Павел Сухонин: Экологическую катастрофу нужно предотвратить
Павел Сухонин, член Высшего экологического совета, эксперт сертификации объектов размещения отходов, источников сбросов, предупреждения причинения вреда окружающей среде Госдумы РФ, в интервью газете «Строительный Еженедельник» высказал свою точку зрения на решение проблемы утилизации опасных отходов на территории полигона «Красный Бор».
В каком состоянии сейчас находится полигон «Красный Бор»? Какой объем опасных отходов там сейчас сосредоточен?
– История полигона «Красный Бор» началась в 1960-х годах, когда стала развиваться промышленность. Рядом с поселком Красный Бор были расположены залежи кембрийских глин глубиной 80 м. Там вырыли несколько ям, куда стали совершенно незаконно сливать разнообразные химически отходы. В 1967 году был сделан эскиз, по которому была обустроена временная площадка для складирования жидких токсичных отходов. Но в итоге на этот полигон стали свозить химические отходы без предварительной обработки.
Самое ужасное, что туда поступали результаты различных химических экспериментов, которые проводили, например, Государственный институт прикладной химии (ГИПХ) или НИИ синтетических полимеров. В результате образовалось несколько карт (ям), куда все сливали. По официальным статистическим данным, всего на полигоне «Красный Бор» сосредоточено 2 млн тонн опасных отходов. А сколько туда привезли неофициально – никто не считал.
Когда карты стали заполняться, то их начали запечатывать глиной, поэтому сегодня на полигоне есть открытые и закрытые карты. Весь ужас в том, что кембрийская глина является хорошим водоупором. Но надо понимать, что на полигоне складировалась не вода, туда привозили, например, 85%-ю серную кислоту. В результате кембрийская глина стала разрушаться. На этот счет существуют два научных мнения: первое гласит, что глина в этом месте стала как губка, через которую просачиваются отходы, а второе мнение свидетельствует, что, наоборот, там все закаменело. Но пока не доказано, что исключена возможность проникновения химических отходов в подземные водоносные горизонты, существует угроза причинения вреда. Факторов, подтверждающих это, очень много.
Например, сверху над глиной есть 3-6 м почвы, которая хорошо переносит влагу. Карты заполняются до края, проходит дождь, и все отравляющие вещества с водой через почвенный покров по протокам идут в реки и каналы Петербурга. ГУП «Водоканал Петербурга» заявляет, что угрозы загрязнения нет, так как был проведен стандартный анализ, включающий в себя 28 параметров. Но существует методика измерений 1075 параметров.
Дело в том, что полихлорилованные бифенилы (ПХБ), которые содержатся среди отходов на полигоне «Красный Бор», опасны тем, что это генетическое оружие, причем отложенного действия. Бензольная цепочка ПХБ полностью повторяет РНК (рибонуклеиновую кислоту). Следовательно, организм это вещество не отторгает и встраивает в ДНК (дезоксирибонуклеиновую кислоту). Накопленные в организме ПХБ не выводятся. Изменения наступают не сразу, а во втором, третьем поколении. А особь в четвертом поколении теряет способность к воспроизводству. На насекомых мы это уже видим. Например, популяция пчел в мире уже сократилась более чем наполовину. В принципе, ПХБ очень токсичны, 1 г этого вещества в чистом виде хватит, чтобы гарантированно нанести вред 10 тыс. человек. А поскольку мы имеем дело с генетическим оружием отложенного действия, то стандартные подходы разрешения ситуации просто исключены – слишком велика опасность. Не зря полигон «Красный Бор» – это горячая точка № 23 HELCOM – Хельсинской комиссии по защите Балтийского моря.
– Сегодня полигон продолжает принимать отходы?
– Нет, на полигон официально прием отходов прекращен, уже год они не принимаются. Потому что дальнейший прием только усугубит ситуацию. Сегодня нет доказательств, что на полигон незаконно доставляются новые отходы, но и возможность использования незаконных методов я бы не исключал.
-Почему полигон в отвратительном состоянии – денег на его содержание не хватало?
– Денег на его содержание выделялось предостаточно, другой вопрос, куда они девались, на какие мероприятия шли. Конечно, я не буду голословно утверждать, потому что нет доказательной базы. Но вот один пример. На полигоне решили сделать защитные борта, то есть поднять уровень карт. По идее, для этого можно взять кембрийскую глину, сделать бортик и уплотнить. Но я видел, что после такой работы в этих местах растет трава, следовательно, есть инфильтрация влаги и дополнительная насыпь не является защитой. Второй момент касается очистки ливневых стоков. Старые фильтры там никогда не работали нормально. Что касается новой системы, то, по моим данным, она не доделана и в принципе не способна очистить ливневые стоки от ПХБ.
– Какую опасность несет в себе сжигание этих отходов?
– Чтобы обезвредить ПХБ, нужна температура 1500-1800 градусов по Цельсию. А обсуждаемый проект завода предполагает сжигание при температуре всего 1200 градусов. Получается, что такая температура не разрушит ПХБ. В проекте утверждается, что все показатели будут в пределах ПДК – предельно допустимой концентрации загрязняющих веществ, которые за определенное время воздействия не оказывают заметного негативного влияния на окружающую среду, здоровье и т. д. Но если поставить завод, то он будет работать постоянно, а не определенное время. Кроме этого, в проекте прописано, что ПДК будет в норме на границе санитарно-защитной зоны, то есть на расстоянии 1 км. Но это значит, что в точке выброса будет ужасная концентрация опасных соединений, а поскольку ПХБ не разрушатся при низкой температуре, то вещество выбросится в атмосферу и упадет на землю в виде дождя. Таким образом, ПХБ никуда не денутся, они, грубо говоря, ровным слоем «размажутся» по территории Ленинградской области. И я считаю, что это преступление.
– Зачем нужно обследование полигона, о котором говорят экологи и общественность?
– Мое мнение – обследование нужно, чтобы получить полную и достоверную информацию, которая ляжет в основу плана мероприятий по исключению негативного воздействия этого полигона на окружающую среду. То есть нужно посмотреть, не проникла ли отрава в водоносные горизонты, в частности в Ломоносовский водоносный горизонт, из которого идет водоснабжение части Колпино. Также важно понять, насколько сильно заражена почва, и какие мероприятия нужно предпринять по ее очистке. В идеале результаты обследования должны учитывать возможные технические решения проблемы и финансовые расчеты.
– Если отходы нельзя сжигать, то как с ними нужно поступать?
– Во-первых, должна быть система очистки, чтобы была исключена точка выброса отравляющих веществ. Такие технологии есть. Первый вариант – это фотохимия. Второй вариант – сжигание в плазме на сверхвысоких температурах. Этот метод использовала научная группа Института физики, которая в 2008 году сделала на его основе очистную систему. Она прошла испытания на полигоне «Красный Бор». Есть заключение, что эта система работает. Более того, сейчас она установлена на одном из объектов в Калининградской области и функционирует в автоматическом режиме уже два года. В фотохимическом реакторе мы воспроизвели процесс, происходящий в верхних слоях атмосферы, где под воздействием жесткого ультрафиолета и озона все бензольные цепочки – ПХБ и прочие соединения – разлагаются на углекислый газ и воду. Еще один вариант очистки, который возможен, – это литификация. Например, в хрустальном бокале смертельная доза свинца, но поскольку он литифицирован, то есть связан запеканием, свинец безвреден.
– Возможно ли к решению данного вопроса привлечь инвесторов?
– Суммы настолько огромны, что ни один инвестор не согласится участвовать в проекте из-за его долгой окупаемости. Другое дело, если сделать некую альтернативу. Например, недалеко от существующего полигона организовать прием новых отходов и перерабатывать, не смешивая, как только они поступают. А параллельно решать проблемы безопасности полигона «Красный Бор». Тогда можно говорить о какой-то экономической составляющей. Но подчеркну, все это требует отдельных расчетов.
– Как, по-вашему, нужно решать проблему с утилизацией опасных отходов в дальнейшем?
– Я представил все свои предложения губернатору Ленинградской области Александру Дрозденко. Если сделать все правильно, то новая площадка будет безопасной, не такой, как полигон «Красный Бор». Мы ликвидируем опасность на начальной стадии, правильно перерабатывая и очищая поступающие отходы. Эти предложения, естественно, черновые, предварительные. Их нужно тщательно просчитывать.
Артур Тринога, генеральный директор ГУП «ТЭК СПб», в интервью газете «Строительный Еженедельник» рассказал о реформировании теплоэнергетической системы Петербурга и возможности акционирования предприятия.
– По поручению правительства Петербурга ГУП «ТЭК СПб» приступило к разработке схемы теплоснабжения города на перспективу до 2027 года. В чем особенность этого документа?
– Действительно, ГУП «ТЭК СПб» разработает схему теплоснабжения Санкт-Петербурга до 2017 года с перспективой до 2027 года. Надо сказать, что появление этого теплоэнергетического «генплана» продиктовано федеральным законодательством. Однако именно ГУП «ТЭК СПб» явился инициатором разработки данного документа, поскольку он имеет исключительную важность для развития всей отрасли, а также смежных индустрий, таких как строительство. Комитет по энергетике и инженерному обеспечению поддержал предложение нашего предприятия.
Действующая в настоящий момент отраслевая схема теплоснабжения Петербурга была разработана и утверждена в 2007 году. До этого городская теплоэнергетика фактически не имела четкого плана – последний документ был разработан в 1986 году.
Естественно, за 20 лет Санкт-Петербург серьезно вырос. Увеличилось количество энергетических источников, тепловых сетей. Сейчас перед городской энергетикой стоят новые задачи. Важно не столько возвести новые объекты, сколько модернизировать и оптимизировать имеющиеся. Мы должны двигаться по пути повышения энергоэффективности отрасли.
Добавлю, что в настоящий момент на разработку новой схемы теплоснабжения Санкт-Петербурга объявлен запрос предложений. Надеемся, что мы сможем завершить разработку и представить схему общественности на публичных слушаниях уже в декабре 2014 года.
– В рамках разработки схемы теплоснабжения должна быть определена единая теплоснабжающая организация (ЕТО). ГУП «ТЭК СПб» претендует на этот статус?
– Единая теплоснабжающая организация, согласно законодательству, определяется в схеме теплоснабжения федеральным органом исполнительной власти или органом местного самоуправления на основании критериев и в порядке, который установлен правилами организации теплоснабжения. Эти правила утверждены правительством РФ.
Основные критерии – это владение на праве собственности тепловыми сетями, к которым подключены источники тепловой энергии с наибольшей совокупной мощностью, и наличие собственной или привлеченной службы по обслуживанию потребителей. В настоящий момент в Санкт-Петербурге существует несколько крупных теплоэнергетических компаний отвечающих данным критериям, каждая из которых имеет свои особенности. В связи с этим при разработке схемы теплоснабжения будут детально проанализированны три различных подхода к созданию ЕТО.
У нашей организации также есть положительный опыт по внедрению мероприятий по повышению энергоэффективности. На сегодняшний день предприятие разработало программу более рационального использования энергоресурсов города. Наше предложение сводится к тому, чтобы максимально использовать работающие на территории города источники комбинированной выработки тепла и электроэнергии. Тогда горожане смогут получать более дешевую и качественную тепловую энергию, а теплоэнергетики смогут снизить совокупные затраты, закрыв устаревшие и малоэффективные котельные.
На ЕТО возлагается значительная доля ответственности за благополучие потребителей, проживающих на ее территории обслуживания. Организация должна обеспечивать качественное и бесперебойное теплоснабжение каждого без исключения абонента.
Мы действительно полагаем, что ГУП «ТЭК СПб» должен получить статус единой теплоснабжающей организации, так как в этой роли должна выступать структура, сосредоточенная на доставке тепла абонентам, сетевая компания.
– Какие средства были выделены по адресной программе предприятия на 2013 год, какая часть из них освоена, и какие объекты были реконструированы?
– Общий объем средств, предусмотренных инвестиционной программой предприятия в 2013 году на реконструкцию и развитие объектов теплоснабжения города, составляет более 5,5 млрд рублей. Еще почти 0,5 млрд рублей предприятием было заложено на текущие и капитальные ремонты тепловых сетей, центральных тепловых пунктов и котельных.
Помимо собственных средств ГУП «ТЭК СПб» существенный вклад в реконструкцию и развитие теплоэнергетической инфраструктуры вносит город. Так, адресной инвестиционной программой Санкт-Петербурга на 2013 год более 6,5 млрд рублей было выделено на городские объекты теплоснабжения, находящиеся либо планируемые к передаче в хозяйственное ведение ГУП «ТЭК СПб».
Эти средства позволили компании в 2013 году запланировать и выполнить реконструкцию около 170 км тепловых сетей. Отмечу, что в этом году был завершен крупный проект по перекладке сетей в городе Колпино. В совокупности энергетическая компания поменяла в этом пригородном районе более 30 км тепловых сетей, которые отслужили свой срок.
– Объем реконструкции теплосетевого хозяйства напрямую зависит от тарифа на тепло. Скажется ли на инвестиционных планах ГУП «ТЭК СПб» предполагаемая заморозка тарифов?
– Изменения в области тарифного регулирования происходят по всей стране, и Петербург не исключение. Они связаны прежде всего с введением новых правил ценообразования в теплоэнергетике, установленных Постановлением Правительства РФ № 1075 и принятыми в связи с ним нормативными актами.
Нам известно о возможном ограничении роста тарифов до 6%, которое сейчас активно обсуждается на уровне федеральной законодательной и исполнительной власти. Со своей стороны, мы относимся с пониманием к данному предложению и считаем, что оно должно стать стимулом для повышения производительности труда и операционной эффективности регулируемых организаций, в том числе и ГУП «ТЭК СПб».
Мы активно работаем над корпоративным развитием предприятия, ищем пути повышения инвестиционной привлекательности. Иными словами, мы бы хотели привлекать к развитию предприятия инвесторов, а не вытаскивать средства из карманов потребителей.
– Получается, что именно для этого сейчас предприятие оценивает возможность акционирования?
– Да, в том числе и для этого. Акционерное общество – более гибкая структура, чем ГУП, более понятна на рынке капитала. Поэтому мы хотим проанализировать, сможем ли мы с помощью перехода в форму АО повысить эффективность и привлекательность нашего бизнеса.
Но и у ГУП есть свои безусловные преимущества. Поэтому мы не хотим спешить с решением. В настоящий момент по поручению Комитета по энергетике и инженерному обеспечению ГУП «ТЭК СПб» приступает к проведению исследования, которое покажет целесообразность акционирования как модели корпоративного развития. Предполагается, что концепция ответит на главный вопрос: в какой форме предприятию работать – в качестве государственного унитарного предприятия или же в качестве акционерного общества?
Подрядчик должен будет разработать финансовую модель развития предприятия, которая покажет тарифные, бюджетные, налоговые последствия планируемых преобразований. Оценить возможность компании в будущем по выходу на IPO.
Добавлю, что вопрос акционирования ГУП «ТЭК СПб» обсуждался в течение последних 10 лет. Последние исследования по данной теме были выполнены в 2005-2007 годах. Эти работы также будут приняты во внимание. А разрабатываемая концепция станет консолидирующей для всех идей и проектов, подготовленных ГУП «ТЭК СПб» ранее.