Спортивный подъем
Чтобы массовый спорт в Ленобласти стал действительно массовым, с 2013 года в регионе активно строят пришкольные и поселковые стадионы. Только в нынешнем году к вводу в эксплуатацию их запланировано 40. И в то же время в работе сегодня проекты спортивных сооружений федерального и даже международного уровня. О перспективах дальнейшего развития региональной сети спортсооружений рассказал Константин Патраев, первый вице-губернатор Ленинградской области.
- Константин Николаевич, почему акцент в строительстве спортивных объектов сегодня именно на «малые формы»?
- По мнению правительства Ленинградской области, современная спортивная индустрия должна базироваться на большом количестве спортивных сооружений различного масштаба и предназначения. Основной акцент, действительно, делается на строительстве не просто современных спортивных сооружений, но, прежде всего, объектов для развития массовых видов спорта — большое внимание уделяется строительству пришкольных спортивных площадок. Но уточню, что эти площадки включают в себя и искусственное футбольное поле, и гимнастические снаряды, и беговые дорожки, и поля для игры в волейбол и баскетбол. Здесь будут проводиться школьные занятия по физической культуре, учебно-тренировочные занятия и соревнования местного уровня по баскетболу, волейболу, мини-футболу и легкой атлетики, а также сдаваться нормативы ГТО (Готов к труду и обороне).
Строительство ведется по двум программам: государственной программе «Развитие физической культуры и спорта в Ленинградской области» и социальной программе «Газпром - детям». Общее финансирование в 2013 году — 40,5 млн рублей (построено пять площадок), в 2014 году — 400 млн рублей (введено в эксплуатацию 37 площадок). В нынешнем году должно быть построено, как уже упоминалось, 40 стадионов общей стоимостью 500 млн рублей.
- Каковы наиболее интересные уже реализуемые или планируемые проекты строительства спортсооружений?
- В Ленинградской области ведется активное строительство крупных спортивных объектов с общим объемом финансирования из федерального бюджета около 1 млрд рублей. 13 объектов уже введены в эксплуатацию. До конца нынешнего года мы также сдадим первую очередь строительства спортивного центра с залом, бассейном, крытым катком с искусственным льдом и городской стадион в Выборге, ледовую арену в Кингисеппе, крытый каток в Киришах и физкультурно-оздоровительный комплекс в Важинах Подпорожского района.
В прошлом году введены в строй крытый каток в деревне Старой, стадион в Выборге. В 2016 году запланировано открытие водно-спортивного оздоровительного комплекса в Волосово, физкультурно-оздоровительного комплекса в Приозерске.
Принято решение и в ближайшее время начнется строительство тренировочной базы для Чемпионата мира по футболу 2018 года в пос. Рощино Выборгского района.
Наличие таких спортивных объектов позволит организовать учебно-тренировочный процесс на высоком профессиональном уровне и для спортсменов - жителей Ленинградской области, и для приезжающих из других регионов РФ и стран ближнего и дальнего зарубежья. Разумеется, у нас появятся и новые возможности для проведения спортивных мероприятий различного масштаба.
- Чем интересен проект тренировочной базы в Рощино? Каковы его параметры?
- Размещение базы в пос. Рощино имеет очень важное значение для всей Ленинградской области. Чемпионат мира завершится, а соответствующий самым жестким критериям качества объект останется как площадка для соревнований и местного, и регионального, и, возможно, даже более высокого уровня.
Согласно техническим требованиям Международной федерации футбольных ассоциаций (ФИФА) тренировочный стадион будет со стандартным полем 105*68 м с натуральным или искусственным покрытием, вместимостью не менее 500 посадочных мест. Здесь будут предусмотрены административно-бытовые помещения, конференц-зал, не менее двух раздевалок площадью минимум 100 кв. м каждая, где смогут разместиться 23 игрока и тренерский штаб команд. Проектирование тренировочной площадки начнется в ближайшее время.
- Как этот проект сочетается с концепцией развития сети объектов спорта в Ленобласти?
- Тренировочная база в Рощино очевидно позволяет расширить возможности для занятий физической культурой и спортом, ориентирует население области на здоровый образ жизни. Тем самым смысл проекта соответствует целям развития физической культуры и спорта в нашем регионе, которые, в свою очередь, обозначены в государственной программе «Развитие физической культуры и спорта в Ленинградской области». В русле реализации этой программы реконструируются и ремонтируются существующие объекты спортивной инфраструктуры и строятся новые. Не будет преувеличением сказать, что сохранение и совершенствование материально-технической базы и инфраструктуры физической культуры и спорта остается одним из приоритетных направлений деятельности регионального правительства.
- Какие сложности кроме финансовых приходится преодолевать для развития сети спортсооружений?
- К сожалению, зачастую уже во время строительства спортивных объектов обнаруживаются существенные погрешности в проектной документации, прошедшей экспертизу. В этом случае приходится приостанавливать работы, корректировать проектно-сметную документацию и повторно получать экспертное заключение по ней. Все это означает дополнительные временные затраты и, как следствие, несвоевременный срок завершения строительства объекта.
- А как изменился подход к развитию сети спортивных сооружений в области за последние годы? Или основные идеи остаются неизменными?
- Сейчас на федеральном уровне разработана концепция новой целевой программы «Развитие физической культуры и спорта в Российской Федерации на 2016-2020 годы». В ней прописан целый ряд существенных отличий от сложившейся практики. Например, теперь на софинансирование из федерального бюджета могут рассчитывать, только спортобъекты, которые строятся по проектам, рекомендованным Министерством спорта РФ, стоимостью не более 100 тыс. рублей. Спортивные объекты становятся малобюджетными. И в Ленинградской области сегодня преимущественно мы также ориентируемся на строительство малобюджетных объектов и развитие массового спорта. Первый такой проект мы уже начали реализовывать в пос. Вистино Кингисеппского района — это быстровозводимый физкультурно-оздоровительный комплекс (ФОК) стоимостью не выше 50 млн рублей. Проект разработан по заказу Комитета по физической культуре и спорту Ленинградкой области. ФОК включает в себя игровой зал для волейбола, баскетбола, мини-футбола, зал для проведения тренировок по различным видам единоборств, предусмотрен административный блок — кабинет врача, тренерские, раздевалки и душевые. Объект предназначен для круглогодичного использования. В дальнейшем после реализации пилотного объекта планируется строительство аналогичных центров и в других небольших поселках и деревнях Ленинградской области.
Искусствовед, историк архитектуры, научный сотрудник Государственного Эрмитажа Алексей Лепорк в беседе с корреспондентом «Строительного Еженедельника» Анастасией Романовой рассуждает о том, почему в Петербурге нет комфортной среды.
– Алексей, как вы оцениваете развитие города и его новых районов?
– В новых районах нет никакой сбалансированности. Я, конечно, не могу говорить с железной определенностью. Но кажется, что все происходит по принципу «быстро застроить участок с коммуникациями». Я не вижу какой-то логики развития города, исходя из которой на основе мастер-планов происходило бы освоение территорий.
– С этим сложно не согласиться.
– Мне кажется, что со всеми районами происходит одна простая вещь. Я бы сформулировал существующий подход как «берется все, что плохо и близко лежит». Возьмем Обводный канал. Казалось бы, у нас есть самая протяженная в истории традиция градостроительного комитета и генеральных планов города. Но думал ли кто-то о том, как Обводный канал будет выглядеть через пять лет? Даже не 25, которые принято описывать в генеральных планах, а пять? Но уже сегодня Обводный канал выглядит не так, как еще три года назад. То есть пройдет еще несколько лет, и от старого Обводного канала непонятно что останется. Между тем этот район расположен очень близко от центра города.
– Регулирование застройки в центре все-таки строже.
– Но никто не пытается разрешить какие-то общие вопросы. У меня простая точка зрения: если уже ввели регламентацию, определили параметры, то это должно быть навсегда. Без вариантов.
Сейчас нам надо дальше размышлять над тем, как сделать центр города удобным для горожан. Не самая хитрая мысль. Но нам жизненно необходимо решение всех транспортных проблем и создание максимального количества зеленых зон. Мы должны создавать удобства для жизни людей на всех уровнях. Сказать, что это происходит, наверное, мы не можем. Сейчас все носятся с проектом Конюшенной площади и дальше до Новой Голландии, но при этом все понимают, что это сделано только для того, чтобы девелоперы могли заново освоить этот гиперклондайк. А если честно, то там как раз все практически в порядке.
И освоение периферийных районов вызывает аналогичные вопросы. Самый показательный проект – аэропорт. Взяли и построили новый аэропорт. Но так и не решили до самого открытия, как до него добираться. А вскоре появится выставочный комплекс. Это символы всего нашего нового строительства.
– На ваш взгляд, этот вектор можно преломить?
– В Петербурге существуют Комитет по градостроительству и архитектуре и должность главного архитектора, которые надо бы переориентировать на работу в общественных интересах.
– Вас не назовешь оптимистом.
– У меня нет никаких примеров, которые могли бы служить основанием для оптимизма. Я могу найти дома, которые построены лучше, чем многие раньше. Не спорю. Но сказать, что хотя бы одна городская проблема была решена, я не могу.
– Наверное, мы в целом не умеем решать градостроительные вопросы, и дело не в Петербурге.
– То, что мы не умеем их разрешать, очевидно. Но вместе с тем, к примеру, в Москве как ни крути, какие-то вопросы улажены, хотя до идеала и далеко. Простейший пример – сообщение между аэропортом и центром города. Ведь появились же скоростные электрички, и достаточно давно. В Петербурге есть станция «Аэропорт», но она не функционирует. Причина – проданная прилегающая территория. Но ведь отдавал же ее город. Какой смысл тогда в генеральном плане, если продавали и не думали, что в недалеком будущем может потребоваться проложить еще порядка 500 м железной дороги к аэропорту?
– В ретроспективе не всегда так было?
– У каждого советского генерального плана была идея. Было понятно, куда движется город, какие направления надо развивать. К примеру, первый послереволюционный план развивал район от площади Стачек. Все строилось очень последовательно. Жилье и административные объекты, Дворец культуры, баня и фабрика-кухня возводились так, чтобы было легко дойти до завода, который уже существовал. Так же строили Московский проспект.
Был план выйти к морю, и появилась станция метро «Приморская», которая дала шанс эти намерения реализовать. Понятно, что темп изменился, но ведь и отвечающих за градостроительное развитие не стало меньше.
Вместо того чтобы действительно попробовать что-то решить, мы разрабатываем несусветные проекты. К примеру, думаем, как построить велодорожки, а это точно не первостепенная проблема. Самое грустное, что поддержка и тиражирование таких инициатив плохо сказывается на студентах, молодом поколении. В итоге вместо решений придумываются какие-то фикции, которые потом культивируются. На фоне этого решаются интересы конкретных компаний.
– Все же можно, наверное, назвать успешные примеры создания качественной среды?
– Не знаю. Часто говорят о том, что недостаточно опыта. Но время идет, и ссылаться на это уже довольно смешно.
– Удачные примеры вписывания домов в сложившуюся среду можете назвать?
– Их мало, но все же есть. Дом на Ковенском переулке, рядом с костелом. Это очень качественное, скромное и добротное здание. В этом контексте можно в пример привести и здание на углу Стремянной и Марата, и новое крыло справа от концертного зала Мариинского театра.
– Почему примеров мало, как вы считаете?
– Застройщик амбициозен и хочет, чтобы его объект выделялся. Почему дом в Ковенском переулке хорош? Застройщики согласились на то, что объект не будет бросаться в глаза.
Чаще же девелоперы хотят другого – прогреметь.
В начале 1990-х был построен дом на Фонтанке, рядом с цирком. Это, как и дом на Ковенском, очень удачный пример встраивания в городскую среду. Здание утоплено, и этим подчеркивается то, что рядом Инженерный замок и цирк. Таких примеров проявления уважения к окружающему среди новых проектов очень мало. По большей части вылезает бешеная амбициозность, которая стремится выделяться различными способами, как, например, застройка за гостиницей «Санкт-Петербург».
– Градостроительный совет призван следить за этим.
– Действительно, Градостроительный совет создан для того, чтобы девелоперские инициативы смотреть и как-то отбирать. В принципе, не такая большая работа – вменяемо и внимательно просматривать все проекты как минимум для центра города. Николай I утверждал все здания в Петербурге лично. А мы понимаем, что у него были и другие заботы. Кстати, с архитектурой он справлялся лучше, чем со всем остальным.
Если Градостроительный совет принимает проекты, которые признаются градостроительными ошибками, то, может быть, стоит задуматься? Дом на «Владимирской» как-то же одобрили. Как можно отвечать за появление в Петербурге новых домов, не неся никакой за это ответственности? Если это не изменится, ситуация будет длиться бесконечно.
– Вам ближе реконструкция или создание нового?
– Разрушение в некоторых случаях неизбежно. Но мне жаль этих старых домов, которые в идеале надо бы сохранять. В них есть флер времени. Мне жаль Никольский рынок, потому что его реконструируют и выровняют все плиты. Не останется больше Никольского рынка XVII века, каким он дошел до нас, с неровными плитами и чугунными засовами.
Это какая-то парадоксальная черта постсоветского мышления. Мы говорим про историю, но как только нам попадается предмет старины, мы его моментально полируем, гробим и превращаем в предмет сегодняшнего дня.
Понятно, что нужно делать что-то новое, но любое здание можно тактично реконструировать. Не знаю, переболеем ли мы этим. Слишком много бешеных денег, которые даются в нашей стране без реального труда.