Александр Орт: «Строительный комплекс Петербурга – один из самых крепких, надежных и состоявшихся в стране»
В преддверии IX Съезда строителей о ситуации в строительной отрасли Санкт-Петербурга, итогах работы за текущий год и прогнозах на 2012 год «Строительному Еженедельнику» рассказал Александр Орт, начальник Службы государственного строительного надзора и экспертизы Санкт-Петербурга.
– Будет ли, по Вашему мнению, выполнен прогноз властей по вводу жилья в Петербурге в 2011 году?
– Прогноз – дело неблагородное. Из опыта прошлых лет и исходя из того, что состоялось в этом году, могу сказать, что на 1 ноября текущего года мы уже приняли в эксплуатацию 1,3 млн кв. м жилья. Это средний показатель, который практически не отличается от прошлогоднего. Как правило, на ноябрь и в основном на декабрь остается 1 млн с лишним приема документов. Служба готова рассмотреть все то готовое жилье, которое будет предъявлено. Степень готовности на этих объектах высокая, на всех объектах мы уже начали вести итоговые проверки. Как только строительные компании будут готовы предъявить документы, мы их рассмотрим, обработаем и оформим в этом году. Так что все будет зависеть от самих строителей.
– Как повлияет на ввод недвижимости объявленный властями города пересмотр условий тех инвестиционных договоров, по которым не выдерживаются сроки строительства?
– Это как раз должно подстегнуть те организации, которые позволяли себе вольготно обращаться со сроками ввода жилья. Это первый шаг в направлении того, чтобы минимизировать сроки строительства и не допускать затягивания стройки. Если компания обозначила сроки, то должна их непременно соблюдать и выдерживать. Я думаю, что это никак не повлияет на ситуацию с вводом жилья. Какие-то объекты, возможно, выпадут из списка, какие-то, наоборот, появятся, так что в целом картина должна быть нормальная.
– Следит ли служба за соблюдением сроков строительства или эта обязанность полностью ложится на плечи Комитета по строительству и самого застройщика?
– За исполнением сроков инвестиционных договоров следит Комитет по строительству. Мы выдаем разрешения на строительство на срок, определенный проектом организации строительства в соответствии с графиком. За этими сроками мы следим. Если же сроки срываются, то Комитет по строительству рассматривает объекты и либо продлевает инвестиционные условия, либо нет. Далее в зависимости от их решения мы продлеваем или не продлеваем сроки строительства.
– Заметна ли тенденция улучшения качества возводимого жилья и самих проектов, предоставляемых на государственную экспертизу?
– Что касается качества строительства, то само понятие «качества» какой-то единицей измерения не измеришь, так как это комплекс показателей. Строительные материалы и качество строительно-монтажных работ, и работа персонала – все это характеризует качество объекта. На сегодняшний день о каких-то резких изменениях в оценке качества строительства я сказать не могу. Есть отдельные моменты у отдельных организаций, что немного портит общую картину качества строительства.
Сейчас у ряда компаний города есть проблема с аммиаком. Она изучается уже не один месяц не только службой, но и сообществом строителей. Эта проблема – результат преждевременного отказа от надзора и контроля за качеством строительных материалов на предприятиях. 5 лет назад у нас был целый отдел, который занимался таким контролем, но его отменили, хотя я еще тогда говорил, что это делать преждевременно. Сегодня мы, к сожалению, получаем результат такого решения.
Доля скрытых дефектов, которые выявляются при сдаче и эксплуатации в общем объеме вводимого жилья, составляет порядка 0,1%.
– Какие нарушения чаще всего выявляет служба на стройках города?
– На первом месте, к сожалению, из года в год нарушение, связанное с работой без разрешения на строительство. Из общего числа нарушений, которые выявлены за 2011 год, этот вид нарушения составляет от 30 до 40%.
– На IX Съезде строителей служба представит свои разработки в области предоставления государственных услуг в электронном виде. Расскажите подробнее, что это за наработки.
– Это большой набор инструментов и программ, который, во-первых, позволяет неразрушающим методом производить обследования зданий и сооружений. Мы также вплотную подошли к тому, что наши инспектора, которые работают на строительных площадках, имеют мобильные модульные установки, которые позволяют им на месте решить любой вопрос в части розыска и определения необходимых по данному объекту документов, также они могут на месте выписать предписание, штраф. Все эти меры направлены на сокращение сроков согласования. В дальнейшем мы планируем развивать и совершенствовать это направление.
– Как Вы относитесь к институту негосударственной экспертизы?
– Идея правильная, суть хорошая, но я побаиваюсь, чтобы не получилось такой ситуации, как со стройматериалами. Если все подряд, кто попало получат допуски и аккредитации, то будет масса всевозможных экспертиз. Я за здоровую конкуренцию, но нужно строго и внимательно на уровне Минрегиона подходить к выдаче допусков и аккредитаций на проведение негосударственной экспертизы. В первую очередь должен быть внимательно рассмотрен и оценен состав специалистов. Если в идеале будут добросовестные исполнители и эксперты, то никаких опасений нет. Но, к сожалению, на начальной стадии у нас получаются перекосы, чего я и боюсь. Если государственная экспертиза от лица государства несет полную ответственность, то при существовании негосударственной экспертизы уже были попытки за меньшую цену и с меньшими требованиями провести экспертизу. Закон, регламентирующий эту деятельность, принят в третьем чтении и в ближайшее время будет подписан. С 1 апреля 2012 года, как написано в проекте закона, он должен вступить в силу. С этой даты заключения негосударственной экспертизы начнут приниматься наравне с государственной, и по ним также будут выдаваться разрешения на строительство. Сегодня негосударственная экспертиза тоже существует, но по ней мы разрешения на строительство не выдаем. Сегодня в Санкт-Петербурге зарегистрировано порядка 12 негосударственных экспертиз. Они столкнутся и с кадровым вопросом, так как найти хорошего специалиста в экспертизу – большая проблема.
– Как Вы оцениваете ситуацию в строительной отрасли Петербурга в целом? В каком направлении, по Вашему мнению, будет развиваться строительный комплекс Петербурга в ближайшее время?
– Вне зависимости от внешних факторов я считал и считаю строительный комплекс Петербурга одним из самых крепких, надежных и состоявшихся в стране. Он имеет хорошую производственную и материально-техническую базу, поэтому даже в 2008 и 2009 годах, когда был пик кризиса, он показал себя с самой лучшей стороны. Возможно, какие-то недоработки текущего года в части выделения пятен могут отразиться на последующих годах. Уверен, что строительный комплекс Петербурга будет все больше и больше наращивать мощности и показатели строительства независимо от происходящих перемен. Это стабильное подразделение, которое будет развиваться по своему сценарию в рамках действующего законодательства, и пока никаких предпосылок к потрясениям и сбоям я не вижу.
– Увеличатся ли объемы ввода жилья, по Вашим прогнозам, в следующем году?
– Судя по тем средствам, которые выделены, и по тем заявкам и проектам, которые уже прошли экспертизу, показатели будут не хуже, чем в 2011 году. Все регулирует рынок: если жилье покупается при текущем объеме ввода в 2,6 млн кв. м, а в следующем вводим 3 млн. кв. м и оно снова покупается, значит, это востребовано и необходимо. По нормативу мы еще далеки от стандарта. По международным и российским нормам должен вводиться
– Что бы Вы сказали своим коллегам в преддверии IX Съезда строителей?
– IX Съезд строителей – это некая веха и рубеж в подведении предварительных итогов, обсуждения задач и перспектив на следующий год. Я бы хотел пожелать всем участникам съезда плодотворной работы, выработки правильных решений, хороших объектов и успехов в дальнейшей работе строительным компаниям.
Автор: Алена Филипова.
В течение ближайших трех месяцев должен быть окончательно разрешен вопрос о передаче около шестисот архитектурных памятников федерального значения в городскую собственность.
В дальнейшем это позволит Петербургу вовлекать объекты культурного наследия в хозяйственный оборот. Однако в числе рассматриваемых памятников есть спорные объекты, передача которых в городскую собственность представляет проблему для представителей власти. Председатель Комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры (КГИОП) Вера Дементьева объяснила «Строительному Еженедельнику» основные причины сложившейся ситуации и рассказала о том, чем в дальнейшем могут обернуться такие преобразования в сфере охраны культурного наследия.– Вера Анатольевна, какие памятники федерального значения подлежат передаче в городскую собственность?
– Вообще-то, вопрос стоит не так. До января 2007 года статей 63 Федерального закона «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов РФ» запрещалась регистрация прав собственности на объекты культурного наследия федерального значения, в том числе регистрация прав государственной собственности. Для органов охраны разграничение по собственности и ее регистрация чрезвычайно важны. Кто собственник, тот и должен содержать объект, обязан обеспечивать его финансирование. С собственника и спрос серьезный, его можно призвать к ответу. Априори большинство памятников федерального значения являлись государственной собственностью, но чьей конкретно – Российской Федерации или субъекта (в нашем случае – Санкт-Петербурга)? Так что никто никому ничего не передает. Идет разграничение государственной собственности на объекты федерального значения между Федерацией и ее субъектами. Исходная позиция Германа Грефа такова, что в федеральной собственности должны быть те объекты, которые необходимы для исполнения функции органов федеральной власти. Остальное должно быть закреплено в качестве собственности за субъектом. Схема разграничения проста: объекты, пользователи которых являются органами федеральной власти или государственными федеральными учреждениями, оформляются собственностью Федерации. В случае использования в нашем городе объектов культурного наследия федерального значения органами власти субъекта или его государственным учреждением – оформляются собственностью Санкт-Петербурга. Это – здравая позиция.
– Какие объекты вошли в число спорных?
– Речь идет об объектах, которые не являются предметом первой необходимости для исполнения функций органов власти. Сегодня их насчитывается пятьдесят. Это, в первую очередь, объекты коммерческого направления, например, Гостиный двор, Никольский рынок, Дом книги.
– Эти объекты в дальнейшем могут быть приватизированы?
– Почему нет? Зачем, например, Санкт-Петербургу держать в своей собственности Гостиный двор или Никольские ряды? Почему они не могут быть выкуплены юридическим или частным лицом? Это ведь налоги и дополнительные отчисления в бюджет города. Такие объекты с явными коммерческими функциями могут быть отчуждены из государственной собственности. В Петербурге давно отработана система передачи объектов культурного наследия на основе инвестиционных проектов. В отличие от торгов эта система, на мой взгляд, более надежная. Инвестор знает, что его право собственности отсрочено. Собственником он станет только по исполнении всех обязательств, связанных с реставрацией объекта. Вообще же, общественные ожидания от приватизации, так же как и опасения, слишком преувеличены. Приватизация – это всего-навсего деловой оборот, но не панацея охраны памятников. Понятно, что такие здания, как Юсуповский дворец, Шереметевский дворец – полноценные государственные музеи – передавать в частные руки не имеет никакого смысла. Это нонсенс. Что это будет? Частные музеи? Я не знаю частных музеев, которые моли бы работать в таком масштабе. Более того, это объекты ежедневного доступа. Во всяком случае, не так беден Санкт-Петербург, чтобы с молотка пустить объекты, которые приносят, и будут приносить казне города значительный доход, в том числе не только в деньгах.
– Когда все-таки произойдет долгожданное разграничение собственности, здания, соответственно, будут реставрироваться за счет собственника?
– Да. Как правило. Таким образом, мы четко определим, кто будет финансировать восстановление памятника. У нас в течение двух лет подряд были проблемы с финансированием не в смысле отсутствия денег, а в запретах. В соответствии с Бюджетным кодексом финансирование памятников федерального значения из средств городского бюджета было запрещено. Между тем мы вели программу «Фасады Санкт-Петербурга». Большая часть зданий из списка объектов, вошедших в программу 2005 года, – памятники федерального значения. Хорошо, что сейчас этот законодательный казус распутан. С 1 января 2006 года у нас появилось право принимать участие в финансировании реставрации объектов федерального значения. Обратите внимание – только принимать участие, то есть мы могли присоединиться к федеральному финансированию. А с 1 января 2007 года имеем полное право финансировать. Вот такие особенности российского законодательства: обязанности у субъекта есть, а права… Они отсутствуют.
– Что будет с объектами, статус охраны которых еще не определен? На каких основаниях собственник может демонтировать здание?
– Речь идет о выявленных объектах культурного наследия. Эта группа памятников охраняется государством временно на период их изучения, на что законом отпущен один год. Далее этим объектам должна быть определена соответствующая категория, либо должно быть отказано в праве их занесения в реестр в качестве объектов культурного наследия. Это те здания, в отношении которых должна быть проведена государственная историко-культурная экспертиза, которая обоснует их отнесение к объектам культурного наследия. Выявленные объекты – это даже не категория, а группа объектов, своего рода резерв пополнения памятников федерального и регионального значений. После проведения экспертизы становится ясно, обладает объект должными признаками исторической и культурной ценности или нет. Сегодня в нашем резерве 2185 выявленных объектов культурного наследия. Это кандидаты в памятники. Из этого числа точно сохранят свой статус 1678 объектов.
– Кто проводит историко-культурную экспертизу?
– Любая лицензированная организация по заказу любого лица, как физического, так и юридического.
– Если по заказу частного лица, то понятно, что ее результаты должны доказать, что объект не имеет никакой историко-культурной ценности.
– Далеко не всегда. Иногда выгодно наоборот доказать особую ценность. В конце концов результаты экспертизы все равно поступают к нам и в Роскультуру, где экспертиза согласуется, получая таким образом статус государственной. Кроме того, напомню, эксперты несут уголовную ответственность за достоверность предоставленных сведений и обоснованность выводов. Но вы правы, часто экспертизы ангажированы.
– Если архитектурный памятник находится в аварийном состоянии, можно ли его демонтировать и на каких условиях?
– Только в одном случае: если техническая экспертиза приходит к выводу о том, что объект пребывает в аварийном состоянии и вывод его из аварийности невозможен.
– Возможно ли изменение статуса Апраксина двора? Ведь существует мнение, что целесообразнее построить на его территории новые здания.
– Да. Есть инвесторы, которые вообще хотят расчистить площадку, сохранив лишь периметральную застройку. Зачем? Мы что-нибудь лучше построим? Апраксин двор – объект культурного наследия регионального значения. И вряд ли найдутся эксперты, которые докажут отсутствие ценности этого комплекса. Согласна, сегодня корпусы смотрятся неприглядно. Значит, нужно их просто привести в порядок. Апраксин двор может быть очень привлекательным уголком. Допустимы отдельные преобразования, реконструкция, снос советских построек. Этот проект для инвестора вполне окупаем. Однако большинство инвесторов идут легким путем. С точки зрения сиюминутной экономической целесообразности, конечно же, легче все снести и начать с чистого листа.
– В результате страдают архитектурные памятники, как случилось с домом на Литейном пр., 5/19, например.
– Уточним: Литейный пр., 5/19 не является памятником. На объекте должна была вестись реконструкция, а его снесли. Снесли незаконно, за что и поплатился застройщик. Инвестору дали урок. Но в случае с наследием критерии сиюминутной экономической целесообразности не могут быть приоритетными. А сохранение в конечном счете может обернуться огромной выгодой. Недостатка в инвесторах уже нет, и не будет. Не могут работать в историческом центре грамотно – придут другие.
– Сколько в Петербурге аварийных памятников?
– Список аварийных объектов мы не ведем, поскольку он носит оперативный характер. К аварийным сегодня относится Анниенкирхе (кинотеатр «Спартак»), Конюшенный корпус в Знаменке, Собственная дача, форты Кронштадта, башня Адмиралтейства. По-настоящему аварийных объектов, слава богу, немного. Все-таки нам многое удалось сделать.
– Есть ли в КГИОП списки всех охраняемых объектов?
– Санкт-Петербург – единственный город в России, имеющий полноценные списки своих памятников. Их 7 782.
– И на каждый объект есть паспорт?
– Паспортизация – процесс бесконечный, ибо это – все данные об объекте. В процессе постоянного изучения уточняются многие данные, атрибуции, сведения о проведении реставрации – и все это вносится в паспорт объекта культурного наследия. И здесь Петербург лидирует. Несмотря на отсутствие правового акта «О порядке и форме паспортизации» продолжается работа по своим наработанным методикам. По основному массиву объектов у нас очень качественная документация. Другое дело, что имеется много паспортов старого образца 50-х годов, и они требуют приведения в соответствие с нашими современными научными данными. А вообще архив КГИОП за 88 лет своего существования стал по-настоящему бесценен.
Беседовала Марина Голокова