Михаил Демиденко: «Не должно быть эксклюзивов, которые рождают нехорошие прецеденты»
Городские власти определили главные условия, при которых девелоперы смогут реализовывать проекты комплексного освоения территории. Всю необходимую социальную инфраструктуру они будут обязаны построить за свой счет и подарить городу.
Есть первые согласившиеся – 12 компаний подписали необходимые соглашения с городскими властями. О том, почему и город, и девелоперы готовы приходить к соглашениям, корреспонденту «Строительного Еженедельника» Павлу Никифорову рассказал председатель Комитета по строительству Михаил Демиденко.
– С момента вашего назначения не прошло и 100 дней, но вы уже готовы предложить застройщикам новые правила игры на рынке.
– На самом деле многое из того, что мы сейчас делаем, начиналось и прорабатывалось, когда я был советником вице-губернатора Марата Оганесяна. Ситуация была непростая, мы понимали, что, по сути, все строительные проблемы города почти на два года были заморожены. И это было неправильно. Вопрос даже не в плановых показателях, вопрос в развитии города. Может быть, и стоило взять некую паузу, но надо было понимать, что последует за этой паузой. В первую очередь мы возобновили диалог с застройщиками. Они должны были понять, что ситуация изменилась, возможности городской казны изменились.
Хочешь строить новое жилье в больших объемах, на территориях, которые город должен обеспечить инфраструктурой, магистральными дорогами, инженерными сетями? Нагрузка в этом случае на город один к трем. Допустим, город выставляет на торги участок, продал его за 1 млрд. Но для того чтобы там был реализован проект, городу нужно потратить еще 3 млрд на инфраструктуру. Это цифры, которые применимы к конкретным территориям. Есть такие застройщики, которые понимают, что обязаны обеспечить территорию социальной инфраструктурой: садиками, школами, поликлиниками. Внутриквартальные проезды, дорожки делают сами.
Мы предлагаем механизм, как это обеспечить. Земельный участок – частная территория или на правах аренды – отмежевывается и отчуждается городу. Город с нашим управлением строительных проектов как с заказчиком участвует с этим земельным участком, попавшим к нему в оборот, в инвестиционном проекте. Второй стороной является инвестор: на свои деньги он возводит объект, который потом дарится городу по договору дарения.
– Но застройщик как коммерческая организация по нашему законодательству ничего городу подарить не может.
– Может, но это стоит ровно 140%. Если детский садик построить стоит в среднем 1 млн рублей за одно место, то есть себестоимость садика на 100 мест – 100 млн рублей. А если инвестор дарит, то он может сделать это только из чистой прибыли, заплатив с нее налоги. Плюс НДС. И все это в результате выливается до 140-150%. При всем благорасположении бизнеса к городу это кусается. Мы ищем механизм, это высший пилотаж для юристов: идут консультации с прокуратурой, с налоговиками. Пока сложно это складывается. И без внесения изменений в Градостроительный кодекс такого рода мероприятия провести практически невозможно. Но основная масса инвесторов смирились. Они понимают: договорившись с городом, они ускорят процесс собственного строительства, сократят на 2-2,5 года сроки согласований и мытарств. Пока мы вынуждены идти по такому пути. Есть правила, и они должны быть одинаковы для всех, даже если они тяжелы. Не должно быть эксклюзивов, которые рождают нехорошие прецеденты. Пока мы удерживаем ситуацию. Исключение – «Северная долина». Проекту уже пять лет, все договоренности уже выполнены, и та «социалка», которую они строят, будет выкупаться городом по старым правилам. Все новые проекты пойдут уже по новым правилам.
– Но есть старые проекты, например намыв на Васильевском острове.
– Основной инвестор – «Терра Нова» – который вел этот проект и его утвердил, нарезал его потом как лоскутное одеяло и распродал. Сейчас там семь или восемь собственников. Территория распределилась так, что теперь надо скоординировать их таким образом, чтобы было понятно, кто и сколько будет вкладывать в инфраструктуру.
– Насколько я знаю, уже есть такой опыт по координации инвесторов. Вы говорили, что с компаниями «Пионер», «ЮИТ» и Setl City будет достигнуто соглашение о выкупе участка у Росатома, передаче его городу и о строительстве. Только после этого проекты планировки территории будут утверждены, и они смогут начать там строительство. В компании «Пионер» сказали, что переговоры ведутся, но они еще далеки от завершения. Так все-таки есть соглашение или нет?
– Соглашение существует между городом и группой инвесторов о том, что мы приостанавливаем процесс превращения этой территории в рекреационную зону посредством выкупа, предложения иных территорий. Губернатор поддержал нашу инициативу. Хотя изначально идея о рекреационной зоне была более широкая: мы хотели вообще убрать оттуда жилье и оставить только зону отдыха. Но посмотрели, посчитали: там вся территория частная, город просто не сможет поднять такую ношу для создания рекреационной зоны. И был найден компромиссный вариант. Он заключается в следующем: часть территории, которая в этом треугольнике, образованном береговой линией, проектируемым ЗСД и Приморским проспектом, принадлежит Росатому. Этот участок группа инвесторов должна выкупить по нашему соглашению, передать городу на безвозмездной основе, благоустроив зону отдыха, береговую линию (откос с дорожками). Кроме того, ближе к ЗСД будет построена школа на 550 мест, плюс к этому будет построен детский садик на 85 мест.
Такие были договоренности. Инвесторы звонили и говорили, что опасаются, что мои интервью могут повысить стоимость выкупаемой земли. Но Росатом – абсолютно адекватная структура, они понимают, для чего выкупают эту землю, поэтому никаких злоупотреблений здесь быть не может. Это будет рыночная оценка, не запредельная. Сейчас разрабатываются документы, чтобы можно было затем парк передать городу. Это займет определенное время.
– Те компании, которые обладают большими участками земли сельхозназначения – на них эти правила распространяются?
– Для всех правила одинаковы. Абсолютно.
До очередных университетских выпускных экзаменов остался месяц. Первый проректор Санкт-Петербургского государственного архитектурно-строительного университета Сергей Евтюков рассказал корреспонденту «Строительного Еженедельника» Антонине Асановой о том, что происходит в сфере высшего строительного образования.
– Через 2 месяца начинается пора вступительных экзаменов. Чего вы ждете от этого года?
– Сейчас чувствуется нехватка архитекторов с профильным образованием, их выпускает всего несколько учебных заведений в стране, в том числе и наш вуз, которому в мае исполняется 180 лет. Специалисты со строительным образованием и образованием в сфере транспорта также всегда востребованы, поэтому на эти специальности конкурс будет традиционно высоким.
– Сколько студентов отсеивается в процессе учебы?
– Отсев – это не самоцель. Наоборот, мы бьемся за своих студентов. В процессе обучения отсеивается около 20% поступивших. Но мы восполняем бюджетные места с помощью переводов студентов из других вузов и в итоге выпускаем практически столько же человек, сколько к нам поступило.
– По информации рекрутинговых компаний, спрос на архитекторов и инженеров без опыта работы очень низок. Сколько выпускников СПбГАСУ работают по профессии?
– Практически 100%. Все наши направления с точки зрения выпуска востребованы как в России, так и за рубежом.
– Достаточно ли для удачного трудоустройства получить высшее образование или студентам необходимо приобретать дополнительные навыки?
– Сегодня, если молодой человек хочет быть востребованным на рынке труда, он должен иметь не одно образование. Базового диплома уже недостаточно, чтобы заниматься какой-то узкоспециализированной деятельностью. Например, строителю – работать со сметами, автомобилисту – быть преподавателем в автомобильной школе. Поэтому в нашем университете у студентов есть возможность получить параллельно диплом переподготовки, и многие этим пользуются. Хотя по конституции молодой человек может получить высшее образование бесплатно только один раз, и студентам приходится самостоятельно оплачивать дополнительное образование.
– Представители строительных компаний часто говорят, что на рынке не хватает специалистов по новым или узкоспециализированным направлениям, например по высотному строительству, по планировке территорий комплексного освоения и т. д. Какие направления обучения вы развиваете в последнее время?
– Одна из наших новых специальностей – это строительство уникальных зданий и сооружений. Под уникальными сооружениями подразумеваются мосты, тоннели, автомагистрали и высотные здания. В прошлом году открыты направления подготовки «Прикладная механика», «Электроэнергетика и электротехника». Не так давно мы открыли направление «Землеустройство и кадастр», «Стандартизация и метрология».
Мы ориентированы на рынок труда. Если он остро нуждается в дорожниках, мостовиках, соответственно, мы увеличиваем и прием на эти специальности. Кроме того, университет разрабатывает новые современные формы и технологии обучения. Например, для автомобильно-дорожного факультета в прошлом году мы купили французский комплекс для более глубокого обучения специалистов в области диагностики, сервиса, ремонта и инструментального контроля автомобильного транспорта стоимостью 10 млн рублей. Он включает в себя 10 стендов, которые позволяют продиагностировать автомобиль в полном объеме. Сегодня такие комплексы в России имеют только три учебных заведения. Однако сказать, что наши потребности в обновлении оборудования сегодня окончательно удовлетворены, конечно, мы не можем. Рынок образовательных услуг не стоит на месте, и совершенствование – это процесс вечный.
– Председатель Комитета по строительству Вячеслав Семененко недавно заявил о том, что за последние 15 лет на строительном рынке не произошло никаких принципиальных изменений с точки зрения технологий. Действительно ли актуально в России обучение современным технологиям?
– Вячеслав Семененко – относительно молодой руководитель. Корректнее было бы задать этот вопрос главе строительной компании, работающей на этом рынке десятки лет. Еще 20 лет назад два самых высоких здания, по 22 этажа, были на площади Победы. Раньше мы говорили о максимальной этажности 12-16 этажей, теперь уже норма – 25, 30, 35 этажей. Построить такое современное жилье было бы невозможно без внедрения новейших технологий.
– Какие технологии Вы можете привести в пример?
– В нашем университете образовано 4 малых инновационных предприятия. И ежегодно мы получаем патенты на изобретения. Например, OOO «СПбГАСУ – Иннодрев» в прошлом году по заказу ООО «ДСК «Славянский» выполнило исследования по применению панелей на деревянном каркасе для 5- и 9-этажных зданий. Они уже применяются при строительстве жилого района «Славянка». Кафедра строительных материалов и технологий разрабатывает новые составы цемента и бетона с использованием наномодификатов, способствующих улучшению физико-математических характеристик бетона, а кафедра сопротивления материалов в прошлом году после аварии на АЭС Фукусима проводила стресс-тесты на ЛАЭС.
– Какие проблемы сегодня наиболее остро стоят перед строительной отраслью?
– Основная проблема – нехватка узкопрофильных специалистов. Очень хотелось бы, чтобы компаниями, занимающимися эксплуатацией, проектированием, строительством, руководили люди с профильным образованием. Нельзя управлять строительной компанией и не понимать ничего в области строительства.
Кроме того, большая часть средств в транспортном и промышленно-гражданском строительстве уходит на эксплуатацию и приобретение строительной, дорожной, коммунальной техники. Однако зачастую в компаниях нет механиков, и организация не только безграмотно закупает технику, но и не понимает, как ее правильно эксплуатировать, поэтому ресурса техники хватает на 2-3 года. А если бы была серьезная служба по эксплуатации техники, прибыль компании бы резко возросла. Я сам механик и часто вижу, что техника эксплуатируется неэффективно.
Еще одна проблема в том, что отрасль остро нуждается в квалифицированной рабочей силе. Идет интенсивное строительство, но, к сожалению, из-за нехватки профессиональных рабочих очень страдает его качество. Даже элитное жилье нуждается в последующем доведении до ума покупателями квартир.