Павел Сухонин: Экологическую катастрофу нужно предотвратить
Павел Сухонин, член Высшего экологического совета, эксперт сертификации объектов размещения отходов, источников сбросов, предупреждения причинения вреда окружающей среде Госдумы РФ, в интервью газете «Строительный Еженедельник» высказал свою точку зрения на решение проблемы утилизации опасных отходов на территории полигона «Красный Бор».
В каком состоянии сейчас находится полигон «Красный Бор»? Какой объем опасных отходов там сейчас сосредоточен?
– История полигона «Красный Бор» началась в 1960-х годах, когда стала развиваться промышленность. Рядом с поселком Красный Бор были расположены залежи кембрийских глин глубиной 80 м. Там вырыли несколько ям, куда стали совершенно незаконно сливать разнообразные химически отходы. В 1967 году был сделан эскиз, по которому была обустроена временная площадка для складирования жидких токсичных отходов. Но в итоге на этот полигон стали свозить химические отходы без предварительной обработки.
Самое ужасное, что туда поступали результаты различных химических экспериментов, которые проводили, например, Государственный институт прикладной химии (ГИПХ) или НИИ синтетических полимеров. В результате образовалось несколько карт (ям), куда все сливали. По официальным статистическим данным, всего на полигоне «Красный Бор» сосредоточено 2 млн тонн опасных отходов. А сколько туда привезли неофициально – никто не считал.
Когда карты стали заполняться, то их начали запечатывать глиной, поэтому сегодня на полигоне есть открытые и закрытые карты. Весь ужас в том, что кембрийская глина является хорошим водоупором. Но надо понимать, что на полигоне складировалась не вода, туда привозили, например, 85%-ю серную кислоту. В результате кембрийская глина стала разрушаться. На этот счет существуют два научных мнения: первое гласит, что глина в этом месте стала как губка, через которую просачиваются отходы, а второе мнение свидетельствует, что, наоборот, там все закаменело. Но пока не доказано, что исключена возможность проникновения химических отходов в подземные водоносные горизонты, существует угроза причинения вреда. Факторов, подтверждающих это, очень много.
Например, сверху над глиной есть 3-6 м почвы, которая хорошо переносит влагу. Карты заполняются до края, проходит дождь, и все отравляющие вещества с водой через почвенный покров по протокам идут в реки и каналы Петербурга. ГУП «Водоканал Петербурга» заявляет, что угрозы загрязнения нет, так как был проведен стандартный анализ, включающий в себя 28 параметров. Но существует методика измерений 1075 параметров.
Дело в том, что полихлорилованные бифенилы (ПХБ), которые содержатся среди отходов на полигоне «Красный Бор», опасны тем, что это генетическое оружие, причем отложенного действия. Бензольная цепочка ПХБ полностью повторяет РНК (рибонуклеиновую кислоту). Следовательно, организм это вещество не отторгает и встраивает в ДНК (дезоксирибонуклеиновую кислоту). Накопленные в организме ПХБ не выводятся. Изменения наступают не сразу, а во втором, третьем поколении. А особь в четвертом поколении теряет способность к воспроизводству. На насекомых мы это уже видим. Например, популяция пчел в мире уже сократилась более чем наполовину. В принципе, ПХБ очень токсичны, 1 г этого вещества в чистом виде хватит, чтобы гарантированно нанести вред 10 тыс. человек. А поскольку мы имеем дело с генетическим оружием отложенного действия, то стандартные подходы разрешения ситуации просто исключены – слишком велика опасность. Не зря полигон «Красный Бор» – это горячая точка № 23 HELCOM – Хельсинской комиссии по защите Балтийского моря.
– Сегодня полигон продолжает принимать отходы?
– Нет, на полигон официально прием отходов прекращен, уже год они не принимаются. Потому что дальнейший прием только усугубит ситуацию. Сегодня нет доказательств, что на полигон незаконно доставляются новые отходы, но и возможность использования незаконных методов я бы не исключал.
-Почему полигон в отвратительном состоянии – денег на его содержание не хватало?
– Денег на его содержание выделялось предостаточно, другой вопрос, куда они девались, на какие мероприятия шли. Конечно, я не буду голословно утверждать, потому что нет доказательной базы. Но вот один пример. На полигоне решили сделать защитные борта, то есть поднять уровень карт. По идее, для этого можно взять кембрийскую глину, сделать бортик и уплотнить. Но я видел, что после такой работы в этих местах растет трава, следовательно, есть инфильтрация влаги и дополнительная насыпь не является защитой. Второй момент касается очистки ливневых стоков. Старые фильтры там никогда не работали нормально. Что касается новой системы, то, по моим данным, она не доделана и в принципе не способна очистить ливневые стоки от ПХБ.
– Какую опасность несет в себе сжигание этих отходов?
– Чтобы обезвредить ПХБ, нужна температура 1500-1800 градусов по Цельсию. А обсуждаемый проект завода предполагает сжигание при температуре всего 1200 градусов. Получается, что такая температура не разрушит ПХБ. В проекте утверждается, что все показатели будут в пределах ПДК – предельно допустимой концентрации загрязняющих веществ, которые за определенное время воздействия не оказывают заметного негативного влияния на окружающую среду, здоровье и т. д. Но если поставить завод, то он будет работать постоянно, а не определенное время. Кроме этого, в проекте прописано, что ПДК будет в норме на границе санитарно-защитной зоны, то есть на расстоянии 1 км. Но это значит, что в точке выброса будет ужасная концентрация опасных соединений, а поскольку ПХБ не разрушатся при низкой температуре, то вещество выбросится в атмосферу и упадет на землю в виде дождя. Таким образом, ПХБ никуда не денутся, они, грубо говоря, ровным слоем «размажутся» по территории Ленинградской области. И я считаю, что это преступление.
– Зачем нужно обследование полигона, о котором говорят экологи и общественность?
– Мое мнение – обследование нужно, чтобы получить полную и достоверную информацию, которая ляжет в основу плана мероприятий по исключению негативного воздействия этого полигона на окружающую среду. То есть нужно посмотреть, не проникла ли отрава в водоносные горизонты, в частности в Ломоносовский водоносный горизонт, из которого идет водоснабжение части Колпино. Также важно понять, насколько сильно заражена почва, и какие мероприятия нужно предпринять по ее очистке. В идеале результаты обследования должны учитывать возможные технические решения проблемы и финансовые расчеты.
– Если отходы нельзя сжигать, то как с ними нужно поступать?
– Во-первых, должна быть система очистки, чтобы была исключена точка выброса отравляющих веществ. Такие технологии есть. Первый вариант – это фотохимия. Второй вариант – сжигание в плазме на сверхвысоких температурах. Этот метод использовала научная группа Института физики, которая в 2008 году сделала на его основе очистную систему. Она прошла испытания на полигоне «Красный Бор». Есть заключение, что эта система работает. Более того, сейчас она установлена на одном из объектов в Калининградской области и функционирует в автоматическом режиме уже два года. В фотохимическом реакторе мы воспроизвели процесс, происходящий в верхних слоях атмосферы, где под воздействием жесткого ультрафиолета и озона все бензольные цепочки – ПХБ и прочие соединения – разлагаются на углекислый газ и воду. Еще один вариант очистки, который возможен, – это литификация. Например, в хрустальном бокале смертельная доза свинца, но поскольку он литифицирован, то есть связан запеканием, свинец безвреден.
– Возможно ли к решению данного вопроса привлечь инвесторов?
– Суммы настолько огромны, что ни один инвестор не согласится участвовать в проекте из-за его долгой окупаемости. Другое дело, если сделать некую альтернативу. Например, недалеко от существующего полигона организовать прием новых отходов и перерабатывать, не смешивая, как только они поступают. А параллельно решать проблемы безопасности полигона «Красный Бор». Тогда можно говорить о какой-то экономической составляющей. Но подчеркну, все это требует отдельных расчетов.
– Как, по-вашему, нужно решать проблему с утилизацией опасных отходов в дальнейшем?
– Я представил все свои предложения губернатору Ленинградской области Александру Дрозденко. Если сделать все правильно, то новая площадка будет безопасной, не такой, как полигон «Красный Бор». Мы ликвидируем опасность на начальной стадии, правильно перерабатывая и очищая поступающие отходы. Эти предложения, естественно, черновые, предварительные. Их нужно тщательно просчитывать.
В 2013 году сразу несколько крупных девелоперов объявили о начале реализации проектов комплексного освоения на территории Приморского района. О том, чем грозит району столь серьезный всплеск жилищного строительства, «Строительному Еженедельнику» рассказал замглавы администрации Приморского района Дмитрий Соболев.
– Какие крупнейшие инвестиционные проекты реализуются на территории района?
– Прежде всего хотелось бы выделить инвестиционный проект по строительству БЦ «Астана» на пересечении ул. Савушкина и Планерной ул. Инициация этого проекта стала итогом взаимовыгодного сотрудничества правительства города и правительства Республики Казахстан. В результате будет возведен крупный комплекс представительского класса с торгово-офисными функциями площадью до 53 тыс. кв. м и высотой до 70 м. Завершить строительство планируется до конца 2017 года. Еще один интересный проект – строительство четырехэтажного ТРК «Голливуд» на месте снесенного кинотеатра «Русь» у станции метро «Пионерская». Важно, что в проекте предусмотрено строительство подземной автостоянки, поскольку у нас есть проблема с парковкой автомобилей у станции метро. Начало строительства ТРК запланировано на следующий год.
– Где находятся главные очаги жилищного строительства, и есть ли земельный резерв для наращивания его объемов?
– Главный задел для развития жилищного строительства в районе – это земли бывшего совхоза «Пригородный». Вы знаете, что частично они уже осваиваются. Например, в кварталах 75 и 78 ЗАО СК «Росстрой» ведет строительство жилого массива на территории в 67 га. Всего там будет введено более 700 тыс. кв. м жилья. Далее за ними строится холдинг RBI. У них объемы поменьше – около 180 тыс. кв. м. Совсем недавно на землях совхоза был заявлен еще один крупный проект – ООО «Простор» на участке в 102 га возведет около 788 тыс. кв. м жилья. Нужно отметить и проект компании «Ойкумена» на Парашютной ул., они уже получили проект планировки. По другую сторону Парашютной ул. на частных землях будет строиться жилой комплекс Группы ЛСР объемом более 418 тыс. кв. м жилья. Также Группа ЛСР построит шесть домов для сотрудников ФСБ на Яхтенной ул. А чуть севернее Шуваловского карьера «ЮИТ Санкт-Петербург» построит свой комплекс, в котором предусмотрено 600 тыс. кв. м жилья. Не будем забывать и зону Юнтолово – там «Главстрой-СПб» ведет строительство жилого массива, где будет проживать около 78 тыс. человек. На пересечении Коломяжского и Богатырского пр. ЗАО «Мегалит» планирует реализовать проект крупного жилого квартала на 380 тыс. кв. м. И это только самые крупные объекты. И если сложить все эти жилищные проекты, то получится, что уже через 8-10 лет в районе будет построено до 7 млн кв. м жилья. Но не будем забывать, что в перспективе все земли совхоза пойдут под застройку. Таким образом, к проживающим сегодня в районе 530 тыс. жителей через 10-15 лет прибавится еще столько же, и район станет районом-миллионником.
– А сможет ли инфраструктура района «переварить» такие объемы вводимого жилья?
– Мы понимаем, что ввод таких объемов жилья повлечет за собой целый ряд проблем. Это колоссальная нагрузка как на социальную, так и транспортную инфраструктуру. При этом по строительству улично-дорожной сети и социальных объектов есть отставание не только на районном, но на общегородском уровне. И для нас это самая больная тема.
– И все-таки есть ли у районной администрации задумки по рассредоточению будущих автопотоков в той же Северо-Приморской части или в районе Парашютной ул.?
– Что касается транспортных объектов, то мы прилагаем все усилия для того, чтобы дать возможность людям быстро и максимально безболезненно въезжать и выезжать из района. Так, например, в декабре будет завершено обустройство Парашютной ул. от ул. Новикова до КАД. Здесь завершено строительство подстанции, и в конце декабря освещение должно появиться на всем участке дороги. Сейчас ведется проектирование и строительство Суздальского пр., который отведет часть автопотока на север и северо-восток города. Кроме того, в районной администрации создали специальную рабочую группу с целью донести до КРТИ необходимость строительства дорог в районе. Сегодня надо дать возможность людям, проживающим на западе района, быстро уходить на кольцевую автодорогу. Кроме того, на последнем совещании у и.о. председателя КРТИ Анатолия Мишанова вместе с проектировщиками мы говорили о том, что нужно пробивать Шуваловский пр. вдоль территории, где раньше должен был быть зоопарк, до жилых кварталов на ул. Оптиков и Туристской ул. Чтобы и эти люди транзитом через Шуваловский могли быстро уходить на КАД. Кроме того, мы настаиваем, что в сложившейся транспортной ситуации нужно снова вспомнить о позабытой 49-й магистрали и сделать ее пробивку до Суздальского пр. Нужно пробивать и 32-ю магистраль, нужно пробивать Южную дорогу. И делать нужно это с постоянной оглядкой на строящийся «Лахта-центр», который добавит транспортной напряженности в районе. Помимо этого, мы обсуждали с дирекцией ЗСД создание съездов и въездов на трассу в створе Шуваловского пр. Потому что дорога эта платная, и собственники заинтересованы, чтобы на трассу люди попадали без лишнего «нарезания кругов». И раньше, согласно Генплану, эти съезды были, но потерялись в процессе строительства.
– Насколько остро сейчас стоит проблема незаконного строительства на землях ИЖС? И состоится ли «показательный» снос дома на Горной ул., 22?
– Что касается объекта на Горной ул., то, напомню, решением Приморского районного суда от 10 июля 2013 году собственнику было рекомендовано снести сооружение. После чего госпожа Шлепкова обратилась в апелляционный суд. Очередное заседание назначено на 10 декабря. Если суд оставит в силе постановление районного суда, тогда в течение 10 дней решение вступает в законную силу, и объект нужно сносить. К сожалению, таких объектов в районе достаточно. При этом у властей нет цели снести всех и вся. Если у собственника есть возможность узаконить свое жилье, перевести его в правовое поле – власть не пойдет на крайние меры. Но и есть и настоящий криминал, например объект на ул. Сигалева, 10а. Инвестор, предлагая огромные скидки ветеранам, строил попросту «курятник» – под видом элитного дома возводился хлипкий барак из досок без всяких разрешений ГАСН. В этот же список недобросовестных застройщиков можно занести и компанию «Содружество», «Северо-Западная строительная компания», «Новые Коломяги» и др. Все эти организации, не имея разрешения на строительство в полном объеме документации, вели работы, продавали доли земельных участков и квартиры.
– Есть ли перспективы редевелопмента промзон на территории района? Та же промзона в Коломягах уже со всех сторон окружена жилыми кварталами.
– Сегодня о перебазировании задумывается руководство асфальтобетонного завода № 1, сейчас идет поиск потенциальной площадки. Отмечу, что на этом заводе производится каждая пятая тонна асфальта для городских нужд. Дело в том, что с востока, от пр. Энгельса, к заводу подбирается жилая застройка. ООО «Норманн-Север» планирует строительство элитного жилья площадью 48 тыс. кв. м. Оно вплотную подходит к заводу, а дым при приготовлении асфальтовой смеси будет мешать комфортной жизни граждан. Что касается промзоны в Коломягах, то мы понимаем, что эта территория обречена на редевелопмент. Многие компании уже давно стоят на пороге Фонда имущества, ожидая распродажи лотов в этой зоне, но пока что на последних совещаниях комиссии по внесению изменений в Генплан эту зону оставили промышленной.