Виктория Федорова: "Покупатели квартир устали от стандартных решений"
Компания LEGENDA в прошлом году вывела на рынок жилья Smart-квартиры, представив одну из планировок в натуральную величину на осенней Ярмарке недвижимости. На весенней ярмарке будет представлен еще один "смарт", и уже можно понять, как первые клиенты восприняли продукт и насколько оправдались ожидания девелопера. На вопросы корреспондента ответила Виктория Федорова, директор по продажам компании LEGENDA.
Виктория, почему вдруг "Smart"? Откуда взялся термин и что вы в него вложили?
- Smart – это умный, сообразительный, модный. И в нашем мире этот термин может быть применен практически к любой сфере услуг или продукту. "Умными" и "продуманными" все чаще становятся автомобили, бытовая техника, мобильные устройства. Их все удобнее использовать, они компактны, многофункциональны. А вот недвижимость, как продукт более инертного рынка, очень тяжело догоняет требования времени. Причем именно в России.
Во всем мире жилая недвижимость уже шагнула далеко вперед. Японцы акцентируют внимание на компактности и функциональности. Американцы – на комфорте семейных зон. Скандинавы – на практичности и простоте каждой детали. Мы, задавшись целью создать новое поколение жилья для петербуржцев, собрали и проанализировали опыт более чем 10 стран, применили лучшее, адаптировали наиболее интересные решения, дополнили "местными" требованиями.
Что стало главным в вашей концепции Smart-жилья?
- На первом месте – человек и семья. И эти понятия неразделимы, но и человеку (как личности), и семье (как сообществу) нужны свои, отдельные пространства. Даже наш слоган – "Есть место быть собой, есть место быть семьей" – подчеркивает это. Два года LEGENDA посвятила разработке продукта. Мы выявили основные составы семей наших покупателей и сгруппировали их в 9 основных типов домохозяйств и с учетом повседневных потребностей семей, жизненных циклов, требований логистики и бытового комфорта. Для этих типов домохозяйств мы разработали более 30 видов планировок, учитывающих оптимальное зонирование, функционал, удобство.
Таким же образом мы проанализировали все элементы дома – техническое наполнение, места общего пользования, благоустройство и придомовую инфраструктуру. Только собрав все это воедино и не оставляя ни малейшего шанса компромиссным решениям, мы получили настоящий Smart-дом, где все удобно, функционально – так, как нужно человеку и семье.
Вы не боялись, что новый продукт не будет принят нашим консервативным рынком?
- Рынок – да, консервативный. Но вот покупатели квартир от отсутствия выбора, от стандартных и не всегда функциональных решений – честно, устали. Комнаты-стаканы, лишенные дневного света, длинные темные коридоры, нелогичные проходные зоны и многое другое – это пережитки стандартных планировок, которые не меняются уже много десятилетий.
Мы ввели свою классификацию квартир. У нас нет привычных "однушек", "двушек", "трешек". Есть квартиры с одной спальней, с двумя, с тремя. То есть, в зависимости от состава семьи, у каждого должна быть своя комната, свое приватное пространство. И есть living-area – общая зона для всей семьи, для общения, для семейных ужинов, для вечеров у телевизора. Мы предложили планировки для каждого типа семьи, но в разных площадях – так, наши варианты дополнились маркировкой S, M, L, XL. Но даже в минимальном размере XS функциональность квартиры для конкретной семьи остается полноценной, встанет вся мебель, всем найдется место.
Такой подход оправдал ваши ожидания? Как отреагировали первые покупатели?
- Запомнился один мужчина, который пришел к нам в поисках трехкомнатной квартиры 130 кв. метров для своей семьи. Двое родителей, двое разнополых детей. В его понимании, в меньшем метраже комфорт был бы невозможен. Мы предложили ему трехспальневый Smart – с мастер-зоной (спальня родителей с отдельным санузлом), двумя детскими, большой кухней-гостиной, отдельной гардеробной. Он купил именно эту квартиру, площадью (обращаю внимание!) 77,5 квадратных метров! И сказал: "Это действительно то, что нужно моей семье!"
Мы пришли к Smart-решениям путем долгих исследований, поэтому наши планировки защищены авторским правом. Мы доказали, что функционал 20-метровой прямоугольной комнаты порой меньше, чем функционал 10-метровой комнаты, имеющей правильные пропорции. Даже Smart-студии у нас всегда с двумя окнами, выделенной кухонной зоной, полноценной ванной комнатой. И все квартиры мы предлагаем с рекомендацией по расстановке мебели. А чтобы развеять последние сомнения – в нашем офисе продаж и на Ярмарке недвижимости всегда работает шоу-рум, где в реальных размерах можно посмотреть квартиру с расстановкой мебели.
То есть, вы предложили рынку новый продукт и не ошиблись с его перспективностью?
- Так и есть. Мы "играем на одном поле" с нашими клиентами. Такой бизнес приносит огромное удовольствие, гордость результатом, желание и дальше открывать новое.
Smart-философия пронизывает всю деятельность компании. Мы выбрали офис класса А в новой бизнес-зоне Пулково. Романтика полета, опережения времени, смены пространства – это стопроцентное отражение нашей философии. Мы сами работаем в атмосфере уюта, функциональности, красоты – клиенты это сразу отмечают. И мы не просто продаем квартиры, а делимся нашими идеями, нашим мироощущением, идеалами жизни. Поэтому быстро нашли много единомышленников, для которых наш первый в Петербурге Smart-дом "LEGENDA на Оптиков, 34" стал воплощением представлений о комфортной жизни.
Первый дом действительно показал, что мы не ошиблись, и что реальная забота о человеке, понимание его образа жизни, внимание даже к казалось-бы незначительным мелочам – это именно то, ради чего стоило создать компанию нового типа и новую Smart-философию.
1 декабря 2008 г. Юрий Митюрев был назначен на должность первого заместителя председателя Комитета по градостроительству и архитектуре – главного архитектора Санкт-Петербурга. Каким он видит градостроительное будущее нашего города? Удастся ли избежать ошибок на этом пути? Есть ли шанс участвовать в этой работе молодым зодчим?
– Юрий Константинович, вы шаг за шагом прошли все ступени в своей профессии, с 1991 г. создали и возглавили собственную архитектурную мастерскую. И вот – совсем иная сфера деятельности. Трудно было перестраиваться?
– В общем-то не очень. Дело в том, что у нас с Юлией Евгеньевной Киселевой, председателем КГА, достаточно ясно определены зоны ответственности. За мной остаются вопросы формирования градостроительной политики, подготовки нормативных документов, координация работы по организации архитектурных конкурсов и еще ряд функций. Предвосхищая возможный вопрос, сразу скажу: в связи в тем объемом работы, который ныне возложен на КГА, считаю такое разделение абсолютно обоснованным и даже назревшим.
Что же касается градостроительного развития Петербурга в целом, то здесь я пока лишь набираюсь знаний и опыта, изучаю задачи, которые стоят перед нашим комитетом. Однако отмечу: на данном этапе своей биографии я в профессиональном смысле в первую очередь чиновник.
– Одно из направлений работы остается неизменным? Я имею в виду деятельность градостроительного совета…
– Костяк градсовета остается неизменным. Но изменения будут. В его состав будут включены специалисты по инженерным коммуникациям, конструкторы, транспортники, художники. В целом в состав градостроительного совета будет входить порядка 45 человек.
– Не так давно был создан и общественный градостроительный совет, который провел лишь два, от силы три заседания. Какое будущее ожидает его?
– Мы уже подготовили новое положение о градостроительном совете, которое скоро будет вынесено на рассмотрение правительства Петербурга. Затем мы начнем разработку соответствующего документа в отношении общественного градсовета. Так что могу уверить читателей вашей газеты – он будет работать, однако его функции претерпят некоторые изменения.
– Общественный градсовет стал очевидной попыткой привнести что-то новое в архитектурную жизнь Петербурга. Но ясно, что она и не может быть успешной без привлечения молодого поколения архитекторов. Между тем бытует мнение, что в нашем городе сформировалась определенная архитектурная среда – назовем ее кланом – которая неохотно допускает в свои ряды новых людей. На ваш взгляд, можно ли здесь что-то исправить?
– В обновленный состав градостроительного совета будут включены в том числе и молодые архитекторы. Хотя проблема здесь гораздо шире.
Вы назвали верхушку петербургского архитектурного сообщества кланом. Я бы применил другой термин – элита. Ведь это люди, которые завоевывали свой авторитет не одним-двумя удачными проектами, а десятилетиями успешной деятельности. И заработать его можно фактически только одним способом – постоянно участвуя в архитектурных конкурсах, нарабатывая себе имя в ходе их проведения. Да, зачастую в ущерб своим материальным доходам. У нынешнего же поколения молодых архитекторов денежная составляющая стоит подчас все-таки на первом месте.
Убежден: по окончании вуза молодой архитектор обязательно должен поработать в крупной компании, в которой он будет заниматься реальным проектированием, учиться работать в команде, приобретать опыт работы с заказчиками.
– Будем надеяться, что им удастся избежать тех градостроительных ошибок, которыми «прославились» некоторые из их предшественников…
– Вскоре в Петербурге будет сформирован целый комплекс основополагающих документов, которые, я надеюсь, и позволят их не допускать. И Генплан, и Правила землепользования и застройки будут выполнять роль своего рода рамок, в которых, само собой разумеется, останется и свобода для самовыражения архитектора. Ну а если его заведет куда-то не туда, то у архитектурного сообщества и у руководства КГА теперь будут механизмы, с помощью которых коллегу можно будет подправить. То же самое касается и застройщиков. Не хочешь строить в рамках установленных регламентов, то есть в рамках действующих законов, – и не будешь строить. Хотя бы потому, что даже если кто-то решится нарушить закон, то сотрудники КГА нарушать его не собираются.
– Но борьба с градостроительными ошибками важна не сама по себе, а в каком-то контексте. Каков он для вас?
– Не скажу ничего оригинального – сохранение Петербурга таким, каким мы его получили. Но при условии, что наш город – это живой организм, который без развития может погибнуть. И если в отношении исторического центра все более-менее ясно – памятники только реконструируются, а новые дома возводятся лишь в рамках фоновой застройки, то касательно районов массовой застройки обязательно должны применяться программы реновации.
– Насчет «хрущевок» спору нет. А как быть с домами, построенными в так называемом «большом стиле»? Например, с тем же универмагом «Фрунзенский»?
– Во все времена архитектура была тесно связана с политической властью. Например, когда в 50-е годы началась борьба с архитектурными излишествами, то был издан соответствующий приказ и их попросту соскоблили.
Что касается образчиков «большого стиля» и шире – знаковых строений, то в Петербурге есть много зданий, которые трогать попросту нельзя. И это не только универмаг «Фрунзенский», который, несомненно, нужно оставить в нынешнем виде, но и ряд других зданий промышленной и социальной направленности. Кстати, в Союзе архитекторов подготовлен целый список архитектурных объектов, построенных в период с 1957 по 1987 год, которые мы предлагаем к охране. Это – аэропорт «Пулково-1», речной вокзал и гостиница «Речная», спортивная школа на Васильевском острове, детский сад в переулке Джамбула, дворец бракосочетания Выборгского района, БКЗ «Октябрьский», здание ТЮЗа, СКК «Петербургский», жилой дом «Муравейник» в Сестрорецке. В общей сложности – более 10 объектов. И думаю, что нам удастся это сделать. Естественно – при поддержке и КГИОП, и других комитетов, организаций и ведомств, с которыми руководство КГА и в дальнейшем собирается строить дружеские и партнерские отношения. Потому что в одиночку решить поставленные задачи нам будет сложновато.
Беседовал Аркадий Орлов,
Строительный Еженедельник