Александр Вахмистров: «Реформа саморегулирования будет продолжаться»
До половины петербургских саморегулируемых организаций могут уйти с рынка из-за невыполнения требований Закона №372-ФЗ, но это не должно негативно отразиться на работе городских строительных компаний. В этом уверен координатор НОСТРОЙ по Санкт-Петербургу Александр Вахмистров.
В своем интервью «Строительному Еженедельнику» он рассказал о дальнейшем развитии системы саморегулирования.
– Александр Иванович, совсем скоро наступит 1 июля – своеобразный день икс для российских строительных и проектных СРО из-за вступления в силу ряда положений Федерального закона №372-ФЗ. Готовы ли к нему в Петербурге?
– Многие петербургские СРО опасаются этой даты, но сразу ничего кардинального не произойдет, и 1 июля жизнь строительной отрасли не остановится. Тем более нечего беспокоиться тем саморегулируемым организациям, которые уже выполнили требования Закона №372-ФЗ. Что касается остальных СРО, то думаю, что их проверки вряд ли начнутся в первые дни июля. Тем не менее, следует понимать, что они неизбежны. Скорее всего, до конца этого года задача по очистке отрасли от СРО, не исполняющих требования закона, будет выполнена.
– В связи с этим часть петербургских СРО уйдет с рынка?
– Действительно, это так. Чтобы остаться в Реестре саморегулируемых организаций, все российские строительные СРО должны в полном объеме разместить в уполномоченных банках свой компенсационный фонд. На сегодняшний день в Петербурге это сделали только 12 из 28 зарегистрированных в городе саморегулируемых организаций. Несколько дней назад третье чтение прошел законопроект №892161-6 «О внесении изменений в статью 55.2 Градостроительного кодекса Российской Федерации...», позволяющий СРО завершить формирование и размещение в уполномоченных банках своего компенсационного фонда не к 1 июля, а к 1 сентября этого года. Но перенос срока вряд ли поможет тем СРО, которые, потеряв часть средств фонда, в течение года не предпринимали усилий по его докапитализации. Вероятнее всего, из-за проблем с компенсационным фондом, с рынка – как в целом по стране, так и в Петербурге – могут уйти до половины СРО. Это часть планомерной работы по реформированию отрасли.
– Возможное сокращение количества СРО как-то отразится на строительном рынке города?
– Катастрофы не будет. Строители как работали, так и дальше будут продолжать свою деятельность. Тем более, что в соответствии с одним из положений Закона №372-ФЗ, многим строительным организациям вообще не нужно быть членами СРО. Обязательное членство сохраняется только у компаний, осуществляющих функцию технического заказчика, генподрядчика или работающих с госзаказом. У строителей, являющихся членами проблемных СРО, пока еще есть возможность войти в другие саморегулируемые организации. Кроме того, компании, выполняющие работы по госзаказу, в случае потери статуса СРО, в которой они состоят, смогут довести их до конца, так как закон обратной силы не имеет.
– Как прошла регионализация СРО?
– Согласно новым правилам, в СРО должны отсутствовать строительные организации – члены из других регионов. Правда, пока не все «чужие» компании смогли уйти из петербургских СРО. Но на это есть и объективные причины. Например, некоторым строительным организациям попросту некуда идти, так как в регионах, где они зарегистрированы, действуют СРО, потерявшие и пока не восстановившие свои компенсационные фонды. Конечно же, становиться членами таких саморегулируемых организаций строители не хотят. Тем не менее, в соответствии с требованиями закона, СРО вынуждены исключать иногородние строительные организации из своего состава. Хотя еще раз повторю – вопрос этот очень неоднозначный.
– Как известно, сейчас идет процесс формирования Национального реестра специалистов (НРС). Что требуется от СРО и что – от строительных компаний для внесения сведений в НРС?
– С 1 июля 2017 года для строительных компаний – членов СРО – законом вводится обязанность иметь минимум двух специалистов по организации строительства, сведения о которых включены в НРС. В настоящее время в Ассоциацию НОСТРОЙ поступило около 5 тыс. заявлений. Половина из них обработана. По оценкам же нацобъединения, в Реестр в итоге должны быть внесены сведения о почти 200 тыс. специалистов. Процесс формирования НРС несколько затянулся, в том числе и потому, что порядок ведения Реестра Минстрой России утвердил только в конце апреля. Кроме того, запаздывают с отправкой сведений и сами строители, откладывая все на последний день.
Тем не менее, можно сказать, что процесс по созданию Национального реестра специалистов идет. В регионах его помогают сформировать СРО, ставшие операторами НРС. Уполномоченные саморегулируемые организации имеют полностью сохранный компенсационный фонд и отвечают другим требованиям качественно работающей СРО. Добавлю, что строительные организации также могут напрямую обратиться в НОСТРОЙ с заявлением и документами, для внесения своих специалистов в Национальный реестр. Около четверти всех уже поступивших заявлений было отправлено именно напрямую в Ассоциацию.
– Какие еще требования необходимо выполнить СРО, чтобы остаться в Реестре?
– К 1 июля саморегулируемым организациям необходимо полностью привести в порядок свою документацию. Это очень важный момент, на который не все обращают внимание. От СРО требуется наличие более 20 различного вида документов, в том числе реестр действующих членов, выписка кредитной организации о состоянии средств компенсационных фондов и т. д. При этом 17 документов должны быть зарегистрированы в Ростехнадзоре и соответствовать новым требованиям законодательства.
– Есть ли еще необходимость вносить в Закон №372-ФЗ новые поправки?
– Те или иные поправки в Законе требуются постоянно. Это касается и других нормативных документов сферы саморегулирования в строительстве. Поправки помогают восполнить законодательные пробелы и исключить несоответствия в механизме саморегулирования, повышают его эффективность. В целом, реформа саморегулирования будет еще продолжаться.
– Какой в перспективе станет система саморегулирования?
– Институт саморегулирования станет более совершенным и заработает эффективнее, повысится ответственность его игроков. Также полагаю, что самим механизмом саморегулирования будут активнее интересоваться крупные государственные корпорации и различные российские бизнес-сообщества.
«По большому счету, мы коммерческая организация, подчиненная не только законам рынка, но и, в первую очередь, интересам Ленинградской области», – так характеризует Фонд имущества Ленинградской области его директор Екатерина Попова. «Строительный Еженедельник» поинтересовался, как сегодня организована деятельность фонда и с чем связаны его перспективы в ближайшем будущем.
– С чем сегодня связана ваша самая активная работа?
– Глобальных направлений два: это проведение конкурсных процедур, в том числе в рамках 44-ФЗ, и продажа муниципального имущества. Мы выступаем посредником, организуя конкурсы и аукционы. Соответственно, нужно это делать четко, правильно, с соблюдением всех законов, чтобы получить максимальный экономический эффект.
– Как повлияли на вашу деятельность недавние изменения в законодательстве – например, вступившие в силу весной поправки в Земельный кодекс РФ?
– Как только появляются новые подзаконные акты, мы незамедлительно и внимательно их изучаем, чтобы адаптировать работу фонда, сделать ее эффективной.
Поправки в Земельный кодекс повлияли, прежде всего, на наш доход. Ранее земельный кодекс предусматривал возможность вознаграждения для организатора аукциона в размере 3% от суммы сделки. Сегодня это положение отменено, поэтому, не скрою, мы заинтересованы в работе с коммерческими структурами – хотим увеличить их долю в числе наших клиентов с 30% до 50%. И, надо сказать, нам есть что предложить рынку. Услуга, которую мы предоставляем, достаточно специфична для Ленобласти, и участие в организации торгов и аукционов нашего фонда позволяет бизнес-структурам заключить экономически целесообразные сделки.
– Есть ли с вашей стороны разница в подходе к клиентам – муниципальным образованиям и коммерческим структурам?
– Безусловно! В работе с муниципальными образованиями мы чаще выступаем в качестве консультанта, поскольку сами муниципалитеты имеют право точно так же проводить аукционы, а мы, со своей стороны, не имеем права отказать им в помощи. Работа с бизнес-структурами, а также клиентами – частными лицами строится исключительно на коммерческой основе.
– Какие муниципальные образования в последнее время активно обращаются к вам за помощью?
– Мы работаем с большим количеством муниципальных образований, и к нам поступают различные обращения. В качестве примера могу привести новый для нас опыт по подготовке конкурса по выбору управляющих компаний: он оказался для нас достаточно интересным и непростым. Перечни услуг, которые представляют в заявках компании, участвующие в подобных конкурсах, очень разнятся. Их сложно сравнить, но сделать это необходимо. Конечно, выбираем и сравниваем не мы, а заказчик.
Но наряду с ним эти документы анализируют сотрудники Фонда: будучи профессионалами, мы обязаны понимать, что в них написано. Так что это еще и опыт, полезный с точки зрения повышения компетенции сотрудников фонда. Поэтому, кстати, было бы неправильно утверждать, что с учетом изменений в законодательстве мы не можем зарабатывать. Действительно, в марте вступил в силу закон, который лишил нас вознаграждений за проведение аукционов; но появились другие возможности. Хотя, не скрою, мы очень надеемся на то, что право на вознаграждение от проведенного аукциона нам все-таки вернут.
– Активно ли в настоящее время муниципалитеты продают свои земли? Вообще есть ли в Ленобласти районы, где много земли в муниципальной собственности?
– Очевидно, что в той же Гатчине земли в муниципальной собственности меньше, чем в Подпорожье. Формула «чем дальше от Санкт-Петербурга, тем больше в распоряжении земли у муниципалитета» по-прежнему актуальна. Распоряжаются муниципальные образования землей по-разному. В первую очередь (в каком-то смысле этому помогают санкции западных стран) землю берут в аренду фермерские хозяйства. Сейчас им зеленый свет.
Они, как свидетельствует наша практика, покупают право длительной аренды и, наверное, верят в то, что импортозамещение действительно позволит им увеличить объем продаж и прибыль. А вообще это, прежде всего, люди, влюбленные в землю, которых интересуют не движения курсов валюты, а хорошие угодья и будущий урожай. Эти люди заняты на земле реальным делом, и искренне надеюсь, что эта земля будет ими освоена.
– А много ли сегодня покупателей, которые хотели бы изменить статус земель? Ваши клиенты предпочитают покупать уже «статусные» участки или рассчитывают изменить их статус позднее?
– Знаете, мы не занимаемся изменением статуса земли – это не наша сфера деятельности. Но клиенты, которые приходят к нам на торги, в первую очередь покупают земли с тем назначением, которое обозначено в кадастровом паспорте и свидетельстве о собственности. Надеются ли они на изменение статуса – я не уверена. В большинстве случаев они покупают для целевого назначения.
По убыванию востребованности покупателями я бы распределила статус земель так: на первом месте земли под жилищное строительство, далее под общественно-деловую застройку, далее земли промышленности и земли сельскохозяйственного назначения.
– Видите ли вы какие-то факторы, способные повлиять на нынешнюю структуру спроса?
– Я очень рассчитываю, что спрос на земли сельхозназначения повысится благодаря политике импортозамещения, объявленной в нашей стране. Ленинградская область должна развиваться, и в первую очередь за счет фермерских хозяйств. Для этого есть все возможности: есть люди – они не уехали; есть малые города.
Конечно, осваивать земли сельхозназначения надо, но все зависит от программ государственной поддержки производителей сельхозпродукции. Если эти программы действуют, люди увлеченные и выросшие на земле стараются из родных мест и не уезжать. Они понимают, как эффективно работать в сельском хозяйстве, и благодаря государственной поддержке могут реализовать себя на этом поприще.
Надеюсь, увеличению спроса на земли сельскохозяйственного назначения будет в какой-то мере способствовать и ввод в эксплуатацию «Оптоклуба «РЯДЫ» на Шафировском проспекте для централизованной реализации фермерской продукции. На юге нашей страны это достаточно (и традиционно) развитая история. А у нас это было когда-то, потом сошло на нет, а теперь возрождается. Маленькие рыночки по населенным пунктам Ленобласти есть, а вот единого объекта, где могли бы продавать свою продукцию многие и многие фермеры, до сих пор не появилось.
– Каковы ближайшие перспективы фонда? Или, если хотите, ближайшие цели?
– Мы еще больше активизируем работу с коммерческими структурами – это обязательное условие для достижения соотношения между муниципальными и коммерческими заказами 50 : 50. Мы видим, что наши знания о рынке земли, жилой и нежилой недвижимости Ленинградской области достаточно глубоки. Сегодня мы готовим аналитические отчеты для компаний, которые еще даже не заходят в Ленинградскую область, а только планируют инвестировать в наш регион. Хотя не могу не отметить, что в сегодняшних непростых условиях и коммерческие структуры, и частные клиенты склонны откладывать стратегические решения – занимать выжидательную позицию.
Кстати:
Фонд имущества Ленинградской области был создан с целью помощи муниципальным образованиям в приватизации имущества и земельных участков и успешно справляется с этой задачей даже сегодня, в условиях нестабильной экономики. Об этом свидетельствует тот факт, что все аукционы, организованные фондом, преследуют интересы заказчиков, и их число увеличивается в среднем на 20%. Сегодня в числе клиентов фонда муниципальные образования, девелоперы, инвестиционные фонды и физические лица.