Андрей Степаненко: «Общая тенденция – снижение активности инвесторов»
О том, как кризис повлиял на рынок недвижимости, и какова ситуация со спросом на продаваемые с торгов объекты, «АСН-Инфо» рассказал Андрей Степаненко, генеральный директор ОАО «Фонд имущества Санкт-Петербурга».
- Андрей Николаевич, Фонд имущества сегодня – самая мощная аукционная площадка в стране. На какие финансовые результаты по итогам года вы рассчитываете выйти?
- Городское правительство ежегодно утверждает плановое задание по приватизации. Это доходы от выкупа земельных участков собственниками объектов недвижимости, поступления от целевой приватизации арендованных помещений, от аукционов по встройкам и зданиям с участками, от продажи квартир. Задание на 2011 год – 8 млрд рублей, – мы, конечно, выполним. Из крупных лотов осталась только гостиница «Астория», торги объявлены на 19 октября. Мы рассчитываем, что продажа состоится, тогда уже в этом году в бюджет будет перечислена часть платежа по договору. Но помимо доходов от приватизации есть еще торги по инвестиционным договорам, платежи по которым также перечисляются в бюджет.
- И как обстоят дела c их реализацией?
- Предполагалось, что сумма выручки по ним составит 16 млрд рублей, но на сегодня продано инвестдоговоров на сумму 10 млрд рублей. Прогноз рассчитывался исходя из продажи всех участков, которые Управление инвестиций Комитета по строительству планировало передать на реализацию в Фонд имущества. Однако на сегодняшний день мы получили меньше трети от этого плана, и самые ликвидные активы (под жилую застройку) до нас так и не дошли. Чтобы торги состоялись в этом году, их нужно объявить до середины ноября. Что-то мы, наверное, еще получим и продадим, но вряд ли это радикально изменит ситуацию.
- В чем причина вашего пессимизма?
- Есть проблемы с подготовкой инвестиционной документации – пакетов документов к торгам. «Короткий пакет» завершил свою жизнь. А «полный пакет» готовить не так просто.
- Как изменилась активность инвесторов в разных сегментах рынка?
- Общая тенденция – это снижение активности инвесторов. Единственное исключение – строительство жилья эконом-класса. В этом секторе наблюдается устойчивый спрос, на который не влияют ни кризис, ни предвыборная политическая нестабильность. Есть оживление в стрит-ритейле: спросом пользуются небольшие торговые помещения с хорошей локацией. Цены на них иногда вырастают в десятки раз. По остальным направлениям (офисы, гостиницы, промышленная недвижимость, паркинги и пр.) активность практически нулевая.
- В чем причина, это все последствия кризиса?
- Конечно, кризис повлиял. Особенно отток с рынка иностранных и банковских средств. Сейчас оформить кредит значительно сложнее, чем до кризиса. Даже под залог реальных активов и поручительства учредителей компании не могут получить кредит. И это я говорю о компаниях, давно работающих на рынке, «крепких середняках». Я лично дважды был свидетелем такой ситуации. Банки стали чрезмерно консервативны и неохотно занимаются кредитованием.
- Как влияет на активность инвесторов политическая ситуация?
- В России все максимально политизировано. В Санкт-Петербурге 3-4 человека могут похоронить любой проект, просто написав на предвыборной волне жалобу о том, что новая идея диссонирует с существующей застройкой. В таких условиях бизнесу работать крайне тяжело. Сейчас вообще наступила пауза: новые инвесторы на рынок не приходят, а уже работающие – не начинают новых проектов. Кто-то не выдерживает и уходит в другие регионы, где меньше градостроительных ограничений, а значит и рисков, что проект будет остановлен. Я знаю несколько крупных инвестиционных компаний, которые сейчас сворачивают свой бизнес в Петербурге.
Некоторые компании переводят свой бизнес, а значит и инвестиций, в другие отрасли. Например, в производства, связанные с сельхозбизнесом, или в телекоммуникационный сектор.
- Люди устали?
- Да. И необходимо понимать, что отсутствие стабильно работающего бизнеса - это отсутствие стабильных налоговых поступлений в бюджет. Петербург не Венеция, город не может замереть, уповая только на доходы туристической отрасли. Политика запрещения и отсутствия четких правил ведения бизнеса, в том числе и девелоперского бизнеса, идет городу во вред. Уже сейчас на рынке нет сделок по продаже 5, 10,
- А что с проектом на набережной Робеспьера, 32?
- В 2007 году, на пике цен на недвижимость, сложилась удачная для города сделка. Сейчас мы сделали все, чтобы этот проект получил развитие и, в конечном счете, был завершен. Мы помирили застройщика «ППК», Сбербанк и город. Сроки реализации проекта продлены, и теперь ничто не мешает его осуществлению. Как это произойдет, мы не знаем. Возможно, появится новый инвестор – ППК активно занимается продажей проекта. Мой прогноз – продать его до мая 2012 года нереально.
- А другие проекты?
- Я сейчас все торги планирую с учетом выборов: и канал Грибоедова, 13, и дворец Кочубея, и Уткину дачу, и Конюшенную ул., 1/18, в Пушкине. Только «Астория» по-прежнему запланирована на этот год. Мы заняли выжидательную позицию и смотрим, как будет развиваться рынок.
- Сейчас вообще всю землю хотят продавать на торгах. И даже инициированы соответствующие изменения в Земельный кодекс. Как вы к этой идее относитесь?
- Хотя я и идеолог торгов, но считаю, что такой подход нерационален. Например, в квартале нужен какой-нибудь соц.объект, но найти на него даже одного инвестора чрезвычайно трудно. Какие уж тут торги. И это типичная ситуация для таких объектов, как, предположим, поликлиника или спортивный комплекс. Или другая ситуация – участки, сложные с градостроительной точки зрения (например, лакуна на Петроградке). Я думаю, что нельзя все огульно пускать с молотка, нужен дифференцированный подход.
- С новым губернатором пообщались? Складывается диалог?
- Пока не общались. Но я надеюсь и даже уверен, что наши функции продавца будут по-прежнему востребованы. Имущество необходимо эффективно реализовывать. Надеюсь, что мы будем работать в прежнем режиме и приносить городу пользу.
- Как идет работа вашей «дочки» - Российского аукционного дома?
- Вполне успешно. Мы аккредитованы для продажи федерального имущества, занимаемся организацией торгов по продаже госимущества Москвы и Ханты-Мансийска. Это подтверждает, что мы шли по правильному пути, и опыт Фонда имущества, одного из учредителей Российского аукционного дома, востребован.
- Какова судебная практика фонда?
- Из наиболее известных случаев – здание с участком на Боровой улице, которое продавалось в рамках PROEstate-2008. Сделка, как вы помните, не была оплачена. Покупатель почему-то решил, что имеет право после торгов вносить изменения в договор купли-продажи. Мы судились, выиграли процесс во всех трех судебных инстанциях и провели повторные торги. Сейчас этот объект находится в собственности компании БФА.
Была сложная ситуация со зданием на Пионерской, 16, часть которого занимала Академия им. Можайского. Мы смогли организовать диалог с инвесторами и с Минобороны. В результате были устранены технические препятствия для реализации проекта, подписано мировое соглашение, выплачена компенсация Академии им. Можайского, - интересы всех заинтересованных сторон были удовлетворены.
Были суды с продажей единым лотом участков в разных районах города под магазины шаговой доступности. Мы отстояли законность продажи в суде кассационной инстанции. Как будут разворачиваться события дальше, пока не знаю.
- Вы затрудняетесь делать прогнозы из-за последнего решения Высшего арбитража по Сытнинской улице?
- Да. На мой взгляд, этим решением суд вышел за рамки своей компетенции. И непонятно, кто и как будет исполнять это судебное решение. Посмотрим. Но прецедент для России плохой. Он означает, что любая сделка может быть оспорена, независимо от того, насколько добросовестным был приобретатель.
Андрей Степаненко
генеральный директор ОАО «Фонд имущества Санкт-Петербурга», ОАО «Российский аукционный дом»
Родился 6 февраля 1972 года. Окончил Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов. Кандидат экономических наук. В 2002 году защитил диссертацию на тему «Методические основы управления недвижимым имуществом крупного города».
Занимался профессиональной риэлтерской деятельностью, возглавлял Петроградское и Выборгское агентства КУГИ Санкт-Петербурга.
С марта 2004 года руководит Фондом имущества Санкт-Петербурга – крупнейшей в России региональной аукционной площадкой по продаже недвижимости.
О деятельности строительной службы Октябрьской железной дороги рассказывает заместитель начальника ОЖД по строительству Р. И. Мустейкис.
- Ромунас Иосифович, расскажите, повлиял ли кризис на финансирование проектов ОЖД и с какими проблемами Вы сталкиваетесь сегодня?
- При запланированном на этот год объеме капитальных вложений в 34 млрд. 939 млн. рублей – 15 млн. мы уже освоили на 100%. Что касается инвестиций в
Как известно, развал научной и проектной базы произошел еще в 90-е годы прошлого века, и конечно, собрать вновь тот мощный проектный потенциал уже не реально. Вот, например, в «Ленгипротрансе», в котором в лучшие годы трудилось более 2,5 тыс. человек, сегодня же с трудом набирается 1300, или «Желдорпроект», который тоже ни чем похвастаться не может.
Сегодня среди проектировщиков остались в основном специалисты достаточно пожилого возраста. И это понятно, ведь оплата труда в этой области невысокая и молодежь сюда идет неохотно, поскольку не у каждого есть сила воли за небольшое вознаграждение сидеть, корпеть, чертить. Ведь чтобы вырастить настоящего проектировщика ГИПа или начальника отдела необходимо примерно 12 лет, рядового проектировщика – лет 7-10.
И выход из этой ситуации пока я вижу только один – нужно как-то заинтересовывать людей. А это, по моему мнению, возможно только путем предоставления молодым специалистам жилья. Нужно подписывать с ними контракт лет так на 10, а потом они и сами уже никуда не уйдут, прикипят. Сегодня молодой специалист не видит перспектив, а вот когда ему будет оказана такая поддержка, то уже на 4-5 курсе можно начинать отбирать студентов, заинтересовывать и привлекать к работе. Если в ближайшее время ситуация не изменится, то я не завидую тем, кто будет работать после нас.
Раньше, имея мощные минтрансстроевские институты с давними традициями и высококлассными специалистами, мы могли очень легко работать. Существовал определенный порядок. Так, в сентябре месяце вся документация уже была готова, если нет, то объекты в план следующего года не попадали. Сейчас, совсем по-иному: отсутствует необходимая вовремя документация, а если она и выдается, то в ней очень много ошибок. Поэтому ее приходится возвращать на доработку, а отсюда и дополнительные средства. Нам, строителям, поэтому бывает достаточно сложно, поскольку крайними всегда остаемся мы, никто не помнит, что кто-то вовремя не выдал проект. У нас и сейчас есть такие объекты, кстати, не малые, на 250-300 млн. рублей, на которые нет документации, а они стоят в плане 2010 года.
- Какой объем работ по строительству и реконструкции запланирован на II полугодие?
- В 2010 году много преходящих проектов, нового особенно ничего нет. Так, продолжаются работы по строительству скоростного хода на Хельсинки. Это вводной объект, в ноябре-декабре состоится его запуск. Скорости там будут немного поменьше, чем у «Сапсана». Сейчас мы строим дополнительные пешеходные мосты, удлиняем станции, уже подготовили и укрепили земляное полотно, переделываем контактную сеть.
Много еще работы по трассе Москва – Петербург: здесь необходимо строительство многоуровневых развязок и пешеходных переходов, нужны ограждения, чтобы избежать несчастных случаев. Эти вопросы сегодня требуют доработки. Будем строить дополнительные пешеходные мосты, решать вопросы с платформами.
Активно ведутся работы на участке Гатчина – Веймарн. Будем надеяться, что с
-Прошедшие ураганы доставили много хлопот?
- Ураган очень сильно повлиял на работу дороги: в результате нарушения подачи внешнего энергоснабжения от электростанций «Ленэнерго» произошло отключение тяговых подстанций Октябрьской железной дороги, вышли из графика и пассажирские, и грузовые поезда. Однако, ураган выявил проблему, которую необходимо в ближайшее время решать. И касается она сразу нескольких ведомств. Допустим, полоса отвода у железной дороги
Со своей стороны, в 2010 году у нас запланировано вырубить
- Какие нестандартные решения, новые материалы применяются сегодня при строительстве и реконструкции железных дорог и объектов инфраструктуры?
- Хочется сказать о первом опыте строительства новых платформ по немецкой технологии. Их особенность в том, что изготовлены они не из металла и бетона, а из полимерных материалов. Платформы легкие, красочные, быстро собираются, при сборке не надо задействовать краны, все детали можно быстро заменять. Так, например, шестиметровую балку спокойно поднимают два человека. В качестве эксперимента две такие платформы были установлены в Елизаветино. Но как всегда, появляются и проблемы, причем наши, местные. Сразу возникает вопрос: а если дворник стукнет ломом такую платформу, то он ее пробьет? И все начинают равняться на дворника! Но если ломом и киркой не бить, то такие конструкции простоят достаточно долго, покрытие у них прочное, и зарекомендовали они себя в Германии уже давно. Вообще из такого материала можно делать и переездные будки, и другие легкие конструкции.
У нас любое нововведение очень сложно внедряется, сразу находится очень много сопротивляющихся, которые ищут различные «веские доводы».
- Что можно сказать о планах на
- В планах строительство путепровода на Таллиннском шоссе в районе Кингисеппа, вопрос с ним решился только после длительных переговоров с местными властями. Также на 5,
Вообще от всех выделяемых средств мы стараемся получить быструю отдачу и те задачи, которые стоят перед ОАО «РЖД», должны быть решены. Поэтому под конкретную задачу и формируется определенный объем строительных работ.
Беседовала Ирина Васильева