Дмитрий Ялов: «Мы не соперничаем за инвестора с Петербургом»
До 60 млрд рублей могут вложить инвесторы в развитие проектов в Ленобласти в ближайшие шесть лет. Председатель Комитета экономического развития и инвестиционной деятельности Дмитрий Ялов рассказал в интервью «Строительному Еженедельнику» о новых инвестиционных проектах, реализуемых в Ленобласти.
– Какие ожидания Правительство Ленобласти связывает с ПМЭФ-2017?
– В прошлом году ПМЭФ принес Ленинградской области рекордный «урожай» соглашений на общую сумму свыше 100 млрд рублей. В этом году мы надеемся побить рекорд если не по итоговой сумме контрактов, то по их количеству. Участие в работе стенда Ленобласти примут ведущие инвесторы, которые уже работают в области, а также новые партнеры.
На ПМЭФ-2017 мы подпишем соглашение с компанией «Солнечный сад». Инвестор планирует создать крупнейший в регионе тепличный комплекс в городе Пикалёво.
Желание заключить инвестиционные соглашения по развитию своих производств в Ленобласти выразили такие компании как «Филипп Морис», «Кнауф Петроборд», «ФосАгро». Всего около 20 соглашений. Также в деловой программе запланирован ряд встреч с потенциальными инвесторами.
– Ленинградская область вошла в топ-10 субъектов – лидеров по развитию системы государственно-частного партнерства (ГЧП). Как планируется развивать это направление дальше?
– У Ленинградской области, действительно, накопился положительный и в значительной степени уникальный опыт развития проектов государственно-частного партнерства. В регионе реализовано или находится в стадии реализации сразу несколько социальных ГЧП-проектов: система теплоснабжения города Тихвина (совместно с компанией «Газпром»), проект реабилитационного центра в городе Коммунар (предполагает строительство медицинского центра, который бы обслуживал до 5 тыс. пациентов в год).
Недавно к нам поступила частная инициатива от инвестиционной компании, которая хочет построить плавательный бассейн в Гатчине. Предложение предполагает заключение концессионного контракта до 2037 года, при этом объект, стоимостью свыше 600 млн рублей, должен появиться в Гатчине уже к 2020 году. Мы рассматриваем эту заявку. Возможно, в скором времени выйдем на подписание соглашения.
– Каков объем иностранных инвестиций в экономику Ленобласти? В какие сегменты охотнее всего вкладываются иностранцы?
– Несмотря на санкции и непростые внешнеполитические условия, интерес иностранных инвесторов к области не падает: ежегодно в регион вкладывается около 3 млрд долларов. Многие компании, заинтересованные в локализации бизнеса в России, выбирают именно наш регион, понимая его широкие логистические возможности, наличие доступных кадровых ресурсов, льготный налоговый режим. Иностранные инвесторы по-прежнему интересуются химической отраслью, машиностроением, деревообрабатывающей промышленностью, развитием других обрабатывающих производств.
– Какие преимущества для работы в регионе Ленобласть может предложить иностранному инвестору, который выбирает между областью и Петербургом?
– Сразу хочу отметить, что с Петербургом за инвесторов мы не соперничаем. Город и область в этом плане скорее партнеры, чем конкуренты.
В Ленинградской области работает стабильное законодательство по поддержке инвесторов. Мы даем налоговые льготы (до 13% налога на прибыль и до 0% налога на имущество) достаточно большому кругу тех предприятий, которые инвестируют от 300 млн рублей. В области существует четкая система взаимодействия с инвесторами в режиме «одного окна». Наш фронт-офис в «Агентстве экономического развития Ленинградской области» обслуживает более 150 инициаторов инвестпроектов, все проекты отслеживаются в электронной системе, мы знаем, что происходит с каждым из них. Вся информация по земельным участкам, которые мы предоставляем инвесторам в области, размещается в информационной системе.
Кроме того, как я уже сказал, важным преимуществом области является развитая логистика. Благодаря уникальному географическому положению и разветвленной сети магистралей, в области можно размещать производства, которые бы работали как на российский рынок, так и на зарубежный. Например, шины с предприятия финского шинного концерна Nokian Tyres во Всеволожске, кроме многих регионов России, поставляются в десятки стран мира.
Наш морской торговый порт Усть-Луга по стоимости портовых сборов и операций на терминалах – один из самых выгодных в России. Он имеет специализированные терминалы по нефтепродуктам, углю, сере, контейнерам. В области есть современные роботизированные железнодорожные станции, складские комплексы, логистические комплексы крупных ритэйл-компаний.
Также в Ленинградской области довольно гибкий рынок труда. Стоимость рабочей силы в регионе достаточно высока, но, поскольку современные производства высокоавтоматизированы и технологичны, перед их владельцами часто стоит задача найти небольшое количество специалистов средней квалификации и несколько высококвалифицированных сотрудников. Как раз такими высокопрофессиональными кадрами славится наша область.
И, наконец, у нас есть достаточно конкурентоспособное предложение по обеспеченным инфраструктурой земельным участкам для размещения производств.
– В Ленобласти действует фронт-офис для работы с инвесторами, насколько эффективна его деятельность?
– На сегодняшний день в портфеле перспективных инвестпроектов фронт-офиса области около 150 инициатив. Ожидаемые суммы вложений по этим проектам варьируются от 300 млн до 60 млрд рублей. Они могут быть воплощены в жизнь в среднесрочной перспективе до 2023 года.
– Недавно в регионе начали активно внедрять проектное управление, расскажите о первых результатах этой работы.
– Проектный офис в Ленинградской области отработал уже год. Сейчас в портфеле проектов – свыше 20 приоритетных инициатив, 12 приоритетных проектов развития региона, а также программа по улучшению инвестиционного климата, все они находятся под личным контролем губернатора Александра Дрозденко.
Как мы и ожидали, проектное управление сняло ряд вопросов по межведомственному взаимодействию, помогло усилить контроль за исполнением ключевых задач, ускорило темпы реализации проектов.
В апреле 2017 года проектный офис приступил к формированию народных проектов области. Среди них: «Красивый двор» (программа благоустройства дворовых территорий), «Доступные спортплощадки» (проект строительства малых внутридворовых спортивных сооружений), «Молодежные коворкинг-центры» (создание сети центров для развития молодежного предпринимательства), «Равные возможности детям» (развитие кружков технической и творческой направленности для детей во всех районах области) и «МойРегион.рф»
(интерактивный портал обратной связи руководства области, муниципальных образований и населения).
Цель таких проектов – перераспределить финансирование в рамках госпрограмм области на те сферы, которые больше всего волнуют наших жителей. Развитие приоритетов будет идти на принципах процентного софинансирования из регионального и муниципального бюджетов.
В мае состоялось широкое общественное обсуждение народных проектов в формате хакатона. Со второй половины года инициативы начнут воплощаться в жизнь, ход проектов будет отслеживаться Организационным штабом по проектному управлению при губернаторе региона.
– В моногороде Пикалёво реализуется проект индустриального парка. Насколько это улучшило экономическое развитие города?
– По плану, одобренному Фондом развития моногородов, в городе планируется создать более 1000 рабочих мест. Они появятся на производствах легкой промышленности, в агросекторе и, конечно, в малом бизнесе. Развитие индустриального парка, резидентами которого станут такие компании, как «БТГ Групп», «ЭкоКультура» и другие, продолжается. Мы рассчитываем на приток инвесторов после присвоения Пикалёво статуса территории опережающего социально-экономического развития. Это должно произойти уже в текущем году.
Кстати
Хакатон (англ. hackathon, от hack (хакер) и marathon (марафон)) — командное мероприятие для ИТ-специалистов из разных областей разработки (программистов, дизайнеров, менеджеров) по созданию программного продукта в короткий срок.
Петербургские кварталы образца 1950-1960-х годов дают прекрасные возможности для переосмысления общественного пространства. Это мощный потенциал для градостроительного развития Северной столицы, уверен французско-швейцарский архитектор Паскаль Гредер.
– Действительно ли сейчас надо говорить о повышении уровня градостроительной культуры в Петербурге в нынешних экономических условиях?
– Разумеется, экономические ограничения оказывают негативное влияние. Но двигателями градостроительного процесса должны стать избранные гражданами власти, как это происходит у нас. Если представители власти склонны к пересмотру сложившихся практик, начинается прогрессивное движение. А мы, граждане, со своей стороны, должны подумать о том, как убедить власти заниматься градостроительными вопросами. Но, в первую очередь, это все же вопрос политической воли на разных уровнях: местном, региональном и общенациональном. Во Франции, Германии, Швейцарии эти идеи сегодня очевидны для всех.
Например, на одном из заседаний круглого стола Urban Week я рассказывал о проекте развития квартала социального жилья во Франции. Это пример решений, принятых на уровне руководства страны. Такие проекты имели колоссальное значение для Франции в 1960-1970-е годы, поскольку для развития национальной промышленности требовались свежие кадры, которые в самой стране отсутствовали. Соответственно, появилось множество иммигрантов, для которых очень быстро строилось как раз социальное жилье, которое быстро ветшало, поскольку качество архитектуры в то время было невысоким.
Мы помним, что примерно в это же время аналогичное по качеству и быстроте строительства жилье появлялось и в Советском Союзе. Это лишнее доказательство того, что, с одной стороны, вопросы градостроительства общие для наших стран, а с другой – их решение определяется глобальной идеей властей о готовности лучше организовать среду проживания для своих граждан.
Например, когда в начале 1990-х годов мы открыли агентство во Франции, в разгаре была дискуссия о месте личного транспорта в общественном пространстве. Но вот прошло каких-то 20 лет, и от огромной «общественной парковки» для личных автомобилей мы пришли к публичному пространству, свободному от личного автотранспорта. И в этом вопросе между позициями специалистов на Востоке и Западе вообще, по-моему, нет никаких различий.
- Вы в самом деле полагаете, что опыт уже реализованных в Европе проектов градостроительства и благоустройства может быть применен в российских условиях?
– Вне всякого сомнения! Например, новые подходы к иерархизации общественного пространства, к наделению жителей правом пользования этим пространством в личных целях. Где допустимо размещение личного автотранспорта? Стоит ли интегрировать в городскую среду подземные паркинги? Я знаю, к примеру, примеры строительства в Германии многоуровневых паркингов, до которых люди идут 50-100 м, и это не вызывает раздражения, это уже стало нормой. Во Франции на эти темы дискутировали достаточно интенсивно, и ситуацию удалось переломить.
- Сегодня градостроительная дискуссия в Германии, Франции, других европейских странах продолжается? На каком уровне?
– Да, продолжается, и надо сказать, что Швейцария и Германия значительно опередили Францию в движении по этому пути. Сегодня публичное пространство гораздо более «доброжелательно» по отношению к пешеходам, поскольку активно ведется политика развития системы общественного транспорта. Это логично: мобильность людей в XXI веке существенно повысилась, не стоит забывать и о необходимости транспортировки грузов. Таким образом, все эти направления должны развиваться параллельно.
Но в глобальном смысле слова все зависит от культуры – от определения того, какое место будет предназначено для каждого пользователя в общественном пространстве. И надо сказать, в советской застройке 1960-х годов (в отличие от современной застройки, где публичное пространство ужалось до размеров шагреневой кожи) можно отыскать очень интересные идеи как раз по развитию общественного пространства. Да, качество строительства несопоставимо с нынешним, но реализовывались очень любопытные концепции. У вас есть поистине просторы для переосмысления и новой иерархизации! Нужно просто переформатировать это пространство: иначе организовать парковки, усилить одни функции и добавить другие.
– Кто, по вашему мнению, должен взять на себя расходы на эту работу?
– Я всегда говорю о том, что качество жизни, общественного пространства не может финансироваться по остаточному принципу. А поскольку речь идет о социально значимой деятельности, об организации общественных пространств, источниками финансирования должны выступать бюджетные фонды.
– Однако в Петербурге много земли в частной собственности.
– Да, это затрудняет решение вопросов: очевидно, что частные собственники, стремящиеся получать доход, вряд ли захотят инвестировать в такие проекты. Но в части переосмысления иерархизации общественных участков должно быть стратегическое бюджетное финансирование. Налоговые поступления, средства от экспорта газа и нефти, другие источники доходов государственного бюджета – это существенные суммы. И это уже задача государства – определить, какой процент от этих поступлений будет направляться на градостроительное развитие территорий, модернизацию жилой застройки для повышения ее энергоэффективности. Даже если у России нет недостатка в энергоносителях, они когда-то начнут иссякать, энергия станет более дорогой, пусть через 100 или 200 лет. Соответственно, стоит задача по сокращению потребления энергии в разы. И это тоже работа огромного масштаба для проектировщиков, архитекторов. Но это еще и вопросы большой политики.
– Вы периодически бываете в России с 2009 года. Что-нибудь изменилось за это время в интересующей вас сфере?
– До возникновения нынешних геополитических проблем я работал в Санкт-Петербурге по приглашению российских инженеров над проектом по заказу крупного инвестора. Российские коллеги посчитали, что мои знания, опыт, компетенции, а также умение работать в режиме многозадачности не имеют аналогов на российском рынке. И уверен, что мы бы уже серьезно продвинулись в проекте (и тем самым в решении современных градостроительных задач), поскольку мне удалось убедить заказчика в обоснованности соответствующих трат. Если бы было реализовано то, что планировалось, я уже был бы счастлив. Аналогичным образом развивались события во Франции, когда мы открыли бюро GREDER & KESSLER. Мы также были в самом начале пути, мы делали шаг за шагом. Каждый раз, когда я встречаюсь с каким-либо препятствием на пути градостроительного развития, я стремлюсь не к долгим дискуссиям, а к поступательному движению вперед. И даже сделав маленький шажок, я счастлив, поскольку это способствует росту общественного блага.
– Что из услышанного на недавней Urban Week вас больше всего заинтересовало, поразило?
– Пожалуй, это увлеченность сторонников велосипедизации. В нашем бюро все сотрудники ездят на велосипедах, и мы тоже разрабатываем системы велосипедных дорожек. Я ведь живу на границе с государством, где велосипедная культура очень развита. Не в той степени, как в Дании, но в Швейцарии тоже очень любят перемещаться на велосипедах. В Базеле под зданием вокзала построен многоуровневый подземный паркинг. Не знаю, сколько там паркуется велосипедов, но такого огромного паркинга я нигде больше не видел. И успехи пропагандистов велосипедизации в Санкт-Петербурге – по-моему, это замечательно! Это направление надо развивать обязательно.
Кстати:
По словам Паскаля Гредера, источниками его вдохновения всегда были культуры Франции, Германии и Швейцарии. Позже к этому перечню добавилась и культура России. «До всех тех событий, которые определили сегодняшние сложности, российские граждане много путешествовали. Они открыты для восприятия нового, они умеют слушать. Меня интересует русская культура, и я здесь не для того, чтобы давать уроки – это абсолютно не моя роль!» – говорит архитектор.