Старая логика производства должна быть упразднена
Градостроители открываются сотрудничеству с другими профессионалами, убежден Вилли Мюллер, испанский урбанист и футуролог.
Институт передовой архитектуры Каталонии был создан на рубеже веков для развития новых моделей градостроительства, основанных на понятии metapolis – «метаполия», которое подразумевает, что не только техническая, материальная часть архитектуры составляет город. «Мы решили развивать свое видение как парадигмы в мире архитектуры», – объясняет Вилли Мюллер, сооснователь Института передовой архитектуры Каталонии (IAAC). Особенность парадигм, предлагаемых к изучению в IAAC, но не изучаемых в известных крупных университетах, в их соотнесенности с рядом изменений, которыми ознаменовалось начало XXI века. «Парадигм много. Но важно понять, что на самом деле изменяется прежде всего парадигма ментальная, философская», – уточняет испанский футуролог.
В поисках крайней точки
Вниманию петербургского профессионального сообщества он представил ряд парадигм, наиболее явно требующих обсуждения. Так, предметом исследований в IAAC являются отношения в парадигме «мегагорода/запрограммированные коллапсы». «Где та максимальная точка напряжения, которую сможет выдержать инфраструктура, после чего она должна будет измениться? Можем ли мы, например, бесконечно увеличивать сеть подземного транспорта? Кажется, нет. И я не знаю ни одного института, который мог бы смоделировать катастрофы в городской среде, которая нас окружает», – комментирует Вилли Мюллер. С этой парадигмой соотносятся и вопросы использования высвобождающихся общественных пространств, чьи прежние функции перестали быть востребованными.
Парадигма «изменение климата/изменение инфраструктуры» предполагает новый взгляд на последствия глобального потепления. «Глобальное потепление на четыре-шесть градусов приведет к резкому сокращению площади суши. И это не гипотеза – это уже подтверждается реальностью. Важно не показать, какой будет катастрофа, а ввести это понятие в нашу повестку», – говорит Вилли Мюллер.
Еще одна парадигма, предложенная им к осмыслению, – «открытое публичное пространство/гиперсвязанность людей». Если ранее понятия «площадь», «улица» подразумевали место, где люди наиболее мощно ощущали свою общность, связанность, то теперь эта связанность отвлечена от физического пространства. К этой парадигме примыкает и та, которая соотносит производство материальных вещей и понятие сети, сетевого общения. «Мы переживаем революцию в производстве. Старая индустриальная логика меняется. На смену старым клише, включающим серийное производство, делокализацию (перенос производства в другие места), необходимость складирования продукции, приходит логика локального производства, использующего местные материалы», – утверждает господин Мюллер. «Старая логика производства должна быть упразднена, потому что она разрушает нашу экологию, и стоимость этого экологического следа становится все более важной в сознании людей», – добавляет он. В качестве иллюстрации «новой индустриальной логики» футуролог приводит уже реализуемые локальные проекты по выращиванию овощей в городской среде. «Можем ли мы представить, что в будущем станем выращивать овощи с применением искусственного освещения, используя, например, площади бывших паркингов, потребность в которых отпадет с отказом от личного автотранспорта?» – спрашивает Вилли Мюллер.
Помедленнее, пожалуйста
Парадигма, которая вызвала, пожалуй, самую оживленную реакцию петербургской аудитории, – «гиперрегионы/«медленные» города (slow cities)». «С одной стороны, мы видим гиперрегионы – густонаселенные и очень быстро развивающиеся. А с другой – мы все хотим замедлить это развитие и жить спокойно, неспешно, общаясь с соседями и друзьями, имея возможность пешком дойти до аэропорта», – комментирует футуролог, уточняя, что, разумеется, отдает себе отчет в том, что добраться до современных аэропортов без средств передвижения невозможно. «Может быть, как раз и нужно разработать новый подход к аэропортам? Я хочу сказать, что иное видение проблемы может привести к иному функционированию, иному облику города», – добавляет он.
Актуально звучит для Петербурга, наверное, и парадигма «смарт-города/понятие самодостаточности». «Люди всегда старались найти возможности следить за происходящим в городе, вообще установить связь с окружающей средой. Но камеры слежения, устройства для контроля представляют собой репрессивную сторону – устаревшую. А новая ментальность, новые технологии учат быть самодостаточными и не зависеть ни от кого. Это противоречие подобно человеку, которого тянут в разные стороны. Поэтому очень важно понять эти явления – необходимость установления связи с окружающей средой и уважения независимости – с точки зрения государственной», – говорит Вилли Мюллер. Слишком часто, по его мнению, технологические корпорации «устанавливают прямые связи с властью, продавая сложные технологии, устройства государственным учреждениям, которые не слишком хорошо понимают, что им нужно на самом деле».
Председатель Комитета по техническому регулированию и стандартизации Санкт-Петербургской торгово-промышленной палаты Сергей Тихомиров рассказал корреспонденту газеты «Строительный Еженедельник» Лидии Горборуковой об особенностях технического регулирования в области энергоэффективности, а также о переходе России на систему техрегламентов Таможенного союза.
– Сергей Григорьевич, расскажите, какие документы сегодня регулируют проектирование жилых и промышленных объектов с соблюдением энергоэффективных норм.
– Существует несколько подобных документов. Основным является Федеральный закон от 23.11.2009 № 261-ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». Именно он ввел понятие «энергоэффективность» в ранг обязательных к исполнению требований при проектировании и строительстве.
Статья 9.16 КоАП РФ является законодательным актом в части ответственности за нарушение требований энергетической эффективности при проектировании и строительстве зданий и сооружений, требований их оснащенности приборами учета используемых энергетических ресурсов (например, оборудования счетчиками). Часть 6.1 ст. 46 Федерального закона от 27.12.2002 № 184-ФЗ «О техническом регулировании» устанавливает обязательность соблюдения иных норм, регулирующих вопросы энергоэффективности до введения в действие соответствующих технических регламентов, которых пока нет.
В сфере госзаказа действует постановление правительства РФ от 31.12.2009 № 1221 «Об утверждении правил установления требований энергетической эффективности товаров, работ, услуг, размещение заказов для государственных или муниципальных нужд».
На мой взгляд, при создании энергоэффективных проектов можно учитывать также «ВСН 43-96. Ведомственные строительные нормы по теплотехническим обследованиям наружных ограждающих конструкций зданий с применением малогабаритных тепловизоров», а также «ГОСТ Р 54852-2011. Национальный стандарт Российской Федерации. Здания и сооружения. Метод тепловизионного контроля качества теплоизоляции ограждающих конструкций».
Первая часть документов обязательна для тех зданий, проектирование которых было начато после введения в действие закона «Об энергоэффективности…». В отношении данных зданий действует ст. 19.6 КоАП РФ.
К сожалению, технических регламентов, регулирующих только вопросы энергоэффективности, пока нет.
Для госзаказа действуют более жесткие требования: продукция должна отвечать классу А в силу постановления Правительства РФ № 1221.
Указанные ВСН и ГОСТ добровольны, потому что не вошли в распоряжение Правительства РФ № 1047-р от 21.06.2010, но их лучше учитывать, поскольку ничего более адекватного пока нет.
Если же давать в целом оценку того, насколько хорошо работает Закон об энергоэффективности, то движение в сторону энергоэффективности есть, но пока закон работает плохо, так как не проработаны и не внедрены механизмы его исполнения.
– Уже год прошел с того момента, как должны были быть разработаны нормативно-технические документы низшего уровня – СП, посредством которых идет воплощение в жизнь № 261-ФЗ «Об энергосбережении…» и технического регламента о безопасности зданий и сооружений. Были ли они утверждены и начали ли действовать?
– Да, основная масса СНиПов актуализирована и перешла в разряд сводов правил (СП). Сейчас насчитывается около 60 документов. Часть из них должна была вступить в силу с конца мая 2011 года, другие – с января и с июля 2013 года.
Однако на данный момент действует распоряжение Правительства РФ № 1047-р от 21 июня 2010 года, приравнявшее СНиП к СП и сделавшее СНиПы частично обязательными.
С учетом того что СП утверждены приказами Минрегиона, они по статусу ниже, чем СНиПы, возведенные в ранг обязательных распоряжением Правительства РФ. Вот и получается, что СП пока добровольны, о чем свидетельствует и позиция, размещенная на сайте Госстроя РФ, и письмо Минрегиона РФ, опубликованное в августе 2011 года.
В результате, если участникам строительной деятельности по каким-то параметрам подходят актуализированные редакции, то есть СП, то их можно применять, но в части, не противоречащей обязательным частям СНиП.
Таким образом, новая доказательная база для техрегламента «О безопасности зданий и сооружений» пока не применяется. И соответственно, положения технического регламента о разработке и применении новых сводов правил на сегодняшний момент не выполнены.
– Сейчас наша страна принимает техрегламенты Таможенного союза. Как они будут стыковаться с существующими российскими регламентами?
– К сожалению, никак. Техрегламенты Таможенного союза (ТС) заменяют собой национальные документы подобного рода по соответствующим вопросам. При этом отмена национальных техрегламентов дополнительными нормативными правовыми актами необязательна. Это связано с тем, что ч. 4 ст. 15 Конституции РФ устанавливает приоритет нормативных документов международного уровня перед национальными. Таким образом, происходит замена техрегламентов национального уровня на техрегламенты Таможенного союза. Например, это уже произошло с документом «О безопасности лифтов». С февраля этого года постановление Правительства РФ от 02.10.2009 № 782 утратило силу в связи с изданием постановления Правительства РФ от 16 ноября 2012 года № 1175 и решением комиссии Таможенного союза от 18.10.2011 № 824.
На мой взгляд, с применением технических регламентов Таможенного союза будут значительные проблемы. Проиллюстрирую это на примере проекта технического регламента ТС «О безопасности зданий, сооружений и строительных материалов». Сам проект разработан, давно обсуждается и, видимо, в ближайшей перспективе будет принят. Во властных структурах есть план «запустить» этот регламент с января 2015 года. Но дело в том, что к разработке доказательной базы для этого регламента еще не приступали. А на примере разработки российских СП видно, что это процесс очень непростой, и за один год его не сделать. Поэтому высока вероятность того, что к моменту вступления в силу доказательная база будет не готова. Возникнут коллизии законодательства и проблемы для строительной отрасли.
– Что делать в этой ситуации профессиональному сообществу? Как-то можно изменить положение?
– Здесь трудно дать готовый и короткий рецепт. Во-первых, если происходит задержка с принятием новой нормативной базы, следует ориентироваться на ту, что есть сейчас. Во-вторых, больше заострять внимание на имеющихся проблемах и недостатках законодательства, обсуждать их, искать пути выхода.
9 июля я участвовал в работе межотраслевого совета по техническому регулированию в Москве. На нем представители профессионального строительного сообщества, прежде всего НОСТРОЙ, РССП, активно обсуждали данные проблемы с представителями государственных органов власти.
По моему мнению, в России вообще нужно научиться быстрей и качественней обсуждать проекты нормативных документов. Важно слышать друг друга и принимать решения на основе консенсуса, а также лучше координировать работу между государственными органами и общественными организациями. На это нужно время и желание участвующих в диалоге сторон. В общем, нужна сложившаяся культура согласования и принятия актов технического регулирования.