Виктория Федорова: "Покупатели квартир устали от стандартных решений"
Компания LEGENDA в прошлом году вывела на рынок жилья Smart-квартиры, представив одну из планировок в натуральную величину на осенней Ярмарке недвижимости. На весенней ярмарке будет представлен еще один "смарт", и уже можно понять, как первые клиенты восприняли продукт и насколько оправдались ожидания девелопера. На вопросы корреспондента ответила Виктория Федорова, директор по продажам компании LEGENDA.
Виктория, почему вдруг "Smart"? Откуда взялся термин и что вы в него вложили?
- Smart – это умный, сообразительный, модный. И в нашем мире этот термин может быть применен практически к любой сфере услуг или продукту. "Умными" и "продуманными" все чаще становятся автомобили, бытовая техника, мобильные устройства. Их все удобнее использовать, они компактны, многофункциональны. А вот недвижимость, как продукт более инертного рынка, очень тяжело догоняет требования времени. Причем именно в России.
Во всем мире жилая недвижимость уже шагнула далеко вперед. Японцы акцентируют внимание на компактности и функциональности. Американцы – на комфорте семейных зон. Скандинавы – на практичности и простоте каждой детали. Мы, задавшись целью создать новое поколение жилья для петербуржцев, собрали и проанализировали опыт более чем 10 стран, применили лучшее, адаптировали наиболее интересные решения, дополнили "местными" требованиями.
Что стало главным в вашей концепции Smart-жилья?
- На первом месте – человек и семья. И эти понятия неразделимы, но и человеку (как личности), и семье (как сообществу) нужны свои, отдельные пространства. Даже наш слоган – "Есть место быть собой, есть место быть семьей" – подчеркивает это. Два года LEGENDA посвятила разработке продукта. Мы выявили основные составы семей наших покупателей и сгруппировали их в 9 основных типов домохозяйств и с учетом повседневных потребностей семей, жизненных циклов, требований логистики и бытового комфорта. Для этих типов домохозяйств мы разработали более 30 видов планировок, учитывающих оптимальное зонирование, функционал, удобство.
Таким же образом мы проанализировали все элементы дома – техническое наполнение, места общего пользования, благоустройство и придомовую инфраструктуру. Только собрав все это воедино и не оставляя ни малейшего шанса компромиссным решениям, мы получили настоящий Smart-дом, где все удобно, функционально – так, как нужно человеку и семье.
Вы не боялись, что новый продукт не будет принят нашим консервативным рынком?
- Рынок – да, консервативный. Но вот покупатели квартир от отсутствия выбора, от стандартных и не всегда функциональных решений – честно, устали. Комнаты-стаканы, лишенные дневного света, длинные темные коридоры, нелогичные проходные зоны и многое другое – это пережитки стандартных планировок, которые не меняются уже много десятилетий.
Мы ввели свою классификацию квартир. У нас нет привычных "однушек", "двушек", "трешек". Есть квартиры с одной спальней, с двумя, с тремя. То есть, в зависимости от состава семьи, у каждого должна быть своя комната, свое приватное пространство. И есть living-area – общая зона для всей семьи, для общения, для семейных ужинов, для вечеров у телевизора. Мы предложили планировки для каждого типа семьи, но в разных площадях – так, наши варианты дополнились маркировкой S, M, L, XL. Но даже в минимальном размере XS функциональность квартиры для конкретной семьи остается полноценной, встанет вся мебель, всем найдется место.
Такой подход оправдал ваши ожидания? Как отреагировали первые покупатели?
- Запомнился один мужчина, который пришел к нам в поисках трехкомнатной квартиры 130 кв. метров для своей семьи. Двое родителей, двое разнополых детей. В его понимании, в меньшем метраже комфорт был бы невозможен. Мы предложили ему трехспальневый Smart – с мастер-зоной (спальня родителей с отдельным санузлом), двумя детскими, большой кухней-гостиной, отдельной гардеробной. Он купил именно эту квартиру, площадью (обращаю внимание!) 77,5 квадратных метров! И сказал: "Это действительно то, что нужно моей семье!"
Мы пришли к Smart-решениям путем долгих исследований, поэтому наши планировки защищены авторским правом. Мы доказали, что функционал 20-метровой прямоугольной комнаты порой меньше, чем функционал 10-метровой комнаты, имеющей правильные пропорции. Даже Smart-студии у нас всегда с двумя окнами, выделенной кухонной зоной, полноценной ванной комнатой. И все квартиры мы предлагаем с рекомендацией по расстановке мебели. А чтобы развеять последние сомнения – в нашем офисе продаж и на Ярмарке недвижимости всегда работает шоу-рум, где в реальных размерах можно посмотреть квартиру с расстановкой мебели.
То есть, вы предложили рынку новый продукт и не ошиблись с его перспективностью?
- Так и есть. Мы "играем на одном поле" с нашими клиентами. Такой бизнес приносит огромное удовольствие, гордость результатом, желание и дальше открывать новое.
Smart-философия пронизывает всю деятельность компании. Мы выбрали офис класса А в новой бизнес-зоне Пулково. Романтика полета, опережения времени, смены пространства – это стопроцентное отражение нашей философии. Мы сами работаем в атмосфере уюта, функциональности, красоты – клиенты это сразу отмечают. И мы не просто продаем квартиры, а делимся нашими идеями, нашим мироощущением, идеалами жизни. Поэтому быстро нашли много единомышленников, для которых наш первый в Петербурге Smart-дом "LEGENDA на Оптиков, 34" стал воплощением представлений о комфортной жизни.
Первый дом действительно показал, что мы не ошиблись, и что реальная забота о человеке, понимание его образа жизни, внимание даже к казалось-бы незначительным мелочам – это именно то, ради чего стоило создать компанию нового типа и новую Smart-философию.
О том, как кризис повлиял на рынок недвижимости, и какова ситуация со спросом на продаваемые с торгов объекты, «АСН-Инфо» рассказал Андрей Степаненко, генеральный директор ОАО «Фонд имущества Санкт-Петербурга».
- Андрей Николаевич, Фонд имущества сегодня – самая мощная аукционная площадка в стране. На какие финансовые результаты по итогам года вы рассчитываете выйти?
- Городское правительство ежегодно утверждает плановое задание по приватизации. Это доходы от выкупа земельных участков собственниками объектов недвижимости, поступления от целевой приватизации арендованных помещений, от аукционов по встройкам и зданиям с участками, от продажи квартир. Задание на 2011 год – 8 млрд рублей, – мы, конечно, выполним. Из крупных лотов осталась только гостиница «Астория», торги объявлены на 19 октября. Мы рассчитываем, что продажа состоится, тогда уже в этом году в бюджет будет перечислена часть платежа по договору. Но помимо доходов от приватизации есть еще торги по инвестиционным договорам, платежи по которым также перечисляются в бюджет.
- И как обстоят дела c их реализацией?
- Предполагалось, что сумма выручки по ним составит 16 млрд рублей, но на сегодня продано инвестдоговоров на сумму 10 млрд рублей. Прогноз рассчитывался исходя из продажи всех участков, которые Управление инвестиций Комитета по строительству планировало передать на реализацию в Фонд имущества. Однако на сегодняшний день мы получили меньше трети от этого плана, и самые ликвидные активы (под жилую застройку) до нас так и не дошли. Чтобы торги состоялись в этом году, их нужно объявить до середины ноября. Что-то мы, наверное, еще получим и продадим, но вряд ли это радикально изменит ситуацию.
- В чем причина вашего пессимизма?
- Есть проблемы с подготовкой инвестиционной документации – пакетов документов к торгам. «Короткий пакет» завершил свою жизнь. А «полный пакет» готовить не так просто.
- Как изменилась активность инвесторов в разных сегментах рынка?
- Общая тенденция – это снижение активности инвесторов. Единственное исключение – строительство жилья эконом-класса. В этом секторе наблюдается устойчивый спрос, на который не влияют ни кризис, ни предвыборная политическая нестабильность. Есть оживление в стрит-ритейле: спросом пользуются небольшие торговые помещения с хорошей локацией. Цены на них иногда вырастают в десятки раз. По остальным направлениям (офисы, гостиницы, промышленная недвижимость, паркинги и пр.) активность практически нулевая.
- В чем причина, это все последствия кризиса?
- Конечно, кризис повлиял. Особенно отток с рынка иностранных и банковских средств. Сейчас оформить кредит значительно сложнее, чем до кризиса. Даже под залог реальных активов и поручительства учредителей компании не могут получить кредит. И это я говорю о компаниях, давно работающих на рынке, «крепких середняках». Я лично дважды был свидетелем такой ситуации. Банки стали чрезмерно консервативны и неохотно занимаются кредитованием.
- Как влияет на активность инвесторов политическая ситуация?
- В России все максимально политизировано. В Санкт-Петербурге 3-4 человека могут похоронить любой проект, просто написав на предвыборной волне жалобу о том, что новая идея диссонирует с существующей застройкой. В таких условиях бизнесу работать крайне тяжело. Сейчас вообще наступила пауза: новые инвесторы на рынок не приходят, а уже работающие – не начинают новых проектов. Кто-то не выдерживает и уходит в другие регионы, где меньше градостроительных ограничений, а значит и рисков, что проект будет остановлен. Я знаю несколько крупных инвестиционных компаний, которые сейчас сворачивают свой бизнес в Петербурге.
Некоторые компании переводят свой бизнес, а значит и инвестиций, в другие отрасли. Например, в производства, связанные с сельхозбизнесом, или в телекоммуникационный сектор.
- Люди устали?
- Да. И необходимо понимать, что отсутствие стабильно работающего бизнеса - это отсутствие стабильных налоговых поступлений в бюджет. Петербург не Венеция, город не может замереть, уповая только на доходы туристической отрасли. Политика запрещения и отсутствия четких правил ведения бизнеса, в том числе и девелоперского бизнеса, идет городу во вред. Уже сейчас на рынке нет сделок по продаже 5, 10,
- А что с проектом на набережной Робеспьера, 32?
- В 2007 году, на пике цен на недвижимость, сложилась удачная для города сделка. Сейчас мы сделали все, чтобы этот проект получил развитие и, в конечном счете, был завершен. Мы помирили застройщика «ППК», Сбербанк и город. Сроки реализации проекта продлены, и теперь ничто не мешает его осуществлению. Как это произойдет, мы не знаем. Возможно, появится новый инвестор – ППК активно занимается продажей проекта. Мой прогноз – продать его до мая 2012 года нереально.
- А другие проекты?
- Я сейчас все торги планирую с учетом выборов: и канал Грибоедова, 13, и дворец Кочубея, и Уткину дачу, и Конюшенную ул., 1/18, в Пушкине. Только «Астория» по-прежнему запланирована на этот год. Мы заняли выжидательную позицию и смотрим, как будет развиваться рынок.
- Сейчас вообще всю землю хотят продавать на торгах. И даже инициированы соответствующие изменения в Земельный кодекс. Как вы к этой идее относитесь?
- Хотя я и идеолог торгов, но считаю, что такой подход нерационален. Например, в квартале нужен какой-нибудь соц.объект, но найти на него даже одного инвестора чрезвычайно трудно. Какие уж тут торги. И это типичная ситуация для таких объектов, как, предположим, поликлиника или спортивный комплекс. Или другая ситуация – участки, сложные с градостроительной точки зрения (например, лакуна на Петроградке). Я думаю, что нельзя все огульно пускать с молотка, нужен дифференцированный подход.
- С новым губернатором пообщались? Складывается диалог?
- Пока не общались. Но я надеюсь и даже уверен, что наши функции продавца будут по-прежнему востребованы. Имущество необходимо эффективно реализовывать. Надеюсь, что мы будем работать в прежнем режиме и приносить городу пользу.
- Как идет работа вашей «дочки» - Российского аукционного дома?
- Вполне успешно. Мы аккредитованы для продажи федерального имущества, занимаемся организацией торгов по продаже госимущества Москвы и Ханты-Мансийска. Это подтверждает, что мы шли по правильному пути, и опыт Фонда имущества, одного из учредителей Российского аукционного дома, востребован.
- Какова судебная практика фонда?
- Из наиболее известных случаев – здание с участком на Боровой улице, которое продавалось в рамках PROEstate-2008. Сделка, как вы помните, не была оплачена. Покупатель почему-то решил, что имеет право после торгов вносить изменения в договор купли-продажи. Мы судились, выиграли процесс во всех трех судебных инстанциях и провели повторные торги. Сейчас этот объект находится в собственности компании БФА.
Была сложная ситуация со зданием на Пионерской, 16, часть которого занимала Академия им. Можайского. Мы смогли организовать диалог с инвесторами и с Минобороны. В результате были устранены технические препятствия для реализации проекта, подписано мировое соглашение, выплачена компенсация Академии им. Можайского, - интересы всех заинтересованных сторон были удовлетворены.
Были суды с продажей единым лотом участков в разных районах города под магазины шаговой доступности. Мы отстояли законность продажи в суде кассационной инстанции. Как будут разворачиваться события дальше, пока не знаю.
- Вы затрудняетесь делать прогнозы из-за последнего решения Высшего арбитража по Сытнинской улице?
- Да. На мой взгляд, этим решением суд вышел за рамки своей компетенции. И непонятно, кто и как будет исполнять это судебное решение. Посмотрим. Но прецедент для России плохой. Он означает, что любая сделка может быть оспорена, независимо от того, насколько добросовестным был приобретатель.
Андрей Степаненко
генеральный директор ОАО «Фонд имущества Санкт-Петербурга», ОАО «Российский аукционный дом»
Родился 6 февраля 1972 года. Окончил Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов. Кандидат экономических наук. В 2002 году защитил диссертацию на тему «Методические основы управления недвижимым имуществом крупного города».
Занимался профессиональной риэлтерской деятельностью, возглавлял Петроградское и Выборгское агентства КУГИ Санкт-Петербурга.
С марта 2004 года руководит Фондом имущества Санкт-Петербурга – крупнейшей в России региональной аукционной площадкой по продаже недвижимости.