Андрей Сорочинский: «Возможностей для снижения тарифа на техприсоединение у нас нет»
О параметрах инвестиционной программы на 2012 год, планах по вводу новых мощностей, реконструкции электросетового оборудования Петербурга и Ленобласти, а также о ситуации с тарифами на техприсоединение и работе со строительными компаниями «Строительному Еженедельнику» рассказал Андрей Сорочинский, генеральный директор ОАО «Ленэнерго».
– Каковы приоритетные направления и основные параметры инвестиционной программы Вашей компании?
– Инвестиционная программа Ленэнерго направлена прежде всего на развитие и повышение надежности энергосистемы Петербурга и Ленобласти. Утвержденная инвестпрограмма 2012 года – 13,316 млрд рублей, почти 10 млрд рублей – это Санкт-Петербург и более 3,3 млрд рублей – Ленинградская область. При этом сразу оговорюсь, что мы проработали вопрос увеличения инвестиционной программы. Планируем, что по городу она будет увеличена на 1,7 млрд рублей, по области – на 900 млн рублей.
– Какова, по Вашим оценкам, сегодня изношенность электросетевого оборудования Петербурга?
– Износ основных фондов представляет для нас одну из важнейших проблем, от решения которой зависит надежность работы электросетевого оборудования. Общий износ электросетевого оборудования составляет 67%. В частности, изношены 77% кабельных линий, 61% трансформаторов, 65% оборудования на подстанциях. Поэтому задача модернизации электросетевого комплекса для нас первостепенна.
– Какие районы города на сегодняшний день в первую очередь нуждаются в реконструкции электросетей?
– В первую очередь это центральные районы Петербурга, где наиболее высокий уровень изношенности электросетевого оборудования – Центральный, Адмиралтейский, Петроградский, Василеостровский районы.
– Каков объем затрат на их реконструкцию?
– Ленэнерго разработало программу реновации электросетевого оборудования на 2012-2021 годы. По нашим оценкам, для сокращения износа и обеспечения надлежащего уровня надежности в этот период в сетевую инфраструктуру Санкт-Петербурга необходимо вложить 150 млрд рублей.
– Какие наиболее значимые новые объекты компания планирует ввести в 2012 году?
– В 2012 году в Петербурге мы запланировали ввод более 10 объектов. В частности, завершится реконструкция подстанции № 185 «Пушкин-Южная». Также мы планируем завершить реконструкцию подстанции № 184 «Охтинская», которая расположена около метро «Ладожская». Это одна из узловых и самых сложных подстанций в городе, на которую завязано электроснабжение практически всего центра Петербурга.
После реконструкции ячеек 110 кВ на подстанциях 100 кВ № 320 и № 542 для присоединения кабельной линии 110 кВ на подстанции 330 кВ «Центральная» будет обеспечено надежное электроснабжение Центрального и Адмиралтейского районов. Идет усиление сети 110 кВ для повышения надежности и обеспечения электроснабжением кварталов в районе Купчино.
В конце года мы завершим строительство подстанции 212 А на Парнасе, которая обеспечит электроснабжением жилой комплекс «Северная долина».
Еще один важный объект, который мы сейчас реконструируем, – подстанция № 321 на Васильевском острове. Она обеспечит электроснабжением Западный скоростной диаметр и территории, которые сейчас намываются под жилищное строительство. Фактически мощности этой ПС будет достаточно для развития всей Западной части Васильевского острова. В текущем году мы установим новые трансформаторы с большей мощностью на подстанции № 12 на Петроградской стороне.
В Ленобласти будет реконструировано порядка 10 подстанций. В частности, подстанция № 537 в Сертолово, от которой запитан онкологический центр в поселке Песочное. Также мы планируем завершить реконструкцию подстанций № 720 в поселке Мга, № 730 в городе Отрадное, № 158 в поселке Победа Выборгского района области. Эти источники питания находятся в зонах активного дачного строительства, где новая мощность очень востребована.
– А какие дополнительные объекты Ленэнерго сможет ввести в случае увеличения инвестиционной программы 2012 года?
– Увеличение инвестиционной программы позволит нам завершить реконструкцию на узловых подстанциях 110 кВ и 35 кВ. Например, на подстанции 110 кВ № 127 «Дюны», расположенной в Белоострове. На подстанции 110 кВ № 93 «Завод Либкнехта» на проспекте маршала Блюхера, где мы планируем в текущем году смонтировать новые трансформаторы и построить новое распределительное устройство 10 кВ, что позволит подключать новых абонентов. Также мы сможем завершить работы еще по одной подстанции 110 кВ № 89 «Парнас-Коммунальная» в промышленной зоне «Парнас», а также на подстанциях 35 кВ № 18 «Красный треугольник» в районе Балтийского вокзала и № 13 «Волхов-Василеостровская» на Васильевском острове.
– На одном из последних заседаний правительства Петербурга обсуждалась стоимость подключения к сетям новых жилых домов. Сколько сегодня в среднем стоит подключение и какова структура тарифа?
– Средняя ставка тарифа на технологическое присоединение к электрическим сетям в текущем году составляет 33 тыс. рублей без НДС за 1 кВт. Порядка 79% этой суммы – это те деньги, которые Ленэнерго направляет на проектирование, строительство и ввод в эксплуатацию сетевой инфраструктуры, необходимой для подключения объекта. Еще порядка 19% – это налог на прибыль и 2% – финансирование мероприятий неинвестиционного характера: содержание службы по техприсоединению, оплата кредитов, которые мы привлекаем. Последние 3 года тариф на технологическое присоединение к сетям имеет тенденцию к снижению. Например, тариф 2012 года в 2 раза ниже тарифа 2009 года.
На сегодняшний день затраты застройщика на присоединение
Есть еще такой момент, как точка, в которой застройщик присоединяет объект к сетям. Это либо главный распределительный щит, и тогда стройкомпания вообще не несет никаких затрат сверх тарифа. Либо точка непосредственно на трансформаторной подстанции, которая, как правило, располагается в 200-
– У Ленэнерго есть резервы для снижения тарифа?
– Что касается возможностей для снижения тарифа на техприсоединение, то они однозначно отсутствуют. Средства, которые мы получаем по тарифу, направляются на строительство распределительной сети для подключения абонентов. Конечно, есть второй источник – инвестиционная составляющая в тарифе на передачу электроэнергии, но ее доля в тарифе для конечного потребителя совсем невелика – лишь 4%.
У нас есть адресная инвестиционная программа, по которой мы строим распредсети для подключения жилых домов, социально важных объектов бюджетного строительства – школы, детские сады, поликлиники, больницы, объекты городской инфраструктуры. Так вот те средства, которые мы выделяем на программу, в 2,5 раза ниже потребностей в финансировании. А плюс к этому нам надо финансировать программу ликвидации просроченных обязательств по техприсоединению, которые у нас, к сожалению, накопились за прошлые годы.
Мы пытаемся найти выход из положения, ищем нетарифные источники финансирования, привлекаем кредиты. Но кредиты надо обслуживать и выплачивать проценты, что тоже в конечном счете отражается на возможностях финансирования инвестпрограммы.
– Как сегодня строятся Ваши отношения со строительными компаниями? Можно ли говорить о том, что процессы взаимодействия налажены и устраивают обе стороны?
– Взаимодействию со строительными компаниями мы уделяем особое внимание: в конце прошлого года было проведено несколько встреч с крупнейшими девелоперами, создана рабочая группа по взаимодействию со строителями. В данную рабочую группу, которая будет действовать на постоянной основе, вошли представители Ленэнерго, администрации города, а также крупнейших строительных компаний. Я бы отметил, что и компетентность самих строителей, безусловно, выросла. Все знают законы и свои права. Поэтому нам сотрудничать проще, ведь мы говорим на одном языке.
Алена Шереметьева
В нынешнее смутное время мало кто из экономистов рискнет публично откровенничать. Говорить начистоту о деньгах и финансовых планах (тем более, если собеседник – журналист) сегодня не принято. Однако есть и те, кто не любит «заговаривать зубы». Один из них - Алексей Ефремов, вице-президент по экономике и финансам холдинга RBI.
- Ваша стратегия - «использование самых современных инструментов финансового менеджмента». Какие из этих инструментов сегодня подходят строительному рынку?
- Я бы хотел начать не с того, что можно применять сегодня, а с того, что нужно было использовать вчера. Для меня лично и для компании в целом современные инструменты финансового менеджмента – это не только возможность работать с банками и с западными акционерами, а, прежде всего, система принятия решений и управление этими решениями. Сегодня мы пожинаем именно ее плоды и говорим, что на текущем рынке мы чувствуем себя не просто нормально, а хорошо. Этой системы мы с успехом придерживаемся уже многие годы.
- Система – ваше ноу-хау или вы строили ее по образу и подобию?
- Не могу сказать, что мы уникальны в этом. Правила игры равны для всех. Просто наша команда делала все последовательно и дисциплинированно. Я, например, знаю крупные строительные компании города, которые до недавнего времени принимали инвестиционные решения о покупке земельного участка или проекта, исходя только из показателей маржи. Для них было достаточно знать, сколько потенциально можно заработать на квадратном метре. Для нас же это лишь один из показателей. У нас построена система регулярного менеджмента, часть которой - принятие решений по финансовым вопросам. Система включает, прежде всего, комплексную оценку рисков, связанных с конкретным проектом, оценку разработки инженерии, градостроительные нормы и их изменения для рассматриваемых проектов, комплексную оценку себестоимости и прогноз ее изменения. Инвестиционные решения у нас в компании принимаются как минимум месяц. Еще недавно это вызывало неудовольствие у потенциальных продавцов земельных участков. Многих раздражало, что мы слишком медленно принимаем решения. Итог этого - компания не купила ни одного проекта, который ставил бы под сомнения ее финансовую устойчивость. У нас нет никаких «дутых» проектов, мы комфортно чувствуем себя даже после принятия ПЗЗ и закона об охранных зонах. В RBI всегда очень взвешено подходили к корреляции источников финансирования и инвестиционных целей. Мы не использовали короткие деньги на реализацию длинных целей инвестпроектов. Мы не занимаем на год, когда средства нам нужны минимум на три.
- Так какие из финансовых инструментов можно рекомендовать девелоперам? Какие вы используете в вашей работе?
- Мы пошли по пути не только классического кредитования, но и привлечения инвесторов в капитал компании. Это - самый дорогой инструмент, ведь приходится делиться прибылью, а не просто платить за единовременный заем, но данный подход дает возможность иметь сбалансированную кредитную нагрузку на бизнес и делить риски проектов с партнером. Сегодня у нас два партнера: фонд недвижимости под управлением Deutsche Bank (RREEF), с которым мы создали совместное предприятие, и фонд недвижимости под управлением Morgan Stanley, который выкупил допэмиссию акций компании. Мы готовы и ведем переговоры о привлечении третьего инвестора, которому так же, как и нам будет интересна покупка недооценных земельных активов.
Чем мы занимаемся сегодня? Мы адаптировали свою адресную программу к реалиям текущего времени и отдаем приоритет объектам, находящимся в высокой степени готовности, а так же объектам, по которым получено разрешение на строительство. Мы оценили источники финансирования проектов, находящихся на начальной стадии и приняли стратегические решения. Так, у нас есть ряд проектов, находящихся на стадии предевелопмента, по которым еще не получено разрешение на строительство, и мы имеем возможность не формировать события, ограничиваясь разработкой строительной документации. Можно считать это неким заделом для будущего «старт-апа» через год-полтора.
- Но сегодня идеальное время для инвестиций! Цена на недостроенные объекты и землю упала в разы. Многие компании имеют запас земельных участков, но не могут завершить проекты за счет собственных средств или кредитов. Есть ли у вас планы о создании альянсов с такими игроками рынка?
- Есть золотое правило – никогда не стоит двигаться в тренде, нужно двигаться против него. В последние годы участники рынка активно скупали земельные участки, невзирая на их стоимость и не учитывая корреляцию источников финансирования с покупками. Сегодня процессы на этом рынке встали - никто ничего не покупает. Для нас, как для охотников, наступило время возможностей, но это не значит, что мы начнем массово скупать землю. Мы нацелены на развитие и активно смотрим земельные участки, сотрудничаем с компаниями, которые готовы делиться своими проектами с целью их дальнейшей реализации. Но мы, согласно нашей стратегии, делаем это взвешенно и аккуратно. Как только мы поймем, что есть выгодная возможность – мы ее реализуем.
- Значит ли это, что вы рекомендуете вытаскивать деньги из «подушки безопасности»?
- Мой ответ – да, надо, но очень и очень осторожно. На западе говорят «кэш – это король». Нужно соотносить завтрашние риски компании и безопасность использования финансового задела на развитие, инвестиционные цели.
- Можно ли говорить сегодня о каких-то конкретных проектах?
- До закрытия сделок мы не афишируем такую информацию. Конечно, работа идет. На сегодняшний день мы ведем переговоры с четырьмя компаниями (информация на 17 марта).
- Есть ли надежные способы инвестирования, когда мир вокруг неопределенен и ненадежен? Как спрогнозировать поведение потенциального инвестора?
- Компании, которые находятся сегодня в сложной экономической ситуации и в поиске денег на стороне, рады любому инвестору и не имеют возможности выбирать. Если же компания ищет долгосрочного партнера, то деньги не должны стать единственным основополагающим фактором выбора. Прежде всего, нужно учитывать долгосрочность перспектив: комфортно и удобно ли сотрудничать двум компаниям в реалиях нашего рынка, насколько схожи корпоративные культуры. Это те требования, которые мы предъявляем к своим инвесторам. Например, фонд Morgan Stanley предложил за наш пакет акций не самую высокую цену, однако нас привлекли потенциал, знания и мировой опыт на рынке недвижимости, которые эта компания может нам дать.
- А есть ли сегодня в России и в Петербурге инвесторы, отвечающие столь высоким требованиям?
- На мой взгляд, есть. Мы не единственная компания, которая хочет использовать предоставленные кризисом возможности. Активы в скором времени подешевеют, и появится новая категория инвесторов. Скорее всего, это будут именно российские игроки. У западных инвесторов деньги есть, но они находятся в ситуации неопределенности. Конечно, вкладывать деньги в Западной Европе безопаснее, но возможности там ограничены, их точно не хватит на всех, у кого есть средства. Через какое-то время волей-неволей опять придется обратить внимание на рынки развивающихся стран.
- А что конкретно может привлечь западного инвестора на рынке строительства Петербурга?
- Прежде всего, это второй по объему рынок строительства в России, после Москвы, но наш рынок, в отличие от столичного, меньше перегрет. Стоимость московской недвижимости намного выше ее себестоимости. В Москве было запущено намного больше проектов, чем в Питере. Баланс потенциального спроса и предложения в наших городах очень разный. И Петербург по всем пунктам более привлекателен.
- По мнению Кудрина, рассчитывать на высокие цены на нефть не стоит, не будет и бума на рынке недвижимости. В ближайшие 5-10 лет цены на жилье к докризисному уровню не вернутся. Министр финансов считает, что цены были «взбиты, перегреты». Насколько мне известно, топ-менеджмент RBI рассчитывает на другой сценарий развития событий. Можете прокомментировать?
- Министр финансов, работая в Москве, ориентируется скорее на столичные реалии. Если брать за основу рынок Москвы, да еще и посчитать в долларах, то я с Кудриным согласен. Однако утверждение, что цены не вернутся на докризисный уровень, не имеет никакого отношения к России в целом и к Санкт-Петербургу в частности. Если даже принять посыл об удешевлении квадратного метра, то возникает вопрос, что будет с ценами на материалы, зарплатами и так далее… За счет чего будет дешеветь недвижимость? Невозможно, чтобы все в экономике осталось, как есть, а недвижимость при этом подешевела. То есть основополагающим является не просто стоимость жилья, а соотношение его стоимости с реальными доходами населения и если цены на квартиры упали, но в той же или большей пропорции снизились реальные доходы людей и ипотечные программы банков стали менее доступными, то от снижения цен, жилье доступнее не стало.
- Вы ощутили на себе последствия данного заявления?
- У нас всегда была категория людей, которые верили государству и готовы были играть с ним в игры, но таких людей не абсолютное большинство. Возможно, кто-то хотел купить квартиру, уже занес над договором ручку и отказался от сделки из-за телевизионного репортажа… На мой взгляд, нужно объективно посмотреть на ситуацию. Цены на материалы росли все последние годы, зарплаты на рынке труда в последние два года росли на 20-25% в год, стоимость земли также прогрессировала, себестоимость не может рухнуть в один момент. Можно, конечно, рассматривать сценарий противоположный сегодняшнему: страна вернется в нищие 90-е годы, зарплаты будет хватать только на еду и одежду. В этом случае недвижимость подешевеет, но упадет и покупательская способность. А доступность жилья будет еще меньше, чем сегодня. Есть две полярные точки, и в каком месте между ними мы находимся сейчас, - неизвестно.
Возвращаясь к нашему сценарию развития событий, мы комментируем только два показателя - спрос, предложение и соотношение между ними. Согласно нашему исследованию, сегодня в Петербурге на первичном рынке массового жилья в продаже находится 1637 тыс. кв.м. в 230 домах, из которых объекты в высокой степени готовности, пользующиеся повышенным спросом у покупателей составляют 236 тыс.кв.м. Это объем, который рынок при текущем уровне спроса «съест» уже к маю. Около 700 тыс. кв м. – это стадия «забор» и «нулевой цикл», которые являются зоной повышенного риска для покупателей, поскольку непонятно, насколько гарантированно завершение строительства этих объектов. В прошлые годы спрос на первичном рынке держался на уровне 1,3-1,7 млн. кв.м. в год. Чтобы сохранялся баланс спроса и предложения, объем предложения должен быть вдвое выше, чем спрос, то есть составлять около 3,4 млн. кв. м в продаже. Да, спрос сейчас сократился, но согласитесь, сложно представить, что в 10 раз. Эта нехитрая логика доказывает неоспоримость предпосылок к дефициту жилья.
- Возможно ли оздоровление российского рынка строительства собственными силами или мы зависимы от того, как США будут решать свои проблемы?
- Рынок недвижимости находится не в вакууме, это часть экономики страны.
А поскольку страна наша сырьевая, то все мы привязаны к этим ресурсам и зависим от глобального рынка. Я бы не стал увязывать все беды именно с Соединенными Штатами, но жить нам приходится с оглядкой на мировой рынок.
- А как вы оцениваете работу нашей банковской системы? Смогут ли строители реструктуризировать свои долги?
- Получить сегодня заемные денежные средства в банках на запуск новых проектов практически невозможно. Что касается текущей задолженности, то банки стараются индивидуально подходить к каждому конкретному заемщику. Здесь нет общего рецепта, общей схемы. Если проблемы заемщика связаны исключительно с дефицитом ликвидности, то у банков не возникает сложностей с договоренностями. У таких должников, как правило, есть ряд незавершенных проектов и квалифицированный менеджмент, способный довести дело до конца. Когда банк уверен, что заемщик изыщет возможность погасить кредит, то ему идут навстречу и договоренности могут быть достигнуты. Тем же, кто инвестировал крупные заемные средства в неоправданно дорогие земельные участки и дутые проекты, повезло меньше. Их предметы залога сегодня подешевели, а долги отдавать нечем. Таким заемщикам банки вряд ли станут помогать, отодвигая их банкротство.
Беседовала Наталья Бурковская