Игорь Орлов: "Мы не формируем открытые условия рынка в строительной сфере"
![](http://m.asninfo.ru/images/interviews/12222fc5/43cd80f9be1419db2c4f04a3.jpg)
На межрегиональной конференции "Развитие жилищного строительства в СЗФО. Проблемы и пути решения" губернатор Архангельской области Игорь Орлов рассказал корреспонденту "Строительного Еженедельника" Антонине Асановой о том, в каком состоянии находится строительная отрасль региона.
Игорь Анатольевич, на конференции вы говорили о проблеме ветхого и аварийного жилья в Архангельской области как одной из самых острых.
– Расселение ветхого и аварийного жилья – это проблема, которую, безусловно, нужно решать. Но, к сожалению, ситуация сложилась противоречивая. С одной стороны, процесс расселения аварийных домов и капитального ремонта ветхих требует достаточно объемных инвестиций, именно государственных. Мы не можем привлечь частных инвесторов как в остальных сегментах – арендном, коммерческом жилье, потому что по сути дела людям нужно предоставить жилье взамен ветхого и аварийного бесплатно. С другой стороны, мы не можем остановить процесс роста количества аварийных домов. В итоге муниципальные образования вынуждены сдерживать количество исков о признании домов аварийными. Поэтому существует жилье, официально признанное аварийным, а существует не признанное, но являющееся таковым. И эта проблема остается, мы будем продолжать ее решать, но инструменты, которые у нас есть, к сожалению, связаны с объемом государственных инвестиций.
При этом представитель Фонда содействия реформированию ЖКХ заявил на конференции, что в прошлом году Архангельская область не израсходовала 40 млн рублей средств, выделенных ей на расселение аварийных домов.
– Не хочется углубляться в причины этого недорасхода. Тогда он был компромиссным решением. Сейчас мы будем стараться по-другому следить за такими проектами. Сегодня стоит задача прежде всего организовать внутренние процессы в регионе так, чтобы было понятно, какой комплекс работ нужно сделать каждому из нас, от главы поселения до губернатора. С одной стороны, мы должны быть готовыми к освоению этих денег, а с другой стороны – организовывать работу так, чтобы эти деньги были потрачены в правильном направлении.
Какие еще острые проблемы стоят перед строительным комплексом Архангельской области?
– Проблемы классические. Во-первых, это громоздкая и зачастую субъективная разрешительная система. Ее нужно «расшивать» и формировать условия для более быстрого получения доступа к земле, к коммуникациям. Второе – это отрасль строительных материалов, которая находится сегодня в сложном положении: она не имеет современных технологий, не имеет современных организационно-технических решений, которые позволяли бы ей быстро ориентироваться на потребности рынка, строительных предприятий. Третье – это уровень квалификации самих предприятий и как причина этого – система подготовки кадров.
Экс-глава Комитета по строительству Петербурга Вячеслав Семененко не так давно заявил, что бизнес до сих пор работает в реалиях 1990-х годов. В Архангельске такая же проблема?
– Я в значительной степени с ним соглашусь. Дело в том, что мы не даем бизнесу возможности работать по-другому. Мы не формируем открытые условия рынка в строительной сфере. Она все время как будто в тумане. Можно пойти законным путем, но если не получится – всегда существует обходной, не такой чистый. Если бы инвестор четко представлял, что для того чтобы построить дом, необходимо соблюсти определенное число правил, которые безусловны, и тогда он получит все права, не будет никаких ограничений, тогда рынок был бы прозрачным. А когда мы создаем целый набор условий, которые позволяют и чиновникам, и контрольным органам какую-то инвариантность решений, риски бизнеса растут в разы. И мы возвращаемся к 1990-м годам из-за не до конца описанных в законодательстве условий инвестирования.
Как обстоит дело с привлечением инвестиций в область?
– Мы открыты, мы готовы обсуждать любые условия, преференции для привлечения инвестиций. Если вы нам предложите инвестора, он от нас никуда не уйдет. И предложения есть, но реальным договоренностям всегда предшествует интимный переговорный процесс. Нам приходится двигаться в этом направлении аккуратными шагами, с пояснением каких-то не до конца понятных сложностей, нюансов в законодательстве и региональных условиях. Но главное, что мы двигаемся.
![](http://m.asninfo.ru/images/interviews/c034d959/63e134601c6f005246b6051c.jpg)
В Петербурге стартуют работы по ремонту ключевых автодорог города. На вопросы «АСН-Инфо» об инновациях в дорожных ремонтах и отношениях с подрядчиками отвечал глава КРТИ Борис Мурашов.
Какие ключевые объекты транспортной инфраструктуры находятся сегодня в стадии строительства и ремонта?
- Особое внимание комитета сейчас направлено на объекты, интенсивность автопотока которых наиболее велика. Это Западный скоростной диаметр, где интенсивность потока составляет порядка 100 тысяч автомобилей в сутки. Таким образом, ЗСД заберет почти 7% всего автопотока Петербурга. Это Приморский проспект, интенсивность которого составляет около 65 тысяч автомобилей в сутки. Это ключевая транспортная артерия севера города - проспект Энгельса, который в этом году будет ремонтироваться практически на всем протяжении. А также все адреса, указанные в перечне ГАТИ — это очень важные и очень перегруженные на сегодня дороги. На этих объектах мы стремимся продлить срок жизни дороги — применяем новые технологии, материалы. Потому что, если здесь сразу не добиться качества, результат функционирования этих дорог и развязок будет плачевным.
К слову о новых технологиях и материалах — какие инновации, заявленные в недавнем прошлом, применяются сегодня? Было много разговоров о 3D моделировании...
- С 3D моделированием, признаюсь, мы чуть-чуть забежали вперед. Всего 7% оборудования, которым сегодня пользуются в городе при дорожных работах, способно работать в режиме 3D. Поэтому подрядчики, для того чтобы качественно выполнить такое моделирование, вынуждены были озаботиться оснащением новой техникой, и мы даем им время на переоснащение. На сегодня очевидно, что подрядчики попросту не успевают переоснаститься и заставить их разом продать всю технику и закупать новую — не выход. В противном случае рынок подряда сузился бы до 2-3 компаний, которые уже взяли на вооружение технику нового поколения. В ближайшем будущем, я уверен, мы вернемся к реализации технологии 3D моделирования.
Мы отказались от технологии микроасфальта, поскольку предприятие ДОРОЖНИК-92 пошло на риск, активно взяло на вооружение эту технологию, и, как результат, стало лидером по количеству зафиксированных дефектов. Микроасфальт, к сожалению, не прижился — не пережил нашу петербургскую зиму. В то же время мы продолжаем работать с порфиритом, с компакт-асфальтом и другими проверенными технологиями.
Как складываются взаимоотношения с подрядчиками?
Отношения складываются подчас непросто. Например, в конце прошлого года ассоциация дорожников «Дормост» пожаловалась на то, что стоимость ремонта квадратного метра дороги у нас слишком низка. Подрядчики настаивали на увеличении стоимости. Потребовалось порядка трех месяцев для того, чтобы разобраться и урегулировать ситуацию, и вот буквально недавно этот длительный диалог с представителями подрядных организаций закончился в пользу государства. Стоимость ремонта квадратного метра не только не увеличилась по сравнению с показателем прошлого года, но наоборот — снизилась.
Также ведется и работа по мониторингу соблюдения подрядчиками стандартов качества. Любой материал, в том числе асфальт и разметка имеет свои гарантийные сроки. Если на объекте материал разрушился или стерся, или появились трещины — подрядчик за свой счет должен устранить дефекты. На сегодня на наших объектах — 597 гарантийных адресов. Каждую осень и весну специальная комиссия обследует эти адреса с целью выявления дефектов. Подрядчику дается время на устранение недостатков, и в случае неисполнения этих обязательств мы подаем в суд. И хотя механизм работы в таких ситуациях уже налажен, вопрос качества строительства и ремонта дорог еще не снят, и еще долго снят не будет.
![](http://m.asninfo.ru/images/interviews/b1dcfd70/3eb6c8a58e81d8e56c26221a.jpg)
Ведущий проектный институт Ленинградской области – «Ленгражданпроект» – празднует 65 лет со дня основания. Мы встретились с Денисом Давыдовым, генеральным директором организации, и поговорили о работе института, а также о том, какие еще проектные вершины собирается покорить институт.
– Институт «Ленгражданпроект» был организован в системе проектных территориальных институтов специально для развития Ленинградской области. В основном акценты делались на развитии сельского хозяйства в регионе. В советском прошлом численность сотрудников института составляла более 4 тыс. человек! Сегодня все по-другому: реалии времени диктуют меньшее количество работников. Сейчас у нас в штате около 200 человек. Однако по современным меркам это большой коллектив, так как компании, подобные нашему институту по численности, можно перечислить по пальцам одной руки. За эти годы в стенах института выработались профессиональные качественные эталоны проектирования. Тот объем проектной документации, которую произвел институт, потрясает воображение. Сменилось много поколений проектировщиков. Многие сотрудники посвятили институту всю свою жизнь. Есть сотрудник, который у нас работает более 50 лет, другие трудятся по 20-30 лет.
– Как-то Вы сказали, что для Вас интересный проект – это в какой-то степени сложный проект. Приведите пример подобных проектов, который делал институт.
– Во-первых, сейчас я не стал бы жестко привязывать друг к другу понятия интересный и сложный, потому что не все сложные объекты интересны, и наоборот, не все интересные проекты являются сложными.
Бесспорно, сложным объектом является родильный дом в Выборге. По существу, это перинатальный центр, где трудности проектирования связаны с медицинскими технологиями и сложными техническими и инженерными решениями. Несмотря на это институт «Ленгражданпроект» сделал проект по цене, составляющей 0,5% от общей стоимости проекта, уже был проведен аукцион на строительство. Кстати, общая стоимость строительно-монтажных работ на начальном этапе оценивалась в 1,7 млрд рублей, но тендер выиграла компания, которая понизила цену до 1,1 млрд рублей. Сейчас конкурс отменен, и слава богу. Надо понимать, что проект прошел экспертизу, которая очень пристально смотрела на соответствие сметной стоимости разработанным проектным решениям, там никаких завышений нет. И когда компания на конкурсе берет на себя ответственность построить сложнейший объект в полтора раза дешевле, я считаю, что это либо непрофессионализм, либо лукавство.
В качестве сложного проекта я могу привести в пример реконструкцию Киришской районной больницы. Это долгострой, который возводился на протяжении нескольких десятков лет. С учетом долгой истории и многочисленных изменений норм проектирования завершение его реконструкции и строительства – подвиг всех участников процесса: заказчика, проектировщиков, строителей, врачей. Результат говорит сам за себя: больница построена и сейчас вводится в эксплуатацию. В связи с этим еще одним плюсом, который меня восхищает в нашем институте, является готовность прийти на помощь заказчику, особенно государственному, на тех объектах, которые ни одна коммерческая проектная студия не берет доделывать или разрабатывать по-новому. В этом смысле «Ленгражданпроект» – надежный помощник всех уровней исполнительной власти Ленинградской области.
Среди интересных проектов я отмечу жилой дом на Клинском проспекте в Санкт-Петербурге. Объект проектируется в петербургском стиле, с красивым фасадом, с удобными внутренними планировками, со встроенными помещениями и подземным паркингом. Все это в самом центре города с соблюдением всех необходимых норм и требований. Это сложный, но в гораздо большей степени интересный и красивый объект, который станет настоящей жемчужиной.
– Проектировщиков сегодня обвиняют, если не во всех, то во многих смертных грехах. Что, в свою очередь, проектировщикам мешает работать и выполнять свою работу более качественно?
– На сегодня очень тяжелая ситуация с развитием проектной отрасли не только в регионе, но и во всей России. У каждой отрасли промышленности есть свои болезни роста. Мы видим, что в проектировании одной из основных причин этой болезни является кадровый провал при подготовке профессиональных проектировщиков. Связано это с периодом 90-х годов прошлого века, когда считалось, что в проектировании работать непрестижно и невыгодно. Очень сильно на процесс проектирования, на мой взгляд, влияет несовершенство федерального законодательства. Сейчас самый важный критерий при проведении конкурсных процедур – цена выполнения работ. Однако в такой отрасли, как проектирование, ведущую роль должна играть квалификация проектировщиков, потому что от проекта зависит как процесс строительства, так и последующая эксплуатация объекта. Сэкономив относительно небольшие деньги на результатах конкурса по проектированию, можно потом потерять во много раз больше, а проектная компания, работая после снижения цены почти по себестоимости, не имеет возможности аккумулировать средства для модернизации проектного производства и оплаты повышения квалификации своих кадров.
– Как складываются отношения у института «Ленгражданпроект» с заказчиками?
– Проблемы, которые легли на отрасль в целом, касаются не только квалификации проектировщиков и качества проектной документации, но и квалификации представителей заказчиков. Выполнение функций заказчика – это ответственная сфера деятельности, грамотный заказчик на сегодня – очень большая ценность. Сейчас много компаний считают себя заказчиками. Однако если посмотреть СНиП советских времен, то заказчик – это та организация, которая не только финансирует строительство и проводит конкурсы, но в полном смысле является организатором всего процесса: изысканий, проектирования, проведения всех необходимых согласований, строительства. Заказчик в полном смысле слова должен быть знатоком во всех этих отраслях. Но меня в первую очередь интересует профессионализм заказчика в сфере проектирования. Заказчик должен знать основные нормы проектирования и говорить с проектировщиком на одном языке. Ставить грамотно задачи, направлять в нужное русло, умело контролировать процесс и быть не только жестким надсмотрщиком, но и товарищем проектировщика в хорошем смысле.
Безусловно, сегодня самым интересным для нас заказчиком является государство. Мы активно участвуем в государственных конкурсах, в основном в Ленинградской области. Часто выигрываем и очень эффективно сотрудничаем со службами заказчика всех уровней. Грамотно поставить цель и обозначить те критерии, которым должно соответствовать проектное производство, – именно это составляет весомую долю успеха при проведении работ.
При взаимодействии с государственным заказчиком немаловажным фактором является социальная ответственность. Для института «Ленгражданпроект» перспективы развития жилищного строительства и социальной сферы – это не пустой звук. Сейчас мы подключились к процессу помощи обманутым дольщикам: работаем в Гатчине над проектами по достройке двух домов. Мы дорабатываем проектную документацию, которая по большей части утеряна, проводим обследование того, что уже построено, даем рекомендации строителям о минимизации негативных последствий длительного недостроя. Надеюсь, что в ближайшем будущем эти дома будут построены и люди обретут свое жилье.
– А над какими еще проектами сейчас работает институт?
– Как я уже говорил, это дом в Клинском переулке, несколько детских садов и школ, детских лагерей, а также жилых домов в Ленинградской области. Еще мы делаем проект автодорожного путепровода через железную дорогу во Всеволожске. Проходит процесс согласований проект реконструкции родильного дома № 9 в Санкт-Петербурге. Кроме этого, ведем работу по проектированию множества более мелких объектов.
– Занимается ли институт промышленным проектированием?
– Конечно, мы занимаемся проектированием и промышленных объектов, но здесь есть своя специфика. Сейчас по большей части все, что касается технологии производства, дает производитель оборудования. На чисто производственных объектах мы в основном занимаемся проектированием инженерного обеспечения, зданий, в которых будет размещаться это производство, а также вспомогательных сооружений.
– Год назад Вы сообщили, что «Ленгражданпроект» будет расширять свою деятельность по изыскательским услугам. Удалось ли этого достичь?
– Безусловно, изыскательские услуги институт выполнял давно, но за последний год мы приобрели новую технику: бурильную установку, новое оборудование для проведения изысканий. И сейчас активно проводим работы по изысканиям как в составе собственных проектов, так и самостоятельные топографические, геодезические и геологические исследования, выполняем исполнительную съемку построенных объектов. Заказчиков много, особенно в Ленинградской области.
– Институт «Ленгражданпроект» входит в НП «Проектировщики Северо-Запада», президентом совета которого Вы являетесь. Как СРО может способствовать решению вышеперечисленных Вами проблем отрасли?
– Изначально СРО создавались как некие общественные контролирующие организации взамен системы лицензирования. Я часто слышу претензии к саморегулируемым организациям. Но давайте вспомним, что раньше никакой общественной функции органы лицензирования не несли и никаких интересов проектного сообщества не представляли. И говорить, что было лучше, на мой взгляд, некорректно. А СРО на сегодня, кроме достаточно эффективно выполняющейся функции контроля, очень активно представляют интересы проектировщиков как на региональном, так и на федеральном уровнях власти. Объединяя десятки и сотни проектных компаний, консолидируя мнения профессионального сообщества, даже просто озвучивая его во властных кругах, направляя туда обращения, выполняя консультационные и экспертные функции, СРО и НОП делает очень много для отрасли. Зачастую именно это является основой для принятия властью решений, в том числе и по корректировке федерального законодательства и многих других нормативных актов. Это очень позитивный процесс, который набирает обороты. Я хочу обратиться к членам НП «Проектировщики Северо-Запада» и призвать их проявлять большую гражданскую активность: общаться, приходить на общие собрания, говорить о проблемах. Если нет диалога, то какие-то проблемы можно не заметить, много хороших идей могло бы найти свое воплощение, но так и не доходят до того этапа, когда их можно реализовать.
– Какие цели и задачи Вы как руководитель ставите перед институтом «Ленгражданпроект»?
– Глобальная и стратегическая цель – подтверждение статуса «Ленгражданпроекта» как ведущего института региона. Он им был, но в недавней сложной экономической и политической ситуации часть позиций была утеряна. За последнее время институт начал восстанавливать свое положение, но над этим еще много и долго надо трудиться. Тактических задач несколько. В первую очередь усиление состава института молодыми квалифицированными специалистами, насыщение новыми проектными технологиями, а также расширение круга заказчиков. Потенциал института колоссальный. Огромный опыт и те наработки, которые есть в стенах института, позволяют предлагать заказчику гораздо более интересные, оперативные и экономически эффективные проектные решения. После их реализации будут построены дома, в которых людям будет комфортно жить, работать, учиться – чувствовать себя полноправными гражданами.