Александр Погодин: «Формат апартаментов - шанс вывести аренду из тени»
Генеральный директор сети апарт-отелей YE’S Александр Погодин рассказал «Строительному Еженедельнику» о развитии сегмента апарт-отелей в двух столицах, а также о том, почему развитие этого формата может быть выгодно государству.
- Каковы перспективы развития сегмента апарт-отелей в Петербурге?
- Считаю, что рынок апартаментов в городе сформировался. У нас уже есть солидный пул таких проектов в городе – около 4-5 апарт-отелей в активной стадии строительства. Это хорошее начало и в будущем рынок будет только расти. При этом важно насколько формат апарт-отеля будет соответствовать этому названию. Если на рынок хлынет жилье, не обеспеченное инфраструктурой, которое застройщики будут называть апартаментами, это послужит сегменту дурную службу. А зачастую именно так и происходит.
- При этом в городской администрации такой формат приняли в штыки – он никак не регламентирован и контролировать такие проекты невозможно…
- Если действительно случается такая подмена понятий, злоупотребления застройщиками и попытка уйти от социальных обязательств, то все это нужно просто фиксировать на законодательном уровне, а не давить административным ресурсом, когда реализация проектов уже началась. Одно дело, когда вы строите дом без инфраструктуры или вовсе покупаете общежитие, приватизируете и распродаете по комнатам – это, безусловно, ненормальное явление. Власти города должны знать, что именно строится на участке, а не ставить весь сегмент под запрет. Например, мы никогда и не скрывали, что мы не строим жилье в общепринятом смысле. У нас другие цели и задачи, в нашем проекте жить семьей, по большому счету, будет просто неудобно. Мы не пропагандируем этот формат жизни. Но знаем, что есть огромное количество людей, среди которых востребован именно этот формат арендного жилья.
- Что это за категория людей?
- Например сейчас город активно развивает автосборочные предприятия, медицинский кластер, другие сферы промышленности. И в город привлекаются квалифицированные кадры. из других регионов, которых попросту негде селить. Я знаю, что многие работодатели выделяют деньги в конверте работникам на съем жилья по серым схемам. Но ведь им самим это неудобно. Это нельзя официально списать на корпоративные затраты, это трудно контролировать. Уже сегодня мы имеем запросы на корпоративную аренду большого пула недвижимости. И работодатель, кстати, заинтересован организовать для своих работников сопутствующие услуги - клининг, трансферы и так далее.
- По какой схеме реализовывали апартаменты?
- Весь объем апартаментов мы про давали по 214 ФЗ. При этом мы могли его продавать его по закону об инвестициях, но мы пошли на то, чтобы продавать площади по максимально безопасному для граждан механизму. Нас пытались в этом упрекнуть, мол 214 ФЗ предполагает исключительно продажу жилья. Но мы предоставляем нашим инвесторам больше гарантий, нежели те нормативные акты, к которым нас подталкивают. И чиновники сами начинают понимать, что «проблема апартаментов» – надуманная.
- Сам формат апарт-отелей – это удел столичных городов или он может выйти в регионы?
- Рано или поздно он там появится. Уже сегодня мы активно присматриваемся к городам-милионникам. Вместе с тем, на данный момент потенциал рынка Москвы и Петербурга очень большой. Те несколько проектов, которые есть в двух столицах – это капля в море. У нас многомиллиардные обороты арендного рынка, которые сегодня находятся в тени. И развитие сегмента апартаментов – это возможность вывести из тени, легализовать этот бизнес. В этом заинтересованы и органы власти. На рынок выйдут тысячи квартир, которые будут сдаваться по закону и люди будут платить положенные налоги в городскую казну.
Справка:
Открытие первых двух апарт-отелей в Петербурге намечено на осень 2014 года. Это проект YE’S в Выборгском районе Петербурга от ГК «Пионер» и проект Vertical от NAI Becar. Эти проекты представляют собой Кондо-отели (сервисные апарт-отели) – тип недвижимости, объединяющий преимущества отеля и кондоминиума. Они представляют собой отели, право собственности на номера в которых принадлежит разным владельцам. Подобные комплексы для временного проживания с гостиничной инфраструктурой, включающей рестораны, бары, спа-клубы, салоны красоты, бассейны, конференц-зоны управляются квалифицированным оператором, однако принадлежат частным инвесторам. Последние могут приобретать как отдельные юниты, так и целые этажи для сдачи в аренду.
Анатолий Молчанов, главный инженер Санкт-Петербургского института «Атомэнергопроект» (СПбАЭП), рассказал корреспонденту газеты «Строительный Еженедельник» Лидии Горборуковой об особенностях рынка проектирования атомных энергообъектов и современных системах безопасности АЭС.
– Активно ли сегодня развивается атомная энергетика в России и мире?
– Портфель заказов, который есть у института, лишний раз подтверждает, что у атомной энергетики как в России, так и в мире в целом хорошие перспективы. В России сегодня строится 11 атомных реакторов. Санкт-Петербургский «Атомэнергопроект» работает по проекту ЛАЭС-2, четвертому энергоблоку Белоярской АЭС – БН-800 (реактор на быстрых нейтронах), который в нынешнем году будет выходить на этап физического пуска. Институт также ведет проектирование первой Белорусской АЭС в Островце. Нашим традиционным партнером является Китай, где первые два энергоблока Тяньваньской АЭС, построенной по нашему проекту, уже пять лет находятся в эксплуатации. Сейчас идет сооружение еще двух энергоблоков. Активно развивается атомная энергетика у нашего ближайшего соседа – Финляндии, где мы также предполагаем вести проектные работы. Кроме этого, наш институт является генпроектировщиком MIR.1200 – проекта, представленного Российско-чешским консорциумом на тендер по достройке АЭС «Темелин» в Чехии.
– Насколько насыщен российский рынок компаний, проектирующих атомные станции?
– Вообще игроков рынка проектирования атомных объектов в России можно пересчитать по пальцам одной руки. В России сложился устойчивый триумвират компаний, которые выступают генеральными проектировщиками. Существует три института «Атомэнергопроект» – в Москве, Санкт-Петербурге и Нижнем Новгороде. Плюс ОАО «Головной институт ВНИИПИЭТ», расположенный в Санкт-Петербурге. Однако пока он большими промышленными объектами не занимается, но тем не менее «среднюю» энергетику проектирует. В качестве разработчиков реакторной установки ВВЭР (водо-водяной энергетический реактор) традиционно выступают ОКБ «Гидропресс» из Подольска и Курчатовский институт. Разработкой реакторов на быстрых нейтронах занимаются ОАО «ОКБМ Африкантов» в Нижнем Новгороде и Физико-энергетический институт им. А.И. Лейпунского в Обнинске.
Но даже на этом узком рынке происходят изменения. Уже в течение года идет процесс слияния двух структур – ОАО «Головной институт ВНИИПИЭТ» и нашего института.
– Что повлечет за собой появление на рынке новой структуры?
– Слияние двух крупных проектных институтов было продиктовано желанием Росатома создать на Северо-Западе очень мощное проектное подразделение атомной отрасли. ОАО «СПбАЭП» станет филиалом головного института «ВНИИПИЭТ». В конечном итоге у объединенного предприятия появится новое название, над которым мы сейчас думаем.
Если мы занимаемся исключительно гражданской энергетикой, то ВНИИПИЭТ работает и на оборонную отрасль. Объединение в первую очередь позволит нам расширить компетенции. Плюс слияние даст нам возможность привлечь дополнительные ресурсы. В конце июня слияние предприятий завершится.
Несмотря на малое количество игроков, конкуренция на рынке проектирования атомных объектов есть. Она особенно проявляется при участии в крупных тендерах и конкурсах. Каждый из проектных институтов имеет специфику и по ряду проектных работ привлекает субподрядные организации. Вот тут разворачивается активная конкурентная борьба. Мы тоже привлекаем подрядные компании, да и сами по некоторым объектам работаем как субподрядчики. Например, по гидротехническим работам.
– Сколько стоит создание проекта атомного энергоблока?
– Полное сооружение АЭС из двух энергоблоков мощностью 1200 МВт каждый от стадии изыскательских работ, проекта и до ввода в эксплуатацию составляет около 230-240 млрд рублей. Порядка 7% от этой суммы приходится на проектирование. Первый энергоблок, как правило, имеет более высокую стоимость. Это связано с тем, что есть множество вспомогательных систем, которые вводятся вместе с ним, а второй блок подключается к уже готовой инфраструктуре и не требует дополнительных затрат. Необходимо отметить, что на цену значительно влияют вопросы безопасности, экологии.
Любая парогазовая установка с точки зрения сооружения и затрат будет проще и дешевле – она окупит себя лет за 5-7 лет, а атомная станция – за 10-15 лет. Но экономический эффект достигается именно в процессе эксплуатации.
– Сколько времени проектируется атомная станция? Можно ли заложить в проекте атомной станции возможность ее роста?
– Проектирование атомной станции длится около 5-6 лет. Первые три года ведется подготовка технического проекта, потом начинается строительство, и параллельно выпускается рабочая документация. В технический проект мы закладываем тип оборудования по прошлому опыту, но когда в процессе закупок выбирается конкретное оборудование, в проект вносятся изменения.
Мы заявляем, что срок эксплуатации атомной станции – 60 лет. Можно говорить о продлении срока эксплуатации атомной станции после проведения ревизии основного оборудования. Сейчас подобные процедуры происходят на многих энергоблоках в России – на Кольской АЭС, Ленинградской АЭС. Увеличение мощности энергоблока возможно в пределах 4-5%. Например, увеличение топливной компании с одного года до полутора лет существенно улучшает коэффициент использования установленной мощности. Но глобально нарастить мощность АЭС можно только с вводом новых энергоблоков.
– Чем дальше развивается отрасль, тем больше внимания уделяется безопасности атомных станций. Какие инновационные технологии появились за последние годы?
– Эволюция технологий по обеспечению безопасности происходит на разных уровнях. Во-первых, постоянно совершенствуется топливная составляющая – конструкции топливных таблеток становятся более надежными. Во-вторых, есть непосредственно реакторная установка – корпус реактора, насосы, парогенераторы, которые совершенствуются и по технологии, и по материалам.
В чем как таковая проблема с безопасностью атомной станции? Заглушить ядерную реакцию несложно. Можно это сделать специальными стержнями или ввести жидкий поглотитель. Но существуют остаточные тепловыделения, и если не обеспечить отвод тепла, можно получить неприятности. На АЭС Фукусима-1 цунами сбило генераторные установки, а без электричества насосы не работали, и значит, было нечем отводить остаточное тепло.
Поэтому помимо активных систем безопасности, работающих от электроэнергии, следует предусматривать в проекте и пассивные системы безопасности. Сейчас все наши проекты обеспечены такими системами. Их действие основано на законах физики и происходит естественным образом. Это и есть прогресс в системах безопасности – сочетание активных и пассивных систем.
Современной атомной станции не страшно даже падение небольшого метеорита. Конструкция энергоблока имеет двойную защитную оболочку. Внутренняя оболочка защищает от выхода наружу радиоактивных веществ, а внешняя является своеобразной броней от внешних воздействий – торнадо, ураганов, падения самолетов и т. д.
Но по целевым показателям вероятностного анализа безопасности, который обязательно проводится при разработке проекта, плавление активной зоны может случиться не чаще, чем один раз в миллион лет, а выброс радиоактивности с современной АЭС – еще реже.