику региона и прокомментировал мнение известного блогера по поводу состояния Выборга.
– Александр Юрьевич, Ленинградская область активно готовится к 90-летию. По традиции, дополнительные стимулы к обновлению получает город, в котором проходят основные торжества. В этот раз – Гатчина. Какие объекты готовит Гатчина к юбилею? Довольны ли Вы ходом работ?
– Я максималист, и потому очень редко бываю доволен проделанной работой на 100%, а в случае с Гатчиной – и областное правительство этого не скрывает – проведение 90-летия Ленинградской области является только началом масштабных мероприятий по реконструкции и благоустройству города, которому в прошлом году исполнилось 220 лет. К тому же я вряд ли раскрою тайну, сказав, что на одном из первых заседаний организационного штаба по подготовке и проведению юбилея региона на вопрос о том, что нужно сделать, гатчинцы представили предложений более чем на 2 млрд рублей, при этом «призовые», выделенные им на подготовку к приему гостей, изначально составили 200 млн рублей. Как видите, разница ощутима.
С другой стороны, при подготовке ко Дню рождения Ленинградской области не следует считать только средства, заложенные в положении о конкурсе на право его проведения. И в прошлом году в Сланцах, и в позапрошлом году в Тихвине, и ранее в Приозерске наряду с работами, выполненными по «праздничной смете», многое было сделано благодаря другим программам, тому же Дорожному фонду, капитальному ремонту или реновации объектов здравоохранения.
Вот и в Гатчине сейчас реализуются около 70 проектов благоустройства, озеленения, ремонта дворов и фасадов зданий, дорог, включая подъезды к городу. Особенно долгожданная весть для гатчинцев – к августу на путепроводе через железнодорожный переезд, где в настоящий момент автомобилистам приходится стоять значительное время, будет запущено сквозное движение.
Поэтому мы уверены, что перед многочисленными гостями Гатчина предстанет преобразившейся – яркой и посвежевшей.
– В последние месяцы в сети вышел ряд материалов, критикующих действия властей разных уровней по сохранению объектов культурного наследия Выборга. Знакомы ли Вы с этими публикациями? Существуют ли действенные способы дать шанс на вторую жизнь объектов ОКН в регионе? Есть ли шанс привлечь к таким проектам серьезных инвесторов?
– За пять лет, что я возглавляю Ленинградскую область, мне неоднократно доводилось встречаться с блогерами, и, на мой взгляд, их можно разделить на две категории: тех, кто действительно заинтересован в том, чтобы в нашей стране происходили позитивные перемены, и тех, кому все равно, меняется что-то или нет, лишь бы их читали.
Как глава региона я должен знать разнообразные мнения, публикации эти я видел. Вот только иногда мне кажется, что это не мы читаем блогеров, а они нас. И, прочитав про уже принятые решения, начинают педалировать определенную тему, чтобы потом иметь возможность сказать: «Мы написали, а теперь власть зашевелилась…».
В случае с Ленинградской областью я не могу согласиться с подобным подходом, потому что в какой-то степени и сам являюсь «блогером». Спросите у моих подчиненных: если я проехал по плохой региональной дороге, увидел страшное здание больницы или получил жалобу от гражданина, то тут же беру телефон и звоню профильному руководителю. Да, у меня есть привилегия и мне не нужно писать что-то в блог, но и задача моя – не пиар, а поменять жизнь в лучшую сторону.
Применительно к Выборгу, программа восстановления которого начата по моей инициативе, изначально понятно, что привести город в порядок за год-два невозможно, точно так же, как бесполезно сейчас причитать по поводу того, что там несколько десятков лет практически ничего не делалось.
С другой стороны, и это понимают наши финские партнеры, в том числе благодаря нашей многолетней безалаберности, историческая часть Выборга пусть и в плохом состоянии, но сохранилась, в то время как в Финляндии в середине – второй половине ХХ века многие города были существенно перестроены и потеряли свой колорит. А качественная реализация выборгского проекта – это возможность сохранить дух той эпохи, когда финны и русские жили в одном государстве.
При этом я абсолютно согласен, что всем нам, гражданам России, нужно менять свое отношение к окружающей действительности. Да, у власти в том же Выборге накопились долги, но это не означает, что можно парковать машины на газонах, выбрасывать мусор мимо урн и бить стекла в подъездах. Тому, как себя вести, нам стоит учиться у наших соседей, и параллельно восстанавливать уникальные памятники архитектуры, в настоящий момент находящиеся в запущенном состоянии.
Что же касается программы сдачи в аренду или приватизации объектов культурного наследия за 1 рубль, то Ленинградская область одной из первых среди регионов приобрела подобный опыт. В частности, в поселке Елизаветино таким образом частный инвестор восстановил усадьбу Дылицы, но я по-прежнему считаю, что этот вопрос должен регулироваться на государственном уровне, чтобы «правила игры» оказались прозрачными и едиными на территории всей России.
– Ленобласть демонстрирует ежегодный рост инвестиций. Однако на прошлом ПМЭФ регион заключил соглашений на 100 млрд рублей, а в этом году — в два раза меньше. Или количество тут не главное? Какие соглашения Вы считаете наиболее знаковыми?
– Вы знаете, далеко не всегда статистика бывает объективной. С одной стороны, да, инвестиций мы привлекли меньше, чем год назад. С другой стороны, документов на ПМЭФ-2017 Ленинградская область подписала гораздо больше. И, например, можно ли измерить в деньгах соглашение об инвестициях в человеческий капитал или решение долгожданного вопроса о координации работы с Санкт-Петербургом по вывозу и переработке мусора?! К тому же, если я скажу, что от работы нашей делегации на форуме больше всех выиграл не самый благополучный Бокситогорский район, на территории которого будет реализовано проектов на 20 млрд рублей, то на итоговые цифры можно посмотреть уже по-иному.
Соглашения, которые можно назвать знаковыми, были заключены с группой «Сумма» (ООО «Приморск-развитие»), компаниями «Филип Моррис», «Кнауф Петроборд» и «ФосАгро». При этом меня, как губернатора, радует, что многие договоры, заключенные на Петербургском международном экономическом форуме, касаются повышения экологической безопасности как отдельных производств, так и городов области в целом.
– Какой эффект, по Вашему мнению, оказали санкции и ответные действия России на экономику региона? Отразилась ли ситуация на планах по развитию инвестиционных проектов западного бизнеса на территории области?
– О том, как режим санкций и контрсанкций сказался на экономике России и стран Европы, совсем недавно подробно рассказал наш президент Владимир Путин. Что же касается структуры экономики Ленинградской области, то на протяжении последних трех лет она демонстрирует рост. В 2016 году валовый региональный продукт впервые превысил 900 млрд рублей, а инвестиции в основной капитал составили 262 млрд рублей. Мы приняли план импортозамещения, в который были включены 57 видов новой продукции, и на сегодняшний день уже более 30 ленинградских предприятий выпускают импортозамещающую продукцию.
Ни для кого не является секретом, что в наибольшем выигрыше от санкционного режима оказались представители агропромышленного комплекса, наладившие производство новых товаров молочной, мясной, овощной и деликатесной групп. Также в плюсе – областные экспортно-ориентированные компании, сумевшие нарастить выручку за счет снижения курса национальной валюты. А поскольку Ленинградская область занимает крайне выгодное географическое положение, мы являемся одним из лидеров по объему привлеченных в экономику иностранных инвестиций, и компании, заинтересованные в локализации бизнеса в России, выбирают именно наш регион, понимая его широкие логистические возможности, наличие доступных кадровых ресурсов, льготный налоговый режим.
– Примерно треть соглашений по сумме, заключенных на форуме, – это агропром. Можно ли считать агропром приоритетным направлением в развитии экономики региона, превалирующим над другими производственными отраслями?
– На протяжении многих десятилетий у Ленинградской области был имидж аграрного региона, поскольку, несмотря на зону рискованного земледелия, наши селяне получали высокие надои, стабильные урожаи и рекордные показатели в птицеводстве. Но на самом деле у нас диверсифицированная экономика, позволяющая при отсутствии залежей нефти и газа демонстрировать финансовую устойчивость.
При этом областной АПК наряду со строительством, логистикой и химической промышленностью находится в четверке самых инвестиционно-привлекательных отраслей, неслучайно в настоящее время в регионе реализуется 33 аграрных инвестиционных проекта на сумму более 24 млрд рублей. И мы гордимся тем, что по надою на фуражную корову мы – лидеры в стране, также мы первые по производству яиц, а по объемам производства молока и мяса птицы – четвертые в России.
Кстати, ошибаются те, кто считает, что мы прибавляем исключительно в традиционных для региона отраслях. Ленинградская область совершила настоящий прорыв в отрасли аквакультуры и вошла в тройку российских регионов по выращиванию радужной форели. Также у нас большие планы по увеличению выпуска тепличной продукции, сыров, мяса кролика, диетической и деликатесной продукции. И соглашения, подписанные на форуме в Петербурге, это подтверждают.
– Говоря об инвесторах, что, на Ваш взгляд, сегодня является определяющим для решения о размещении инвестиционного проекта на территории области? Удобная локация и логистика, лояльные инвестиционные условия, квалифицированные трудовые ресурсы, другое?
– Все перечисленные вами факторы, безусловно, важны для прихода в регион инвестиционного капитала. И региональное правительство делает все возможное, чтобы гарантировать инвесторам максимально благоприятные условия.
Наряду с налоговыми льготами в области существует четкая система взаимодействия с инвесторами в режиме «одного окна». Наш фронт-офис в Агентстве экономического развития Ленинградской области, как это принято сейчас говорить, в онлайн-режиме ведет более 150 инвестпроектов, а вся информация по земельным участкам, которые мы предоставляем инвесторам, размещается в информационной системе, доступной в сети интернет.
С нашей стороны было бы неправильно не пользоваться уникальным географическим положением региона, позволяющим производителям ориентироваться и на внутренний, и на внешний рынки. Мой любимый пример – расположенный во Всеволожске финский концерн Nokian Tyres, поставляющий шины в десятки стран мира.
Стремительно в число ведущих портовых комплексов Европы вошел морской торговый порт Усть-Луга, по стоимости портовых сборов и операций на терминалах один из самых выгодных во всей Российской Федерации. Порт имеет специализированные терминалы по нефтепродуктам, углю, сере, контейнерам, а также удобные автомобильные и железнодорожные подъезды, что в конкурентных условиях является его преимуществом.
Что же касается рынка труда, то он у нас достаточно гибок и позволяет найти сотрудников разной квалификации, что очень важно в нынешних условиях, поскольку современные производства являются высокоавтоматизированными и технологичными, перед их владельцами часто стоит задача найти не большое количество специалистов средней квалификации, а меньшее – высококвалифицированных сотрудников. Как раз такими высокопрофессиональными кадрами наша область и славится.
– Насколько значима сегодня для экономики Ленинградской области строительная отрасль? С какими показателями по вводу жилья Ленобласть планирует завершить 2017 год?
– Говоря о строительной отрасли, я всегда подчеркиваю, что, к сожалению, в предыдущие годы в этой сфере были допущены серьезные ошибки, в результате чего темпы возведения жилья значительно опережали строительство социальной и дорожной инфраструктуры. И когда градостроительные полномочия мы забрали на уровень региона, большинство проектов уже находились в стадии реализации, и потому быстро повлиять на появление дорог, школ, детских садов и поликлиник было уже невозможно. Тем не менее, областное правительство приняло целый ряд решений, позволяющих значительно улучшить ситуацию в сфере градостроительства.
В частности, мы поняли, что не заинтересованы в резком увлечении площади строящегося жилья и та планка – 2 млн кв. м в год – для региона является оптимальной. Ведь даже те 2 млрд рублей налоговых отчислений, которые за 12 месяцев текущего года поступят от строительного комплекса, не покроют расходов областного бюджета на выкуп новых детских садов и содержание вводимых в эксплуатацию социальных объектов.
– Большой объем вводимых квадратов рождает массу инфраструктурных проблем. Какие проблемы приходится решать на этом пути? Насколько гармонично развиваются сегодня, на Ваш взгляд, деревни-«миллионники» Кудрово и Мурино?
– Я чуть выше сказал о той строительной «планке», которую мы для себя определили, чтобы к имеющимся проблемам не добавлять новые. И, например, в Кудрово нам удается не допустить появления очередей в детские сады и школы, тогда как в Мурино и Всеволожске эта проблема стоит достаточно остро. Вместе с тем у нас есть четкое понимание того, какие детские дошкольные учреждения нам необходимы в первую очередь. При этом новое строительство без соцобъектов мы просто не разрешаем.
Что касается дорог, то Правительство Ленинградской области постепенно «развязывает» узел в Мурино: на повороте в новый микрорайон уже установлен светофор, делается прокол под Кольцевой автомобильной дорогой, скоро начнется расширение дороги на Бугры, а за ним – строительство развязки в створе Гражданского проспекта и транспортно-пересадочного узла «Девяткино». Аналогичный ТПУ должен появиться и в Кудрово.
В этом смысле неправы те, кто считает, что региональная власть не предпринимает усилий, чтобы деревни-«миллионники», как вы их назвали, получили надежную связь с внешним миром. С «наследством», полученным от градостроительной политики муниципалитетов, мы боремся и обязательно наведем порядок.
– В связи с перспективами развития Петербургской агломерации много надежд возлагается на строительство линий ЛРТ. Известно, что разработаны проекты ЛРТ по двум направлениям: в Сертолово через Бугры и Девяткино, а также на Всеволожск через Ржевку и Кудрово. Насколько близки они к реализации?
– Названные Вами проекты действительно существуют, но их реализация зависит от целого ряда факторов. Например, строительство линии легкорельсового трамвая до Сертолово было оценено почти в 17 млрд рублей, и, к сожалению, поддержки Министерства транспорта в этом вопросе нет и, как следствие, федерального финансирования мы пока не нашли.
Но поскольку этот проект Ленинградской области действительно необходим, нами было принято решение вернуться к идее использования имеющихся подъездных железнодорожных путей. Этот проект значительно дешевле, и определенный интерес к его реализации проявляет китайский бизнес.
Что касается строительства линии ЛРТ до Всеволожска, то там инвестором выступает строительная компания «ЛСР», и у Ленинградской области роль соинвестора. При этом есть еще и третья сторона – администрация Санкт-Петербурга, с которой необходимо решить вопрос использования городской инфраструктуры. Переговоры продолжаются, и мы считаем, что здесь должна более активно проявиться роль АНО «Дирекция по развитию транспортной системы Санкт-Петербурга и Ленинградской области».
– Много говорят о синхронном развитии приграничных с Петербургом территорий Ленобласти. Как идет работа над созданием Концепции совместного пространственного развития Петербурга и Ленобласти? Удается ли продуктивно решать спорные вопросы определения зон взаимного влияния, размещения объектов переработки ТБО, реализации совместных дорожных проектов?
– В этом направлении мы серьезно продвинулись, потому что проект концепции уже готов, серьезных противоречий с городом у нас нет, и сейчас наши специалисты работают над деталями. Большим подспорьем для рабочего решения возникающих проблем являются координационные советы, заседания которых регулярно проводятся, и, как положительный пример, приведу проект платной дороги в створе Пискаревского проспекта, по которому удалось снять последние разногласия.
С точки зрения проблемы переработки и хранения твердых бытовых отходов важная веха установлена во время экономического форума, поскольку правительства наших регионов подписали соглашение о координации работ в этой сфере. Вопрос действующих полигонов ТБО стоит остро, и наша совместная с городом задача – сделать их современными, уйдя от простого складирования к технологиям переработки, позволяющим значительно снизить нагрузку на окружающую среду.
– В одном из своих выступлений Вы отметили, что являетесь сторонником запрещения привлечения средств дольщиков до сдачи жилья в эксплуатацию. Это был бы самый лучший механизм защиты, сказали Вы. Действительно ли оправданны такие радикальные меры?
– Честно говоря, не вижу в таком предложении ничего радикального, кроме реального механизма защиты граждан от незавершенного строительства. Ведь при таком подходе все риски несет застройщик, а покупатель платит деньги за уже готовую квартиру в построенном доме. Другое дело, что в этом случае квадратный метр станет стоить ощутимо дороже, поскольку строителям придется вместо средств граждан привлекать банковские кредиты. Но, с другой стороны, проблема обманутых дольщиков будет раз и навсегда решена.
К тому же застройщик окажется заинтересованным и в сооружении инфраструктурных и социальных объектов, поскольку потенциальные покупатели будут изучать не рекламные проспекты с красивыми картинками, а уже построенные кварталы. И наличие школ и детских садов станет серьезным преимуществом качественно выполненных проектов перед микрорайонами, построенными в чистом поле без какой бы то ни было инфраструктуры.
– Какой бы вы хотели увидеть Ленобласть через 10 лет, встречающей свой 100-летний рубеж?
– Я привык ставить перед собой амбициозные задачи и потому рассчитываю, что к 100-му Дню рождения Ленинградской области будет реализовано большинство планов, зафиксированных в концепции социально-экономического развития региона до 2030 года. Что те проекты, о которых в том числе мы с Вами говорили сегодня, позволят нам эволюционировать и прочно войти в число передовых субъектов России.
Мне не хочется называть какие-то цифры, скажу лишь главное: я хочу, чтобы к своему 100-летию Ленинградская область окончательно и бесповоротно стала территорией успешных людей – гордостью самих ленинградцев-петербуржцев и всей России.
В больших городах не нужно бояться перемен и контрастных сочетаний современности с историей, считает итальянский архитектор, урбанист и дизайнер Альдо Чибич.
Главное, чтобы нововведения пришлись по душе местным жителям и подчеркивали индивидуальность места.
– Альдо, какие эмоции у Вас вызывает Петербург?
– Петербург – очень близкий по духу город. Здесь очень много воды, как в моем родном городе Виченце или Венеции. Центр мне понравился, потому что он напоминает центр любого крупного итальянского города. В то же время, поскольку я люблю советскую архитектуру, мне очень запомнился Московский район. Там кипит жизнь, а я люблю наблюдать за людьми. У каждого свои заботы, но всех их объединяет высокая степень человечности.
– По дороге в центр города в пробку не попали?
– На пути от аэропорта мы немного постояли – но, в общем, все нормально. По сравнению с Москвой здесь меньше пробок и с парковочными местами в целом неплохо.
– К слову, о парковках. Как в других странах и исторических городах решается этот вопрос?
– Везде по-разному. В Барселоне в каждом районе есть большая подземная парковка, и я ни разу не видел, чтобы где-то на улицах машины стояли в два ряда. Но в городах со слабыми почвами и подземными водами подземное строительство затруднительно. Например, в Милане проблема с парковками стоит очень остро. Не менее 20% автомобилей, которые ездят по городу, постоянно ищут место. И там эту проблему так и не решили.
Поэтому выход пока один – отказываться от личного авто. Мой друг из Праги говорит, что он вообще не ездит на своей машине, потому что там прекрасно развита сеть общественного транспорта.
– Каким образом урбанисты всего мира стараются сделать исторические города и функциональными, и комфортными?
– Надо признать, что сейчас урбанисты во многих странах, создавая свои проекты, часто не думают о том, каково будет в новых кварталах людям, не рассматривают проекты с человеческой точки зрения. Заказы поступают от представителей администрации, они просят построить дома и школы, не учитывая природу самого места и его положительные стороны.
– А как лучше их подчеркивать?
– Надо делать акцент на самобытности города, не трогая исторические здания, привнося в центр так называемый software – современное наполнение. Там можно создавать галереи, другие места культурного содержания. Но это не должна быть постоянная выставка или музей – экспозиции все время надо менять. Таким образом, эти проекты станут сильными местами города и сделают его функциональным и красивым. В качестве примера можно привести город Дублин. В его центре открыли научную галерею, где, как в художественной, постоянно меняются экспозиции. Там представлены научные достижения и технические открытия.
Еще один удачный пример – Сеул. В этом корейском городе, как и в Петербурге, много воды – и местные урбанисты решили сыграть на этом: создали большой парк на реке Ханган, где тоже проводится много интересных для горожан мероприятий.
– Вы говорили о «современном наполнении» исторических городов. А как Вы относитесь к соседству зданий, где одно, скажем, в стиле барокко, а другое – в стиле хай-тек?
– Очень хорошо. Жизнь не стоит на месте и постоянно диктует нам свои новые правила. Если бы у меня стоял выбор между строительством рядом с классикой еще одного похожего здания и зданием современного дизайна, то я бы выбрал только второй вариант. Лучше построить что-то новое и современное.
– Можете привести примеры?
– Конечно. Удачным примером такого контрастного соседства считаю пешеходный Мост Конституции в Венеции через Гранд-канал, построенный в 2008 году по проекту испанского архитектора Сантьяго Калатравы. Его строительство очень бурно обсуждалось сторонниками и противниками. (Главным критикуемым моментом была модернистская архитектура, плохо вписывающаяся в венецианский архитектурный ансамбль. В итоге мост открыли без официальных церемоний. – Прим. ред.) Я считаю, что если архитектурная задумка и реализация действительно качественные, как в случае с этим мостом, то они имеют право на жизнь.
Но есть и неудачные варианты. Например, в той же Венеции, прямо напротив этого моста, недавно построили гостиницу, которая больше похожа на санаторий или пансионат. Это абсолютно не подходит к архитектурному климату города. Если бы я отвечал за строительство в Венеции, то я был выступил против этого проекта.
– А что Вы скажете по поводу строительства высотных зданий в городах? В Петербурге, например, есть ограничение по высотности – не более 40 метров.
– Это один из злободневных вопросов нашего времени. Здесь ответ никогда не будет однозначным. Надо учитывать плотность населения, такому строительству должен предшествовать детальный анализ. Если без высотных зданий никак не обойтись, я отношусь к этому позитивно. Однако не надо забывать о том, что это коллективный проект, а не только интерес отдельной группы людей, которые хотят нажиться на этом. В моих проектах я постоянно отстаиваю позицию, что надо рассматривать урбанистический план развития города только в соответствии с нуждами населения.
– Отразился ли такой подход на мировой архитектуре?
– Да. Сейчас идет один из самых известных форумов мирового искусства, международная художественная выставка Венецианская биеннале (первая Венецианская биеннале состоялась в конце XIX века – прим. ред.). В этом году политика мероприятия совершенно изменилась. Если раньше все крутилось вокруг звезд архитектурного мира, необычных проектов, то сейчас участники делятся идеями о том, как лучше совмещать в архитектуре нужды населения и самобытность места. Это одно из основных течений в архитектуре сегодня.
– Какие тенденции наблюдаются в дизайне?
– Есть негативная тенденция – дизайн стал слишком много внимания уделять стилю, а не жизни. А стиль – это понятие сиюминутное. На фото буклетов, где рекламируют кухни, нет ни кастрюль, ни посуды. Все какое-то эфемерное. Надо от этого уходить, интегрируя дизайн в реальность.
– Какой из Ваших проектов Вы считаете наиболее удачным?
– Тот, который еще не создан.
– Хотели ли бы Вы поработать в России? Какое направление было бы наиболее интересным?
– Да, возможно. Помимо создания предметов интерьера, я занимаюсь урбанистикой. В рамках проекта Rethinking Happiness («Переосмысляя счастье») мы работаем над улучшением качества жизни разных городских территорий. С этой точки зрения мне интересен Петербург. Это большой и красивый город, здесь есть зеленые зоны и жилые, освоенные территории. Мне было бы интересно поработать у вас в этом направлении.
Справка:
Альдо Чибич родился в итальянской провинции Виченца в 1955 году. В 1980 году он стал одним из основателей легендарной дизайн-группы «Мемфис», создававшей узнаваемую разноцветную мебель и предметы интерьера. В 1989 году он открыл собственную студию и начал заниматься исследовательской деятельностью. Сегодня его студия специализируется в основном на создании архитектурных проектов и интерьеров. Альдо Чибич читает лекции в нескольких учебных заведениях. Он – многократный участник Венецианской биеннале, работы Альдо Чибича представлены в Музее Виктории и Альберта в Лондоне – крупнейшем музее дизайна и декоративно-прикладного искусства.
Кстати:
В Галерее дизайна/ bulthaup (Большая Конюшенная, 2) открылась экспозиция работ Альдо Чибича. Открытие выставки состоялось 23 ноября 2016 года при поддержке Итальянского Института культуры и Perlov Design Center.