Александр Викторов: Сохранение наследия – основа, но не цель
Априорно запретных доминантных высот в Петербурге быть не должно, полагает Александр Викторов, глава «Союз 55».
Этот принцип, по его мнению, применим и при строительстве в близких к центральным районах Северной столицы, например на намывных территориях Васильевского острова. Напомним, в 2014 году именно мастерская «Союз 55» по заказу компании «Терра Нова» разработала концепцию такой застройки в северной части намыва, получившую одобрение Градостроительного совета. Недавно вопрос о соблюдении высотных регламентов на намывных территориях вновь приобрел остроту – уже в связи с застройкой южной части.
– Александр Павлович, какой все-таки должна быть застройка новых территорий Васильевского острова?
– Мы в своей работе закладывали достаточно комфортную среду. Высота зданий – от шести до максимум 18 этажей, ярусная застройка береговой линии с как можно большим количеством видовых квартир. За линией жилой застройки – зеленая зона для размещения в ней детских садов, школ. Далее – вновь жилые дома, уже башенного типа, расположенные таким образом, чтобы обеспечить максимально возможное количество видовых секторов на залив. Мы также предусмотрели защиту будущих жителей от сильных морских ветров. Например, зеленая зона размещена на пониженной отметке. Мне кажется, комбинация жилья разной высотности и плотности – абсолютно разумный подход. И абсолютно запретных высот нет. Напротив, в петербургской традиции высотные акценты замыкают магистрали. Поэтому сама по себе высотность не страшна, но она должна быть уместной: должен соблюдаться принцип «Не навреди» – как у врачей.
– А насколько, на ваш взгляд, соотносятся принципы застройки северной и южной частей намывных территорий Васильевского острова, в том числе проекта Glorax Development?
– Не могу говорить о концепции архитектурного бюро «Б2», поскольку не видел ее представление на Градсовете. Но что касается проекта, разработанного по заказу Glorax Development, то в нем также предусмотрена одна высотная доминанта. Если она будет обоснованной по всем параметрам, не навредит традициям города и реализуется в точном соответствии с проектом, это нисколько не будет противоречить нашим идеям. Пока, считаю, Glorax Development на старте реальной работы, поскольку проект планировки только задает основные позиции. К сожалению, проекта застройки у нас сейчас законодательно не существует.
– Сторонники жесткого контроля высотности в Санкт-Петербурге аргументируют его необходимость стремлением сохранить культурное наследие. А по-вашему, где находится грань между сохранением наследия и все-таки развитием города?
– Я всегда считал, что сохранение наследия – основа, но не цель. А вот главная цель, хотя, может, кому-то не понравится эта формулировка, – развитие.
В свое время, работая над Генпланом Санкт-Петербурга, мы исходили в том числе из слогана «Сохранение через развитие. Развитие через сохранение». Считаю, это абсолютно правильно. Традиции должны и сохраняться, и развиваться. В этом контексте петербургская традиция – как раз некая фиксированная высота с выверенными акцентами. Почему бы ее сейчас не применять? Думаю, это разумный подход города к планам застройщиков. Хотят идти ввысь – пусть обосновывают, но доводами не экономическими, а градостроительными и архитектурными.
– Вам импонирует то, в каком направлении сегодня в Петербурге развиваются идеи сохранения через развитие и развития через сохранение?
– Ответ зависит от того, о чем именно идет речь. Например, развитие событий в связи с Конюшенным ведомством я, честно говоря, не понимаю. Да, там были требования о сохранении внутреннего пространства. Но меняется время – меняется функция. Вряд ли кто-нибудь решит там организовать конюшню, а использовать Конюшенное ведомство под гараж, как это было в течение нескольких десятилетий, – такое и в страшном сне сегодня не привидится. И за что бились? За то, чтобы памятник архитектуры разваливался потихоньку? Считаю, надо находить функцию, которая позволяет сохранить основные, наиболее важные предметы охраны объекта. Историки могут со мной не согласиться, но, по-моему, здесь излишне перегнули палку.
– Вы высказывали мнение о преимуществе небольших кварталов перед большими. В чем оно?
– Огромные кварталы – настоящая беда с точки зрения социализации: у людей, которые там живут, формируется безразличие ко всему. Сегодня важны именно небольшие кварталы, где жильцы как минимум знают друг друга в лицо. Поэтому я ничего плохого не вижу в советской модели квартальной застройки. Наоборот, считаю, что у нее есть преимущества с точки зрения создания комфортной среды, насколько это возможно в нынешних экономических условиях. Когда с деньгами туго, реализовать принцип комфортной среды сложно.
В истории нашего градостроительства уже был такой период, когда архитектура закончилась, потому что нужно было срочно обеспечить как можно больше квадратных метров. Но сравнивая сегодня кварталы постройки 1960-х годов и современные огромные жилые комплекса, я понимаю, что для меня кварталы пятиэтажек имеют больше ценности и прелести.
Другое дело, что старые кварталы не соответствуют современным требованиям к качеству среды по объективным причинам, например в них отсутствуют парковки. Значит, надо думать, как обустроить парковки, как-то еще улучшить потребительские качества среды. Это могло бы стать альтернативой той модели реновации, которая не зарекомендовала себя как эффективная.
– Сейчас начинается работа над новой версией Генплана Санкт-Петербурга. Каким должен быть его основополагающий принцип?
– Все должно быть подчинено созданию комфортной жилой среды и общественных пространств. У нас есть достаточно большие резервы внутри города, которые явно контрастируют с тем, что городу требуется. Сохраняет, например, актуальность тема «серого пояса» в районе Обводного канала. Это значимая зона, расположенная между историческим центром и массовой застройкой 1980-х и более ранних годов, с достаточно большим числом интересных образцов промышленной архитектуры. Здесь важно так определить общественные приоритеты, чтобы они коррелировали с интересами бизнеса. Но я бы не хотел, чтобы «серый пояс» оказался застроенным исключительно жильем. Убежден, что здесь должны быть и зеленые зоны, и жилье, и деловая составляющая, и общественные блоки.
– Вы входите в экспертный совет по градостроительной деятельности Государственной Думы РФ. Какие вопросы сегодня там обсуждаются?
– Действительно серьезные вопросы вызывает развитие института саморегулирования в строительной отрасли. В свое время, создавая его общими усилиями, мы не предвидели ошибки, которые проявились позже. Сейчас мы переходим к пониманию меры личной ответственности каждого профессионала за результаты своей деятельности – это выразилось в создании Национальной палаты архитекторов. Для нас очевидно, что лицензию (допуск) архитектор не должен получать непосредственно после окончания вуза. Право на самостоятельную работу еще надо доказать, а получив его – им дорожить.
Очевидна и необходимость заслона на пути недобросовестных СРО, выдающих допуски буквально «за три копейки».
– Наверняка эти идеи будут реализованы в регламентирующих документах. Каких именно?
– Сегодня разрабатывается новый закон об архитектурной деятельности. А вообще о необходимости изменений в этой сфере свидетельствует то, что за 10 лет существования действующего Градостроительного кодекса было принято порядка 70 законов, вносящих в него поправки. Значит, что-то не совсем так. Значит, работа идет постоянно. И думаю, вскоре вновь станет актуальным вопрос о необходимости утверждения не только проекта планировки, но и проекта застройки. Крупные инвесторы без проекта застройки ничего не делают, даже в отсутствие требований об утверждении этой документации, и это совершенно логичный ход событий.
На мой взгляд, проект застройки необходим уже в силу соблюдения градостроительной дисциплины. Это не означает, что в утвержденном проекте застройки невозможны корректировки. Необходимо прописать возможность внесения поправок в планировочную документацию без повторного согласования проекта в целом, что сегодня также не предусмотрено федеральным законодательством.
Кстати:
Доказать мошенничество при выдаче допусков СРО и призвать за эти действия к ответу очень трудно, полагают в экспертном совете по градостроительной деятельности Государственной Думы Российской Федерации.
Курорт GATCHINA GARDENS - проект, который реализует сегодня ООО «Гатчинская гольф-деревня», будет безусловно полезным для развития туризма в Ленинградской области, а также имеет важность как новая точка приложения труда местных жителей, в том числе инвалидов, уверена Ирина Дрозденко, председатель совета благотворительного фонда «Место под солнцем».
На днях в GATCHINA GARNES открылся всесезонный общедоступный парк семейного отдыха.
- Ирина Григорьевна, с каким другим проектом, реализуемым в Ленобласти сегодня, вы сравнили бы GATCHINA GARDENS по его социальной значимости, привлечению инвестиций, интересу, который он может вызвать?
- Мне трудно судить об объеме инвестиций, не располагая достаточной информацией о вложениях в другие крупные проекты в нашем регионе. Но, может быть, по масштабности, пропорциональности его можно соотнести со строительством инфраструктуры рядом с морским торговым портом Усть-Луга.
- Какое участие в реализации гатчинского проекта принимает ваш благотворительный фонд?
- С генеральным директором компании-девелопера ООО «Гатчинская гольф-деревня» Натальей Осетровой мы познакомились в рамках реализации проекта нашего фонда «Мультицентр социальной и трудовой интеграции» как с будущим работодателем для выпускников мультицентра. Создавая это учреждение дополнительного профессионального образования для инвалидов, мы поставили целью их гарантированное долгосрочное трудоустройство, без негативного опыта как для соискателя, так и для работодателя. Особенность подхода в том, чтобы готовить кадры по целевой заявке конкретного работодателя. Переговорив несколько раз с Натальей и абсолютно ничего не зная о гатчинском проекте, неожиданно мы получили от нее предложение готовить специалистов-газонокосильщиков для GATCHINA GARDENS. С этого началось в том числе оборудование и комплектация одного из профессиональных модулей мультицентра. Наталья стала нашим первым потенциальным работодателем, и, кстати, не только для инвалидов.
Мы же вникали в проект гатчинского курорта только с точки зрения друзей, энтузиастов, партнеров, обсуждая вместе, как его лучше эксплуатировать, в том числе силами инвалидов.
- А как вы оцениваете перспективы этого курорта в русле развития туристического кластера в Ленинградской области?
- Близость такого архитектурного ансамбля, как Гатчинский дворец, безусловно, гарантирует внимание и к этой точке. Но для того чтобы она была интересна для наших земляков, мне кажется, нужно параллельно и воспитывать эту потребительскую культуру, адаптируя предложение на рынке ближе к сегодняшним нашим ожиданиям и увлечениям. Безусловно, здесь придется истратить колоссальное количество сил и финансов, чтобы создать массу интересных форм занятости. Это мы тоже обсуждали с девелопером, в частности, зимние развлечения. Понятно, что летом возможно огромное многообразие спортивных занятий и т. д. Хотелось бы видеть возможности для творческой фантазии, разнообразие свежих идей для развития новых видов активного досуга.
Думаю, что здесь уместна клубная основа для всех видов спорта: надо создавать клуб любителей не только гольфа, но и велоспорта, к примеру. Главное – появился прецедент. Все-таки строящийся курорт в Гатчине отличается от таких объектов, как «Туутари Парк» или «Игора». Там предложения хай-класса, а GATCHINA GARDENS рассчитана на разные уровни дохода.
Предложения были высказаны и поддержаны. Но самое главное – чтобы людям, которые приехали сюда однажды, захотелось возвращаться вновь и вновь.
- Вы сами для какого отдыха сюда приехали бы?
- Я как раз из тех, кто любит осваивать все новое, и очень хочу научиться играть в гольф. Понимаю, что это доступно, не так сложно, как, например, катание на горных лыжах. Хотя это тоже освоила, но рисков много больше, а чем ты старше, тем более опасливым и осторожным становишься. В игре в гольф особых рисков не вижу. Абсолютно гармоничное экологическое занятие, не наносящее, кстати, вреда окружающей среде. Гольф – один из первых в линейке европейских спортивных видов, которые считаются экологическими. Мне все это близко.
Ну а мотивация – это дружеские отношения к коллективу «Гатчинской гольф-деревни» и искреннее человеческое любопытство – увидеть, что же в нашем регионе появилось нового именно для всех.