Илья Злуницын: "До января ничего не сгорит - это точно"
В ожидании второй волны кризиса банки пока чувствуют себя уверенно и рассчитывают на показатели доходности, сопоставимые с результатами прошлого года. О том, какие пакеты планирует наращивать Росбанк в Петербурге, о перспективах сотрудничества с девелоперами и влиянии кризиса еврозоны на банковский сектор "Строительному Еженедельнику" рассказал Илья Злуницын, региональный директор Северо-Западного филиала Росбанка.
Как вы оцениваете результаты деятельности филиала за первое полугодие 2012 года?
- Мы довольны результатами первого полугодия, за этот период росла доходность филиала, повышалась эффективность его деятельности. Наша балансовая прибыль за 6 месяцев текущего года составила порядка 2 млрд рублей. Совокупный кредитный портфель банка вырос до 42,4 млрд рублей. В частности, кредитный портфель корпоративных клиентов увеличился на 9% и составил 19,6 млрд рублей с учетом документарных сделок. В его структуре преобладают кредиты предприятиям промышленности (33%) и строительства (28%). Розничный кредитный портфель вырос до 25 млрд рублей. К концу года мы планируем удвоить прибыль.
Какова доля Петербурга в общем объеме бизнеса банка? Сколько офисов работает у вас в Петербурге и в СЗФО?
- Северо-Западный филиал является одним из самых крупных филиалов Росбанка и занимает порядка 10% в общем объеме бизнеса банка. Мы работаем на местном рынке уже более 10 лет и входим в пятерку крупнейших кредитно-финансовых учреждений города. В Петербурге у нас 30 дополнительных офисов, а на территории Северо-Западного региона – 23 операционных офиса. В течение следующего года мы планируем увеличить на 10% количество наших отделений на Северо-Западе.
Насколько развито сотрудничество банка с застройщиками? Планируете ли наращивать это взаимодействие?
- Мы активно работаем в сфере корпоративного кредитования со строительными компаниями Петербурга. Доля строительного бизнеса в кредитном портфеле филиала составляет порядка 30%. Сюда входит около 10 ключевых игроков рынка недвижимости, которые занимаются как жилыми, так и коммерческими проектами. У Росбанка заключено партнерское соглашение с ЗАО "ЮИТ Санкт-Петербург" по всем объектам девелопера. В будущем планируется расширение списка аккредитованных застройщиков. Также мы сотрудничаем со всеми крупнейшими застройщиками города по уже построенным объектам.
Готовы ли вы финансировать загородные жилые проекты?
- Мы достаточно осторожно относимся к финансированию строительства таких проектов, так как законодательство в этой части содержит некоторые пробелы, которые осложняют работу с такими проектами. Хотя за этим рынком мы тоже следим с интересом.
Какие направления работы банк намерен наиболее активно развивать в Петербурге?
- Планируем наращивать долю ипотечных кредитов и ставим цель достигнуть порядка 10% совокупной доли местного рынка группой банков Societe Generale (сегодня эта доля составляет 8% - прим. ред.). Также мы планируем на 25% увеличить объем выдачи ипотечных кредитов. По этому показателю мы намерены войти в пятерку крупнейших игроков ипотечного рынка на северо-западе России.
Какие меры вы планируете предпринять для достижения этой цели?
- Мы хотим наращивать объем взаимодействия с застройщиками в части разработки совместных программ, также намерены интенсифицировать работу с агентствами недвижимости. Филиалом проводится комплекс внутренних мероприятий по обучению персонала и оптимизации работы ипотечных центров.
Планируете ли вы либерализацию требований к заемщикам?
- В нашем банке действует программа лояльности, но в целом мы очень тщательно подходим к формированию кредитного портфеля и оценке заемщиков. Сегодня минимальные ставки по ипотеке в нашем банке составляют от 10% годовых в рублях и от 9% годовых в валюте, а сумма первоначального взноса составляет от 15%. Требования к заемщикам пересматриваются в части уменьшения количества документов, которые требует банк для рассмотрения заявки на получение ипотечного кредита. В ближайшей перспективе для наших зарплатных клиентов мы планируем запуск продукта "Ипотека по одному документу". Для оформления такого кредита банку будет достаточно только документа, удостоверяющего личность заемщика.
Планирует ли банк повышать ставки по ипотеке?
- В течение года в целом по рынку мы наблюдаем рост ставок, но Росбанк не проводил их индексацию с октября прошлого года. В ближайшей перспективе повышать ставки не планируем. Однако если ситуация на мировых рынках и в России будет меняться, то мы будем вынуждены следовать за общей тенденцией.
Какова в вашем банке доля дефолтных кредитов?
- Процент кредитов, по которым заемщики испытывают некоторые проблемы с выплатой, составляет порядка 3%. Но мы не можем назвать их дефолтными в силу того, что они пока не могут быть погашены в силу технических причин или же по ним действует программа реструктуризации. Доля собственно дефолтных кредитов в нашем портфеле несущественна и составляет не более десятых долей процента.
Интересна ли банку так называемая обратная ипотека?
- В обозримом будущем мы не планируем заниматься этим видом кредитования.
Выдаете ли вы ипотеку на приобретение объектов коммерческой недвижимости?
- Да, у нас есть такие программы, и они пользуются большим спросом. Мы выдаем такие кредиты под залог имеющейся недвижимости, земельных участков. Это направление мы также намерены активно развивать.
Расскажите о планах банка на IV квартал 2012 года. Какие пакеты услуг планируете наращивать?
- Мы рассчитываем, что IV квартал будет традиционно успешным для нас, прогнозируем увеличение нашего розничного портфеля и портфеля малого и среднего бизнеса. К концу года мы намерены зафиксировать свои лидерские позиции в части розничного и корпоративного кредитования.
Вы прогнозируете рост портфелей по отношению к показателям первого полугодия 2012 года. А по отношению к показателям феноменально успешного 2011 года каким будет этот рост?
- Прошлый год действительно был успешным. Отмечу, что в прошлом году наш банк завершил процедуру объединения с Банком Сосьете Женераль Восток (BSGV). Мы были заняты программой по объединению двух филиалов: Санкт-Петербургского филиала BSGV и Северо-Западного филиала Росбанка. Мы крайне успешно завершили процесс объединения, и это событие уже сегодня приносит свои плоды. К примеру, существенно вырос наш розничный портфель: на 1 января 2012 года рост составил 48% по отношению к аналогичному показателю 2011 года.
Как вы оцениваете влияние кризиса еврозоны на банковский сектор России?
–- Процессы, которые мы наблюдаем сегодня в зоне евро, конечно, не могут не затронуть российскую экономику, которая является частью мировой финансовой системы. Негативные события еврозоны могут сказаться и на европейских банках. Но наша группа (Societe Generale – прим. ред.) показывает устойчивость не только на французском и российском рынках, но и во всех регионах своего присутствия. Мы внимательно наблюдаем за ситуацией в Европе, и я считаю, что те меры, которые принимает европейский Центробанк и европейские финансовые институты, смогут достаточно эффективно нивелировать все негативные последствия для еврозоны.
Как вы оцениваете перспективы банковской системы России на конец 2012 года?
- Я полагаю, что 2012 год финансовая система России завершит, не вступая в фазу активного кризиса. Вряд ли произойдут серьезные потрясения, которые могут быть опасны для банковской системы. Развитие негативных событий вероятно в 2013 году, но на краткосрочную перспективу мы даем сдержанно позитивный прогноз.
Алена Шереметьева
О том, что необходимо для безопасного строительства в исторической части города рассказывает член Совета по сохранению культурного наследия при правительстве Санкт-Петербурга, доктор технических наук, профессор Владимир Улицкий.
- Владимир Михайлович, ни для кого не секрет, как активно сегодня ведется освоение подземного пространства нашего города. Как вы считаете, насколько это может повлиять на историческую застройку в центре Петербурга?
- С одной стороны это хорошо, когда массово берутся за какое-либо дело. Но если подземное пространство осваивают неспециалисты – это очень опасно. И это я заявляю официально.
С 1 июля
Так, я был экспертом строительства подземного сооружения на Невском пр., которое возводила одна из крупных зарубежных компаний. По моим расчетам выходило, что перемещения соседних зданий и по ул. Восстания, и по Невскому пр. будут больше
Похожая история в свое время была при строительстве вокзала высокоскоростных магистралей. С этой целью был вырыт котлован, который затем несколько лет простоял в «замороженном» состоянии. Петербуржцы окрестили его «ямой». Тогда затрещал дом Перцова на Лиговском пр., он получил осадку
- Какие условия необходимо выполнять при проектировании подземных сооружений?
- Должна проводиться специальная система инженерно-геологических изысканий, которые задает не заказчик и не инвестор будущего подземного сооружения, а будущий проектировщик. Ему считать. Когда инвестор ищет возможность сэкономить на изысканиях, серьезная компания за такой заказ браться не будет. Есть этические нормы международных специалистов-геотехников и я их никогда не переступлю, иначе мне – грош цена.
Когда строится капитальное здание с подземным сооружением, необходима серьезная подготовительная работа. Об этом говорится и в новом ФЗ: необходимы специальные изыскания, технические условия на проектирование, расчеты степени риска от этого здания, расчеты изменения экологии, инженерной геологии и гидрологии и т. д.
Ведь что такое подземное сооружение – это плотина, перекрывающая подземные течения. А ведь наш город стоит на целом комплексе подземных рек. Если мы перекрываем подземную реку, уже сложившийся поток, то возникает так называемый баражный эффект: вода поднимается и заливает соседние подвалы. Таких примеров можно привести десятки.
Но вот что происходит в соседней Финляндии, в Хельсинки при строительстве подземных сооружений ведется постоянный мониторинг всего подземного пространства города. Ведь если происходит снижение уровня воды, начинают гнить деревянные лежни, там дома, как и у нас в центре Петербурга устроены на лежнях. То же и в Берлине, в центральной части города определено, что при строительстве подземных сооружений недопустимо снижать уровень воды ниже
Новый ФЗ предъявляет достаточно жесткие требования к участникам подземного строительства, что, наконец, позволит привлекать в этой области только профессионалов. Никакого любительства здесь быть не должно.
- Как обстоят дела с мониторингом у нас?
- Понятие геотехнического мониторинга было прописано еще в петербургских нормах по фундаментам ТСН 50-302-2004, как обязательный элемент сопровождения строительства в условиях города. Мониторинг проводится для обеспечения сохранности окружающей застройки: чем сложнее строительство, чем ближе оно к соседним зданиям, чем глубже оно уходит под землю, тем оно опаснее.
Допустим, просчитывается здание в 50 этажей, на отметке в 6 этажей делаются замеры напряжений и т. д. 10 этажей, снова расчеты и замеры. Через определенное количество этажей устанавливаются датчики, по которым отслеживается соответствие реальной и расчетных нагрузок. По этим данным составляется прогноз на эксплуатацию объекта, где отмечается, какие показатели не должно превышать напряжение и на наиболее опасные контрольные места ставятся предупредительные датчики. Они стоят и никому не мешают, и на них поступает информация, какие напряжения и перемещения происходят в данной точке.
Мониторинг позволяет не только своевременно останавливать опасные процессы на строительной площадке, благодаря нему всегда имеются объективные данные о состоянии соседних зданий. Система специальных датчиков следит также за уровнем подземных вод, за напряжениями в конструкциях, за перемещениями конструкций, то есть ведется полный цикл наблюдений.
Вообще геотехнический мониторинг должен стать инструментом по управлению рисками, а снижение рисков для соседней застройки всегда в интересах инвестора, в интересах города и главное его жителей.
Что произошло, например, в Москве на Болотной набережной. Предлагалось усилить здание при строительстве подземного сооружения, застройщик отказался. После выемки грунта здание рухнуло. На здании были установлены датчики предварительного оповещения. Показания датчиков говорили о том, что идут перемещения. Но необходимо не только прогнозировать, но и следить, как выполняется работа. Если есть нарушения, работа должна быть немедленно остановлена. Более того, необходимо вносить изменения в проект. Во всем мире это называется наблюдательным методом или интерактивным проектированием. То есть проектирование, и строительство ведутся параллельно.
- В чем суть такого метода и был ли опыт его применения?
- Такой метод позволяет решать сложные задачи, для которых не накоплен еще опыт строительства, не отработаны технические решения. Интерактивное проектирование организуется по схеме: исходный проект – опытная площадка – корректировка проекта. В исходном проекте закладываются сценарии будущих решений, на опытной площадке они отрабатываются и, затем, коррективы вносятся в проект. Такой подход позволяет добиться максимальной экономии и обеспечивает надежность будущего сооружения. А главное резко сократить сроки строительства. Так, делается на Западе, такой метод я предложил использовать при реконструкции Константиновского дворца, тогда параллельно осуществлялось проектирование и строительство, потому как если проводить все последовательно: обследования, изыскания, проект, получать разрешения, - на все это ушло бы несколько лет, а времени не было. Но это Константиновский дворец, исключение, а в основном все происходит по традиционной схеме. Город сейчас стоит на пороге строительства крупных объектов, и я считаю, что другого пути нет, кроме как ведения интерактивного мониторинга, а рабочее проектирование вести параллельно с ведением работ. Соответственно нужна корректировка нормативных требований, иначе работы растянутся на десятилетия.
- Что, на Ваш взгляд, сегодня необходимо для успешного освоения подземного пространства?
- Совсем недавно у меня была возможность проинспектировать ряд расчетов подземных сооружений. Радует, что к этой работе привлечены многие организации Москвы и Петербурга. Плохо то, что при экспертизе проекта не проверяются сами расчеты, а ведь вся суть любого подземного сооружения именно в расчетах - насколько оно безопасно в городских условиях. К сожалению, эта часть почему-то упускается, более того во всем мире все окончательные решения по подземным сооружениям, как правило, принимают инженеры геотехники, специалисты и ни в коей мере не чиновники. К сожалению, в силу специфики, у нас последнее слово, как правило, за чиновником. Особенно это опасно при строительстве подземных сооружений. Почему? Это единственная отрасль деятельности человечества, где можно закопать любые миллионы и миллиарды в землю. Знаменитый шведский геотехник профессор Свен Хансбо на открытии международной конференции по геотехнике в Гамбурге говорил так: «Внимание, здесь мафия! И эта мафия – мы. Только мы с вами можем закопать в грунт любые деньги, и никто нас не одернет». Ведь ошибка в определении стоимости строительства подземной части здания может перечеркнуть весь проект, сделать его убыточным. И еще есть главный момент отмеченный впервые ФЗ № 384. Привожу дословно «Задание на выполнение инженерных изысканий для строительства, реконструкции зданий и сооружений повышенного уровня ответственности и задание на проектирование таких зданий и сооружений могут предусматривать необходимость научного сопровождения инженерных изысканий и(или) проектирования и строительства здания и сооружения…». Один из моих коллег, участвующий в составлении этого документа записал вместо слово «могут», слово «должны». Но при длительном рассмотрении закона внесли все-таки понятие «могут». Одним словом, захочет инвестор - пригласит науку. Не захочет - обойдутся без нее. Но подземные сооружения – это повышенный риск! В международном сообществе есть одно важное понятие: «геотехника – это наука по управлению рисками», так что думайте сами, решайте сами «иметь или не иметь».
Сложившаяся практика, когда сам подрядчик бесплатно делает проект, а потом по нему выполняет работу, должна насторожить инвестора. «Бойтесь данайцев, дары приносящих» - говорили древние. Делая экспертизу таких щедрых «бесплатных» проектов я вижу заложенные сверхнормативные запасы, во много раз превышающие требования норм. Стоимость этих «дополнительных» работ десятикратно превышают затраты на проектирование. Вот и вся нехитрая затея благотворительных проектов, да еще без научного сопровождения, которое не позволяет преступить грань разумного. Имеется ввиду наука высшего класса и сорта, так как наука в отличие от колбасы или осетрины не имеет десятка сортов. Либо наука, либо лженаука, которая очень опасна. Науки второй свежести не бывает. Вот и все профессиональные секреты. Без привлечения геотехнической науки любой инвестор подземных сооружений легко может превратиться в миллионера, если до этого он был миллиардером.