Николай Кутьин: «Саморегулирование должно стать опорой российской системы управления»
Николай Кутьин, вновь избранный президент Национального объединения строителей, в интервью газете «Строительный Еженедельник» рассказал, что он противник революций, а выступает за эволюционный путь развития саморегулирования в строительстве.
– Какие задачи вы как новый президент НОСТРОЙ ставите перед саморегулируемыми организациями?
– Сейчас в НОСТРОЙ зарегистрировано 273 СРО. С одной стороны, я являюсь генеральным директором строительной компании «Трансинжстрой», которая входит в СРО, и одновременно я избран президентом Национального объединения строителей. Соответственно, я вправе судить о двусторонних задачах. Для меня как руководителя крупной организации на строительном рынке система саморегулирования должна быть привлекательной, понятной, ясной, помогающей в моей повседневной работе. С другой стороны, как вновь избранному президенту НОСТРОЙ мне предстоит решать более высокие задачи. И в этой связи саморегулирование должно стать опорой всей российской системы управления. Именно посредством института саморегулирования устанавливаются нормы и правила, обеспечивается выполнение важнейших задач – безопасное ведение работ, качественное строительство и т. д. Для того чтобы этот механизм заработал в полной мере, сегодня требуется внесение изменений в законодательство, которое усилит основы саморегулирования как общественного института. Злые языки на Западе говорят, что у нас нет демократии. Последний Всероссийский съезд НОСТРОЙ показал обратное – демократия есть. Выборы проходили очень сложно. Было много претендентов, много обсуждений. Никто не может сказать, что было единодушное голосование. Уверен, что в будущем именно саморегулирование станет демократическим институтом нового формата. И для меня как президента НОСТРОЙ важнейшей задачей является его развитие.
– Какими принципами вы будете руководствоваться на посту президента НОСТРОЙ?
– Я считаю, что президент НОСТРОЙ обязан присутствовать на окружных конференциях, потому что именно на них обсуждаются самые важные задачи о развитии профессионального сообщества. Если президент что-то предлагает, то он должен делать это лично, иначе получится эффект испорченного телефона. Если он сам не слышал, о чем говорили на окружных конференциях, то это интерпретация. Поэтому только постоянное участие президента в жизни саморегулируемого сообщества обеспечит правильную связь с внешним миром, правительством РФ, федеральными органами исполнительной власти, Государственной Думой и другими организациями. Президент НОСТРОЙ должен представлять интересы строителей, слыша их просьбы из первых уст и понимая их. Мнения участников строительного рынка должны суммироваться и представляться как открытая платформа, на основе которой будут принимать дальнейшие стратегические решения в органах законодательной и исполнительной власти.
Я считаю очень важной в своей работе полную открытость. Нам сегодня нужно делать так, чтобы любое предложение, которое поступает в совет НОСТРОЙ, быстро распространялось среди всех участников СРО. В идеале по каждому конкретному вопросу должны иметь возможность высказаться окружные конференции. И суммируя эти предложения, уже голосовать на совете. Иначе возникают справедливые оттенки недовольства, когда вопросы решаются за кулисами. Еще раз подчеркну, я выступаю за полную открытость, ясность принимаемых решений, каждое из которых заведомо должно быть распространено среди всех участников СРО, чтобы каждый мог выразить свое мнение.
– Рассматриваете ли возможность уйти с поста генерального директора строительной компании и полностью посвятить себя работе в национальном объединении?
– Хочу заметить, что у меня нет личного бизнеса. Поэтому если возникнут противоречия между работой в НОСТРОЙ и руководством в ОАО «Трансинжстрой», то я напишу заявление об увольнении и полностью сконцентрируюсь на работе в Национальном объединении строителей. Противоречий точно не будет. Поверьте, буду работать. Нам предстоит сложный год. Я надеюсь, что все СРО будут работать эффективно, качественно. Потому что-то, что сегодня есть, – это хороший базис, именно его нужно развивать и двигать вперед. Для этого должен работать не только президент, нужны общие усилия: важно, чтобы к решению задач подключились и совет, и комитеты НОСТРОЙ, и саморегулируемые организации.
– Кто станет вашими ближайшими соратниками в достижении тех целей, о которых вы сказали? Будут ли изменения в кадровом составе НОСТРОЙ?
– Я хочу подчеркнуть, что система саморегулирования будет продолжать свою работу в том составе, что есть: есть избранные координаторы по округам, есть председатели комитетов НОСТРОЙ, и есть сформированный совет. Это и есть моя команда. Они уже знают, что делать. Вопрос в одном: правильно поставить задачи и вовремя спросить отчет об их исполнении, чтоб была ответственность. На прошедшем Всероссийском съезде СРО в строительстве по всем основным вопросам отчитывался руководитель аппарата НОСТРОЙ, но это неправильно. Отчет должен делать президент, потому что он говорит о результатах работы, которую ему доверили. В этом случае понятна эффективность. Я администратор, руководитель. Я понимаю, как построить систему, чтобы она была работающей. Как я уже сказал на съезде, я выступаю за эволюцию, а не революцию. Надо использовать фундамент, который есть, и строить будущее на нем.
– Представители СРО задают много вопросов по формированию членских взносов. Будут ли они снижаться или, наоборот, расти?
– Я сторонник, чтобы этот вопрос рассматривался постоянно. Твердо установленная планка в отношении размеров членских взносов – это абсурд. Например, мы утвердили бюджет на 2014 год, поделили его на количество членов и поняли, кто сколько должен внести. Мы направляем предложения в СРО, они смотрят их эффективность, соглашаются или дают свои замечания. Это нормальная работающая система. Взносы – это не стабильная величина. Она зависит от тех задач и бюджета, который есть у национального объединения. В кризисных ситуациях взносы могут снижаться, и, наоборот, при росте наших возможностей можно увеличить и взносы.
– Вы говорите о выстраивании диалога между профессиональным сообществом и государственной властью. С каким первым предложением вы готовы выйти?
– У нас уже сформирован пакет предложений. Но для того чтобы я уверенно представил его представителям власти, мне нужно обсудить наработки на окружных конференциях НОСТРОЙ. Важно, чтобы это было консолидированное решение. Я надеюсь, что за май – начало июня мы обсудим все предложения, вычленим главные и представим их на суд Государственной Думе, Федеральному Собранию, Министерству строительства, правительству РФ и другим.
Диалог с властью уже есть. Когда я давал согласие на то, чтобы баллотироваться в президенты Национального объединения строителей, то прежде всего я убедился, возможно ли это. Если бы я почувствовал, что невозможно, то не стал бы этого делать. Это большая ответственность. Если ты ее берешь на себя, то должен понимать, выполнишь обязательства или нет. Я считаю, что нам это по силам.
Внутри профессионального сообщества есть определенные разногласия, но они носят технический характер. Я надеюсь, что мы их нивелируем. Главное, не задерживаться, а двигаться вперед.
О современном состоянии рынка диагностики в энергетике, особенностях проведения энергоаудита в России и за рубежом, а также об иностранном опыте, который отечественная отрасль должна перенять, корреспонденту «Строительного Еженедельника» Кристине Наумовой рассказал исполнительный директор ООО «Квадро Электрик» Артем Денисов.
– Как вы оцениваете государственную программу по энергосбережению и уровень ее выполнения?
– До целевых показателей экономии, утвержденных 261-ФЗ, исходя из доклада заместителя министра энергетики Антона Инюцына, сделанного в рамках круглого стола по энергоэффективности на Х Красноярском экономическом форуме, мы пока не дотягиваем. За 2011‑2012 годы сокращение энергоемкости ВВП составило 2,2%, из них только 1,5% – результат мероприятий государственной программы повышения энергоэффективности. Минэнерго заявляет, что если двигаться дальше такими темпами, то к 2020 году показателя в 40% мы не достигнем, а получим всего лишь 20-22%. Господин Инюцын основной причиной такого отставания называет серьезный износ основных фондов (отставание от наилучших доступных технологий в некоторых отраслях огромное, энергозатраты на производство больше, чем в Китае, на 26%, а чем в США – на 90%), поэтому качественное ускорение темпов выполнения программы возможно только при пересмотре стимулирующих мероприятий. Можно присмотреться к зарубежному опыту. Мне нравится китайский вариант заключения целевых соглашений с производствами, по которым они обязуются сократить потребление до определенных показателей.
– Как вы можете оценить пункт программы об обязательном энергоаудите?
– Достаточно понятно желание государства максимально быстро сократить энергоемкость ВВП. Пока Россия на 124‑м из 141 места в рейтинге Международного энергетического агентства по этому показателю. Отсюда желание быстро провести энергоаудит для всех крупных потребителей энергоресурсов и госструктур в краткие сроки. Однако рынок не был готов качественно обеспечить возникший спрос на энергоаудиторские услуги, и поэтому паспортизация, которая должна была помочь компаниям встать на путь экономии, вылилась, скорее, в перепись структуры энергопотребления предприятий. Ну что может порекомендовать компания организации, когда она делает энергопаспорт за один-два десятка тысяч рублей, серьезно демпингуя на конкурсной процедуре? Хотя это уже что-то, учитывая, что раньше далеко не все госорганизации были обеспечены счетчиками. Теперь государство сможет хотя бы проанализировать структуру энергопотребления, а компании научатся лучше считать энергозатраты. Важный тезис энергосбережения – нельзя сберегать то, что нельзя учесть. Есть здесь, конечно, и недоработки Минэнерго – регулирование рынка не было хорошо проработано сразу.
– Как энергоаудит проводится за границей? Какой опыт нам необходимо перенять?
– Для энергосбережения необходимы стимулы. Например, на Западе они самые меркантильные – сэкономить деньги, тем более цены на энергоресурсы там значительно выше, чем у нас. Энергоаудит там проводится как мероприятие, которое делает энергосервисная компания для того, чтобы разобраться, можно ли инвестировать деньги в организацию, сократив ее энергопотребление за счет установки оборудования и внедрения энергосберегающих мероприятий, чтобы делить доход в долгосрочной перспективе. Энергосервисная компания окупает инвестиции с доходом, а организация сразу меньше платит за энергоресурсы. Часто энергоаудит делается бесплатно. Нам не хватает мотивации на снижение энергопотребления – это слишком долгосрочные инвестиции, такими категориями бизнес зачастую не мыслит. Комфортные сроки окупаемости инвестиций для собственников сейчас – не более 3 лет.
– С какими сложностями при работе с клиентами вы сталкиваетесь?
– Сложно объяснить заказчику, что, заплатив деньги за качественный энергоаудит сейчас, он сможет сэкономить в будущем. Многие смотрят только на формальную сторону выполнения закона.
– Штрафовали ли в прошлом году тех, кто остался без энергетического паспорта?
– О таких случаях не слышал, но о том, что представители Ростехнадзора уже связывались с предприятиями, направляли информационные письма о штрафах и прочерках с начала 2013 года, информация есть. Это было важным стимулом для организаций обратиться к энергоаудиторам. Также слышал в этом году о том, что Ростехнадзор связывался с организациями и предупреждал о сроках проверки и о том, что энергопаспорт должен быть готов к этому моменту.
– Достаточно ли в Петербурге энергоаудиторских компаний для того, чтобы обслужить все предприятия, которым необходимы исследования?
– Более чем достаточно, что видно по количеству участников на конкурсных процедурах и серьезной ценовой конкуренции. Не все, правда, подходят комплексно к выполнению исследования. Зачастую о таких вещах просит заказчик: «Сделайте мне бумагу, чтобы показать проверяющим органам». Рынок был не готов качественно обеспечить возникший спрос на энергообследования, поэтому кроме энергоаудиторских компаний, возникших на базе компаний – экспертов в энергетике, появилось много оформителей паспортов, выросших даже из компаний, оказывающих юридический консалтинг или финансовый аудит.
– Какие новые технологии вы применяете при диагностике?
– Мы применяем современные методы диагностики кабельных линий, которые позволяют комплексно оценивать состояние линий. Старые методы в основном не предоставляют возможности прогнозировать развитие дефектов, а могут только оценить состояние линии по критерию, «пробился» или «не пробился» кабель после подачи на него повышенного напряжения. Мы пропагандируем внедрение новых методов диагностики, имеем свою экспертную группу в этой области, взаимодействуем с Комитетом по энергетике и сетевыми организациями города, стремимся внедрять современные методы диагностики. Среди наших партнеров – производители оборудования и эксперты из Германии, Италии, Канады, Израиля. В целом в электроэнергетике диагностика кабельных линий только зарождается, и мы видим большой потенциал в развитии этого рынка.
– Какие еще направления развивает компания? Какие планы на этот год?
– Основное направление, которое мы активно развиваем, – строительно-монтажные и электромонтажные работы. Помимо текущих объектов мы активно наращиваем портфель заказов. Планируем участие в жилищном строительстве, намерены проводить работы по присоединению объектов и работы по прокладке кабельных линий 110 кВ. Также планируем серьезное развитие в направлении диагностики кабельных линий и электрооборудования на объектах по территории России.