Госпрограммы держат линию
Председатель Комитета по экономической политике и стратегическому планированию Петербурга Елена Ульянова отмечает, что первый квартал 2015 года оказался лучше изначальных прогнозов. Однако некоторые отрасли могут ощутить сложности осенью. О том, как город будет поддерживать бизнес и какие направления для него приоритетны, госпожа Ульянова рассказала порталу АСН-инфо.
– Какие самые важные госпрограммы сейчас реализуются администрацией города, и какие из них будут урезаны из-за кризиса?
– У нас сейчас 17 госпрограмм, и мы не планируем менять их количество, так как сама логика этих программ построена по функциональному признаку. То есть это те области деятельности, в которых уполномочено работать правительство города. Если понадобится расширить поле деятельности, то это расширение будет осуществляться в рамках подпрограмм.
– Какие, на ваш взгляд, из этих семнадцати программ наиболее важны?
– Если говорить о финансировании, то сейчас лидирует образование, также в приоритетах развитие дорог, развитие, например, парковок. Далее идет здравоохранение (на него приходится 15% от общих затрат на госпрограммы), соцподдержка (12% затрат) и обеспечение доступного жилья. Но здесь речь идет именно про объемы финансирования. По значимости я бы не сказала, что существуют лидеры. Например, экономика знаний не менее значима, чем перечисленные направления, просто на нее выделено меньше бюджетных средств, зато есть очень много мероприятий, которые не требуют бюджетных вливаний, но приносят ощутимые плоды. Среди таких мер можно перечислить, например, стипендии талантливым студентам и гранты. Конечно, суммы, выделяемые на эти цели, несопоставимы с расходами на здравоохранение, но для поддержки отрасли это будет оказывать существенное влияние.
– А нынешние экономические условия не создают потребности для каких-то новых программ?
– Мне кажется, нужно не менять конфигурацию госпрограмм, а наполнять уже существующие теми мероприятиями, которые сейчас актуальны. Важно провести ревизию госпрограмм, чтобы понять, насколько они продуманы. Пока в некоторых из них, по моему мнению, не сбалансированы сроки выполнения мероприятий. Сейчас ситуация изменилась, но это не отражено в программах. Важно также отслеживать комплексность программы, чтобы она была обеспечена ресурсами для достижения поставленных целей. Сейчас, если мы проведем аудит госпрограмм и приведем их в соответствии с поставленными целями, то этого будет уже достаточно, чтобы они эффективно заработали.
– Сколько нужно времени, чтобы провести этот аудит?
– Мы должны успеть к новому бюджетному процессу, то есть крайний срок – до сентября.
– На протяжении уже двух-трех лет идет процесс ревизии проектов, в том числе и крупных. В общем, это основная претензия бизнес-сообщества к нынешней администрации города. Поэтому возникает вопрос: не будет ли и здесь затягивания процесса?
– Мы не останавливаем эти мероприятия, просто смотрим, насколько они эффективны, и нужно ли в будущем продолжать их. Мероприятия, которые заложены сегодня, тоже необходимы, просто здесь вопрос в приоритетах. Меняется законодательство, появляются новые возможности, и какие-то направления приобретают более высокий приоритет в сравнении с заложенными. Речь не идет о том, что изначально заложенные идеи уже неактуальны. Просто время идет, происходят перемены, и это надо учитывать. Госпрограммы – это хороший инструмент в реализации стратегии развития города, но им надо управлять
– Когда, по вашим личным ощущениям, мы преодолеем нижнюю точку кризиса? Некоторые оптимисты полагают, что она уже пройдена…
– Сложно сказать. Я анализировала показатели социально-экономического развития за первый квартал и отметила, что многие показатели улучшились. Например, в индексе промышленного производства падение в первом квартале не такое глубокое, каким его прогнозировали. И обороты компаний, и реальные зарплаты постепенно растут. Номинальная зарплата растет, хотя мы предполагали снижение. Касательно моих прогнозов – сейчас в зоне риска розница и опт, потому что, исходя из их специфики деятельности, закупка у них раз в полгода. Предположим, декабрь они работали на старых запасах, не закупая по новым ценам, а сейчас они могут оказаться без товара – даже при наличии спроса им нечем будет его обеспечить. И неизвестно пока, как они пройдут второй квартал. Разумеется, речь о непродовольственной рознице. Продовольственная розница себя сейчас, наоборот, чувствует очень хорошо.
Вторая зона риска – это финансовые учреждения, но там проблем стоит ожидать не сейчас, а позже. Сейчас идет процесс реструктуризации задолженности: банки идут навстречу заемщикам и, если возникает риск неплатежей, переносят сроки выплат. Но финансовый сектор скоро начнет упираться в то, что коэффициенты, по которым оценивают их финансовую устойчивость, будут превышены, и тогда непонятно, что будет…
– Позже – это когда? В этом году? К осени, которой все пугают?
– Да, ближе к осени. У нас недавно была встреча с представителями финансового сектора, и они тоже подтверждают, что сентябрь будет для них контрольной точкой.
Но что касается промышленности, то здесь довольно стабильная ситуация во всех сегментах. Если падает, то незначительно – максимум на 2%, и в физических объемах оборота они растут. Радует, что цены начали расти, потому что до этого цены искусственно сдерживались. Теперь они растут, и это значит, что рынок это принимает. В общем, в целом ситуация стабильная.
– А если все-таки все пойдет по пессимистичному сценарию, то какие меры, по-вашему, нужно принять администрации города для поддержания экономики?
– У нас готовятся программы поддержки, и они построены по отраслевому принципу. Мы понимаем, что как администрация мы не можем рассредоточить наши усилия, и надо понять, что будет точкой роста в этой ситуации, понять, какие виды экономической деятельности могут вытянуть нас. Эти приоритеты определены: фармацевтика, ИТ, обрабатывающие производства: двигатели, трансформаторы, автомобили. Также в список попали деятельность в области транспорта, грузоперевозки, туризм, выполнение федеральной программы по освоению Арктики, медицина и образование. В рамках экономической деятельности мы разработаем методы поддержки для конкретно этих областей. Для решения вопросов бизнеса не всегда нужны бюджетные средства, иногда это решается административными ресурсами.
– Озвучивая перечень поддерживаемых отраслей, Вы не назвали строительство. С чем это связано?
– Наши критерии были достаточно жесткими. Чтобы отрасль попала в список поддерживаемых городом отраслей, она должна быть стратегической – для города, для государства, чтобы у нее имелся потенциал импортозамещения, высокая добавленная стоимость, наличие кадров и потенциала. Строительство – это скорее вспомогательный процесс, который обеспечивает налаживание инфраструктуры. Получается, что баллов (по разработанным нами критериям) отрасль набирает немного. Но надо понимать: есть несколько списков поддержки.
Есть отрасль – и ее поддерживают вне зависимости от размеров компаний, на них работающих. Поддержку получает вся цепочка, каждый ее компонент, начиная от продавца, покупателя, поставщика оборудования. Чтобы цепочка работала, нужно, чтобы каждый компонент получал поддержку. Но есть второй список. Это приоритетные предприятия, которые влияют на экономику города, и тут, я думаю, строительных компаний будет очень много. Основные критерии при отборе таких компаний – это численность персонала и отчисления в бюджет.
– За последние два или три года администрация города несколько раз меняла свою точку зрения на то, кто должен строить социальное жилье: сам ли город, или его возведением должны заниматься девелоперы, а город потом – лишь выкупать. Что, на ваш взгляд, полезнее для экономики?
– Лично мое мнение таково, что нельзя лезть в дела коммерческих компаний, каждый компетентен в своей сфере. Наша – это госуправление, их – это строительство. Поэтому, если мы будем просто устраивать госзаказы, это будет более эффективно, так как у них есть уже устоявшиеся связи, они понимают, где взять стройматериалы, за счет объема у них будет ниже цена закупки. Качество мы тоже можем проконтролировать, поэтому мне кажется, что это правильно, когда каждый занимается своим делом.
ЗАО «КировТЭК» – дочернее общество ОАО «Кировский завод», которое обеспечивает предприятия холдинга энергоресурсами: теплом, электричеством, водой. Об истории компании, направлениях ее деятельности и планах на ближайшее будущее рассказывает заслуженный энергетик Российской Федерации – директор ЗАО «КировТЭК» Владимир Сидоров.
– С чего начиналась история современного КировТЭКа?
– Компания «КировТЭК» была создана еще в 1990-е годы, когда вышло постановление правительства о безакцептном снятии денежных средств со счетов промпредприятий за энергоресурсы. То есть деньги по завышенным тарифам автоматически снимались с наших счетов в пользу монополистов, что приводило к большой задолженности перед ними, практически исключало вложение средств в развитие предприятия и парализовывало его финансовую деятельность. Для расчетов с монополистами и была создана наша компания. В 2005 году КировТЭК стал субъектом оптового рынка электроэнергии, внедрил систему автоматизированного коммерческого учета электроэнергии, а затем занялся энергосбытовой деятельностью, для чего внутри КировТЭКа было сформировано специальное подразделение. Впоследствии во исполнение закона, который запрещал вести одновременно сбытовую и сетевую деятельность, на Кировском заводе было создано специализированное ЗАО «Энергосбытовая компания Кировского завода». А КировТЭК сфокусировался на сетевой деятельности. В годы перестройки на КировТЭКе работало более 1200 человек. В его состав тогда входили отдел главного энергетика и 5 цехов. Сегодня на предприятии занято 270 человек, и оно представляет собой мобильную профессиональную службу в составе одного энергоцеха, включающего собственные ремонтные подразделения.
– Внедрялись ли ранее на заводе программы энергосбережения?
– На Кировском заводе уже более 10 лет реализуется комплексная программа энергосбережения и сохранения экологии под названием «Балтийское море». В рамках этой программы была произведена газификация котельной, установлены котлы – утилизаторы «уходящих газов», создана система оборотного водоснабжения металлургического завода «Петросталь», а затем и всего Кировского завода, реконструирована колоссальная сеть подземных трубопроводов больших диаметров. До 1995 года Кировский завод считался одним из основных загрязнителей окружающей среды, потому что все стоки уходили в Большой ковш Финского залива. Мы отделили бытовые стоки от дождевых, ливневых и производственных стоков, потому что до сих пор нет технологии совместной очистки бытового и производственного стоков. Бытовой сток мы по-прежнему передаем в Водоканал по отдельному коллектору, а все остальные стоки завели на комплекс очистных сооружений, после которого очищенная вода поступает на оборотное водоснабжение. Отмечу, что это самые крупные очистные сооружения производственного стока в России, которые мы строили 10 лет. На все эти работы были потрачены десятки миллионов рублей. Ни одно предприятие не может себе позволить такую роскошь. Но если бы мы этого не сделали, нас бы просто остановили, и правильно бы сделали, на мой взгляд. Теперь у нас есть уникальный комплекс очистки производственного и ливневого стока, дающий возможность всем предприятиям холдинга работать в замкнутой сети оборотного водоснабжения и полностью исключить сброс производственных и ливневых стоков в акваторию Финского залива и городскую канализацию. Это позволяет рассматривать данные сооружения как важнейший природоохранный объект не только Кировского завода, но и в целом Санкт-Петербурга.
– Планирует ли КировТЭК поставлять энергоресурсы населению, а также сторонним коммерческим организациям?
– КировТЭК не планирует работать с населением, потому что действующее тарифообразование не позволяет промпредприятию без убытка отпускать энергоресурсы населению. Оно должно было бы получать какую-то компенсацию за эту деятельность, но оно ее никогда не получит. У нашего филиала в Горелово есть опыт подобной работы с населением в жилом фонде и с Минобороны, но мы годами не получали оплату за энергоресурсы. Кроме того, сети, которыми владеет КировТЭК на правах аренды, ограничены площадкой Кировского завода. Находящимся на ней промышленным объектам мы ресурсы и поставляем.
Сегодня в этой сфере деятельности завод предоставляет услуги на сумму 1,5 млрд рублей в год, в число которых входят тепло, вода, электроэнергия, канализование. При этом 2/3 объемов – это закупки и продажа электроэнергии ОАО «Энергосбытовая компания Кировского завода».
– Планирует ли ваша компания продолжать внедрять энергосберегающие технологии?
– Мы прошли энергоаудит, подготовили энергопаспорт, в котором подробно расписана программа энергосбережения и повышения энергоэффективности на ближайшие годы. Например, мы планируем заменить котлы в нашей котельной, которая вырабатывает тепло для Кировского завода. Стоимость этих работ оценивается в 90 млн рублей. Общие затраты на отопление предприятия составляют 150 млн рублей в год. С целью снижения теплопотерь предполагаем также менять теплоизоляцию и частично сами трубопроводы тепловых и паровых сетей, общая протяженность которых составляет 30 км. Эти работы обойдутся нам в десятки миллионов рублей. Замены требуют 220 трансформаторов, которые в режиме холостого хода дают огромные энергопотери. Стоимость этих работ оценивается в 200-250 млн рублей.
– Как строится работа ЗАО «КировТЭК» с городской администрацией?
– КировТЭК в качестве сетевой компании зарегистрирован в одинаковом статусе с городскими компаниями-монополистами, поэтому на нас распространяются законы о государственном регулировании монопольной деятельности, о раскрытии информации и о ценообразовании. Ежегодно мы обязаны защищать свой тариф в Комитете по тарифам администрации Санкт-Петербурга. Речь идет даже об обосновании стоимости аренды зданий и передаточных устройств (сетей), которую мы платим ОАО «Кировский завод». Без защищенных тарифов мы не имеем права вести деятельность, иначе все, что мы заработаем на незащищенном тарифе, будет изыматься в казну государства и возвращаться нашим поставщикам. Комитет по тарифам контролирует также соблюдение Закона об энергосберегающих технологиях, который вступил в силу с 2013 года. Этот закон предусматривает участие собственника, то есть ОАО «Кировский завод», в финансировании работ по модернизации энергетического хозяйства. Ведь все сети находятся у ЗАО «КировТЭК» в аренде. Комитет по тарифам уже предупредил нас, что в дополнение к арендным платежам мы должны теперь вкладывать средства в замену кабельных сетей, трубопроводов. Уже несколько совещаний было на эту тему. Пока нам хватает денег на закупочную деятельность, на ремонты, а вот на реконструкцию средств недостаточно, их надо искать вместе с собственником.
– Почему вы не хотите работать с городскими монополистами?
– С самого начала, когда еще создавался КировТЭК, было принято решение, что ни одного метра кабеля или трубопровода не попадет в руки городских монополистов. ОАО «Ленэнерго», ООО «ПетербургГАЗ», ГУП «Водоканал Санкт-Петербург» – наши поставщики энергоресурсов, однако на этом наше сотрудничество заканчивается. Это вопрос нашей экономической безопасности.
– Расскажите о планах на 2013-2014 годы.
– После кризиса Группа компаний вступила в этап интенсивного развития, показывая в течение последних трех лет среднегодовой рост порядка 20%. Мы должны обеспечить энергоподдержку таких темпов, то есть включение дополнительных энергомощностей. Особенно это касается тракторного и металлургического производства. И самая главная задача – это зарезервировать мощности для новых проектов, которые будут реализовываться в Группе компаний «Кировский завод».