Г. Киркин: Строительному рынку необходимо профессиональное общение
О формировании цивилизованного рынка услуг по управлению инвестиционно-строительными проектами и возможных путях реализации этой задачи рассказывает президент Ассоциации профессиональных управляющих инвестиционно-строительными проектами (АПУИСП) – руководитель рабочей группы ассоциации по подготовке кадров Г. В. Киркин.
- Геннадий Владимирович, какие изменения в деятельности ассоциации произошли в последнее время?
- Прежде всего, изменилась наша стратегия, поскольку изначально ассоциация создавалась с целью преобразования ее в саморегулируемую организацию, поэтому сюда входили компании, оказывающие услуги по управлению строительными проектами в разных его ипостасях. Однако, затем, в силу ряда объективных причин, нам пришлось от этой идеи отказаться: сначала специфика нашей деятельности не попала в круг проблем саморегулирования, но впоследствии, за два месяца до вступление в силу закона, Минрегионразвития все-таки включило в список работ подлежащих обязательному получению допусков СРО деятельность Заказчика по строительному контролю и Генерального подрядчика. Это серьезно повлияло на состав нашей организации: мы сильно потеряли в численности, поскольку многие наши компании в срочном порядке были вынуждены вступать в различные СРО и некоторые из них сочли нецелесообразным сохранять членство в АПУИСП. Но мы сохранили свое основное ядро единомышленников, всех тех, кому интересно развитие своих профессиональных качеств. Вот тогда-то и встала необходимость менять стратегию деятельности асоциации.
Когда вопрос саморегулирования ушел в прошлое, и все вступили в разные СРО, мы поняли, что саморегулируемая организация не будет заниматься развитием нашей профессии, работать в интересах повышения конкурентоспособности своих членов. Тогда эту задачу мы и решили поставить в основу формирования стратегии нашей деятельности: развивать свои профессиональные качества, формировать стандарты исключительно в интересах своих членов для получения конкурентных преимуществ на рынке, становится лучшими, зарабатывая больше денег и развиваться. А для достижения этих целей необходима консолидация усилий на рынке, кооперация, обмен информацией.
- Каким способом вы собираетесь решать эти задачи?
- Необходимо обеспечить конкурентные преимущества наших членов в существующих условиях кризиса. Ошибочно полагать, что он уже закончился, поскольку я считаю, что
В этой ситуации повышение конкурентных преимуществ для компаний стало очень актуальным, тем более, что саморегулируемые организации на это не «заточены».
И первое направление достижения конкурентных преимуществ я вижу в получении новых знаний о передовых технологиях и практической помощи в их применении. После проведения опроса наших членов мы определили круг вопросов и тем, которые сегодня являются наиболее интересными и востребованными. Причем знания эти необходимо получать быстро, информация должна быть емкой, нужен практикум, а сами занятия должны быть недорогими.
Учитывая все пожелания, в этом осеннем сезоне мы запускаем ряд блиц-практикумов. Это будут однодневные практические учебные занятия, по актуальным темам, которые сегодня диктует рынок. Занятие будет состоять из трех блоков – это нормативно-теоретический курс, далее, мастер-класс, который проведут ведущие специалисты в данной конкретной области по новым способам, методам, решениям, приемам, и, наконец, практическое занятие в виде деловой игры или бизнес тура на объект. Возможно проведение краш-тестов, то есть обсуждения и применения полученных знаний на конкретном проекте. Такой семинар обойдется для одной компании в 4-5 тыс. рублей, а для членов ассоциации он будет бесплатным.
Вторым направлением достижения конкурентных преимуществ я назову кооперацию. Для этого мы хотим разработать стандарт о кооперации внутри ассоциации. Создать некое соглашение о сотрудничестве и объединении членов АПУИСП в консорциумы для участия в конкурсах и тендерах. Это необходимо для возможности мобильно реагировать на изменения рыночной ситуации. Мы предлагаем привлекать в ассоциацию компании, которые не только занимаются профессиональным управлением строительными проектами (Заказчиков, Генеральных подрядчиков), но и специализированные подрядные и проектные организации. Тогда, имея такой стандарт, в котором определены условия взаимодействия, позиции и ответственность, мы бы могли через ассоциацию формировать консорциум, возглавляемый управляющей компанией, который при появлении определенного заказа, выходил на тендер. А внутри консорциума каждый член выполнял бы свой участок работ в силу своей компетенции. Сейчас мы прорабатываем идею такого сотрудничества, проводим консультации. Интерес к этому определенно есть.
Третье направление - обмен информацией. Мы нашли свое место на рынке, может быть с точки зрения социальной функции и готовы оказывать определенные консультационные услуги саморегулируемым организациям, более того мы начали работу по привлечению саморегулируемых организаций в ассоциацию и достигли здесь определенных результатов. Три саморегулируемые организации становятся нашими членами.
Конкурентные преимущества трудно выдерживать без квалифицированных кадров. В ассоциацию входят два вуза: СПб Политехнический Университет и СПб ГАСУ.
В Политехническом Университете у нас разработана совместная программа по магистерской подготовке, я там преподаю по специализации управление строительными проектами. Студенты приглашаются к нам на практику.
- Что помогает избежать конкуренции внутри ассоциации?
- В принципе, когда нет конкуренции, трудно определить лучшего. Однако все должно проходить цивилизованным путем. У нас в ассоциации действует стандарт о профессиональной этике. Далее, в процессе работы над созданием консорциума и стандарта о взаимодействии, возникла идея создания стандарта о проведении тендерного отбора при формировании консорциумов внутри ассоциации. Это будет нормальное внутреннее состязание.
Также в ассоциации был разработан стандарт профессионального управляющего строительным проектом, он прошел регистрацию и рекомендован к применению Союзом Строительных Объединений и Организаций. Это было в свое время обусловлено возникновением одной идеи, которую мы сейчас реализуем. Мы хотим создать некий страховой продукт, который страховал бы деятельность управляющих строительными проектами. А для этого необходимо было определить, кто такой управляющий строительными проектами, каковы у него обязанности, ответственность. Тогда и было принято решение о профессиональном стандарте.
Создание любой организации обязательно преследует какие-то внешние цели и у нас есть задача лоббирования интересов членов ассоциации, но лоббирование возможно лишь тогда, когда организация имеет вес. А как это возможно? Только через массовость? Мы выбрали другой путь, мы хотим стать организацией высокопрофессиональных компаний, оказывающих влияние через профессиональный авторитет, то есть выступать экспертами на строительном рынке. Тем более что сегодня общественные объединения заняты организационно-политической деятельностью, все сконцентрировано на деятельности СРО и ведущие кадры перешли туда, тем более, что это более финансово-состоятельная деятельность. А строительному рынку сегодня, как никогда требуется профессиональное общение и развитие.
Беседовала Васильева Ирина
Общественные слушания Правил землепользования и застройки (ПЗЗ), которые сейчас проходят в районных администрациях Петербурга, не включают в себя обсуждения важной части Правил, которая должна войти в них на заключительном этапе принятия документа. Это режимы зон охраны Петербурга, разработанные КГИОП еще в 2005 г., к принятию действующего Генплана города, и прошедшие уже тогда общественные слушания. Но сейчас на слушаниях по ПЗЗ у граждан возникает резонный вопрос – почему режимы не включены в проект правил? когда они туда войдут? почему границы зон охраны в ПЗЗ обозначены, а действуют внутри границ не режимы, а регламенты? что и как будет действовать в этих границах, когда ПЗЗ вступят в силу? О проекте зон охраны, который должен стать составной частью ПЗЗ, корреспонденту АСН-инфо рассказывает заместитель председателя КГИОП Алексей Комлев.
-Алексей Валентинович, чтобы не запутаться в законодательных дебрях, расскажите сначала об истории создания проекта зон охраны, который сейчас каждый может увидеть на сайте городской администрации.
-Что касается истории этого документа, то еще в далеком 1988 г. решением Ленгорисполкома № 1045 был принят проект зоны охраны исторически сложившихся центральных районов Ленинграда. В соответствии с ним охраняется и по сей день только исторический центр города, так называемые Объединенные зоны охраны, а все пригороды остались за кадром, хотя мастерская генплана Бориса Николащенко уже в 1985 г. разработала проекты зон охраны направления Петродворец-Ломоносов-Стрельна, а также Пушкин-Павловск. Но тогда разработчикам не удалось получить необходимых согласований этих документов у КГА, районных администраций, ВООПиКа, так как к ним было много замечаний. Поэтому они не попали в правовой акт 1988 г., и охранное зонирование распространилось только на центр.
Именно по этой причине впоследствии КГИОП торопился разработать и утвердить проекты зон охраны, начиная с пригородов и постепенно продвигаясь к центру. Эти зоны охраны были введены как временные, потому что при действующем на тот момент законодательстве – до закона №73-ФЗ 2004 г. - была возможность установления временных зон охраны по облегченной процедуре, они могли устанавливаться просто распоряжениями органов охраны. Что мы и сделали: были введены в разное время охранные зоны в пригородах. До 2003 г. все территории, не охваченные центром, были поставлены под охрану. К центру мы подошли в самом конце в 2004 г., и не торопились, так как, там действовал проект зоны охраны исторически сложившихся центральных районов Ленинграда 1988 г. Получилось так, что новый Проект зон охраны мы разрабатывали 8 лет и обсудили с общественностью в 2005 году, к принятию Генплана. Новый проект мы согласовали с Росохранкультурой, до этого – с Министерством культуры. Новая охранная зона центра была взята за основу с учетом Генплана 1857 г. При этом, и это была наша принципиальная позиция - мы сохранили границу бывшей объединенной охранной зоны, совместив ее с новой границей зоны регулирования застройки – 1 (ЗРЗ-1.) Это было очень важно, так как именно в этих границах исторический центр вошел в номинацию объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО.
-И теперь охранная зона и зона охраны – это разные вещи? Чем они отличаются?
-Отличаются: охранная зона, или ОЗ, как она обозначена в ПЗЗ – это зона, где все новое строительство впрямую запрещено. Правда, по Закону № 73-ФЗ там допускается «регенерация исторической среды». Но такого юридического понятия как регенерация – просто нет. Есть понятие «воссоздание» – строительство здания по историческим чертежам, с восстановлением утраченных фасадов, пропорций, объемов. И хотя КГИОП пытался при разработке Закона 2002 года разъяснить такое понятие, как «регенерация», нам не дали возможности этого сделать. Оно осталось в Законе нераскрытым, и по сути это все равно можно истолковать как строительство, а не воссоздание.
-А каково было Ваше представление о «регенерации»?
-Ну например, есть в городе пятна, утраченные во время войны. Их можно и нужно заполнять – но такой застройкой, которая по своим параметрам и характеру соотносится с той, которая там сейчас рядом сложилась. То есть она должна отвечать средовым характеристикам: допустим, здесь стояло 3-этажное здание, значит надо построить аналогичное по пропорциям, объемам и высоте. Таково наше представление о регенерации.
-Вернемся к отличиям охранной зоны (ОЗ) и зоны охраны, или зоны регулирования застройки (ЗРЗ). Что разрешено в ЗРЗ-1?
-В ЗРЗ-1 новое строительство, в отличие от ОЗ, разрешено впрямую, но это не значит что вся эта территория будет застроена. Почему мы поступил так и разделили режимы ОЗ и ЗРЗ-1? Основной принцип приоритета сохранения исторической застройки у нас одинаков, что в ОЗ, что в ЗРЗ. Но когда мы изучали поквартально всю застройку в этих зонах– выяснилось, что тех самых утраченных в войну пятен в ОЗ вообще нет. Там полностью сформирована застройка, там возможны только реставрация и капитальный ремонт с реконструкцией. А в ЗРЗ-1 эти пятна еще остались. Причем автор предыдущего проекта Б.Николащенко в своих режимах охраны, понимая, что городу как-то нужно развиваться, ввел еще понятие «лакун», то есть локальных зон регулирования застройки внутри объединенной охранной зоны. Локальных маленьких ЗРЗ внутри ОЗ. Около 150 таких «дырочек», было частично нарисовано в графике, и описано в тексте проекта. В частности, если лакуна в Новой Голландии имела абрис территории на карте, то про 130-ый квартал просто было написано, что лакуна - «в границах внутриквартальной застройки 130-го квартала». Вот новая гостиница на площади Островского – это тоже была лакуна, так как там ранее было здание, входящее в ансамбль площади. Более того, предыдущий проект зон охраны предполагал, что любая внутриквартальная территория, не являющаяся объектом культурного наследия – памятником – является потенциальной лакуной и может быть преобразована. Конечно, мы сочли, что это недопустимо. После выхода закона № 73 в 2004 году мы решили от этой «лакунизации» уйти. Просто чтоб быть честными перед самими собой. Поэтому теперь в ОЗ все сформировано, никаких «дырок» нет, и даже те, что когда-то были обозначены в предыдущем проекте, уже застроены. Все, там строить практически негде и нечего. Остальную территорию, где еще сохранились пятна, где возможно восстановление каких-то зданий, мы и отнесли к ЗРЗ-1, чтобы у нас не было правового вакуума, недоговоренностей и вопросов – а что это за лакуна? А почему она там появилась? Мы разделили бывшую объединенную охранную зону на две - ОЗ и ЗРЗ-1, но сохранили строгие режимы охраны для всей этой территории и добавили еще зоны ЗРЗ-2 и ЗРЗ-3.
-Чем ЗРЗ-2 и ЗРЗ-3 отличаются от ЗРЗ-1?
-Основное различие следующее: если в ОЗ и ЗРЗ-1 много ограничительных параметров – по стилю, по высоте, по характеру застройки, вплоть до мелких подробностей – то в ЗРЗ-2 и ЗРЗ-3 остается практически один параметр – высотность.
-Режимы зон охраны больше не будут обсуждаться?
-Нет, слушания мы повторять больше не будем, с материалами слушаний можно ознакомиться на сайте администрации. В начале 2008 года мы пытались хоть как-то выйти из положения, ведь с 2005 года с новым Генпланом мы все еще живем по старым режимам и по старым границами. Для этого мы ввели временную схему – и выпустили распоряжение председателя КГИОП об утверждении «временных границ и режимов зон охраны», которые бы соответствовали границам зон охраны в Генплане. Но прокуратура сочла, что мы не имеем права вводить временные границы и режимы, не имеем для этого полномочий, да и понятия такого в законе нет. Режимы должны вступить в силу только законом вместе с ПЗЗ, поэтому пришлось отменять это распоряжение. Но, тем не менее, на сайте администрации проект зон охраны есть, все могут его увидеть и даже еще могут вносить предложения – у нас есть возможность их внести в проект.
Еще в 2005 г. мы добивались того, чтобы проект зон охраны утверждался парным законом с Генпланом и не предполагали, что границы зон охраны будут приняты ЗакСом отдельно от режимов зон охраны. Да еще получился такой парадокс – в новом Генплане границы зон отражены, но до принятия ПЗЗ в силу они не вступили. Образовался правовой вакуум. При этом КГА с 2005 г. выдает застройщикам документацию, согласуясь с новыми границами зон охраны, а мы живем до сих пор по распоряжению №1045 от 1988 г. Такая сложилась ситуация – но это не наша вина. Однако, если режимы не утвердят парным законом вместе с ПЗЗ, то получится, как только утвердят ПЗЗ, вступят в силу новые границы зон охраны, без новых режимов, а градрегламенты без них нелегитимны. Вот такой нонсенс.
-Согласитесь, такая путаница не идет на пользу законопроекту ПЗЗ.
-Путаница имеет место быть, так как сегодня КГА иногда «бежит впереди паровоза» и на мой взгляд порой поступает ошибочно. Ведь все-таки этот 648-й ныне отмененный высотный регламент помог – все же с 2004 г., если не считать этой истории с Биржей и проигранный суд по «Монблану», мы в целом удержали высоту по центру города. Сначала в 2003 г. этот регламент вышел с печатями Харченко и Явейна, как некое соглашение между комитетами, что мы не нарушаем эту высоту, а уже потом в 2004 г. регламент был утвержден городским правительством.
Кстати, возвращаясь к ПЗЗ - мы предлагали КГА во избежании дальнейшей путаницы, не писать ни в ОЗ, ни в ЗРЗ-1 никаких цифр, так как у нас режимы, в том числе высотные ограничения жестче, чем те высоты, которые допускает постановление 1731.
-Какое отражение в этих документах получило возможное изменение статуса вновь выявленных памятников?
Вот есть 2140 выявленных объектов культурного наследия. Их судьба не решена. Они, так сказать, пока кандидаты в памятники: могут изменить свою судьбу – стать федеральным памятником, региональным, или быть исключенным из реестра памятников. И тогда уже на их территорию будут распространяться градостроительные регламенты (на территории памятников градрегламенты не действуют). Поэтому отображение границ памятников в Генплане – это только обосновывающий документ генплана, фиксирующий состояние на 2005 г. и не предполагающий что там что-то будет меняться. Отобразили - и ладно, так как нужна была опорная база для Генплана. А ведь текущая ситуация меняется. Уточняются границы памятников, под охрану как выявленные берутся новые объекты.
-Какова теперь будет дальнейшая судьба проекта зон охраны? Как режимы будут включены в ПЗЗ, в каком виде? Ведь проект уже готов.
-Мы предлагали КГА включить наши режимы зон охраны в свою часть ПЗЗ. Мы также предлагали КГА совместить их часть ПЗЗ и нашу в качестве приложения к Правилам, чтобы не было у горожан лишних вопросов. По идее в границах действия наших режимов достаточно только отсылки к ним, чтобы все могли увидеть – вот тут действуют режимы зон охраны, а подробности, ограничения и параметры можно увидеть в соответствующем разделе.
Кто главнее – режимы или регламенты? Нужно ввести единые правила, исключающие предвзятое отношение согласующих инстанций. Условно говоря, если написано в законе, что на этом месте должно стоять здание не выше определенной этажности, не больше чем столько-то метров, со скатной кровлей, с такой-то максимальной площадью остекления, со штукатурным фасадом, с не более чем двумя выходами на улицу и т.д. – то что согласовывать? Все и так ясно. А если этого не написано, тогда все, что не запрещено, разрешено. Законодатели должны выпускать правила четкие, понятные и желательно все в одном документе, чтобы никакого волюнтаризма при принятии решений не было. Мы в итоге должны получить единый документ – закон, который будет называться «Правила землепользования и застройки и режимы зон охраны Санкт-Петербурга». Мы еще намерены актуализировать нашу карту с границами зон охраны и территорий памятников – приложение 17 – и внести ее в ПЗЗ. А границы территорий памятников, повторюсь, иногда меняются. Мы хотим создать гибкий механизм и прописать процедуру изменений, а последние намерены публиковать, допустим, раз в квартал. А мониторинг и актуализация Генплана осуществляется один раз в пять лет. Сам наш проект режимов сейчас корректируется в связи с выходом последних федеральных законодательных актов. Мы будем выносить проект на правительство вместе ПЗЗ, которые сейчас проходит слушания.
-А какую документацию застройщиков Вы будете согласовывать в ОЗ и ЗРЗ?
-Законом мы лишены права согласования в зонах охраны проектной документации, за исключением градостроительных регламентов - проектов планировки и межевания. Ведь именно в них устанавливаются параметры использования территории, и с ними потом застройщики идут в СГСНиЭ, и уже там должны будут сверить, соответствует ли проект планировки и межевания Правилам землепользования и застройки (в которых должны быть включены режимы охраны) – соответствует ли он требованиям режимов, если находится в зоне охраны, или не соответствует. Вот этим и должны заниматься чиновники, когда у них будут четкие правила, а не согласовывать архитектуру отдельных проектов в зонах охраны.
Беседовала Елена Зеликова