Станислав Клюев: «Подсветка вдыхает жизнь в помещения»
![](http://m.asninfo.ru/images/interviews/8480461d/67fa24a58912203c7880afdc.jpg)
Общественные места уже давно перестали привлекать аудиторию только лишь едой или мероприятиями. Интерьер ресторана может быть настолько впечатляющим, что кухня отходит на второй план, уверен руководитель и ведущий дизайнер Studia 54 Станислав Клюев.
– Каковы тенденции в оформлении общественных зон в коммерческих помещениях? Что сейчас модно использовать при оформлении ресторанов, баров и лобби отелей?
– В оформлении частных ресторанов и отелей сейчас наиболее востребован индустриальный стиль лофт. В этом стиле смешиваются грубые фактуры, дизайнерские предметы мебели и антикварные вещи. Для сетевых заведений больше актуален современный стиль, основные принципы которого – светлые тона и натуральные материалы, а во главе угла – технологичность и долговечность.
Общественные места уже давно перестали привлекать аудиторию только лишь едой или мероприятиями. В некоторые рестораны или бары столики бронируют за месяц, ради других едут на другой конец города – все потому, что эти заведения могут предложить неповторимую атмосферу. Интерьер места может быть настолько впечатляющим, что кухня отходит на второй план. Сейчас Studia 54 завершила проектирование интерьера для бара в Петербурге, который, мы думаем, имеет все шансы стать культовым местом. Что может лучше отразить формат бара, как не стиль лофт? Для декора мы выбрали классические элементы: гипсовые маски, лепнину, карнизы. Сочетание индустриального стиля и классики делает это заведение непохожим на другие.
– Какие еще инструменты используются при оформлении лофтов?
– Изначально, основа для лофта – это кирпичные стены (предпочтительно, чтобы это был старый интерьер), просторные помещения с высокими потолками. Для оформления таких интерьеров мы часто используем медь, лампы Эдисона, металлические сетки.
Несмотря на то, что в лофт-интерьерах часто используются хэндмэйд-вещи и предметы с барахолок, этот стиль нельзя назвать дешевым. Он, скорее, богемный. Для коворкинга «Агора» мы собирали люстру из водопроводных труб силами нашей строительной бригады. В итоге, получилось оригинально и бюджетно. В лофт-интерьере можно миксовать предметы различной ценовой категории и стилистики – в этом его прелесть.
– Стиль лофт любят применять и в коворкингах. Какие решения для оформления таких помещений использует Studia 54?
– Пространства коворкинга по своему формату ближе к арт-пространствам, чем к стандартным офисам, поэтому можно отойти от нейтрального оформления и сделать нечто исключительное. В коворкинге можно использовать и яркие цвета, и экстравагантную мебель, и арт-объекты – это место не только для работы, но и для общения. Задача владельцев коворкинга – продать места, поэтому пространство обязано быть уютным и располагающим к работе, но при этом оригинальным. Этим принципам мы следовали в той же «Агоре» – там есть кухня, лаунж-зона, переговорная и рабочий зал.
– Офис Studia 54 также оформлен в лофт-стиле. Как создавался его дизайн-проект?
– Наш офис располагается в бывших казармах на набережной Фонтанки. Бывшие заезды для карет превратились в двойные черные окна, которые контрастируют с кирпичными стенами. Предыдущие владельцы решили просто замуровать арочные проемы. Но мы восстановили первоначальный вид: расчистили проемы и акцентировали на них внимание. И, конечно, скрывать старинный кирпич под слоем штукатурки было бы кощунством, мы добавили подсветку, декор в винтажном стиле и мебель, относящуюся к английской классике.
– В работах Вашей студии часто обыгрываются различные возможности подсветки, расскажите об особенностях использования этого инструмента?
– Подсветка добавляет жизни в помещение, она создает дополнительный объем и выделяет фактуру материалов, будь то дерево, мрамор или кирпич. Правильно размещенные источники света преображают помещение, а кроме того, подстраиваются под разные жизненные сценарии.
Все, что заказчику хочется подчеркнуть, мы непременно выделяем подсветкой: сложные текстуры стен, барельефы, скульптуру, артефакты, картины. Музейный принцип работает и в жилых интерьерах – подсвеченный предмет выглядит привлекательнее. Подсветка – еще и инструмент зонирования. По освещению можно распознать функцию помещения, даже если в нем еще нет мебели. Яркий свет больше подходит для массовых собраний, конференц-залов, переговорных. А для микро-пространств уже нужен совсем иной, более уютный свет, его создают бра и настольные лампы.
– Почему, на Ваш взгляд, лофты (особенно в качестве жилья) пока не набирают популярность в Петербурге?
– Запрос на лофт есть, но для его реализации мало возможностей. В новом доме сделать лофт сложно из-за отсутствия кирпича, хотя это не единственный признак стиля, а в историческом центре города осталось очень немного подходящих квартир. Если кирпичная стена присутствует, то большинство заказчиков сразу же склоняются к стилю лофт.
– Сотрудничаете ли Вы с застройщиками и в каком формате?
– Мы проектируем входные группы для проектов компании «Еврострой», официальными партнерами которой являемся. Уже выиграны тендеры на дизайн и оформление входных групп в ЖК Esper Club на Крестовском и ЖК «Приоритет» на Воскресенской набережной. Также планируем разрабатывать готовые интерьеры для квартир в сегменте элитного жилья, в котором работает «Еврострой» и другие компании.
– На Ваш взгляд, должна ли архитектура дома определять его интерьер?
– Каким-то образом обозначить связь между экстерьером и интерьером – непременно нужно. Она может проходить сквозной темой в элементах декора, это придаст интерьеру индивидуальность и дополнительное очарование. Многое зависит от целей заказчика. Мы стараемся в своих проектах максимально использовать красивые детали, оставшиеся от исторических интерьеров: изразцовые камины, старый кирпич, витраж, лепнину. Это не только эстетично, но и создает настроение и характер помещения. Встречая что-то старое и ценное – мы с удовольствием это применяем. И наш офис тому пример.
– Что уместно при декорировании таких помещений?
– Выбор предметов декора определяет тематика площадки. В интерьеры ресторанов, баров и отелей гармонично впишутся вещи с историей и хэндмэйд: старые камины, экраны, мебель.
– Насколько оригинальные предметы искусства востребованы для декора?
– Подлинные объекты искусства могут позволить себе далеко не все. Как правило, для декора используется то, что уже имеется в коллекции заказчика. Это могут быть как оригиналы произведений искусства, так и артефакты от знаменитостей, например, ракетка известного теннисиста, гостившего в отеле. Но по большей части это все-таки реплики известных произведений.
– Что чаще всего тиражируется?
– Повторяется все. Но если копии живописных полотен пользуются популярностью меньше (так как там очевиднее неподлинность), то с более прикладными предметами – такими, как скульптура – проще. Они всегда смотрятся удачно. Например, их часто переосмысливают в современных материалах, и это выглядит уже как новое произведение искусства. Это могут быть фигуры, изготовленные с помощью 3D-печати из пластика, или гипсовые формы, которые можно покрасить или как-то дополнить. Отмечу, что скульптура – красива сама по себе и не нуждается в сочетании с какими-либо еще предметами. Это самостоятельный акцент.
– Вы упомянули 3D-печать, а как современные технологии влияют на тенденции в дизайне интерьеров?
– Недавно мы обсуждали идею создания арт-пространства с полностью голыми стенами, куда с помощью проектора можно было бы наносить разнообразные интерьеры, в зависимости от тематики мероприятия. Мы бы с удовольствием использовали возможности таких технологий. Они уместны и в интерьере ресторанов, например, при проведении каких-либо мероприятий. Это необычно и способно удивлять. Но, к сожалению, пока заказчики не совсем готовы к использованию таких инструментов, так как это довольно радикально и затратно.
![](http://m.asninfo.ru/images/interviews/fd97a6de/97c1d75cb3a5ace2420c1c9c.jpg)
2017-й год, несмотря на исторические параллели, не принесет революций строительному рынку, считает генеральный директор компании Navis Development Group Александр Львович.
В интервью «Строительному Еженедельнику» он рассказал, почему малоэтажные комплексы гораздо интереснее многоэтажек.
– Александр Владимирович, в начале нового года принято подводить итоги минувшего. Каким был 2016-й для Navis Development Group? Какие планы и прогнозы на текущий год?
– Мне очень нравится по поводу построения прогнозов одна шутка: в декабре 1916 года вряд ли кто мог предсказать события 1917-го. Надеюсь, грядущее столетие революции останется исключительно в исторической плоскости и не ознаменуется реальными потрясениями.
Если серьезно – конкуренция среди застройщиков очень высока, ситуация в экономике не обещает нашей отрасли бурный рост. Но при этом есть стабильный спрос, внушают оптимизм отчеты публичных компаний. Думаю, что год будет ровным и пройдет под знаком сокращения проектов застройщиков в Ленобласти и увеличения их интереса к Петербургу. Эта тенденция будет нарастать. Это видно по тому, как компании формируют свои земельные банки, как перераспределяется в целом спрос.
Результатами 2016 года мы довольны, они оказались позитивнее, чем мы изначально предполагали. Однако нет предела совершенству, можно и нужно работать лучше. В плане продаж минувший год для нас был непростым, мы вывели на рынок два абсолютно новых проекта комплексного освоения территорий. Это проекты малоэтажной застройки «Европейские пригороды» – ЖК «Шотландия» в Агалатовском поселении и «Итальянский квартал» в Романовском поселении. Первые очереди КОТ – это всегда тяжелый этап, связанный с возведением инженерных сетей, которые приходится строить на полный объем вводимых площадей проекта в целом. Кроме того, на этапе вывода проекта на рынок велика составляющая маркетингового продвижения. Поэтому мы надеемся пожать плоды наших трудов в ближайшем будущем, но в целом довольны результатом продаж минувшего года.
Хочу отметить, что рынку очень помогла ипотека с господдержкой. В структуре наших сделок более половины идет с ипотекой. И есть тенденция в минувшем году, которая нас удивила, – основной объем покупательского спроса пришелся на летние месяцы, а не на осень, как бывало обычно. Найти этому рациональное объяснение непросто, но, возможно, это была волна ранее отложенного спроса.
– Отмена субсидирования ипотеки может сильно повлиять на динамику продаж?
– Может. Сейчас о продлении уже собственных льготных ипотечных программ заявил ряд крупных банков, и прежде всего – «Сбербанк». Это хорошо, потому что именно на «Сбербанк» приходится почти половина выдаваемых ипотечных кредитов. Плохо, что менее крупные банки не смогут поддержать ипотеку – и это, конечно, скажется на рынке. В какой мере скажется? Поживем – увидим.
– Какой из стартовавших проектов – «Шотландия» или «Итальянский квартал» – оказался успешнее?
– Сравнивать их напрямую не совсем корректно. Несмотря на то, что они вышли под единым, абсолютно новым форматом – «Европейские пригороды», который мы создали и долго «раскручивали, – эти проекты находятся в разных весовых категориях. Так, «Итальянский квартал» мы отнесли к классу «эконом», проводим соответствующую ценовую политику, спрос на квартиры здесь ощутимо выше. ЖК «Шотландия» обладает всеми характеристиками полноценного комфорт-класса. Мы запроектировали квартиры с террасами, каминами. Сейчас средняя цена квадратного метра в проекте составляет 74 тыс. рублей. Мы хотим получить большую маржинальность, и продажи здесь идут в более спокойном темпе.
Замечу, что, когда мы только фантазировали на тему малоэтажного жилья в петербургских пригородах, один из наших слоганов звучал как «В два раза дешевле, чем в городе», но сейчас мы между собой шутим – «В полтора раза дороже, чем в ПриКАДье». Настал момент, когда мы конкурируем не ценой, а качеством нашего продукта.
– Почему Вы сосредоточились на малоэтажном формате? Не проще ли построить 25-этажку в популярном Кудрово?
– Многоэтажная застройка – это скучно. Кроме того, в этом плане нам никогда не догнать индустриальных гигантов, вроде «ЛСР». Да и конкурировать с проектами-миллионниками абсолютно бессмысленно. У нас уже есть опыт в реализации малоэтажного проекта – наш первый жилой комплекс в Ленобласти был реализован в поселке Щеглово. В то, что он будет весьма успешным, мало кто верил. Но этот формат нашел своих покупателей, идея оказалась востребованной рынком. Сейчас мы ставим перед собой амбициозную задачу – стать лидерами в малоэтажном формате.
Малоэтажными проектами, причем довольно качественно, занимается целый ряд петербургских застройщиков, но они, в отличие от нас, не делают это основным направлением бизнеса. Маркетинговая работа, которую мы ведем для улучшения качества наших проектов, позволяет нам идти на шаг впереди конкурентов.
– Что для Вас является решающим фактором для выбора места реализации проекта?
– Выбор места любая уважающая себя компания основывает на серьезных маркетинговых исследованиях. Мы не исключение. Вопрос номер один – транспортная инфраструктура. И ЖК «Шотландия», и ЖК «Итальянский квартал» находятся на основных магистралях: на Дороге Жизни и Новоприозерском шоссе. Кроме того, транспортная доступность «Итальянского квартала» подкреплена железнодорожным сообщением – на электричке до Финляндского вокзала 40 минут. Мы никогда не задумывались о возможностях этого вида транспорта, пока не провели исследование среди покупателей квартир в проекте «Щегловская усадьба». Учитывая серьезное расстояние – до города 17 км – многие жители «Щегловской усадьбы» обходятся без автомобиля. Они ездят на работу в Петербург на электричках.
Вопрос номер два – возможность получения реальных технических условий. Для Ленинградской области это имеет первостепенную актуальность. В регионе нет единого «Водоканала», все ресурсоснабжающие организации представляют собой разрозненные структуры, которые принадлежат муниципальным образованиям. Конечно, можно получить техусловия в любом месте, дело в цене вопроса, которая может поставить реализацию всего проекта под сомнение. В этой связи мне кажется очень правильным и своевременным решение Правительства области об обязательном подтверждении реальности выданных техусловий, без чего не может быть получено разрешение на строительство.
– Насколько увеличила компания земельный банк за истекший год? Планируется ли старт новых проектов?
– Мы сейчас ведем переговоры о покупке двух земельных участков на юге города под реализацию малоэтажных проектов общей площадью примерно 350 тыс. кв. м. Скорее всего, сделки закроем до конца года. Предложение качественных земельных участков в городе весьма ограничено. Те, кто говорят о больших объемах перспективной застройки, имеют в виду неподготовленные земельные участки. Мы активно рассматриваем предложения, но качественных вариантов очень немного.
Сейчас много рассуждают о перспективах «серого пояса», но эта тема достигнет пика своей актуальности лишь тогда, когда будут «утрясены» вопросы с Генеральным планом Петербурга. А это случится не ранее, чем через два года. Входить в такие проекты сейчас рано.
– По информации некоторых СМИ, компании Navis предлагали поучаствовать в достройке проблемного долгостроя – ЖК «Ванино»…
– Да, мы просчитываем возможность участия в этом проекте. Проблема ведь не в достройке самого объекта, а в обретении общего языка с предыдущими собственниками комплекса и его дольщиками. Сразу скажу – очень много рисков, это не бизнес-проект, а социальная нагрузка.
– Как развивается ситуация с постановкой на кадастровый учет ЖК «Созвездие»?
– До 1 февраля текущего года ЖК «Созвездие» получит документы о постановке на кадастровый учет. В конце прошлого года мы исправили все замечания Кадастровой палаты.
Цифра: 350 тыс. кв. м жилья планирует возвести NDG на двух земельных участках на юге города
![](http://m.asninfo.ru/images/interviews/e3791e1d/7ef741da45e997d90fe7fd6d.jpg)
Министерство обороны РФ готово передать в собственность Ленобласти аэродром в п. Сиверский.
Ранее Федеральная антимонопольная служба подтвердила, что строительство аэропорта не противоречит существующему между Петербургом и областью соглашению о развитии авиационной деятельности. О планах по развитию аэродрома и особенностях процесса передачи рассказал начальник Управления по транспорту Ленобласти Павел Постовалов.
– Что подтолкнуло к идее развития аэропорта под Гатчиной?
– Все началось с обращения Минобороны еще в 2014 году. Они предложили нам забрать в собственность около пяти аэродромов, в том числе Сиверский. Тогда в полной мере действовало то самое Соглашение между городом и областью от 2009 года о запрете создания аэропортов.
Неиспользуемые аэродромы Миноброны хороши тем, что там сохранилась инфраструктура, в том числе ее наиболее дорогие элементы – взлетно-посадочные полосы. Это делает проект более привлекательным для инвесторов.
Любопытно, что как только мы начали переписку с Минобороны, инвесторы стали сами к нам обращаться. Сейчас есть как минимум два интересанта. Существует твердая уверенность, что если Минобороны отдаст нам в собственность эти 800 га, то они будут использованы эффективно.
Кстати, во время нашей переписки с министерством предлагались и другие варианты использования аэродрома. Например, создание там военно-патриотического центра в симбиозе с ДОСААФ. Это, согласитесь, не рациональный подход.
Тем более, что с ДОСААФ у нас заключено соглашение, по которому будущий инвестор нашего аэропорта приведет грунтовый аэродром в Сиворицах в состояние всепогодного, сделав искусственную взлетно-посадочную полосу. Тогда ДОСААФ сможет вести военно-патриотическую деятельность круглый год.
Мы даже консорциуму «Воздушные ворота Северные столицы» предложим поучаствовать. Губернатор Ленобласти Александр Дрозденко говорил, что аэропорты должны дополнять друг друга.
– На какой стадии сейчас передача аэродрома в Сиверском?
– Недавно из Минобороны пришел ответ на обращение губернатора. В Министерстве не хотят отказываться от этого аэродрома полностью, они предлагают оставить его аэродромом совместного базирования. Сейчас его используют ДОСААФ и Минобороны, а будет – Ленобласть и Минобороны.
Совместное базирование предполагает, что часть территории и общие взлетно-посадочные полосы будут разделены между гражданской и военной авиацией.
– Это не снизит привлекательность проекта для инвесторов?
– Совместное базирование имеет больше плюсов. Во-первых, Минобороны не намерено размещать в Сиверском воинскую часть, они хотят иметь возможность пользоваться инфраструктурой в случае необходимости. По такой схеме работают многие аэропорты в России.
Из плюсов – упрощенное решение вопросов развития аэропорта с Москвой. Забирая его в собственность, мы снимаем нагрузку с федерального бюджета.
Есть и вариант сохранения в федеральной собственности взлетно-посадочных полос. Это самое дорогое сооружение, и, если наряду со средствами инвестора, какие-то средства на содержание и ремонт полос будет выделять и бюджет РФ, инвестор будет только рад.
– И как планируется решать имеющиеся противоречия с Петербургом?
– Прописанное в Соглашении условие не строить аэропортов в радиусе 450 км от Пулково – было условием концессионера, строившего аэропорт. Область, в свое время, пошла на это, чтобы помочь нашему соседу, Петербургу, привлечь инвестиции. И мы заплатили за это тем, что выделили землю под третью полосу аэропорта, а треть Ломоносовского района – накрыта санитарно-защитной зоной аэропорта, что ограничивает градостроительное развитие этих территорий. Внесен достаточно серьезный вклад, при этом экономических выгод для региона пока не видно.
Сейчас мы видим, что жители как Петербурга, так и Ленобласти нередко пользуются аэропортом в Хельсинки, чтобы улететь оттуда, например, в Испанию. Ведь получается дешевле, чем сделать это из Пулково. В этом отношении у аэропорта в Сиверском, безусловно, есть перспективы – «Сиверский» вернет российских пассажиров из аэропорта Вантаа. Соглашение с Петербургом ограничивает нас в создании аэропорта с рейсами за границу и в Москву – то есть самых прибыльных.
Возможно, мы найдем такую нишу, которая ничего не «украдет» у Пулково. Напротив, позволит говорить о взаимодополнении и взаимодействии.
Кстати, в первом варианте Соглашения о развитии авиационной деятельности никакого развития, кроме Пулково, не было. Я участвовал в доработке этого Соглашения и включил предложение о комплексном развитии всего авиационного узла, не только Пулково. Оно прописано в третьем пункте Соглашения, который сейчас совершенно не выполняется.
Можно полагать, что Соглашение сегодня противоречит трендам федеральной политики: сегодня есть призывы Правительства России к развитию авиационных перевозок, оказание поддержки местным авиалиниям, общее развитие авиастроительного комплекса. Нужно не конкурировать, а искать точки соприкосновения, обсуждать вопрос развития единого авиационного узла. И безусловно, мы будем обсуждать корректировку 4-го пункта, в котором прописаны ограничения.
– Привлекательность территорий Гатчинского района для девелоперов не снизится, в связи с развитием аэропорта?
– Аэродром в Сиверском находится давно, санитарно-защитные зоны предусмотрены. Недовольные, конечно, будут: самолеты из Сиверского давно не летали, люди отвыкли от шума. Но будут и сторонники. Во-первых, это высокооплачиваемые рабочие места, пассажиропоток даст толчок развитию сферы обслуживания, и, как следствие, новый вектор развития получит и поселение.
Во-вторых, с появлением аэропорта улучшится и транспортная доступность. Возможно, со временем туда пойдет аэроэкспресс или «Ласточка» - и территория, станет еще более привлекательной для девелоперов.
– Когда будет определена окончательная модель использования аэродрома?
– Мы подготовили ответ Министерству обороны о том, что согласны на совместное базирование. Дальше будем обсуждать это с инвесторами. Только после этого мы начнем обсуждать техническую сторону вопроса передачи аэродрома в нашу собственность.
Сейчас очень важно сохранить имеющуюся инфраструктуру. На площадке Сиверского уже не первый год тренируются танки перед майским парадом, приводя в негодность ценное инженерное сооружение. Тренируются без резиновых траков, забивается дренажная система. Мы видели, что стало с аэропортом Вещево и не хотим наступать на те же грабли и терять столь ценные транспортные объекты.
Не стоит забывать и о санитарной авиации, она развивается, о ней тоже надо думать. В дальнейшем, возможно, появятся местные авиалинии.
– В какие сроки может быть реализован проект?
– Позиция Министерства транспорта такова, что нужно обсуждать различные варианты. Предусмотреть этапность выхода из Соглашения или изменить его сроки (сейчас оно действует до 2040 года), найти нишу и скорректировать жесткие ограничения, запрещающие любые авиаперевозки в Москву и заграницу.
Сейчас сложно оценить, какие бюрократические препятствия могут возникнуть на этом пути, говорить можно только о ближайших планах. Мы отправим Минобороны ответ с согласием на совместное базирование. Следующие шаги – переговоры с инвестором, разработка предпроектов и бизнес-планов в различных вариациях использования. Затем будет обсуждение на площадке Дирекции, и только потом – принятие концепции.
Передача имущества Минобороны может тянуться долго и в лучшем случае закончится в конце года. Пирог надо съедать по частям: сначала получить аэродром в собственность, а потом думать, как наиболее эффективно и рационально его использовать во благо Ленинградской области и Петербурга.