Елизавета Конвей: «Комплексный девелопмент повышает статус территории»
На петербургском рынке недвижимости происходит размывание границ между классами жилья. «Элита» спускается в бизнес-класс, а тот, в свою очередь, активно оккупирует новые локации. Есть случаи как повышения статусности территорий, так и прорыва периферийной застройки в центральные районы города.
О классовом брожении «Строительному Еженедельнику» рассказала директор департамента жилой недвижимости компании Colliers International в Петербурге Елизавета Конвей.
– Елизавета, расскажите нам о брожении элит. Теряют ли элитный статус некоторые локации, которые еще несколько лет назад безусловно считались таковыми?
– Конечно, классы мигрируют с локации на локацию. Так, если в 90-х престижными были Петроградка и «сталинки» Московского района, то, например, сегодня они спустились в бизнес-класс, и только редкие проекты могут претендовать на «элиту» при условии исключительности.
С центральной части Петроградки «элита» переместилась сначала на Крестовский, а позже на Песочную набережную и Петровский остров. Причем, несмотря на скепсис отдельных экспертов, предрекавших и Крестовскому острову классовое снижение ввиду активной застройки и появления на нем крупных объектов спортивной инфраструктуры, он и сегодня сохраняет свою привлекательность. Ну а Каменный остров – это особая категория из разряда вечных ценностей.
По-прежнему ценится и «золотой треугольник». Однако здесь есть ряд «но». Экзотика старого фонда популярна, в основном, у приезжих, у тех, кто до конца не понимает все его прелести – износ коммуникаций, отсутствие парковок и охраны. Популярностью пользуются только редкие объекты, прошедшие сложный этап реконструкции и в которых решен вопрос безопасности и однородности – ключевых ценностей премиального сегмента.
Во все времена актуальны вид на воду и соседство зеленой зоны. Интересно, что мнения покупателей тут могут различаться. Так, москвичи, не избалованные видом на воду, тяготеют к близости зеленых зон. Например, к квартирам у Таврического сада. Иностранцы ценят историзм, и кстати, считают, что мы его не ценим совершенно, они готовы ради него терпеть даже сложные процедуры согласований. Покупатели из регионов любят центр как таковой, выбирают квартиры на набережных. Самые качественные виды в этом отношении, конечно, дает Дворцовая набережная, но предложение ограничено, а запросы покупателей часто конфликтуют с завышенными ожиданиями собственников.
Небезынтересны квартиры и на набережных Мойки, Фонтанки, канале Грибоедова, но опять же в домах, прошедших реконструкцию, с подземным паркингом, да и просто возможностью закрытой парковки.
– Появляются ли новые локации, где можно выдержать социальную однородность?
– Год назад активно заговорили о перспективах Петровского острова как основного конкурента Крестовского в связи с тем, что ряд девелоперов анонсировали там новые проекты. Сейчас энтузиазм несколько снизился, появились вопросы к некоторым характеристикам заявленных там проектов. На мой взгляд, многое будет зависеть от того, какого рода проект будет развивать на Петровском «Группа ЛСР», которая приобрела там крупный участок земли. Именно «ЛСР» накренит вектор Петровского в ту или иную сторону – «элита» или все-таки «бизнес». Кроме того, на Петровском есть пара выдающихся «пятен», которые пока никто не приобрел. Причем они качественно лучше тех, на которых уже заявлены проекты. Возможно, Петровский остров разделится в будущем на более и менее премиальные части.
– А проект «Кортрос» Royal Park может накренить вектор в нужную сторону?
– Если бы это «пятно» принадлежало кому-нибудь из петербургских девелоперов, склонных к консерватизму, возможно, проект не получил бы такого смелого решения. Именно амбиции московских девелоперов, умение работать с форматом апартаментов, видеть перспективы места – положительно скажутся на развитии Петровского острова в целом.
– Есть ли еще абсолютно нетронутые локации, в которых возможна квартальная застройка класса «люкс»?
– Для «люкса», пожалуй, только западная часть Петровского и Каменный остров. Для экономической модели «элиты» сложнее: многое зависит от смелости, бюджета девелоперов и вовлеченности городских властей. Таких локаций две. Это восточная часть Центрального района (Центр-2), район вокруг «Невской Ратуши», где уже сейчас появляются отдельные дома. Например, довольно удачный проект "Veren Place советская". Другая локация – Адмиралтейский район. Он пока развивается только точечно. Пример – Клубный дом Art View House от «Охта Групп».
Однако повысить статус территории может только комплексный девелопмент, что под силу либо крупному монополисту, либо московскому девелоперу с более масштабным взглядом на вещи.
– Эксперты Colliers International упоминают понятия «Центр-2» и «Новый центр». Что это за локации?
– Новый центр – это вся территория вдоль набережных Невы и прилегающие к ним территории, а также район, который формируется вокруг станции метро «Фрунзенская». Он динамично развивается и, кстати сказать, зайди туда девелоперы с более смелыми решениями, мы могли бы получить полноценный аналог центру не только благодаря транспортной доступности, но и качеству проектов более высокого класса.
– Есть ли в Петербурге целые территории, которые могут считаться заповедниками бизнес-класса?
– Вышеупомянутые Центр-2 и район станции метро «Фрунзенская», некоторые локации Красногвардейского района с существующими и будущими проектами. Из реализованных это «Платинум», «Четыре горизонта», «Дом на излучине Невы», «Пять звезд», «Новый город». Здесь пока удается выдержать разреженность застройки и видовые характеристики – важные параметры для бизнес-класса.
Идеальная локация для бизнес-класса – Васильевский остров. «Комфорт» там строить неуместно, а «элиту» – рискованно. Поэтому набережные Васильевского, да и центральная его часть (а там есть несколько интересных «пятен») будут прорабатываться с целью создания там проектов высокого класса.
Пока туманна судьба намывных территорий. Несмотря на близость к воде, вытащить намыв из того инфраструктурно-неблагополучного болота, в котором он находится, в ближайшей перспективе, думаю, не удастся. Хотя на эту территорию очень благоприятно повлиял и повлияет ЗСД.
– Есть ли, на Ваш взгляд, примеры неудачного позиционирования продукта как в отношении бизнес-класса, так и элитных проектов?
– Масса примеров псевдо-«элиты». Любую элитную локацию можно загубить типовым подходом к формированию концепции, выжиманием большей экономической эффективности из модели, разукрупнением квартирографии в пользу большего количества квартир. Также вредит классу проекта некорректная стратегия реализации: проекты, растянутые во времени, имеют риск морально устареть. Обидно, когда девелоперы скромничают, заявляя при отличной локации проект меньшей классности, с целью сократить время продаж. Но бизнес есть бизнес.
– На Ваш взгляд, консерватизм, скромность петербургских девелоперов в оценке своих проектов – благо или зло?
– Если перефразировать известное выражение, покупатель заслуживает тот продукт, который ему предлагает девелопер, потому что последний, в свою очередь, ориентируется на предпочтения покупателя. Было бы замечательно, если бы девелопер исполнял высокую миссию, предлагая покупателям новые стандарты. Резким переломом в этом отношении стал кризис 2008 года, когда за тот же миллион покупатели внезапно захотели получать больше, чем они получали раньше. Кризис поспособствовал пересмотру ценностей.
Многие девелоперы усилили состав своих команд продукт-менеджерами, стали задумываться о конкурентоспособности продукта. Впрочем, на рынке и без того есть примеры революционных решений – это «Ховард Палас», «Леонтьевский мыс», «Фонтанка, 1».
– Переезд сотрудников «Газпрома» и строительство «Лахта-центра», на Ваш взгляд, поспособствуют повышению статуса Приморского района?
– Скорее это коснется проектов, которые реализуются на береговой линии Приморского района. И вряд ли – плотно застроенной «экономом» северо-приморской части. Но у района Лахты, тем не менее, в этом отношении неплохие перспективы.
– Есть ли случаи, когда так называемая периферийная застройка прорывается в центральные районы города?
– Конечно, особенно в тех случаях, когда непрофильные девелоперы реализуют проекты в центральной локации. Проекты у Московского вокзала, дома, обступившие станцию метро «Фрунзенская». Есть примеры и в «сером поясе», и на намыве Васильевского острова. К сожалению, это становится закономерностью. И как часть Петровского уже никогда не станет элитной, так и намывные территории могут навсегда остаться в масс-маркете, если сохранить текущий тренд застройки. Опустить класс всегда легко, а совершить обратное впоследствии – практически невозможно.
Глава Республики Коми Вячеслав Гайзер рассказал «Строительному Еженедельнику» об итогах экономического развития региона, планах по поддержке промышленности, а также о том, какие отрасли могут получить импульс развития в условиях кризиса.
– Как оцениваете итоги экономического развития Республики Коми по за 2014 год?
– В целом оцениваю итоги года для экономики региона как удовлетворительные. Принимая во внимание только комплекс вопросов и блок проблем, с которым мы столкнулись в ходе исполнения бюджета за 2014 год. Самое главное – нам удалось не допустить падения темпов промышленного производства, более того, рост ИПП по итогам 2014 года составил 0,7%. И что для нас особенно важно, этот рост наблюдался как в наших традиционных добывающих отраслях промышленности, так и в перерабатывающих. Темпы роста экономики, конечно, не столь интенсивные, как в предыдущие годы, но, сравнивая нашу ситуацию с положением других регионов, могу назвать итог позитивным. Это подтверждается и данными по росту инвестиций в основной капитал. Объем инвестиций составил более 145 млрд рублей, это 7%-й рост.
– Сформирован ли в республике какой-то антикризисный план на случай дальнейшего ослабления экономики страны?
– Правительство региона в настоящее время заканчивает работу над планом мероприятий, но я бы не стал называть эти мероприятия антикризисными. Я уверен, что сегодня мы находимся не в состоянии кризиса, но всего лишь вступили в эпоху новой экономической реальности. И в первую очередь мы должны думать не над тем, как бороться с кризисом, а над тем, как выстраивать сегодня нашу жизнь в этих условиях. Вместе с тем кризис – это палка о двух концах. Это не только негативные моменты, но и новые возможности. И наша задача – выявить эти возможности, чтобы реализовать скрытый потенциал.
Я говорю в том числе и об импортозамещении. Это не только наши традиционные добывающие производства, но регион может «выстрелить» в деле производства стройматериалов, IT-индустрии, биоэнергетики. Это те точки роста, которые мы будем поддерживать. В январе мы с каждым градообразующим предприятием региона провели цикл консультаций, они защитили свои производственные планы на 2015 год и перспективу. В итоге сейчас мы четко понимаем, как будет действовать каждая отрасль республики в ближайшем будущем.
Что касается сроков, то работа над планом мероприятий будет закончена до 15 февраля, после этого к обсуждению документа привлекут депутатский корпус, общественные организации.
– В свою очередь, российское правительство уже представило план антикризисных мер, подкрепленный определенным объемом финансирования. Ждете ли прямой помощи от федерального центра?
– Прямой поддержки регионов в виде федерального финансирования в плане нет. Там в большей степени расписаны макроэкономические решения, которые направлены на стабилизацию состояния в финансовой сфере. Там есть работа над стабилизацией финансового сектора, поддержка государственных банков, а также выделены отрасли, которые будут получать в том или ином виде господдержку и через эту поддержку, по замыслу правительства, окажут системное влияние на стабилизацию экономики страны.
Что касается регионов, то в плане предусмотрена возможность дополнительного предоставления бюджетных кредитов по линии Министерства финансов. Это около 165 млрд рублей. Решение о дополнительном кредитовании регионов Минфин будет принимать в ходе рассмотрения федерального бюджета и заявок субъектов РФ. Для того чтобы точечно помогать регионам, которые, возможно, попадут в сложную ситуацию.
– Будет ли в регионе продлена программа европейской ипотеки?
– Программа евроипотеки продолжалась весь 2014 год, и на сегодняшний день около 260 граждан воспользовались программой, фактически приобретя жилье. Однако мы, проанализировав ход реализации программы, пришли к выводу, что программа нуждается в трансформации. Буквально на минувшей неделе изменения в программу были подписаны в правительстве региона и в ближайшее время вступят в силу. Она будет модернизирована с прицелом на молодые семьи и молодых специалистов, которые сегодня особенно востребованы на рынке труда региона.
Программа будет направлена на решение жилищных проблем молодых специалистов и семей в возрасте до 35 лет. Она будет давать возможность получить соответствующую субсидию со стороны республики в размере 20% от первоначальной стоимости жилья, которое будет активно строиться под эту программу. Будет возможность претендовать на субсидирование процентной ставки по ипотечному кредиту. Распространяться программа будет на те семьи, которые имеют совокупный доход не выше 45,8 тыс. рублей. У них будет право на получение преференций по списанию ипотечной задолженности в случае рождения второго и последующего детей. То есть это достаточно комплексная программа, которая в себя вобрала все наиболее положительные элементы всех наших жилищных программ.
– Регион так и не подал заявку на участие в федеральной программе «Жилье для российской семьи». По сообщению регионального Министерства строительства и архитектуры, застройщики Коми отказываются работать на предложенных федеральным центром условиях. Планируете ли войти в программу и как выстраиваете диалог с бизнесом?
– Действительно, еще на этапе обсуждения программы на региональном уровне крупнейшие застройщики региона, имеющие соответствующую строительную базу и мощности для строительства таких объемов, заявили, что их не устраивают предложенные условия. Это не значит, что на программе надо ставить крест. Это означает только одно: задача правительства республики состоит в том, чтобы найти те дополнительные аргументы и возможности, которые дополнят программные предложения и сделают участие в программе интересным для бизнеса. Другое дело, что программа не учитывает тот факт, что себестоимость строительства в северных регионах выше, чем в среднем по России.
Что касается жилищного строительства в принципе, то объемы ввода жилья в регионе растут. В 2014 году был запрограммирован рост объемов ввода по сравнению с 2013 годом. Мы должны были ввести 154 тыс. кв. м жилья, а ввели 156 тыс. кв. м.
– В регионе планируется строительство около 20 полигонов ТБО. А есть планы по переходу от складирования мусора к его утилизации и переработке?
– Это не планы – программа по строительству полигонов и площадок для хранения отходов лесопереработки уже активно реализуется, и каждый год сдается несколько таких полигонов. При этом мы пытаемся проработать с интересантами возможность строительства комплекса по утилизации этих отходов. Пока этот процесс продвигается «со скрипом». Связано это с тем, что экономика создания таких предприятий тесно связана с объемами отходов, которые поступают на переработку.
В условиях республики обеспечить возможность эффективной реализации такого проекта может только Сыктывкарский узел и ближайшие территории. Сейчас соответствующие ведомства вместе с муниципалитетами пытаются эту историю отработать с теми структурами и странами, кто имеет опыт работы по утилизации таких отходов именно в небольших объемах. Это Финляндия, Канада, Израиль, Франция. Но пока ни один проект на наш объем отходов не «ложится». Это не значит, что мы ставим крест на затее. На мой взгляд, это должен быть именно бизнес-проект, и наша задача – найти интересантов со стороны бизнеса.
– С 1 апреля 2013 года в республике действует региональный закон о технологических и индустриальных парках. Было заявлено строительство парков сразу в четырех районах региона. Когда ожидать появление первого?
– Задачу по строительству технопарков мы с себя не снимаем. Реализация заявленных проектов уже в 2015 году зависит от нашего инвестиционного блока и привлечения потенциальных интересантов, которые желали бы реализовать некие проекты в рамках республиканских технопарков. Но поймите правильно, мы не можем развернуть парк, построить всю инфраструктуру, а это значительный объем инвестиций, и сидеть в ожидании инвесторов. Должен быть двухсторонний процесс, мы оперативно отреагируем на запрос бизнес-сообщества. Могу лишь сказать, ближе всего к открытию подобрался технопарк в Сыктывкаре.