Н.Шангина: Реставрация не может остановиться
Петербургские реставраторы завершают переход отрасли на саморегулирование и предлагают правительству Петербурга установить максимальную границу снижения цены госконтракта в размере 10-15%, чтобы не допустить демпинга недобросовестных подрядчиков. Об актуальных проблемах рынка реставрационных работ рассказала председатель правления Союза реставраторов Санкт-Петербурга Нина Шангина.
– Что сегодня наиболее актуально для реставрационного рынка Санкт-Петербурга?
– Острая проблема, которой уже не один год и которая заметно усложняет нашу жизнь, – отсутствие нормативно-правовой базы, регламентирующей деятельность реставраторов. Множество интереснейших методик и технологий находится в головах и компьютерах специалистов. Это разрозненная и очень богатая база, которой невозможно воспользоваться в полной мере, так как она не систематизирована, не объединена и не помещена в правовое пространство.
Другая проблема возникла по причине финансовых сложностей, которые испытывает весь российский бизнес, в том числе и реставрационный. Все более очевидной становится тенденция демпинга на тендерах по размещению государственного заказа в сфере реставрации. При выборе победителя в подавляющем большинстве случаев главным критерием является не квалификация исполнителя, а цена контракта, которую он предлагает. В последнее время понижения достигают 50 процентов. С такой ценой можно согласиться, если это сильная, опытная компания, которая имеет резервы и готова пожертвовать рентабельностью, не в ущерб качеству, чтобы сохранить позиции на рынке. Или если предложено нестандартное техническое решение, значительно удешевляющее работу. (Но в таком случае инновация должна быть научно обоснованной и утвержденной компетентными экспертами.)
Однако зачастую побеждают неизвестные, маленькие фирмы, не имеющие серьезных оснований для снижения затрат. Такие правила игры негативно влияют на состояние реставрационного рынка, жизнеспособность реставрационных компаний и процесс сохранения культурного наследия.
– Как можно решить эти проблемы? И возможно ли это в нынешних экономических условиях?
– Что касается нормативно-правовой базы, то надежда есть. Глава Росохранкультуры Александр Кибовский заверил, что в Министерстве культуры России ведется активная работа по формированию соответствующей правовой, информационной базы. В 2009 году впервые на эти цели были выделены существенные средства. Ну а от нас, реставрационного сообщества, требуется содействие в создании методического обеспечения этих работ.
Вообще-то многие проблемы будут решены, если выделить реставрацию в самостоятельную отрасль. Сегодня в Градостроительном кодексе нет даже слова «реставрация». В нашей сфере не может быть усредненных показателей производительности, однако наши тендеры проходят, по сути, по тем же правилам, что тендеры строителей. Необходимо изменить правила выбора исполнителя реставрационных работ и услуг таким образом, чтобы цена не являлась главным критерием, а приоритет был отдан квалификации; чтобы была установлена максимальная граница снижения цены государственного контракта в размере 10-15 процентов. А если в исключительных случаях участник торгов переходит нижнюю границу, то внимание к нему конкурсной комиссии должно быть самым пристальным.
– Как вы оцениваете объемы государственного финансирования реставрации в Петербурге?
– Все прекрасно понимают, что реставрация не может остановиться, она продолжается ровно в тех объемах, в каких это необходимо для сохранения уникального культурного наследия Петербурга. Кроме того, сейчас ситуация в нашей сфере изменилась к лучшему. Благодаря усилиям главы КГИОП Веры Дементьевой финансирование реставрационной программы комитета в 2010 году увеличено. Есть основания рассчитывать, что будут реализованы все намеченные на этот год проекты.
– Чем обоснован активизировавшийся с 2010 года процесс передачи памятников в частные руки?
– Наверняка желанием государства перераспределить груз более рационально, ведь львиная доля средств на реставрацию поступает из государственного бюджета. Тем более в Петербурге, где половина из 7,5 тысяч объектов культурного наследия нуждается в реставрации, а более тысячи буквально ждет спасения. Только за последние 5 лет из городского бюджета на реставрацию выделено почти 20 миллиардов рублей.
Стоит напомнить, что с 2009 года действует указ президента РФ о разграничении прав собственности между Петербургом и Российской Федерацией на более чем 250 объектов культурного наследия. 155 объектов и памятников отошли городу, 119 – Российской Федерации. Таким образом, Смольный получил возможность искать памятникам рачительных хозяев, которые будут вкладывать деньги в реставрацию.
– Какие опасности таятся в процессе приватизации для самих памятников и как избежать «продажи» мировых шедевров?
– Задача номер один – создать список объектов культурного наследия, не подлежащих отчуждению из государственной собственности, независимо от принадлежности памятника к РФ или Петербургу. Для памятников федерального значения такой список есть, а Петербургу еще предстоит разработать свой перечень. Думаю, в нашем городе неотчуждаемых объектов должно быть значительно больше сотни.
Все мы помним 1990-е годы, когда под предлогом социальной необходимости за бесценок были распроданы народно-хозяйственные и промышленные предприятия. В этой связи чрезвычайно важно то, что прописана и практикуется процедура заключения вместе с договором купли-продажи жесткого, детально проработанного охранного обязательства, где определены и режим реставрационных работ, и контроль КГИОП, и возможность доступа к памятнику экскурсантов.
На мой взгляд, следует повысить ответственность собственника, ужесточить санкции за нарушение охранного обязательства. Возможно, стоило бы еще поработать над законодательной базой до устранения всех белых пятен и противоречий. Однако глобальная финансовая ситуация диктует определенные условия.
– Как происходит переход на саморегулирование в сфере реставрации: какие задачи уже решены, какие проблемы остаются неразрешенными?
– В связи с тем, что реставрационная отрасль как понятие отсутствует, реставрационные предприятия оказались в особых условиях при переходе к саморегулированию. С одной стороны, реставрационные лицензии не отменены, с другой – требуется допуск к выполнению работ по списку приложения к Градостроительному кодексу.
Следует сказать, что в Союзе реставраторов уже давно налажены основные механизмы саморегулирования. Давно существует комиссия по качеству и конфликтная комиссия, в состав союза входят не только подрядные, но и проектные организации, и аккредитованные лаборатории, и поставщики материалов.
Чтобы сохранить и развить эти наработки, на базе союза создан филиал «Реставраторы Санкт-Петербурга» в составе зарегистрированной СРО строительного профиля «Балтийский строительный комплекс». Филиал активно работает, и входящие в него организации имеют допуск на строительный рынок.
– Как в условиях всеобщей экономии чувствует себя Союз реставраторов – есть ли угроза его развитию?
– В сложных условиях умные, цивилизованные люди объединяются. Исходя из этой истины, можно сделать вывод, что в Союзе реставраторов собрались действительно сильные и продвинутые игроки реставрационного рынка. Причем за минувший год состав участников союза вырос с 43 до 46 компаний. Так что как общественная организация мы стали сильнее. Вообще-то 2009 год был не менее насыщенным, чем предыдущие 9 лет деятельности союза: выставки, научные и культурные мероприятия, международный обмен опытом… Очередным достижением стала абсолютная победа в конкурсе «Сделано в Петербурге» – его реставрационной части. Все четыре знака качества «ушли» к нам.
Конечно, мы экономим и ищем внутренние резервы, но все это не в ущерб главному – сохранению лучших традиций и развитию реставрационной школы Петербурга. К примеру, несмотря на финансовые сложности, мы не закрыли проект по выплате именных стипендий лучшим ученикам городских реставрационных лицеев. Пока есть преемственность и коллективная поддержка, будет жив и Союз реставраторов.
Беседовала Оксана Прохорова
Программа реновации кварталов, застроенных домами первых массовых серий, стала реальностью. Правительство Санкт-Петербурга утвердило стартовый список из 31 квартала, подлежащих реновации в первоочередном порядке. Однако для работы в новых условиях необходимо принять целый ряд законодательных актов, чтобы обеспечить как интересы граждан, проживающих в этих кварталах, так и интересы инвесторов, собирающихся осваивать эти территории.В апреле 2007 года руководство города приняло Положение о порядке взаимодействия исполнительных органов государственной власти Санкт-Петербурга при принятии решений о развитии застроенных территорий и о проведении аукционов на право заключения договоров об их развитии. О том, как будет происходить работа по реновации застроенных территорий, мы беседуем с председателем Комитета по строительству Романом Филимоновым.
– Роман Евгеньевич, Положение принято, а порядок работы с территориями застройщикам не понятен.
– В данном случае мы ничего нового не изобретаем – как застройщики работали по расселению старого фонда, так и будут работать. Когда вышел новый Жилищный кодекс, у застройщиков появилась проблема по решению вопросов с частной собственностью граждан. Требования у граждан получаются иногда завышенными, и процесс затягивается. Начинается долгий процесс выбора – куда же переезжать, начинается попытка что-то «отжать». Характерный пример – дом на набережной Робеспьера. Здание вот-вот рухнет, а еще существует проблема переселения одной-двух квартир. И у граждан главная мысль – нам все должны.
По вопросу реновации территорий. После внесения изменений в Градостроительный кодекс, которые позволяют выносить на торги застроенные территории, мы приняли постановление правительства о порядке взаимодействия исполнительных органов. Пока не все просто и не все понятно. Да и не могло быть сразу все прописано, это не простой документ.
Сейчас подготовлен перечень из 31 квартала города, подлежащих реновации.
– Как власть может гарантировать застройщикам нормальные условия работы при реновации территорий?
– Гарантии есть в рамках закона. Власть берет на себя всю социальную составляющую по развитию застроенных территорий, а инвестору оставляет вопрос производственный и коммерческий. Будет заключаться нормальный инвестиционный договор, будет заключено соглашение или договор, в котором будут прописаны обязанности каждого. За городом – социальная составляющая, за инвестором – обязательства по выполнению работ по предоставлению площадей, и если будут дополнительно даваться бюджетные средства, то и правильное расходование бюджетных средств.
– Что такое социальная составляющая, которую берет на себя город? Это – расселение жителей?
– Расселять жителей будет город, Администрация Санкт-Петербурга в лице своих служб, а инвестор должен предоставлять жилье или то, которое у него есть, или то, которое будет построено в этом квартале. Город ему компенсирует затраты, которые он понес, или засчитывает эти затраты в счет будущей коммерческой составляющей. Хочу подчеркнуть, что будет принят ряд законодательных актов, чтобы соблюсти интересы граждан, живущих в этих кварталах. Жители, проживающие в кварталах реновации, получат квартиры в своем районе, в соседнем или максимально приближенном к старому дому квартале. Реновация будет проходить по принципу веерного расселения, когда сначала строится дом, в который переселяют жителей нескольких пятиэтажек, затем сносят следующие несколько «хрущевок», и на освободившейся территории продолжается строительство нового дома. Инвестор определяется в ходе конкурса. Но какой смысл инвестору сегодня строить за свой счет дом, а выгоду получать через 10 лет? Соответственно, нужна будет какая-то подпитка со стороны бюджета. Допустим, инвестору дается право построить дом за бюджетные средства и переселить жителей ряда домов в этот, вновь построенный. Ему дается бюджетная субсидия в составе этого проекта, он строит дом, отчитывается по этой бюджетной субсидии, администрация переселяет жителей, а инвестору дается право снести эти несколько домов и строить новый объект. И уже, например, на 50 процентов квартир дается бюджетная субсидия, а город забирает 20 процентов вновь построенного жилья и переселяет туда жителей следующих пятиэтажек. Так и идет веерная волна. Она длительная и первое время, я думаю, что мы буем встречать определенное противодействие со стороны жителей, потому что точно появятся недовольные. Этими вопросами будут заниматься специальные службы социальной защиты Жилищного комитета.
– Это уже прописанный порядок или один из вариантов?
– Мы рассматриваем каждую территорию индивидуально. Для каждой территории будет написана собственная целевая программа. К каждой будет индивидуальный подход. Решение будет приниматься на уровне правительства и утверждаться в Законодательном собрании, поэтому есть уверенность, что решение по каждому кварталу будет взвешенным. Может быть, оно будет не популярным, но оно совершенно определенно будет взвешенным.
– А по аварийным домам тоже нужно законодательное решение?
– По аварийному фонду не требуется решения Законодательного собрания. Жители домов, признанных аварийными, должны быть переселены в самый короткий срок, потому что необходимо обеспечить безопасность людей. И не факт, что жителям предоставят квартиры в том же районе.
– Как Вы думаете, много будет недовольных?
– Я думаю, что будет сильное противостояние, ведь вопрос переселения сродни двум пожарам. То же самое было в Москве, в Гамбурге...
В первую очередь мы взяли в работу те кварталы, где есть возможность построить один дом и начинать переселять туда жителей, а дальше идти веерно по всему кварталу. Мы не собираемся кого-то выселять, мы говорим жителям, что в ближайшие несколько лет у вас будут неудобства, вы будете, собственно говоря, жить на стройке. Но после того как стройка пройдет, в течение ста лет вы будете жить в нормальном доме, на нормальной территории, соответствующей всем нормальным требованиям для проживания. Поймите, мы это делаем не ради процесса, это делается ради того, чтобы люди получили комфортное нормальное жилье, которое сегодня не каждый может купить. Для этого и собираются налоги и существуют чиновники, которые работают над этими вопросами.
Проблемы будут, и проблемы разного характера. И даже если появится один недовольный – это проблемы.
– «Строительный Еженедельник» проводил акцию под названием: «Задай любой вопрос любому чиновнику», и мы получили очень много запросов от жителей «хрущевок». В основной массе запросов суть такова: «Слава Богу, что вы за нас взялись, теперь мы улучшим свои жилищные условия»...
– Есть понимание, что жить будет лучше, но никто обманывать ожидания не собирается. Но не все получат то, что хотят. Вот живет семья в «хрущевке» в частной, не государственной квартире. Там живет и старшее поколение, и младшее, и они рассчитывают при реновации квартала получить и одной семье квартиру, и второй, и хорошо бы, чтобы и внукам осталось. Но они получат равноценную квартиру, если у них, к примеру, квартира площадью 60 кв. метров, то они эти 60 кв. метров и получат. У нас есть примеры. Так, в одной из частных квартир в «хрущевке» прописано 400 человек. И что, при реновации квартала мы должны всех 400 человек обеспечить квартирами? Нет, так не будет. Жители частных квартир будут получать именно равноценное жилье. Там же, где государственный жилищный фонд, там мы будем расселять согласно нормативам.
– Получается, что при реновации кварталов иметь муниципальное жилье выгоднее?
– С точки зрения расселения может быть это и выгоднее, но это будет государственный жилищный фонд, это будет государственное жилье, поэтому я не могу сказать, что лучше.
– Когда будет разработан пакет нормативных документов для начала работ по реновации территорий?
– Пакет для нормативных документов должен быть разработан до 1 сентября. В него войдут проект закона о развитии застроенных территорий, первый этап адресной программы, содержащий последовательность и сроки расселения, и, кроме того, проект внесения изменений в закон Санкт-Петербурга о жилищной политике. Законодательное собрание рассмотрит эти документы в первоочередном порядке.
Беседовала Наталья Бабаджанян