Мартин Аартс: «У нас не бывает разногласий с инвесторами по поводу сохранения исторических зданий»
Мартин Аартс, начальник направления городского планирования в Министерстве жилищного строительства и городского планирования города Роттердама, в интервью корреспонденту газеты «Строительный Еженедельник» Лидии Горборуковой рассказал об особенностях реконструкции и реставрации исторических объектов Роттердама, а также о том, как городские власти работают в этом направлении с инвесторами.
– Расскажите, каковы объемы реконструкции застройки в Роттердаме.
– До кризиса проводилась реконструкция 3 тыс. домов в год. После кризиса эта цифра упала до 1200. Сейчас в центре города реконструкции подвергается около 700 домов. Но мы надеемся, что в дальнейшем их число будет только расти.
– Существует ли в Роттердаме план по реконструкции и реставрации исторических зданий в центре города?
– В Роттердаме как такового плана реконструкции нет. Но у нас есть разработанная карта исторических достопримечательностей города, где
обозначено, какой объект является памятником общегосударственного значения, а какой – муниципального и т. д. Карта, реестр являются неким приглашением для инвесторов, который может в любой момент подать заявку на реконструкцию исторического объекта и придание ему новой функции. В итоге инвестор получает возможность вкладывать средства в свой бизнес-проект, но как обременение он принимает на себя обязанность по реставрации здания.
– Как достигается гармония между сохранением исторической части здания и развитием у него новых функций?
– Понимаете, в Роттердаме городская власть заточена не на то, чтобы только сохранять и сохранять. Наши действия направлены на то, чтобы все исторические здания продолжали свою жизнь. Мы находимся с инвесторами в постоянном диалоге. Мы не только диктуем инвестору, что в здании должна быть сохранена каждая дверная ручка, но мы в основном пытаемся оценить, а что нового даст конкретная бизнес-идея, которая будет реализована в этом проекте, нашему городу.
Что касается реставрации, то, конечно, мы заинтересованны в сохранении исторического облика фасадов. Для этого мы вырабатываем четкие правила работы по каждому проекту: что нужно сохранить, а что можно изменить. Самое главное – это оценка влияния функционала реконструированного здания на жизнь города. Если в результате дискуссии мы приходим к выводу, что этот проект, эта идея неинтересна для жителей, то мы ее отклоняем. Но разногласий на тему сохранения у нас не бывает.
– Из какого источника происходит финансирование капитального ремонта общего имущества жилых домов: за счет жителей, администрации города либо инвесторов?
– Все зависит от того, кому принадлежит этот дом. Если собственниками являются жильцы, то тогда они сами оплачивают содержание дома и его ремонт, в том числе и капитальный. Однако если речь идет о монументальной реконструкции какого-то здания, то тогда у жителей есть возможность получить некоторую субсидию от муниципальных властей. Но полностью правительство никогда такие проекты капитального ремонта не оплачивает. Некоторые здания принадлежат кооперативам, то есть находятся в коллективном владении. Тогда сам кооператив оплачивает капремонт. Кооперативы теоретически имеют право на получение субсидий, но я не припоминаю таких примеров. Если они есть, то очень редко. В последнее время среди состоятельных людей стало модным покупать старые портовые складские помещения, сохранившееся после бомбежек Роттердама, и переоборудовать их под жилье, естественно, за свой счет. Здесь муниципалитет оплачивает только создание и содержание так называемых общественных пространств – детских площадок, транспортных подъездов и т. д.
Общее собрание НП «Строители Петербурга» утвердило в должности президента партнерства депутата ЗакС, зампреда КГХ Анатолия Костерева. Он рассказал о том, как поведет некоммерческое партнерство к саморегулированию.
– Анатолий Евгеньевич, почему вы приняли решение возглавить НП «Строители Петербурга»?
– Сейчас мы все живем в переходный период. На строительном рынке полностью меняются правила игры: отменяется лицензирование, отрасль переходит на саморегулирование. И это касается не только застройщиков, но и всех горожан. Ведь строительная отрасль – это не только жилье, но и офисные здания, в которых мы работаем, торговые центры, в которых мы покупаем необходимые вещи, школы, в которых учатся наши дети, дороги, по которым мы ездим, и многое другое. Продуктами строительства так или иначе пользуется каждый из нас, поэтому то, как будет развиваться отрасль дальше, повлияет на жизнь любого из нас. Все процессы, проходящие сегодня на строительном рынке, должны регулироваться в том числе и общественностью. С 1 января будущего года эти функции будут выполнять саморегулируемые организации (СРО). На мой взгляд, самыми надежными среди них будут те, которые образовываются на основе крупных общественных и профессиональных сообществ, таких как, например, Союз строительных объединений и организаций, на базе которого было создано НП «Строители Петербурга», а до конца года будет создана новая СРО. Я, как строитель по профессии, не могу остаться в стороне от происходящих на рынке изменений.
– Сколько компаний на сегодняшний день входит в это некоммерческое партнерство?
– Сейчас НП «Строители Петербурга» насчитывает 128 строительных организаций, что превышает необходимый по закону минимум для СРО – 100 членов. У застройщиков уже не стоит вопрос, надо или не надо вступать в саморегулируемую организацию. Точка возврата пройдена. Если строительная компания хочет остаться на рынке, она должна быть членом СРО. В настоящее время наше НП формирует компенсационный фонд в размере 300 миллионов рублей. После этого документы будут отправлены на регистрацию в Москву. Уверен, что до конца года мы успеем решить все вопросы и создать СРО, которая сыграет достойную роль в становлении строительного комплекса нашего города. Другого не дано.
– Как вы планируете совмещать должности депутата и президента будущей профорганизации? Какие преимущества видите в синергии этих двух статусов?
– Депутат прежде всего занимается законотворческой деятельностью, совмещая ее с контрольными и представительскими функциями. Я по закону не имею права заниматься никакой коммерческой деятельностью, кроме преподавательской и научной. За это я могу получать деньги, все остальное – бесплатно. Мой новый статус президента – не оплачиваемая работа. Но те три функции, которые я осуществляю как депутат в своей повседневной деятельности, в полной мере входят в обязанности президента некоммерческого партнерства, а затем – СРО.
Депутат по статусу имеет возможность общаться с исполнительной властью, с общественными организациями, с законодательными органами. Причем не только Петербурга, но и других регионов. Используя депутатский статус, я могу вынести законодательную инициативу, как на региональном, так и федеральном уровнях. Тем более что закон о СРО имеет еще ряд недостатков. В частности, касающиеся допусков к проведению работ, которые связаны с безопасностью в строительстве. Эти допуски на сегодняшний день не охватывают весь перечень необходимых работ. Например, функции заказчика, застройщика, генподрядчика. Этот пробел нужно закрыть, чтобы на рынок не смогли прийти компании, которые не имеют должного опыта и знаний для проведения таких работ. Безопасность всегда должна отслеживаться и контролироваться государством, на уровне федеральных законов. Будь то безопасность собственных границ или безопасность в строительстве. За бизнесом же остается регулирование цены и качества. За счет честной конкуренции, конечно.
Когда ведется строительная деятельность, политику нужно держать в голове, но руководствоваться здравым смыслом и профессиональными знаниями. Это я и пытаюсь сделать, работая в НП «Строители Петербурга».
– Будучи депутатом, вы входите в состав постоянной комиссии по городскому хозяйству, градостроительству и земельным вопросам при ЗакС. Какие актуальные вопросы решает эта комиссия сегодня?
– Очень широкий круг вопросов, связанных с градостроительством, жилищно-коммунальным хозяйством, долевым строительством, землей. Рассматриваем вопросы развития топливно-энергетического комплекса. Все это вопросы не сиюминутные, поскольку жилищное хозяйство (к примеру, лифтовое) недофинансировалось годами. Многие из поставленных перед нами проблем нельзя решить одним законом, нужна долгая, поэтапная законотворческая работа.
За последние три месяца большинство обращений в комиссию были связаны с законом о зеленых насаждениях общего пользования. Вероятно, потому что этот закон в настоящее время рассматривается в Законодательном собрании и вызвал серьезный общественный резонанс.
Зеленые насаждения, как бы высокопарно это ни звучало, – легкие нашего города. В Генплане ведь был принят очень важный постулат – 20 квадратных метров зеленых насаждений на одного городского жителя. Смольным в этом году было предложено изъять из действующего закона 161 территорию. Как оказалось, в основном это вынужденная мера. Рабочая группа при нашей комиссии согласилась изъять 102 территории, еще 22 – откорректировать. Дело в том, что на многих из этих участков зеленых насаждений уже нет по факту, по другим существуют постановления правительства о застройке, причем многие из этих постановлений касаются не частных инвестиционных проектов, а бюджетного строительства. Здесь, в частности, должны быть построены школы, детские сады. Приходится иногда жертвовать скверами, потому что в некоторых районах новое строительство возможно только за счет этих территорий.
Думаю, когда поправки в закон будут приняты окончательно, многие останутся недовольны: власть, бизнес, горожане. Потому что однозначного решения здесь не может быть: проблемы накапливались годами, и решить их одним росчерком не получится.
Но законы нужны для определенности, чтобы были правила игры, чтобы застройщики и власти четко понимали, что можно делать, а что нельзя. Тогда и население будет понимать.
– Еще один злободневный вопрос, который также находится в компетенции вашей комиссии, – реновация территорий, застроенных домами первых массовых серий, так занимаемых хрущевских кварталов. На прошлой неделе город сформировал первые четыре лота, которые планируется выставить на торги. Как вы оцениваете этот шаг, заинтересует ли он инвесторов, не вызовет ли нового недовольства горожан?
– Я уверен, что развитие этих территорий должно осуществляться комплексно. Но замахиваться сразу на такие огромные территории – опрометчиво. Нужно сначала довести до логического завершения хотя бы один пилотный проект. Посмотреть, как он пойдет, как будет развиваться, посмотреть на настроения людей. Как будут решаться социальные вопросы, вопросы расселения. Насколько корректно будут вести себя инвесторы. Нюансов множество. Вспомните, к примеру, московскую компанию «МИСК» с проектом реновации в Купчино. То, что они предлагали, было вполне разумно. Но инвесторы не учли, что построенное ими жилье хоть и находилось в том же районе, было далековато расположено от домов, из которых планировалось расселять жителей этих кварталов. В итоге многие из них отказались переезжать и проект провалился.
Я уверен, что без помощи государства такие вопросы не сможет решить ни один инвестор. Город должен взять на себя часть проблем. Возможно, решение инфраструктурных вопросов, расселение, поддержку кредитования застройщиков. Город должен обеспечить баланс интересов: защитить интересы граждан и при этом создать привлекательные условия для инвесторов. Ведь такие проекты – это не просто строительство в чистом поле, это смена среды обитания и привычного образа жизни тысячи людей. Если первый опыт окажется негативным, это поставит под сомнение всю программу.
Беседовал Дмитрий Кирман