Анатолий Молчанов: «Современной АЭС не страшно даже падение метеорита»
Анатолий Молчанов, главный инженер Санкт-Петербургского института «Атомэнергопроект» (СПбАЭП), рассказал корреспонденту газеты «Строительный Еженедельник» Лидии Горборуковой об особенностях рынка проектирования атомных энергообъектов и современных системах безопасности АЭС.
– Активно ли сегодня развивается атомная энергетика в России и мире?
– Портфель заказов, который есть у института, лишний раз подтверждает, что у атомной энергетики как в России, так и в мире в целом хорошие перспективы. В России сегодня строится 11 атомных реакторов. Санкт-Петербургский «Атомэнергопроект» работает по проекту ЛАЭС-2, четвертому энергоблоку Белоярской АЭС – БН-800 (реактор на быстрых нейтронах), который в нынешнем году будет выходить на этап физического пуска. Институт также ведет проектирование первой Белорусской АЭС в Островце. Нашим традиционным партнером является Китай, где первые два энергоблока Тяньваньской АЭС, построенной по нашему проекту, уже пять лет находятся в эксплуатации. Сейчас идет сооружение еще двух энергоблоков. Активно развивается атомная энергетика у нашего ближайшего соседа – Финляндии, где мы также предполагаем вести проектные работы. Кроме этого, наш институт является генпроектировщиком MIR.1200 – проекта, представленного Российско-чешским консорциумом на тендер по достройке АЭС «Темелин» в Чехии.
– Насколько насыщен российский рынок компаний, проектирующих атомные станции?
– Вообще игроков рынка проектирования атомных объектов в России можно пересчитать по пальцам одной руки. В России сложился устойчивый триумвират компаний, которые выступают генеральными проектировщиками. Существует три института «Атомэнергопроект» – в Москве, Санкт-Петербурге и Нижнем Новгороде. Плюс ОАО «Головной институт ВНИИПИЭТ», расположенный в Санкт-Петербурге. Однако пока он большими промышленными объектами не занимается, но тем не менее «среднюю» энергетику проектирует. В качестве разработчиков реакторной установки ВВЭР (водо-водяной энергетический реактор) традиционно выступают ОКБ «Гидропресс» из Подольска и Курчатовский институт. Разработкой реакторов на быстрых нейтронах занимаются ОАО «ОКБМ Африкантов» в Нижнем Новгороде и Физико-энергетический институт им. А.И. Лейпунского в Обнинске.
Но даже на этом узком рынке происходят изменения. Уже в течение года идет процесс слияния двух структур – ОАО «Головной институт ВНИИПИЭТ» и нашего института.
– Что повлечет за собой появление на рынке новой структуры?
– Слияние двух крупных проектных институтов было продиктовано желанием Росатома создать на Северо-Западе очень мощное проектное подразделение атомной отрасли. ОАО «СПбАЭП» станет филиалом головного института «ВНИИПИЭТ». В конечном итоге у объединенного предприятия появится новое название, над которым мы сейчас думаем.
Если мы занимаемся исключительно гражданской энергетикой, то ВНИИПИЭТ работает и на оборонную отрасль. Объединение в первую очередь позволит нам расширить компетенции. Плюс слияние даст нам возможность привлечь дополнительные ресурсы. В конце июня слияние предприятий завершится.
Несмотря на малое количество игроков, конкуренция на рынке проектирования атомных объектов есть. Она особенно проявляется при участии в крупных тендерах и конкурсах. Каждый из проектных институтов имеет специфику и по ряду проектных работ привлекает субподрядные организации. Вот тут разворачивается активная конкурентная борьба. Мы тоже привлекаем подрядные компании, да и сами по некоторым объектам работаем как субподрядчики. Например, по гидротехническим работам.
– Сколько стоит создание проекта атомного энергоблока?
– Полное сооружение АЭС из двух энергоблоков мощностью 1200 МВт каждый от стадии изыскательских работ, проекта и до ввода в эксплуатацию составляет около 230-240 млрд рублей. Порядка 7% от этой суммы приходится на проектирование. Первый энергоблок, как правило, имеет более высокую стоимость. Это связано с тем, что есть множество вспомогательных систем, которые вводятся вместе с ним, а второй блок подключается к уже готовой инфраструктуре и не требует дополнительных затрат. Необходимо отметить, что на цену значительно влияют вопросы безопасности, экологии.
Любая парогазовая установка с точки зрения сооружения и затрат будет проще и дешевле – она окупит себя лет за 5-7 лет, а атомная станция – за 10-15 лет. Но экономический эффект достигается именно в процессе эксплуатации.
– Сколько времени проектируется атомная станция? Можно ли заложить в проекте атомной станции возможность ее роста?
– Проектирование атомной станции длится около 5-6 лет. Первые три года ведется подготовка технического проекта, потом начинается строительство, и параллельно выпускается рабочая документация. В технический проект мы закладываем тип оборудования по прошлому опыту, но когда в процессе закупок выбирается конкретное оборудование, в проект вносятся изменения.
Мы заявляем, что срок эксплуатации атомной станции – 60 лет. Можно говорить о продлении срока эксплуатации атомной станции после проведения ревизии основного оборудования. Сейчас подобные процедуры происходят на многих энергоблоках в России – на Кольской АЭС, Ленинградской АЭС. Увеличение мощности энергоблока возможно в пределах 4-5%. Например, увеличение топливной компании с одного года до полутора лет существенно улучшает коэффициент использования установленной мощности. Но глобально нарастить мощность АЭС можно только с вводом новых энергоблоков.
– Чем дальше развивается отрасль, тем больше внимания уделяется безопасности атомных станций. Какие инновационные технологии появились за последние годы?
– Эволюция технологий по обеспечению безопасности происходит на разных уровнях. Во-первых, постоянно совершенствуется топливная составляющая – конструкции топливных таблеток становятся более надежными. Во-вторых, есть непосредственно реакторная установка – корпус реактора, насосы, парогенераторы, которые совершенствуются и по технологии, и по материалам.
В чем как таковая проблема с безопасностью атомной станции? Заглушить ядерную реакцию несложно. Можно это сделать специальными стержнями или ввести жидкий поглотитель. Но существуют остаточные тепловыделения, и если не обеспечить отвод тепла, можно получить неприятности. На АЭС Фукусима-1 цунами сбило генераторные установки, а без электричества насосы не работали, и значит, было нечем отводить остаточное тепло.
Поэтому помимо активных систем безопасности, работающих от электроэнергии, следует предусматривать в проекте и пассивные системы безопасности. Сейчас все наши проекты обеспечены такими системами. Их действие основано на законах физики и происходит естественным образом. Это и есть прогресс в системах безопасности – сочетание активных и пассивных систем.
Современной атомной станции не страшно даже падение небольшого метеорита. Конструкция энергоблока имеет двойную защитную оболочку. Внутренняя оболочка защищает от выхода наружу радиоактивных веществ, а внешняя является своеобразной броней от внешних воздействий – торнадо, ураганов, падения самолетов и т. д.
Но по целевым показателям вероятностного анализа безопасности, который обязательно проводится при разработке проекта, плавление активной зоны может случиться не чаще, чем один раз в миллион лет, а выброс радиоактивности с современной АЭС – еще реже.
В начале декабря московский девелопер Tekta Gruop объявил о намерении выйти на рынок строительства Петербурга. Причем если в столичном регионе большинство объектов расположены у компании в ближнем Подмосковье, то в Петербурге управляющий партнер этой компании Андрей Биржин надеется реализовать проекты в гораздо более близких к центру районах. О планах компании в Северной столице он рассказал корреспонденту «АСН-Инфо» Никите Кулакову.
– Почему вы решили выйти в Петербург?
– Наша компания активно развивается: в 2011 году объем продаж составил более 4 млрд рублей. У нас появилось достаточно средств и ресурсов для выхода на новые рынки.
– Сколько средств планируете инвестировать в Петербурге в 2012 году?
– Объем первоначальных инвестиций в приобретение площадок под застройку составит 40 млн USD.
– Какая земля вас интересует?
– Мы рассматриваем варианты приобретения земельных участков площадью от 1 до
– Что планируете строить в Петербурге?
– Здесь мы будем инвестировать в строительство жилья комфорт- и бизнес-класса. Нам есть что предложить покупателям Петербурга. Без ложной скромности, наши жилые комплексы становятся визитной карточкой тех районов, в которых они построены.
– Чем планируете побеждать конкурентов?
– О ценах пока говорить рано. Но у нас есть одно важное преимущество – мы не стараемся, как иногда другие застройщики, втиснуть максимально возможное количество квадратных метров на участке, а предлагаем новый класс жилья, который включает оригинальные архитектурные проекты, свободную планировку и востребованный метраж квартир, просторные ухоженные дворы, достаточный объем коммерческих площадей для необходимой инфраструктуры. Четко выдержанная концепция обуславливает высокий покупательский спрос на наши объекты в Подмосковье, уверен, что в Петербурге спрос на наши объекты будет значительным.
– Проекты будут оригинальными?
– Как показали многочисленные соцопросы и результаты фокус-групп, покупателям не нужна оригинальность. Мы предлагаем покупателям только то, что им нужно, а им нужно удобное место, яркий архитектурный проект, качественный монолит и продажа по 214-ФЗ. Все остальные «фишки», такие как холодильники для мехов, бассейны в доме и т.п., только увеличивают стоимость квадратного метра и не повышают востребованность дома. При ценообразовании важно понимать, за что целевая аудитория готова доплачивать, а за что – нет.
– Чем привлекателен для москвичей местный рынок?
– В целом в Петербурге весьма благоприятная ситуация для развития жилищного строительства: наблюдается успешное привлечение инвестиций в экономику города, развивается и модернизируется городская инфраструктура, присутствует здоровая конкуренция ипотечных продуктов. Цены на рынке жилья стабильны и предсказуемы, покупательский спрос существенно вырос по сравнению с 2009-2010 годами, и оснований для его снижения нет. Наряду с этими факторами налицо нехватка действительно качественного жилья, что создает предпосылки для высокого покупательского спроса.
– Рынок Ленобласти тоже рассматриваете?
– Нет. Пока только Петербург. Не хотим распыляться.
– Чем занимается компания в Подмосковье?
– Сейчас Tekta Group – один из ведущих застройщиков ближайшего Подмосковья. Специализация компании – масштабные проекты комплексной жилой застройки комфорт- и бизнес-класса. Общий объем нашего девелоперского портфеля – более 800 тыс. кв. м. В активной стадии строительства находятся жилые комплексы комфорт-класса «Да Винчи» в Одинцово (183 тыс. кв. м), «Акварели» в Балашихе (1-я очередь – 115 тыс. кв. м) и «Архимед» в Сергиевом Посаде (78 тыс. кв. м). Завершено строительство комплексов «Гранд Парк» Сергиевом Посаде (73 тыс. кв. м) и «Элит» (12 тыс. кв. м) в городе Хотьково.
– Сколько жилья компания построила в уходящем году?
– По предварительной оценке – более 127 тыс. кв. м, что составило около 4% всего монолитного строительства Московской области. В ближайших планах компании – ежегодно возводить от 100 тыс. кв. м в наиболее перспективных и благоустроенных городах ближайшего Подмосковья.
– Каковы ваши планы в основных регионах присутствия на следующий год?
– В 2012 году мы запустим три новых проекта жилищного строительства в Одинцово, Мытищах и Реутове общей площадью 500 тыс. кв. м. Для этого в 2011 году компания инвестировала 30 млн USD в покупку
– Сложно ли стало работать в Москве после смены власти?
– В Москве после смены власти жилищное строительство практически сошло на нет. Реализуются только проекты, разрешение на строительство которых было получено еще при предыдущем мэре. И даже заявленные до прихода Сергея Собянина проекты реализуются далеко не все. Новые столичные власти расторгли 344 инвестконтракта на строительство в общей сложности 7,5 млн кв. м жилой застройки и 2,5 млн кв. м торгово-офисных центров.
– Как повлияло на работу столичного строительного комплекса расширение границ Москвы?
– Это еще одна проблема. На присоединенных территориях заморожено строительство жилых проектов общей площадью порядка 7 млн кв. м. Все предыдущие планы развития территорий более недействительны, а новых планов пока еще нет. Согласование проектов на этой территории и получение разрешений на строительство реально начнется только через 2 года, так как сейчас процедуры их получения не прописаны и законодательно не закреплены.
– Получается, что выходя в Петербург, вы диверсифицируете риски?
– Именно так. Любому бизнесу нужен простор для развития. В Петербурге он есть.