Антон Мороз: «Консолидированными усилиями мы задаем вектор развития отрасли»
Накануне значимого события в строительной сфере – юбилейной Всероссийской конференции «Саморегулирование в строительном комплексе: повседневная практика и законодательство», руководитель аппарата НОП Антон МОРОЗ рассказал о первоочередных задачах профессионального сообщества, проводимой работе и ее результатах.
Национальное объединение проектировщиков ежегодно поддерживает конференцию, причем, не только участвуя в пленарном заседании, но и организуя свои собственные секции на актуальные для отрасли темы.
- Какие вопросы будут обсуждаться на предстоящем форуме?
- По традиции, в рамках пленарного заседания поднимаются волнующие профессиональное сообщество темы, которые формально можно разделить на четыре блока. Во-первых, это взаимодействие саморегулируемых организаций с органами государственной власти – а это, прежде всего, привлечение профессионалов к разработке законопроектов и внесению поправок в действующее законодательство. Во-вторых, вопросы деятельности национальных объединений. Третий блок посвящен подведению итогов пятилетнего опыта саморегулирования и приоритетам развития системы. Наконец, заключительный блок вопросов касается состояния предпринимательского климата, развития малого и среднего бизнеса в строительной отрасли России. Безусловно, и в рамках пленарного заседания, и в ходе работы тематических секций будут обсуждаться такие вопросы, как правовое обеспечение отрасли, нормотворчество, практика работы саморегулируемых организаций (информационная открытость, имущественная ответственность, защита средств компенсационных фондов), подготовка кадров и другие темы.
Чтобы все участники пленарного заседания могли непосредственно участвовать в обсуждении, задавать вопросы спикерам, пленарное заседание будет проходить в формате открытого диалога с представителями органов власти и национальных объединений СРО. Учитывая прошлогодний опыт, это будет увлекательный, порой острый, предметный и серьезный диалог.
- В работе национальных объединений очень важно взаимодействие с властью. Как НОП осуществляет эти взаимоотношения?
- Наша система отношений с властью построена на ежедневном тесном контакте на всех уровнях. НОП выступает одним из основных представителей экспертного мнения, проводит экспертизу нормативно-правовых документов, готовящихся профильными министерствами. Часть законодательных инициатив по реформированию отрасли, а также системы саморегулирования мы готовим для депутатов – членов профильного комитета Госдумы РФ. Мы наладили взаимодействие с Аппаратом Правительства РФ и вице-премьером РФ Дмитрием Козаком, являемся экспертным институтом для Минстроя, Минрегиона, Минтранса, ФАС, Ростехнадзора. Ведем активную работу с региональными органами власти через наших представителей в регионах. Сегодня практически с каждой губернией подписаны соглашения о сотрудничестве, в рамках которых мы занимаемся вопросами развития территорий, территориального законодательства и нормативов.
Все мероприятия, связанные с разъяснительной работой и выработкой государственной концепции развития градостроительства, государственной политики в области проектирования и строительства, проводятся совместно с профильными министерствами, крупнейшими ассоциациями и национальными объединениями. Консолидированными усилиями мы задаем вектор развития отрасли.
- Каковы цели НОП в части совершенствования профильного законодательства?
- Наша основная задача – подготовка системного закона, полностью описывающего деятельность СРО. Необходимо устранить те ошибки, недоработки, которые существуют в Законе «О саморегулируемых организациях» и в других законах, регулирующих проектно-строительную отрасль. Следует переписать Градкодекс, чтобы он был ориентирован на систему градостроительного планирования и развитие градостроительной деятельности. При активном участии специалистов НОП, экспертов СРО и представителей НОП в регионах, Нацобъединением подготовлен пакет законопроектов и предложений, направленных на совершенствование системы саморегулирования в проектно-строительной отрасли.
- Чего уже удалось достичь?
- Из достижений назову несколько. В первом чтении был принят наш законопроект «О внесении изменений в Градостроительный кодекс РФ» в части установления субсидиарной ответственности СРО взамен солидарной.
В связи с проблемной ситуацией в банковском секторе и необходимостью расширения перечня объектов инвестирования средств компенсационного фонда СРО, мы разработали законопроект. В качестве ключевого было выдвинуто предложение о необходимости пересмотра способов размещения средств компфонда и разрешения дополнительных способов эффективного размещения средств через иные механизмы. Мнение проектировщиков было услышано, и в новом законопроекте для средств компенсационного фонда предложен более объемный перечень инвестиционных инструментов.
Минэкономразвития России и Комитет Госдумы РФ учли предложения НОП в ФЗ «О федеральной контрактной системе» о проведении двухэтапного конкурса для заключения контракта на выполнение проектных работ. Помимо единых квалификационных требований к участникам процедур закупок устанавливаются такие требования, как профессиональная квалификация, программная и техническая оснащенность, финансовые ресурсы для исполнения контракта, опыт, деловая репутация и т.д.
Разработанный НОП законопроект, касающийся государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей (закон № 129-ФЗ), позволит устранить пробел и обязать профильные органы власти вносить в ЕГРЮЛ и ЕГРИП сведения о выданных допусках. Если информация о компании будет находиться в едином документе – выписке из ЕГРЮЛ или ЕГРИП, это даст возможность дисциплинировать саморегулируемые организации в части оперативности предоставления информации в органы государственной власти, ответственные за ведение реестров СРО.
В защиту интересов проектировщиков и инженеров НОП разработал свой перечень ОКВЭД, в который вошли, в том числе, виды деятельности по разработке территориального планирования, градостроительного зонирования и планировки территории, обеспечивающие устойчивое развитие территорий.
Все разработанные НОП документы готовятся к рассмотрению Госдумой РФ в осеннюю сессию, а также проходят согласование в профильных федеральных органах исполнительной власти, и у нас есть уверенность, что будут ими поддержаны.
Гидрологические изыскания для ЗАО «ЛенТИСИЗ», одной из крупнейших и старейших изыскательских организаций в Санкт-Петербурге, были и остаются важным направлением деятельности. О настоящем и будущем гидрологии в интервью «Строительному Еженедельнику» рассказали Антон Устинов, начальник отдела гидролого-экологических изысканий, и Ольга Ходкина, главный специалист этого же подразделения ЗАО «ЛенТИСИЗ».
– Подход к гидрологическим исследованиям наверняка менялся со временем. В чем для вас самые существенные перемены?
Антон Устинов: Раньше были многочисленные поездки в разные регионы, мы много работали по южному региону, в частности на Северном Кавказе. Практически ЛенТИСИЗом был охвачен весь район Большого Сочи – от Туапсе до Адлера. После 1995 года начали появляться организации, которые занимаются проектированием и изысканием под конкретные объекты, например проектирование автомобильных дорог, и объемы наших работ существенно сократились.
Ольга Ходкина: Чем это плохо для объектов? У нас база данных, богатая библиотека, высокая степень изученности района, качественные архивы (с 1998 года – в оцифрованном виде). Я читаю наши старые отчеты, и они мне кажутся намного более качественными, чем иные современные отчеты сторонних организаций. Изыскания под водозабор, под сброс – да под любой вид работ велись до полугода и дольше. Сейчас полевые работы нередко выполняются в течение одного-двух дней, по упрощенной схеме.
А.У.: Стало уже повсеместной практикой проводить изыскания под строительство, забывая о гидрологии. Заказчики даже не закладывают средство в смету. И когда уже надо заносить проект в экспертизу они понимают или им подсказывают, что не все изыскания выполнены и надо срочно провести гидрологические изыскания за малую цену, а главное быстро.
– Чем именно чревато пренебрежение к гидрологии?
А.У.: Серьезными разрушениями: размыванием берегов, мостовых опор. Некорректно выбранное место для прокладки дюкерного перехода – трубы, по которой будет осуществляться забор либо сброс воды, например на реке со сложным русловым процессом приводит к аварийным размывам.
О.Х.: Неправильный промер глубин ведет к тому, что труба будет заложена выше или ниже требуемого, а это влечет либо деформацию (и заиление), либо закладку оголовка выше необходимого (и в маловодный год он окажется над уровнем воды).
– А какие гидрологические изыскания наиболее характерны для Санкт-Петербурга?
А.У.: В последнее время мы сталкивались с изысканиями для строительства канализационных очистных сооружений (КОС) – это район Шувалово, Мурино, Коломяги. Делали изыскания для нескольких дюкерных пересечений на р. Охте (в районе Мурино).
– Все ли спокойно в районах новой массовой застройки с точки зрения гидрологии?
А.У.: Нет, не все. Например, недавно мы работали вблизи Шуваловского проспекта. Одна строительная организация обратилась к нам в связи с тем, что есть подтопление нового шоссе. Пока ищем решение данной проблемы.
– А муринская застройка проблемна?
О.Х.: В Мурино за железной дорогой предполагается огромный район под застройку – на водосборе ручья, со строительством мостов. Мы провели обследование ручья, а дальше все зависит от опыта и знаний проектировщиков.
– Вашим специалистам-гидрологам опыта хватает?
О.Х.: Не всегда. Сейчас мало найдете гидрологов 45-50 лет. Как правило, люди нашей профессии либо уже в возрасте, либо 30-35-летние. А опыт-то должен передаваться по цепочке. Из-за экономического провала, когда в 1990-е годы не было работы, люди поменяли сферу деятельности ушли от официальной профессии, переквалифицировались, сейчас даже обратиться за советом особо некому.
– Каковы сегодня шансы на развитие рынка гидрологических изысканий?
О.Х.: Это будет зависеть от того, насколько важным считают их проведение проектировщики и, главное, заказчики. Эксперты требуют результаты гидрологических изысканий. Но сами эксперты, к сожалению, не всегда соответствуют требованиям, предъявляемым к специалистам такого ранга. Иногда по замечаниям экспертов понимаем, что в экспертизе далеко не все обладают необходимым уровнем знаний. К сожалению, это характерно не только для гидрологии. В геологии, экологии та же картина.
– Что скажете о доле гидрологии в общем объеме изысканий ЗАО «ЛенТИСИЗ»?
А.У.: Сейчас мы вышли на стабильный уровень. Если год не особо загружен крупными проектами, мы выполняем в среднем 15 объектов. Сложно сказать, какую долю занимают они в общем объеме изысканий треста. Трудозатраты, знания у всех одинаковы. Что касается стоимости и важности изысканий – конечно, мы за то, что геологические изыскания очень важны. Но и гидрологические изыскания на конкретных объектах также немаловажны.
В последнее время в ЗАО «ЛенТИСИЗ» сократилось количество комплексных изысканий. Понятно, что заказчики стремятся оптимизировать затраты. Но при этом забывают, что комплексные инженерные изыскания более качественны и в конечном счете обходятся дешевле.
О.Х.: Мы выполняем работы по определению возможности обеспечения потребностей в воде и организации различных видов водопользования (это как раз касаемо водосбросов и водозаборов). В числе решаемых нами задач – выбор мест размещения площадки строительства для предотвращения ее подтопления, инженерная защита от неблагоприятных метеорологических воздействий. Кроме того, мы выполняем изыскания под проектирование автомобильных, железных дорог (проектирование мостовых переходов), прокладку трубопроводов, дюкерных переходов.
– А какова динамика гидрологических изысканий в ЗАО «ЛенТИСИЗ» в последнее время?
А.У.: Почему-то много заказов на гидрологические изыскания появляется осенью: промерные работы, работы на реках любят заказывать именно в период неустойчивого ледостава. Заказчик не понимает, что осенью условия неблагоприятные. Удлиняются сроки выполнения, плюс за счет эксплуатации оборудования в холода электроника работает очень неустойчиво. Например, электронные тахеометры надежны максимум до -20˚С. Между тем есть прекрасный летний сезон.
О.Х.: Наши изыскания неразрывно связаны с природными явлениями. Например, лучше увидеть половодье – значит, надо поработать весной. Промерные работы лучше выполнять со льда. Упускается подходящий момент, когда можно было приехать и увидеть все натурно.
– Полевые исследования остаются настолько важными?
А.У.: Без натурных наблюдений никаким образом не обойтись. Уже потому, что есть районы малоизученные, где невозможно воспользоваться аналогами: в Новгородской, Псковской областях, на отдаленных территориях Ленинградской области.
О.Х.: Раньше изучением гидрологического режима рек занимались неотрывно, выпускались каждый год ежегодники, в которых находилась информация по постам. Но в 1990-е годы много постов гидрологических наблюдений, на которые мы завязаны, было закрыто. Сегодня, если у нас есть гидронаблюдения до 1990-х годов, этот ряд необходимо продлить. А как это сделать, если пост закрыт? Мы уже не видим тенденцию изменения уровня воды. А сейчас, например, на водотоках Ленинградской области есть тенденция к его снижению. Из-за чего? Так ведь никто не ведет наблюдения. Раньше данные регулярно обновлялись в справочных пособиях. Теперь информацию можно только купить в том же Гидрометцентре.
– Получается, что перспективы вашей отрасли, мягко говоря, не вызывают оптимизма?
А.У.: Пока для проектирования требуются гидрологические изыскания, думаю, ничего плохого с нашей отраслью происходить не будет. Просто хотелось бы, чтобы гидрологию ценили, как она того заслуживает. Мы в этом заинтересованы, и это, на наш взгляд, важно для проектов.
– А какова цена типичного для Санкт-Петербурга контракта на гидрологические изыскания?
А.У.: Минимум – это 150-200 тыс. рублей. Все зависит от объема работы. Тот же сброс может располагаться на мелком ручье или канаве либо на р. Волхове.
О.Х.: Кстати, из-за острой конкуренции стоимость инженерно-гидрометеорологических изысканий падает. Но при этом снижается и качество: чем меньше цена контракта, тем больше необходимых пунктов будет исключено. Чаще всего исключается полевой сбор данных либо изыскания выполняются поверхностно, торопливо. Например, в зависимости от ширины реки делается определенное количество промерных точек, которое при удешевлении работ может быть сведено к минимуму. Сокращается количество проб воды, расходов воды, проведенных в поле.
А.У.: Камеральные работы при этом тоже страдают. Потому что пишем заключение просто по изученности района, без подробностей. Страдаем из-за того, что если хотим оттолкнуться от какого-то аналога, должны купить данные по нему. Например, показатели расхода воды за 10 лет. Но это в разы увеличивает смету. Так, на выписку материалов по расходам воды за 15 лет работы поста может быть потрачено 60-90 тыс. рублей. Заказчик соглашается на такое удорожание далеко не всегда.
– Как меняется территория вашего присутствия?
А.У.: Дальних объектов стало очень мало. А мы бы хотели на них работать – это интересно, это расширяет кругозор. Санкт-Петербург и Ленинградская область для нас районы хорошо изученные. С другой стороны, и здесь есть речки, на которых мало проводилось работ. Например, интересна р. Оредеж (мы как раз недавно там выполняли изыскания). Представляет интерес для гидролога и р. Вруда, протекающая в верхнем течении в зоне карста. Зацикливаться на канавах, безусловно, нет желания. Хотелось бы заниматься именно гидрологией.