Евгений Герасимов: Люди все больше думают о качестве жилой среды
Smart-квартал «LEGENDA на Комендантском» будет построен по проекту Евгения Герасимова. Это беспрецедентный факт, так как до сих пор знаменитый архитектор избегал участия в проектах массового сегмента. О том, как сделать в масс-маркете передовую архитектуру и что значит «качество в деталях», Евгений Герасимов рассказал в эксклюзивном интервью.
– Евгений Львович, сегодня, говоря о квартальной застройке, принято оперировать терминами «единая среда», «единая концепция», но на поверку это все оказывается лишь словами. В проекте на Комендантском пр. удалось добиться настоящих и честных решений?
– Начнем с того, что мировой тренд в создании жилой среды – это «сквозная концепция», единый замысел пространства: от общей идеи всего квартала до планировки каждой отдельной квартиры. Конечно же, в первую очередь это относится к большим проектам, где есть возможность создать независимый микромир со своим настроением, со своей иерархией ценностей, учитывающий реальные потребности будущих жителей. Важно отметить, что «сквозная концепция» включает в себя и так называемый периметр безопасности. Причем в слово «безопасность» вкладывается смысл намного шире, чем просто дойти без происшествий из точки А в точку Б. Нет! Речь идет в принципе о безопасности внутреннего пространства от влияния внешней среды.
Мы действительно видим, что в России медленно, но верно наблюдается отход от канонов традиционной советской застройки и все больше застройщиков пытаются обеспечивать своим жителям приватность территории, активно набирает популярность тезис «двор без машин». Но в квартале на Комендантском этот мировой тренд реализован полностью. Понятия «мой двор», «мой дом» и «моя квартира» здесь сливаются воедино. Иерархия пространства по мере выхода человека из квартиры не отдаляет его от ощущения «я дома», а, наоборот, усиливает это чувство, действительно окружая его и безопасностью, и комфортом до самого выхода из квартала.
– Как это реализовано на практике, и каким именно увидят свой двор жители квартала?
– С внутренней стороны квартал объединяется стилобатом с разнообразными функциями. Благоустройство, которое предполагается проектом, я уже сегодня могу смело назвать образцовым. Примером для подражания для нас стала Крымская наб. в Москве. Мы хотим, чтобы людям было комфортно, уютно, интересно. Чтобы они общались, отдыхали, заряжались этой энергетикой «своего дома». Чтобы во дворе и далее формировалось и укреплялось комьюнити, которое LEGENDA создает среди своих дольщиков еще на этапе строительства.
Дорожка, которая вьется вдоль всего двора, связывает воедино зоны с разным покрытием и разными ландшафтными решениями, разным назначением: для активного и тихого семейного отдыха, для занятий спортом, для детских игр, для общения и времяпрепровождения молодежи. Более того, многофункциональный двор как бы «втягивает» в себя прилегающую рекреационную зону, которая становится логическим функциональным и эмоциональным продолжением территории квартала. Это, кстати, обеспечивает еще и отличные видовые характеристики для квартир, выходящих внутрь квартала. Причем своя прелесть есть в видах с любого этажа!
– Какой мы увидим архитектуру нового smart-квартала, и почему выбраны такие решения?
– Фасад квартала станет, без сомнения, ярким акцентом в перспективе Комендантского пр. Сам участок проекта весьма необычный по форме. Но именно это позволило нам найти сильный архитектурный образ. Получилась не аморфная застройка, какую часто можно встретить в новых спальных районах, а настоящее произведение искусства, действительно законченный квартал – уютный, прочувствованный, с неповторимым внешним обликом и сильной энергетикой.
Экстерьерное решение увязывает весь квартал в одно целое, при том что каждое здание имеет свой опознавательный цвет, свой характер. Это пример человеколюбивой архитектуры: люди ведь разные, поэтому и дома у нас разные – с живыми, «подвижными» фасадами, с нарочито аритмичными остекленными лоджиями. Раскраска комплекса кажется хаотичной, но представляет собой четко выверенные переливы. Благодаря цвету, ритму и геометрии корпусов все это складывается в единую, яркую, действительно красивую картинку – как пазл, где каждый отдельный элемент важен для целостного восприятия всего изображения.
– Каким должно быть жилье XXI века, и что из этих требований вы вложили в новый проект?
– Люди все больше задумываются и о качестве строительства, и о последующей эксплуатации жилья. Их теперь всерьез интересует, как построен дом, из чего именно, насколько эти материалы и решения долговечны, сколько нужно платить за эксплуатацию и как долго ничего не надо будет ремонтировать. В этом плане LEGENDA своими первыми проектами уже доказала, что всерьез думает обо всех элементах и даже дальше, намного дальше других участников рынка.
Всего лишь один из таких примеров – фасадное решение для квартала. LEGENDA на своих первых smart-домах уже опробовала особую технологию сборки и монтажа фасадов из итальянского керамогранита – получилось ярко, надежно и действительно долговечно. Эта же технология будет применена и на Комендантском. Она позволила нам подойти к архитектуре квартала на новом качественном уровне: при простоте форм в полной мере используется игра цветом и фактурами.
– Как бы вы раскрыли применительно к новому кварталу значение слова «комфорт»?
– Если говорить в целом – обо всей совокупности решений и заложенных в проекте идей, то я уверен, что квартал на Комендантском имеет огромный потенциал – во времени, в эстетическом восприятии, в понимании комфорта. Люди оценят не только качество строительства, тихий двор, планировочные решения, но и общность замысла. Такое жилье будет радовать «от и до».
Комфорт – слово, которое сегодня многие используют по поводу и без. Важно, что застройщик и архитектор реально вкладывают в это понятие. Если из паркинга можно подняться на лифте к своей квартире – это комфорт. Если на входе в комплекс вас встречает просторный, удобный, действительно парадный вестибюль – это комфорт. Продуманные планировки – тоже комфорт. Но есть также комфорт эстетики, комфорт свежести, комфорт новизны подхода – то, что дает жителю дома, комплекса, квартала то самое ощущение внутреннего комфорта, гармонии с миром.
В интервью корреспонденту «Строительного Еженедельника» Агате Марининой генеральный директор компании Springald Виталий Никифоровский рассказал, с чем приходится сталкиваться при работе в историческом центре и отношениях с градозащитниками.
– Ваша компания – один из лидеров по проектам в историческом центре. И судя по всему, в ближайшем будущем работы меньше не станет ввиду программы по реновации.
– По количеству выполненных проектов в историческом центре города за последние два года мы действительно лидируем. Что же касается программы реновации, разработанной Смольным, то она станет одним из ключевых драйверов рынка демонтажа наравне с проектом вывода промышленных предприятий за пределы города.
В историческом центре износ по некоторым объектам составляет не менее 70%. Как минимум 30% домов постройки до 1917 года находятся в состоянии аварийности, в том чисел необратимой. Это последствия ошибок прошлого – мы не занимались капремонтом зданий, многие здания не ремонтировались 50-80 лет. Да и строились они без особого внимания и не «на века». Разбирая постройки, мы можем отметить плохое качество кирпича на некоторых объектах – экономили и до 1917 года. Некоторые здания в таком плачевном состоянии, что если их восстанавливать, то в результате получится те же здания, но из новых материалов – старые материалы непригодны для дальнейшего использования, то есть получится новодел, не соответствующий никаким современным нормам градостроительства, которые значительно изменились за последние столетия.
С учетом всех проблем говорить о том, что есть необходимость и технологическая возможность восстановления всех исторических зданий, – кривить душой.
– Например?
– В прошлом году мы проводили демонтаж на Заставской ул., 35. Здание образовывало единый фронт застройки с соседним заданием по Московскому пр., 128, – в советский период был залит бетоном тепловой шов между зданиями. Износ основных конструкций объекта был 90%. Здания, будучи прикрепленными друг к другу, действовали как единая конструкция, испытывали сверхнагрузку и разрушались. Вероятность саморазрушения была настолько велика, что когда техника зашла на площадку, если бы мы не предприняли соответствующее меры по укреплению соседнего здания, то хватило 2-3 ударов стрелой экскаватора, и оба здания сложились бы в один момент.
– Квалификация петербургских демонтажных компаний позволяет правильно оценивать ситуацию на объекте и выбирать оптимальный метод?
– Все компании делятся по своей специализации. Есть те, кто специализируется только на механическом демонтаже, есть демонтажники, выполняющие внутренние работы. Многие наши проекты находятся на стыке этих направлений.
Исторический центр – это всегда очень сложно. Некоторые здания стоят только потому, что держатся за соседние. Далеко не любую технику можно применять. Не все специалисты могут проводить работы. У нас есть технические возможности для ювелирного демонтажа и сверхтяжелое оборудование для массовой работы. Решающее значение имеет накопленный опыт работы с такими объектами, очень ответственные проекты.
В любом случае говорить о том, что сейчас придут какие-то варвары и уничтожат исторический центр, в корне неправильно.
– В Петербурге все же очень трепетно относятся к каким-то действиям в зоне исторической застройки.
– Историческая застройка требует уважения и имеет неоспоримую ценность, но мы не можем все залить эпоксидным клеем, убрать жителей, сделать весь центр зоной неприкасаемого отчуждения. Город – живой организм и должен развиваться.
В конце концов, есть законодательство, которое определяет режим охраны. Все ценные здания взяты под охрану. На всякий случай также охраняются объекты, которые в нынешнем виде особого культурного наследия не представляют.
В мире есть опыт работы с историческими кварталами. Один из вариантов – оставлять фасадную застройку, а внутри здания переконфигурировать. Половина Европы прошла по такому пути, и Петербург вполне может перенять этот опыт.
– С таким мнением явно не все согласятся.
– Сейчас модно заниматься градозащитой. Только не совсем понятно, какова конечная цель. За последние три года мы не увидели ни одного документа от градозащитного сообщества по вопросам сохранения и реновации исторической застройки. Сейчас их позиция сводится к запрету любой деятельности в центре. Хорошо, представим, что такое решение будет принято. Кто будет платить за банкет? За чей счет будет содержаться все это хозяйство?
У градозащитного сообщества сейчас есть несколько течений. И очень похоже, что в последние годы между ними, как во времена СССР, идет социалистическое соревнование «кто больше жизнь отравит девелоперу». Самый яркий пример того, к чему приводят необдуманные действия, – дом Шагина на Фонтанке. К этому году там уже должна была появиться гостиница, но инвестора остановили. В итоге мы имеем полуразрушенное здание с ограничением движения. И что теперь с этим делать, градозащита ответить не может.
– Вы считаете, что диалог с градозащитниками не имеет смысла?
– Можно постараться выстроить диалог. Но разговор может получиться только с теми людьми, которые в конечном итоге способны к производству чего-либо: концепций, решений, документов. Петербургские градозащитники же, на мой взгляд, стремятся вызвать скандал и пытаются на этом заработать. Не уверен, что их не используют для того, чтобы организовать атаку на конкурентов или из политических интересов.
– Какие стратегии в этом ключе выбирают демонтажные компании?
– Демонтажная компания – производитель работ. В абсолютном большинстве случаев к началу демонтажа у девелопера все документы собраны. Есть только один случай за продолжительное время, когда это было не так. За исключением этого инцидента я не помню за 10 лет ни одного снесенного здания, которое имело охранный статус. На момент начала работ по тому же дому Рогова у девелопера все разрешительные документы были собраны.
Часто пытаются закон об охранных зонах перекорежить. Ввести в него понятия, которые фактически запрещают работы в центре, поправки, противоречащие здравому смыслу. Возникают правовые коллизии. В Градостроительном кодексе нет понятия «разрешение на снос», есть «разрешение на строительство». Но Градостроительный кодекс – это Градостроительный кодекс. У нас есть еще Конституция РФ, которая определяет права собственников на имущество, и постройки на территории земельного участка являются имуществом. И если, к примеру, вы не собираетесь ничего строить на новом месте, выполнили все обременения и в какой-то момент приняли решение, что имущество уже устало жить и от него надо избавиться, ни одна инстанция не в праве вам это запретить. Вы должны только доказать безопасность работ со всех точек зрения.
– Может ли градозащитная активность пойти на спад?
– На данный момент есть некоторая безответственность в действиях градозащиты. Думаю, два-три жестких решения администрации по привлечению к ответственности за противоправные действия, которые имеют место быть, – и градозащитное сообщество сойдет на нет в том виде, в котором оно существует сейчас.
– Какие планы у компании на ближайшую перспективу?
– Мы намерены увеличивать свою долю на рынке демонтажа. По итогам прошлого года по этому виду работ мы зафиксировали увеличение объемов работ, проводимых нашей компанией. Прирост составил не менее 25%. В прошлом году мы активно поработали на различных промышленных предприятиях Ленинградской области. Об этом особо никто не знает, но на самом деле там был проведен значительный объем работ. В ближайшем будущем будем продолжать развивать новые направления. В прошлом году мы активно занимались диверсификацией бизнеса. В частности, вышли на рынок работ по реконструкции с проектом «Красные бани». В планах – дальнейшее развитие промышленного проектирования, запуск направления «строительство». Будем заниматься уникальными проектами. Сейчас компания готовится к реализации гидростроительных проектов. Как говорится, не складывай яйца в одну корзину, и все у тебя будет хорошо.