Анатолий Молчанов: «Современной АЭС не страшно даже падение метеорита»
Анатолий Молчанов, главный инженер Санкт-Петербургского института «Атомэнергопроект» (СПбАЭП), рассказал корреспонденту газеты «Строительный Еженедельник» Лидии Горборуковой об особенностях рынка проектирования атомных энергообъектов и современных системах безопасности АЭС.
– Активно ли сегодня развивается атомная энергетика в России и мире?
– Портфель заказов, который есть у института, лишний раз подтверждает, что у атомной энергетики как в России, так и в мире в целом хорошие перспективы. В России сегодня строится 11 атомных реакторов. Санкт-Петербургский «Атомэнергопроект» работает по проекту ЛАЭС-2, четвертому энергоблоку Белоярской АЭС – БН-800 (реактор на быстрых нейтронах), который в нынешнем году будет выходить на этап физического пуска. Институт также ведет проектирование первой Белорусской АЭС в Островце. Нашим традиционным партнером является Китай, где первые два энергоблока Тяньваньской АЭС, построенной по нашему проекту, уже пять лет находятся в эксплуатации. Сейчас идет сооружение еще двух энергоблоков. Активно развивается атомная энергетика у нашего ближайшего соседа – Финляндии, где мы также предполагаем вести проектные работы. Кроме этого, наш институт является генпроектировщиком MIR.1200 – проекта, представленного Российско-чешским консорциумом на тендер по достройке АЭС «Темелин» в Чехии.
– Насколько насыщен российский рынок компаний, проектирующих атомные станции?
– Вообще игроков рынка проектирования атомных объектов в России можно пересчитать по пальцам одной руки. В России сложился устойчивый триумвират компаний, которые выступают генеральными проектировщиками. Существует три института «Атомэнергопроект» – в Москве, Санкт-Петербурге и Нижнем Новгороде. Плюс ОАО «Головной институт ВНИИПИЭТ», расположенный в Санкт-Петербурге. Однако пока он большими промышленными объектами не занимается, но тем не менее «среднюю» энергетику проектирует. В качестве разработчиков реакторной установки ВВЭР (водо-водяной энергетический реактор) традиционно выступают ОКБ «Гидропресс» из Подольска и Курчатовский институт. Разработкой реакторов на быстрых нейтронах занимаются ОАО «ОКБМ Африкантов» в Нижнем Новгороде и Физико-энергетический институт им. А.И. Лейпунского в Обнинске.
Но даже на этом узком рынке происходят изменения. Уже в течение года идет процесс слияния двух структур – ОАО «Головной институт ВНИИПИЭТ» и нашего института.
– Что повлечет за собой появление на рынке новой структуры?
– Слияние двух крупных проектных институтов было продиктовано желанием Росатома создать на Северо-Западе очень мощное проектное подразделение атомной отрасли. ОАО «СПбАЭП» станет филиалом головного института «ВНИИПИЭТ». В конечном итоге у объединенного предприятия появится новое название, над которым мы сейчас думаем.
Если мы занимаемся исключительно гражданской энергетикой, то ВНИИПИЭТ работает и на оборонную отрасль. Объединение в первую очередь позволит нам расширить компетенции. Плюс слияние даст нам возможность привлечь дополнительные ресурсы. В конце июня слияние предприятий завершится.
Несмотря на малое количество игроков, конкуренция на рынке проектирования атомных объектов есть. Она особенно проявляется при участии в крупных тендерах и конкурсах. Каждый из проектных институтов имеет специфику и по ряду проектных работ привлекает субподрядные организации. Вот тут разворачивается активная конкурентная борьба. Мы тоже привлекаем подрядные компании, да и сами по некоторым объектам работаем как субподрядчики. Например, по гидротехническим работам.
– Сколько стоит создание проекта атомного энергоблока?
– Полное сооружение АЭС из двух энергоблоков мощностью 1200 МВт каждый от стадии изыскательских работ, проекта и до ввода в эксплуатацию составляет около 230-240 млрд рублей. Порядка 7% от этой суммы приходится на проектирование. Первый энергоблок, как правило, имеет более высокую стоимость. Это связано с тем, что есть множество вспомогательных систем, которые вводятся вместе с ним, а второй блок подключается к уже готовой инфраструктуре и не требует дополнительных затрат. Необходимо отметить, что на цену значительно влияют вопросы безопасности, экологии.
Любая парогазовая установка с точки зрения сооружения и затрат будет проще и дешевле – она окупит себя лет за 5-7 лет, а атомная станция – за 10-15 лет. Но экономический эффект достигается именно в процессе эксплуатации.
– Сколько времени проектируется атомная станция? Можно ли заложить в проекте атомной станции возможность ее роста?
– Проектирование атомной станции длится около 5-6 лет. Первые три года ведется подготовка технического проекта, потом начинается строительство, и параллельно выпускается рабочая документация. В технический проект мы закладываем тип оборудования по прошлому опыту, но когда в процессе закупок выбирается конкретное оборудование, в проект вносятся изменения.
Мы заявляем, что срок эксплуатации атомной станции – 60 лет. Можно говорить о продлении срока эксплуатации атомной станции после проведения ревизии основного оборудования. Сейчас подобные процедуры происходят на многих энергоблоках в России – на Кольской АЭС, Ленинградской АЭС. Увеличение мощности энергоблока возможно в пределах 4-5%. Например, увеличение топливной компании с одного года до полутора лет существенно улучшает коэффициент использования установленной мощности. Но глобально нарастить мощность АЭС можно только с вводом новых энергоблоков.
– Чем дальше развивается отрасль, тем больше внимания уделяется безопасности атомных станций. Какие инновационные технологии появились за последние годы?
– Эволюция технологий по обеспечению безопасности происходит на разных уровнях. Во-первых, постоянно совершенствуется топливная составляющая – конструкции топливных таблеток становятся более надежными. Во-вторых, есть непосредственно реакторная установка – корпус реактора, насосы, парогенераторы, которые совершенствуются и по технологии, и по материалам.
В чем как таковая проблема с безопасностью атомной станции? Заглушить ядерную реакцию несложно. Можно это сделать специальными стержнями или ввести жидкий поглотитель. Но существуют остаточные тепловыделения, и если не обеспечить отвод тепла, можно получить неприятности. На АЭС Фукусима-1 цунами сбило генераторные установки, а без электричества насосы не работали, и значит, было нечем отводить остаточное тепло.
Поэтому помимо активных систем безопасности, работающих от электроэнергии, следует предусматривать в проекте и пассивные системы безопасности. Сейчас все наши проекты обеспечены такими системами. Их действие основано на законах физики и происходит естественным образом. Это и есть прогресс в системах безопасности – сочетание активных и пассивных систем.
Современной атомной станции не страшно даже падение небольшого метеорита. Конструкция энергоблока имеет двойную защитную оболочку. Внутренняя оболочка защищает от выхода наружу радиоактивных веществ, а внешняя является своеобразной броней от внешних воздействий – торнадо, ураганов, падения самолетов и т. д.
Но по целевым показателям вероятностного анализа безопасности, который обязательно проводится при разработке проекта, плавление активной зоны может случиться не чаще, чем один раз в миллион лет, а выброс радиоактивности с современной АЭС – еще реже.
Генеральный директор ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга» Феликс Кармазинов подвел итоги деятельности предприятия в
- Феликс Владимирович, о каких событиях в деятельности петербургского Водоканала в
- Во-первых, мы закончили работу по созданию опытного квартала К-17, который создан как квартал будущего. Он дает возможность не только знать, с какими параметрами вода подошла к каждому дому, но еще и управлять этими параметрами. Система управления комплексом водоснабжения реализуется в зоне действия Урицкой насосной станции, обслуживающей территорию с населением порядка 140 тысяч человек. На самой станции, а также еще на 11 повысительных насосных станциях было заменено насосное и другое технологическое оборудование на энергоэффективное. На насосных станциях и сети установлены клапаны для автоматического выпуска воздуха и противоударные клапаны. Также были установлены диктующие точки, которые в режиме реального времени передают данные о давлении. На основании этой информации система автоматически задает режимы работы всех сооружений. Также были установлены датчики контроля качества воды. На сети и у всех абонентов появились узлы учета, которые оборудованы системой сбора, хранения и передачи в режиме онлайн информации о расходах воды. Все эти мероприятия позволят сократить более чем на 42% среднемесячное энергопотребление и на 32% количество повреждений в сетях, а также на 39% уменьшить непроизводительные потери воды.
Эксперимент получился удачный. В ближайшие годы система управления комплексом водоснабжения будет создана на территории Южной зоны Петербурга с населением около 1,2 млн. человек, а в перспективе, к
Во-вторых, в
Ожидается, что в течение
Реконструкция Северной водопроводной станции предполагает строительство нового блока производительностью 800 тыс. куб. м питьевой воды в сутки. Новый блок будет запущен в
Процесс реконструкции двух станций никак не отразится на текущем водоснабжении города. В результате обновления мощностей СВС и ГВС и с учетом запуска в
- А какие мероприятия будут осуществляться в области очистки сточных вод?
- В ближайшее время ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга» приступит к строительству очистных сооружений в районе Ломоносова и поселка Металлострой, которые войдут в строй в
Но для этого надо еще завершить работы по строительству продолжения Главного канализационного коллектора северной части города, на который переключаются прямые выпуски неочищенных сточных вод. По коллектору эти стоки направляются на очистку – на Северную станцию аэрации. Мы уже ввели две очереди коллектора – в 2008 и 2009 гг., в конце
Кроме того, в июне-июле будущего года Петербург сможет объявить о выполнении рекомендаций Хельсинской комиссии по защите Балтийского моря (ХЕЛКОМ) по содержанию фосфора в сточных водах. Мы обеспечим в целом по городу этот показатель на уровне не более 0,5 мг/л, как и предусматривают рекомендации ХЕЛКОМ. Это важно, поскольку именно фосфор стимулирует рост сине-зеленых водорослей, представляющих главную угрозу жизни Балтийского моря.
Чтобы добиться этого, мы сейчас активно занимаемся, в частности, реконструкцией Северной станции аэрации.
- Как Водоканал контролирует качество сточных вод, направляемых предприятиями в систему коммунальной канализации?
- Качество сточных вод наших абонентов – очень серьезная проблема. Дело в том, что городские канализационные очистные сооружения предназначены для очистки бытовых сточных вод. А со специфическими загрязнениями предприятия должны справляться сами – перед тем, как сбросить свои стоки в наши системы.
Сейчас это, к сожалению, не так. Сейчас в систему канализации попадают сточные воды, не соответствующие нормативам. И за это сегодня ответственность несет по сути только Водоканал. Если мы обнаруживаем нарушения требований к составу сточных вод, мы выставляем предприятиям экономические санкции. Однако предприятия зачастую начинают их обжаловать, и судебные разбирательства длятся долго.
Мы считаем, что необходимо сегодня перейти на принцип «загрязнитель платит». Надо разграничить ответственность за загрязнения между предприятиями водопроводно-канализационного хозяйства и их абонентами. Водоканалы обязаны отвечать за те показатели, которые предусмотрены для бытовых стоков (это взвешенные вещества, БПК, азот, фосфор). А предприятия, направляющие свои сточные воды в систему коммунальной канализации, должны нести ответственность за специфические промышленные загрязнения.
Это предусмотрено в разрабатываемом сейчас проекте федерального закона «О водоснабжении и канализовании», в работе над которым принимает участие в том числе и петербургский Водоканал.
Предлагается такой механизм. Предприятие должно декларировать фактическое качество своих сточных вод. Дальше, в соответствии с этой декларацией, определяется плата за поступление загрязняющих веществ в водные объекты. При этом мы считаем правильным предусмотреть определенный льготный период - допустим, лет пять, - в течение которого предприятие могло бы направлять эти платежи на выполнение экологических мероприятий – например, на строительство своих локальных очистных сооружений.
- Если вернуться к качеству питьевой воды, то зачастую в домах, особенно в центре города, вода не соответствует тем требованиям, о которые декларирует Водоканал…
- Ответственность Водоканала заканчивается на водомерном счетчике, на входе в дом Затем начинаются внутридомовые сети. Сегодня мы не можем отвечать за их качество. Однако в законопроекте «О водоснабжении и канализовании», о котором я уже упоминал, может появится пункт, касающийся взаимоотношений водоканалов и эксплуатирующих организаций. Однако мы и сегодня уже делаем определенные шаги в этом направлении – в частности, в экспериментальном квартале К-17 (это южная часть города, территория с населением 140 тысяч человек), где был реализован пилотный проект по созданию системы управления водоснабжением.
- Какие меры принимает Водоканал Петербурга для более оперативного реагирования на возникающие в городе аварийные ситуации?
- Во многом задержка с оперативным выездом на место аварий связана с тем, что службы связанные с их ликвидацией, были географически оторваны от обсуживаемых территорий. В середине
Мы берем на себя обязательства ликвидировать возникающие повреждения в максимально короткие сроки. И здесь мы будем наводить порядок достаточно жестко – на место тех сотрудников, кто не в состоянии работать оперативно, придут те, кто устраняет аварии быстро.
Также повышению оперативности нашей работы будет способствовать приобретение новой специальной техники.
- Ежегодно возрастают тарифы на коммунальные услуги. Почему они растут?
- Когда в 90-х годах в стране отпускали цены, никто не думал, что необходимо сделать адекватную переоценку основных фондов. Водоканал - фондоемкое предприятие и хотим того или нет, должны содержать свои сооружения в надлежащем порядке и не допускать их износа. Это требует средств.
Но мы стараемся находить внутренние резервы. Наши производственные процессы – очень энергоемкие. Однако, если еще 10 лет назад мы потребляли 1млрд. 200 млн. кВт электроэнергии в год, то сегодня - 700 млн. кВт. А после того как мы переведем город на новую систему управления водоснабжением по принципу квартала К-17, то сможем снизить энергопотребление до 450 млн. кВт. Ведь снижая энергоемкость производства, мы сокращаем свою потребность в покупке электроэнергии. И сэкономленные средства можем направить на финансирование необходимых ремонтных работ, реконструкции и т.д.
Я противник бездумного повышения тарифов. Водоканал Петербурга был одним из главных инициаторов установки счетчиков воды, поскольку, чем меньше ее потребляется, тем меньше нужно построить водопроводных станций, соответственно меньше потратить на это средств. Мы развиваемся за свой счет. Так, Петербург первый мегаполис в мире, который в полном объеме сжигает остаток сточных вод. Водоканал за свой счет построил для этого заводы. Мы брали под строительство кредиты и теперь их возвращаем. Но мы не задираем тарифы, а развиваем проекты за счет сэкономленных средств. В частности, реконструкция Главной водопроводной станции будет осуществляться также за счет средств Водоканала.
При этом тарифы Водоканала не были и никогда не будут самыми высокими в России.
И еще раз хочу сказать про счетчики. Если к воде относиться бережно – и при этом платить по счетчику – расходы будут гораздо ниже. Сегодня в Петербурге на одного человека в сутки потребляется в среднем
Беседовала Ирина Васильева