Анатолий Кузнецов: «Российские строители привыкли рисковать»
В инвестиционных договорах на Западе страхованию посвящен целый раздел. Учитывается масштаб, сроки, объем инвестиций, а страхуется не только объект строительства, но и ответственность перед третьими лицами, строительное оборудование на площадке, здоровье рабочих и ряд других обязательств. В России ситуация сложилась иным образом. Многие стройки обходятся без привлечения страховщиков.
Директор САО «ГЕФЕСТ» – Санкт-Петербург», член экономического совета при губернаторе Санкт-Петербурга, председатель Координационного совета по страхованию в строительном комплексе при правительстве Санкт-Петербурге и Ленобласти Анатолий Кузнецов в интервью корреспонденту «Строительного Еженедельника» Агате Марининой рассказал о привычке российских бизнесменов рисковать и об административном ресурсе на рынке страхования.
– Оцените, пожалуйста, объемы страхования строительно-монтажных рисков в Петербурге.
– В отношении СМР можно говорить о 2,2 млрд рублей по итогам прошлого года с учетом Ленинградской области. Это порядка 7% от объема российского рынка страхования строительно-монтажных рисков.
– Страхование СМР – не самый популярный продукт.
– В основном оно востребовано в том случае, если строительство ведется из государственного или муниципального бюджета. То есть когда расходы на страхование заложены изначально. Хотя, откровенно говоря, в последнее время, даже несмотря на предусмотренные средства, незастрахованными оказываются реконструкция или даже строительство крупных инфраструктурных объектов. Показательный пример – строительные работы на Пироговской наб. (строительство транспортной развязки – прим. ред.).
– Частные инвесторы в своих проектах также предпочитают обходиться без страховщиков?
– В проектах без участия иностранного капитала наличие полиса страхования строительно-монтажных рисков является скорее исключением, чем практикой. Для наших бизнесменов расходы на страхование не являются важной составляющей. Эти люди привыкли рисковать, поэтому убедить их в необходимости страховки крайне сложно. Для большей аргументации для них был разработан новый страховой продукт под названием «СМР-коммерческий», в котором собраны все риски и виды страхования, которые необходимы при типовом строительстве, и, соответственно, тариф намного ниже, чем при классическом страховании от всех рисков. Поэтому надеемся, что такие продукты позволят склонить чашу весов в сторону страхования.
– В прошлом году петербургским рынком страхования СМР заинтересовались федеральные игроки. Это, конечно, оказало существенное влияние на сегмент.
– В 2012 году федеральные компании из топ-30 буквально хлынули на рынок страхования строительных рисков, в том числе и в Петербург. Хотя еще 3-4 года назад в сегменте реально работали, а не просто имели лицензию и единичные договоры страхования порядка 20 страховых компаний. Еще несколько лет назад в Санкт-Петербурге серьезно этим видом страхования занималось не более десяти компаний.
– Расстановка сил изменилась?
– Основное конкурентное преимущество таких новичков – низкая стоимость страхования. Именно поэтому в погоне за своим «куском» они начинают очень сильно демпинговать. При этом сбрасываются цены, которые и так уже давно достигли своего «дна». Этот сегмент интересен тем, что уровень убыточности, в отличие от тех же моторных видов страхования, на первый взгляд, довольно низкий. Но только такие игроки не учитывают, что в СМР могут происходить очень крупные аварии, которые приводят к многомиллионным выплатам. Как вот в Сочи, когда строящийся грузовой порт смыло штормом на 509 млн рублей.
– В последнее время также говорят о возросшей роли административного ресурса.
– Это одна из тенденций. Не очень приятная. Значение административного ресурса, который определяет, к какой страховой компании уйдет договор страхования, действительно увеличилось. Это снижает качество страхования и подрывает отношение страхователей, ведь страховщик, который заключил договор данным путем, понимает, что ему не нужно бороться за клиента, выплачивать вовремя и в полном размере возмещения. В конечном итоге такая политика приводит к снижению уровня доверия к страхованию.
– Весь прошлый год и начало этого шли жаркие дискуссии по поводу вступления с 1 июля 2013 года поправок в статью 60 ГрК, которые существенно меняют весь механизм страхования ответственности членов строительных СРО. А наличие данного полиса дает строителям существенную скидку при уплате взноса в компенсационный фонд – они вместо 1 млн рублей платят 300 тыс. рублей. Каких изменений, по вашему мнению, в деятельности (в том числе в стратегии поведения) страховщиков стоит ожидать в связи с поправками в ГрК?
– Суть поправок сводится к тому, что ответственность снимается непосредственно со строителей и перекладывается на застройщика, технического заказчика, а после окончания строительства – на собственника (концессионера). Вступление в силу этих поправок существенно упростит для пострадавшего процедуру получения возмещения за вред жизни и здоровью: ему не придется бегать по строительной площадке в поисках виновного подрядчика. Сейчас главная задача СРО – внести соответствующие изменения в требования к страхованию. Строители же, проектировщики и изыскатели должны заключить со страховщиками дополнительные соглашения к существующим полисам, так как появились финансовые риски. Очевидно, на переходный период большинство компаний не будут менять тарифы. Это значит, что стоимость полиса без увеличения лимита ответственности не возрастет. Новый механизм страхования будет проходить обкатку, после будет уже понятно, нужно ли вносить поправки в действующее законодательство или оставить без изменений существующий механизм.
– Как, по вашему мнению, будет развиваться страхование в строительстве в дальнейшем? Какие сегменты будут развиваться более активно?
– По нашим оценкам, в 2013 году рынок страхования строительно-монтажных рисков покажет рост максимум на 10%. Это не самые высокие темпы роста по сравнению с последними годами. Но, вероятно, на большее рассчитывать не стоит в связи с насыщением рынка и завершением мегастроек страны. В этом году развитие сегмента СМР будет обеспечиваться благодаря страхованию строительства и реконструкции объектов ТЭК и дорожной инфраструктуры. Что касается страхования ответственности членов СРО, то здесь охват рынка составляет около 90%, поэтому его рост возможен, только если будут увеличиваться страховые суммы, а соответственно, и страховые премии. К слову, по итогам прошлого года объем рынка страхования ответственности членов СРО в строительстве по Санкт-Петербургу и Ленобласти достиг 200 млн рублей.
– В 2014 году появится новый сегмент – страхование ответственности застройщиков, привлекающих средства дольщиков.
– Пока по этому направлению больше вопросов, чем ответов. При существующей законодательной базе перспектива его развития туманна. Страховые компании, которые думают о своей финансовой стабильности, не будут идти в сегмент долевого строительства, печально известный огромным количеством недостроев и обманутых дольщиков по всей стране.
Чем власть поможет строительной отрасли, какие поправки внес кризис в нацпроекты и городские программы и чего ждать участникам рынка? Ответы на эти и другие вопросы дает Владимир Гольман, старейший петербургский законотворец, заслуженный строитель РФ, отмечающий свой 75-летний юбилей.
– Владимир Михайлович, Вы пережили не один «экономический шторм». Ваши прогнозы – как долго ждать стабилизации?
– Когда в начале 90-х рухнула вертикаль власти, похоронив под собой практически всю экономику страны, строительная отрасль выжила только потому, что всегда работала по договорам подряда и была готова к рыночной экономике. После 98-го родилась схема долевого строительства – питерское ноу-хау, хотя, возможно, оно появилось в нескольких городах параллельно. Это позволило строителям работать без ипотеки и кредитов. Затем был издан 214-ФЗ «О долевом строительстве…», создающий проблемы как дольщикам, так и застройщикам. Тем не менее научились работать и в этой ситуации.
Строительные компании очень живучи. И сейчас они берут на себя роль государства и пытаются за счет своих внутренних ресурсов финансировать жилье, давать беспроцентные рассрочки покупателям, чтобы оживить продажи.
Сегодня у людей есть деньги, правда, они предпочитают покупать валюту и держать ее «в кубышке». Но ведь все подспудно понимают, что ни жилье, ни коммерческая недвижимость не могут подешеветь в разы. Конечно, спрос будет постепенно восстанавливаться, начнут покупать осторожно, более готовые дома. Но строителям нужна помощь.
– То есть Вы считаете, что государственная помощь отрасли нужна и без этого ей не справится?
– Государственная помощь отрасли обязательно нужна. Во-первых, необходимо продумать кредитную систему и для застройщиков, и для покупателей жилья, во-вторых, снизить налоговое бремя. К сожалению, финансовые механизмы у нас не работают – Госбанк дает кредиты коммерческим банкам под 18 процентов. Но коммерческие банки должны иметь свою маржу, они ее догоняют до 25 процентов (на 7 процентов больше). Под такой процент кредит можно взять разве что на один-два дня. Для ипотечных заемщиков эта ставка означает, что за 25 лет человек покупает три квартиры: одну для себя и две для банка. Никто не будет этого делать.
– Все понимают, что это «заградительные» ставки. Станет ли когда-нибудь в России ипотека вновь доступной?
– То, что в России называется ипотекой, – по сути потребительский кредит. За рубежом строят готовое жилье, люди его покупают и платят 25-30 лет. Более того, в развитых европейских странах нулевой кредит на ипотеку – 0,25 процента, в Японии – 0,15 процента в год. Иностранным банкам важен оборот денег, они за счет этого живут.
Оценивая сегодняшнюю ситуацию, я могу предположить, что даже в докризисном, неполноценном формате ипотека восстановится не раньше чем через 3 года. Потому что в России не создан план выхода из кризиса, не прописаны четкие действия по восстановлению экономики. Все ждут повышения цен на нефть.
Свое видение путей, которые помогут вывести страну и в первую очередь строительную отрасль из кризиса, я отразил в пакете срочных антикризисных мер, которые мы от имени «Союзпетростроя» направили вице-губернатору Петербурга Роману Филимонову и Виктору Забелину в Российский союз строителей.
Мы предлагаем переход на альтернативное – «проектное кредитование», то есть выдачу кредитов не физическим лицам, а строительным компаниям, причем под строгим контролем банков (вплоть до еженедельного мониторинга использования денег). Это позволит государству контролировать огромные средства, направленные в банковскую систему для реального сектора экономики. Строительные компании смогут продавать готовое жилье государству для социальных нужд или гражданам. Именно такие квартиры – предмет настоящей ипотеки.
– Что сейчас происходит с многочисленными национальными проектами и программами по предоставлению льготного жилья различным категориям граждан: бюджетникам, многодетным и молодым семьям, очередникам и другим?
– Я участвовал в формировании пяти законопроектов, и они начали активно развиваться, но пока нефть опять не подорожает, мы можем про эти программы забыть. Доходы от реального сектора экономики не могут компенсировать нам потери, ведь промышленность у нас работает на 50 процентов от мощности 90-го года, всего 25 процентов она достигла в общем валовом доходе страны. Поэтому мы сегодня сократили бюджет города на 1/3 (на 92 миллиарда рублей), и это произошло за счет средств развития.
Программа «Жилищные сертификаты» похудела с 1,9 миллиарда до 572 миллионов рублей, с целевой программы «Молодежи – доступное жилье» снято 570 миллионов рублей, финансирование программы «Развитие долгосрочного жилищного кредитования» урезано почти вчетверо – до 373 миллионов. Пострадало бюджетное строительство социальных объектов. Все, что сегодня строится, будет завершено, но ничего нового начинать мы не будем. Это не отразится на результатах 2009 года, а вот в 2010-2011 годах мы это почувствуем в полной мере.
– На что в сегодняшних условиях могут рассчитывать жители 40 кварталов, попавших в программу «Развитие застроенных территорий»?
– Возможность расселения такого большого количества кварталов мне кажется утопией, даже безотносительно сегодняшней финансово-экономической ситуации. Для этого необходим определенный резервный фонд жилья. Невозможно просто построить двадцатиэтажный дом на месте пятиэтажного, нужно поменять сети, а дополнительные мощности отсутствуют. Ни один застройщик самостоятельно решить этот вопрос не в состоянии. Инженерную подготовку должны вести городские власти за счет бюджета – так делается во всем мире.
Расселять «точечно», отдельными домами, – нереально. Речь может идти только о комплексном подходе – сначала построить новый квартал, переселить туда жителей, а потом реновировать «хрущевки»: проложить внешние сети, дороги, посчитать нагрузки – и только потом начинать строить.
В свое время я предлагал спроектировать новый квартал для «переселенцев» в Невском районе. Мало кто помнит, что там предполагалось строительство нового обводного канала – специального русла Невы. Проект остался нереализованным, но свободные территории в районе улицы Бабушкина и бульвара Красных Зорь остались. Их можно застроить и переселить туда жителей «хрущевок» серии ОД.
– Квартальная застройка, комплексное освоение территорий – важный шаг для развития градостроительства в Петербурге. Что, на Ваш взгляд, надо учесть компаниям, работающим над такими проектами?
– Как один из немногих петербургских строителей, имеющих опыт комплексного освоения территорий, таких как микрорайон «Озеро Долгое» и ряд кварталов на Юго-Западе, скажу, что мы слишком увлеклись этой темой. Да, ресурс точечной застройки себя исчерпал, но то, что было возможно при поточном строительстве, практически невозможно в современных рыночных условиях, даже безотносительно кризиса.
Мы работали в тесной связке, по согласованному совмещенному графику с сетевиками. Сначала Главинжстрой «опутывал» инженерными сетями кварталы и прокладывал внеквартальные дороги, затем приходила очередь квартальной застройки.
С 1986 по 1990 год мы сдавали по 2,5 миллиона квадратных метров жилья ежегодно – казалось бы, сегодняшние строители работают эффективнее нас, ведь в 2008 году было сдано 3,2 тысячи квадратных метров. Но тогда сдавались не просто квадратные метры (кстати, стопроцентной готовности – с отделкой), а целые градостроительные комплексы.
Каждый квартал площадью до 100 гектаров (а их было порядка пяти) предназначался для 10 тысяч жителей. На него полагалось две школы, пять детских садов, универсам, поликлиника, АТС, комбинаты бытового обслуживания и прочее.
Сегодня, когда оглашаются громкие проекты по застройке сотен гектаров, сулящих городу «выход» миллионов квадратных метров жилья, о вопросах инженерной и социальной инфраструктуры забывают, а ведь ими надо заниматься отдельно.
Кто и за какие деньги сегодня будет строить межквартальные улицы, сделает водоводы, канализацию, газ, проложит тепло и выпустит необходимую регламентирующую документацию? Реальнее «продвигаться» локально, участками по 1-2 гектара. Такие лоты в состоянии выкупить средний строительный бизнес. Конечно, проблема соединения этих лотов, организации между ними проездов и инженерных сетей, разработки общего плана квартальной застройки останется. Нужен единый координирующий штаб – общий застройщик или генподрядная организация.
Беседовала Ирина Герасимова, Строительный Еженедельник