Импортозамещение под напряжением
Генеральный директор ГК «Меридиан» Алексей Горячев в интервью газете «Строительный Еженедельник» рассказал о том, как сложная экономическая ситуация отразилась на состоянии рынка подрядных организаций, работающих в электросетевом комплексе, а также о том, как запустить механизм импортозамещения в сфере энергетики.
– Насколько сильно, по вашим данным, в Петербурге изношены электрические сети и распределительные подстанции?
– На мой взгляд, ситуация с состоянием электрических сетей в Санкт-Петербурге и Ленинградской области находится в удовлетворительном состоянии. За последние четыре года в городе и области были реализованы крупные инвестиционные программы как у старейшего игрока – Ленэнерго, так и у альтернативных компаний – Санкт-Петербургских электрических сетей, ЛОЭСК, которые включали в себя комплексную работу по улучшению качества электросетевого комплекса: реновацию кабельных линий, реконструкцию и строительство подстанций, ЛЭП. Это позволило устранить основные проблемные места и создать задел на будущее.
– В каком состоянии сегодня находится рынок подрядных компаний, занимающихся строительством и модернизацией энергоообъектов в Петербурге?
– На сегодняшний день в Петербурге и Ленинградской области сложился высококонкурентный рынок подрядных организаций, которые обладают необходимыми компетенциями в сфере энергетического строительства. У компаний есть своя специализация и почерк на рынке. Можно отметить порядка 15 крупных генподрядчиков, которые способны комплексно выполнять большой спектр задач в области реконструкции и строительства энергообъектов. К сожалению, в той экономической ситуации, в которой оказалась отрасль, многие компании поставлены перед выбором: продолжать дальнейшую работу или распускать компанию.
– Какие сложности сейчас мешают работать на рынке?
– Ключевой вопрос, стоящий сегодня на повестке дня любого руководителя подрядной организации, – это финансирование. В текущей тяжелой экономической ситуации в стране и в отрасли мы столкнулись с очень настороженной кредитной политикой банков, тенденцией к отсутствию авансирования и одновременным увеличением сроков выплат за выполненную работу от заказчиков. В итоге возникает кассовый разрыв, который подрядчику нужно перекрыть за счет собственных оборотных средств. Все это вносит значительные сбои в работу с контрагентами (поставщиками, субподрядчиками), создавая сложные ситуации. А надо учесть, что в стоимости контракта на реконструкцию и строительство поставка оборудования составляет около 70% всех затрат объекта. При этом производители оборудования в настоящее время не работают по постоплате.
Они все хотят получить аванс в размере не менее чем 30% до поставки оборудования и окончательный расчет к моменту готовности этой продукции к отгрузке. Мы частично решаем проблему путем индивидуальных договоренностей с нашими контрагентами, то есть в ручном режиме.
– Если взять кризис неплатежей, то как, на ваш взгляд, повлияет на рынок подрядных энергокомпаний тяжелая финансовая ситуация ОАО «Ленэнерго»?
– Я считаю, что ситуация, сложившаяся вокруг Ленэнерго, временная. Ее нужно просто пережить. Уверен, что те действия, которые предпринимает новое руководство энергокомпании, в итоге приведут к разрешению трудностей. Большой плюс в деле урегулирования этих вопросов – недавнее принятие решения по санации банка «Таврический». Необходимо понимать, что ситуацию с финансовой проблемой Ленэнерго в существующих экономических реалиях не решить в течение короткого промежутка времени. Потребуется не меньше года, чтобы произошла нормализация с платежами.
– То есть вы рекомендуете подрядчикам Ленэнерго подождать и не подавать в суд на компанию?
– Здесь нельзя говорить о каком-то едином шаблоне действий. Судиться с Ленэнерго или продолжать работу, надеясь, что ситуация выровняется, – это выбор каждого подрядчика в отдельности. Мы для себя определили политику партнерства, при которой стараемся, насколько это возможно, поддержать и подставить плечо Ленэнерго в это непростое время. Другой вопрос, что непростая ситуация с неплатежами на рынке сложилась не только по вине Ленэнерго. Сыграло несколько факторов: кризисные моменты в экономике, девальвация рубля, ситуация с банком «Таврический», где «зависли» в том числе деньги Ленэнерго для подрядчиков.
– Насколько длителен процесс им- портозамещения в электроэнергетике?
– Думаю, это потребует нескольких лет, ведь чтобы полностью запустить процесс импортозамещения, необходима поддержка на государственном уровне и долгосрочные гарантии. Только при создании целого комплекса благоприятных условий подобная работа принесет успех.
Насколько нам известно, сегодня Минэнерго составляет для Минэкономразвития реестр существующих российских производителей, в котором предлагает сделать некоторые льготы в виде налоговых послаблений и субсидий на разработку НИОКР. Подобный шаг даст возможность отечественным производителям вздохнуть полной грудью и развиваться. Мы же как компания, несущая ответственность за выполнение строительства объекта в целом, заинтересованы в скорейшем расширении линейки отечественных аналогов зарубежного оборудования.
Конечно, удобнее работать с производителями, располагающимися в России. Они способны оперативнее поставлять оборудование, оказывать техническую и сервисную поддержку. Все это создает неоспоримые плюсы для нашей работы.
– Ваша компания как-то корректировала свою политику в кризис?
– Еще три года назад мы понимали, что нам нужно провести некую диверсификацию по заказчикам. Таким образом, помимо географического расширения нашего портфеля заказчиков среди электросетевых компаний (Россети, ФСК ЕЭС) мы вышли на рынок строительства сетей связи и ЛЭП для компаний автодорожной отрасли. Среди наших партнеров появились крупные генподрядчики, выполняющие работы для Росавтодора, ГК «Автодор» и Комитета по развитию транспортной инфраструктуры Санкт-Петербурга, для которых мы выполняем работы по переустройству сетей связи на строящихся и реконструируемых автомагистралях.
Кризис, как известно, не только опасность, но и возможность. Помимо негативных факторов, о которых я сказал, он приносит и положительные моменты. Он позволяет очиститься от всего ненужного, стать сильнее. Более критично оценить себя и результаты своей деятельности. По нашим прогнозам, года через два эффект отложенного спроса даст о себе знать. Кризис пройдет, рынок восстановится, придут новые игроки. Поэтому важно укрепить свое положение в период нестабильности.
Кстати:
ГК «Меридиан» – это многопрофильный строительный холдинг, работающий на рынке с 2010 года и обладающий собственными производственными ресурсами, оказывающий полный комплекс услуг по строительству и проектированию объектов электроэнергетики, кабельных и воздушных линий, систем связи для дорожно-строительных и электроэнергетических компаний в классе напряжения от 0,4 до 750 кВ.
В интервью корреспонденту «Строительного Еженедельника» Агате Марининой генеральный директор компании Springald Виталий Никифоровский рассказал, с чем приходится сталкиваться при работе в историческом центре и отношениях с градозащитниками.
– Ваша компания – один из лидеров по проектам в историческом центре. И судя по всему, в ближайшем будущем работы меньше не станет ввиду программы по реновации.
– По количеству выполненных проектов в историческом центре города за последние два года мы действительно лидируем. Что же касается программы реновации, разработанной Смольным, то она станет одним из ключевых драйверов рынка демонтажа наравне с проектом вывода промышленных предприятий за пределы города.
В историческом центре износ по некоторым объектам составляет не менее 70%. Как минимум 30% домов постройки до 1917 года находятся в состоянии аварийности, в том чисел необратимой. Это последствия ошибок прошлого – мы не занимались капремонтом зданий, многие здания не ремонтировались 50-80 лет. Да и строились они без особого внимания и не «на века». Разбирая постройки, мы можем отметить плохое качество кирпича на некоторых объектах – экономили и до 1917 года. Некоторые здания в таком плачевном состоянии, что если их восстанавливать, то в результате получится те же здания, но из новых материалов – старые материалы непригодны для дальнейшего использования, то есть получится новодел, не соответствующий никаким современным нормам градостроительства, которые значительно изменились за последние столетия.
С учетом всех проблем говорить о том, что есть необходимость и технологическая возможность восстановления всех исторических зданий, – кривить душой.
– Например?
– В прошлом году мы проводили демонтаж на Заставской ул., 35. Здание образовывало единый фронт застройки с соседним заданием по Московскому пр., 128, – в советский период был залит бетоном тепловой шов между зданиями. Износ основных конструкций объекта был 90%. Здания, будучи прикрепленными друг к другу, действовали как единая конструкция, испытывали сверхнагрузку и разрушались. Вероятность саморазрушения была настолько велика, что когда техника зашла на площадку, если бы мы не предприняли соответствующее меры по укреплению соседнего здания, то хватило 2-3 ударов стрелой экскаватора, и оба здания сложились бы в один момент.
– Квалификация петербургских демонтажных компаний позволяет правильно оценивать ситуацию на объекте и выбирать оптимальный метод?
– Все компании делятся по своей специализации. Есть те, кто специализируется только на механическом демонтаже, есть демонтажники, выполняющие внутренние работы. Многие наши проекты находятся на стыке этих направлений.
Исторический центр – это всегда очень сложно. Некоторые здания стоят только потому, что держатся за соседние. Далеко не любую технику можно применять. Не все специалисты могут проводить работы. У нас есть технические возможности для ювелирного демонтажа и сверхтяжелое оборудование для массовой работы. Решающее значение имеет накопленный опыт работы с такими объектами, очень ответственные проекты.
В любом случае говорить о том, что сейчас придут какие-то варвары и уничтожат исторический центр, в корне неправильно.
– В Петербурге все же очень трепетно относятся к каким-то действиям в зоне исторической застройки.
– Историческая застройка требует уважения и имеет неоспоримую ценность, но мы не можем все залить эпоксидным клеем, убрать жителей, сделать весь центр зоной неприкасаемого отчуждения. Город – живой организм и должен развиваться.
В конце концов, есть законодательство, которое определяет режим охраны. Все ценные здания взяты под охрану. На всякий случай также охраняются объекты, которые в нынешнем виде особого культурного наследия не представляют.
В мире есть опыт работы с историческими кварталами. Один из вариантов – оставлять фасадную застройку, а внутри здания переконфигурировать. Половина Европы прошла по такому пути, и Петербург вполне может перенять этот опыт.
– С таким мнением явно не все согласятся.
– Сейчас модно заниматься градозащитой. Только не совсем понятно, какова конечная цель. За последние три года мы не увидели ни одного документа от градозащитного сообщества по вопросам сохранения и реновации исторической застройки. Сейчас их позиция сводится к запрету любой деятельности в центре. Хорошо, представим, что такое решение будет принято. Кто будет платить за банкет? За чей счет будет содержаться все это хозяйство?
У градозащитного сообщества сейчас есть несколько течений. И очень похоже, что в последние годы между ними, как во времена СССР, идет социалистическое соревнование «кто больше жизнь отравит девелоперу». Самый яркий пример того, к чему приводят необдуманные действия, – дом Шагина на Фонтанке. К этому году там уже должна была появиться гостиница, но инвестора остановили. В итоге мы имеем полуразрушенное здание с ограничением движения. И что теперь с этим делать, градозащита ответить не может.
– Вы считаете, что диалог с градозащитниками не имеет смысла?
– Можно постараться выстроить диалог. Но разговор может получиться только с теми людьми, которые в конечном итоге способны к производству чего-либо: концепций, решений, документов. Петербургские градозащитники же, на мой взгляд, стремятся вызвать скандал и пытаются на этом заработать. Не уверен, что их не используют для того, чтобы организовать атаку на конкурентов или из политических интересов.
– Какие стратегии в этом ключе выбирают демонтажные компании?
– Демонтажная компания – производитель работ. В абсолютном большинстве случаев к началу демонтажа у девелопера все документы собраны. Есть только один случай за продолжительное время, когда это было не так. За исключением этого инцидента я не помню за 10 лет ни одного снесенного здания, которое имело охранный статус. На момент начала работ по тому же дому Рогова у девелопера все разрешительные документы были собраны.
Часто пытаются закон об охранных зонах перекорежить. Ввести в него понятия, которые фактически запрещают работы в центре, поправки, противоречащие здравому смыслу. Возникают правовые коллизии. В Градостроительном кодексе нет понятия «разрешение на снос», есть «разрешение на строительство». Но Градостроительный кодекс – это Градостроительный кодекс. У нас есть еще Конституция РФ, которая определяет права собственников на имущество, и постройки на территории земельного участка являются имуществом. И если, к примеру, вы не собираетесь ничего строить на новом месте, выполнили все обременения и в какой-то момент приняли решение, что имущество уже устало жить и от него надо избавиться, ни одна инстанция не в праве вам это запретить. Вы должны только доказать безопасность работ со всех точек зрения.
– Может ли градозащитная активность пойти на спад?
– На данный момент есть некоторая безответственность в действиях градозащиты. Думаю, два-три жестких решения администрации по привлечению к ответственности за противоправные действия, которые имеют место быть, – и градозащитное сообщество сойдет на нет в том виде, в котором оно существует сейчас.
– Какие планы у компании на ближайшую перспективу?
– Мы намерены увеличивать свою долю на рынке демонтажа. По итогам прошлого года по этому виду работ мы зафиксировали увеличение объемов работ, проводимых нашей компанией. Прирост составил не менее 25%. В прошлом году мы активно поработали на различных промышленных предприятиях Ленинградской области. Об этом особо никто не знает, но на самом деле там был проведен значительный объем работ. В ближайшем будущем будем продолжать развивать новые направления. В прошлом году мы активно занимались диверсификацией бизнеса. В частности, вышли на рынок работ по реконструкции с проектом «Красные бани». В планах – дальнейшее развитие промышленного проектирования, запуск направления «строительство». Будем заниматься уникальными проектами. Сейчас компания готовится к реализации гидростроительных проектов. Как говорится, не складывай яйца в одну корзину, и все у тебя будет хорошо.