Старая логика производства должна быть упразднена
Градостроители открываются сотрудничеству с другими профессионалами, убежден Вилли Мюллер, испанский урбанист и футуролог.
Институт передовой архитектуры Каталонии был создан на рубеже веков для развития новых моделей градостроительства, основанных на понятии metapolis – «метаполия», которое подразумевает, что не только техническая, материальная часть архитектуры составляет город. «Мы решили развивать свое видение как парадигмы в мире архитектуры», – объясняет Вилли Мюллер, сооснователь Института передовой архитектуры Каталонии (IAAC). Особенность парадигм, предлагаемых к изучению в IAAC, но не изучаемых в известных крупных университетах, в их соотнесенности с рядом изменений, которыми ознаменовалось начало XXI века. «Парадигм много. Но важно понять, что на самом деле изменяется прежде всего парадигма ментальная, философская», – уточняет испанский футуролог.
В поисках крайней точки
Вниманию петербургского профессионального сообщества он представил ряд парадигм, наиболее явно требующих обсуждения. Так, предметом исследований в IAAC являются отношения в парадигме «мегагорода/запрограммированные коллапсы». «Где та максимальная точка напряжения, которую сможет выдержать инфраструктура, после чего она должна будет измениться? Можем ли мы, например, бесконечно увеличивать сеть подземного транспорта? Кажется, нет. И я не знаю ни одного института, который мог бы смоделировать катастрофы в городской среде, которая нас окружает», – комментирует Вилли Мюллер. С этой парадигмой соотносятся и вопросы использования высвобождающихся общественных пространств, чьи прежние функции перестали быть востребованными.
Парадигма «изменение климата/изменение инфраструктуры» предполагает новый взгляд на последствия глобального потепления. «Глобальное потепление на четыре-шесть градусов приведет к резкому сокращению площади суши. И это не гипотеза – это уже подтверждается реальностью. Важно не показать, какой будет катастрофа, а ввести это понятие в нашу повестку», – говорит Вилли Мюллер.
Еще одна парадигма, предложенная им к осмыслению, – «открытое публичное пространство/гиперсвязанность людей». Если ранее понятия «площадь», «улица» подразумевали место, где люди наиболее мощно ощущали свою общность, связанность, то теперь эта связанность отвлечена от физического пространства. К этой парадигме примыкает и та, которая соотносит производство материальных вещей и понятие сети, сетевого общения. «Мы переживаем революцию в производстве. Старая индустриальная логика меняется. На смену старым клише, включающим серийное производство, делокализацию (перенос производства в другие места), необходимость складирования продукции, приходит логика локального производства, использующего местные материалы», – утверждает господин Мюллер. «Старая логика производства должна быть упразднена, потому что она разрушает нашу экологию, и стоимость этого экологического следа становится все более важной в сознании людей», – добавляет он. В качестве иллюстрации «новой индустриальной логики» футуролог приводит уже реализуемые локальные проекты по выращиванию овощей в городской среде. «Можем ли мы представить, что в будущем станем выращивать овощи с применением искусственного освещения, используя, например, площади бывших паркингов, потребность в которых отпадет с отказом от личного автотранспорта?» – спрашивает Вилли Мюллер.
Помедленнее, пожалуйста
Парадигма, которая вызвала, пожалуй, самую оживленную реакцию петербургской аудитории, – «гиперрегионы/«медленные» города (slow cities)». «С одной стороны, мы видим гиперрегионы – густонаселенные и очень быстро развивающиеся. А с другой – мы все хотим замедлить это развитие и жить спокойно, неспешно, общаясь с соседями и друзьями, имея возможность пешком дойти до аэропорта», – комментирует футуролог, уточняя, что, разумеется, отдает себе отчет в том, что добраться до современных аэропортов без средств передвижения невозможно. «Может быть, как раз и нужно разработать новый подход к аэропортам? Я хочу сказать, что иное видение проблемы может привести к иному функционированию, иному облику города», – добавляет он.
Актуально звучит для Петербурга, наверное, и парадигма «смарт-города/понятие самодостаточности». «Люди всегда старались найти возможности следить за происходящим в городе, вообще установить связь с окружающей средой. Но камеры слежения, устройства для контроля представляют собой репрессивную сторону – устаревшую. А новая ментальность, новые технологии учат быть самодостаточными и не зависеть ни от кого. Это противоречие подобно человеку, которого тянут в разные стороны. Поэтому очень важно понять эти явления – необходимость установления связи с окружающей средой и уважения независимости – с точки зрения государственной», – говорит Вилли Мюллер. Слишком часто, по его мнению, технологические корпорации «устанавливают прямые связи с властью, продавая сложные технологии, устройства государственным учреждениям, которые не слишком хорошо понимают, что им нужно на самом деле».
Страхование ответственности застройщиков пользуется все большим спросом. Так считает генеральный директор ООО «Страховая компания «Советская» Андрей Василенко. В беседе с корреспондентом «Строительного Еженедельника» Максимом Еланским он рассказал, что страховой продукт действительно способен снизить количество проблемных дольщиков.
– Андрей Викторович, обязательное страхование гражданской ответственности застройщиков было запущено в начале этого года. Можно ли подвести какие-то предварительные итоги действия этого продукта?
– На сегодняшний день можно констатировать, что данный вид страхования оказался востребованным на рынке строительных услуг. И это несмотря на то, что некоторые эксперты изначально высказывали свои опасения, что такой продукт не сможет полноценно быстро заработать. Отмечу, что его запуск потребовал существенной доработки процессов внутри компании. Также была проведена серьезная работа по координированию взаимодействий всех участников процесса.
Считаю, что в настоящее время технологии реализации данного вида страхования отлажены и полностью соответствуют требованиям Федерального закона № 214-ФЗ. Даже при возникновении каких-либо изменений, будь то поправки в законы или выход новых нормативов, наша компания сможет перестроиться и адаптироваться к новым условиям работы в короткие сроки.
– На ваш взгляд, почему некоторые страховщики не развивают данный вид страхования?
– В первую очередь это объясняется серьезными требованиями к деятельности страховой компании, решившей развивать данный продукт. В частности, Центробанк как регулятор требует от страховщика ответственности застройщиков срок работы на рынке не менее пяти лет. Также по требованию ЦБ страховщик в соответствии с законодательством РФ о страховании должен быть финансово устойчивым как минимум последние шесть месяцев. Кроме того, собственный капитал страховой компании должен быть не менее чем 400 млн рублей, в том числе уставный капитал в размере не менее чем 120 млн рублей. Все это является сдерживающим фактором для выхода большого числа страховых компаний на рынок страхования дольщиков.
– А как, по-вашему, относятся к данному обязательному виду страхования сами застройщики?
– Строительные компании, с которыми мы сотрудничаем, а это организации Петербурга, Москвы, других регионов, – весьма положительно. Их клиент защищен страховым полисом, а значит, доволен. Считаю, что для дольщиков страхование ответственности – подушка безопасности от рисков незавершения проекта.
– Как формируется страховой тариф для строительной компании?
– Страховые тарифы зависят от множества нюансов. В частности, от репутации строительной компании на рынке, ее устойчивости, количества участников долевого строительства на страхуемом объекте. Наша компания разработала собственную методику оценки риска, которая позволяет предложить застройщику индивидуальные условия страхования.
– Что можно считать страховым случаем? Были ли какие-то прецеденты по выплатам?
– Страховым случаем является неисполнение или ненадлежащее исполнение застройщиком обязательств по передаче жилого помещения по договору долевого строительства. Сама же ответственность страховщика наступает со дня государственной регистрации договора об участии в долевом строительстве и действует до предусмотренного им срока передачи застройщиком жилого помещения дольщику. Каких-либо прецедентов по страховым выплатам в нашей компании не было.
– Как вы относитесь к такому формату ответственности застройщиков, как банковская гарантия?
– Любой вариант обезопасить участников долевого строительства положительно сказывается на всей отрасли. Банковская гарантия, как и страхование дольщиков, – это один из способов защиты участников долевого строительства. Поэтому мы относимся ко всем альтернативам страхового продукта исключительно положительно и считаем, что они также должны развиваться.