С.Фролов: Реформа технического регулирования требует реформы управления
Реформа техрегулирования, которая на законодательном уровне запущена еще в 2002-2003 гг., тормозится по целому ряду причин. По мнению руководителя Управления саморегулирования ССОО, генерального директора НП «Строители Петербурга» Сергея Фролова, проблема не только в несовершенстве законодательства.
- Вы уже говорили, что также проекты регламентов «О безопасности зданий и сооружений» «О безопасности стройматериалов и изделий» имеются недочеты системного характера. Что вы имели в виду?
- Закон о техническом регламенте должен точно отражать предмет регулирования. В двух проектах технических регламентов в строительной сфере в качестве предмета определен «готовый продукт» отрасли.
- Какое значение это имеет на практике?
- Согласно ст.2 регламента «О безопасности зданий и сооружений», как здание, так и сооружение является результатом строительства. То есть речь идет о завершенном объекте. Если объектом техрегулирования является здание или сооружение, это означает, что регламент распространяется только на период его эксплуатации, но не на период проектирования и строительства.
Между тем, как нам известно по большинству известных несчастных случаев - от аквапарка в Москве до Саяно-Шушенской ГЭС, на судьбе уникальных объектов могут сказаться недочеты в проектной документации. Безопасность будущего сооружения должна подлежать контролю уже на этой стадии.
Таким образом, предметом регулирования должны быть не здания и сооружения, а требования к их безопасности. В соответствии с Градкодексом, требования к безопасности должны соответствовать техническим регламентам. Пока они не утверждены, статьи Градкодекса в части проектирования и строительства практически не работают.
- Техрегламенты, в соответствии с законом №184-ФЗ «О техрегулировании», были призваны заменить существующую нормативную документацию. Но нормативы имеют числовое выражение, а в двух законопроектах нет вообще никаких цифр.
- За эталон технического регламента были приняты европейские директивы. Но в европейском техническом регулировании действует ссылочный механизм: директивы содержат ссылки на исходные нормативы, обеспечивающие безопасность объектов. В них и должны содержаться цифровые показатели.
- Таким образом, к каждому техническому регламенту должен прилагаться перечень документов?
- Да, и регламент не может быть введен в действие без утверждения этого перечня.
- По закону «О техрегулировании», до разработки техрегламентов нормативы, не влияющие на безопасность, стали рекомендательными. Что будет с этими нормативами после утверждениями регламентов?
- Положения, подлежащие добровольному исполнению, в соответствии с законом должны содержаться в национальных стандартах и сводах правил. Перед вступлением в силу закона №184-ФЗ несколько месяцев продолжался спор о том, что считать национальными стандартами. В итоге решили просто переименовать существующие ГОСТ Р и ГОСТ в национальные стандарты. Появилась хоть какая-то ясность. А вот со сводами правил так и осталась путаница.
- По идее, в них должны были войти строительные нормы и правила?
- Какие именно СНиП должны быть включены в своды законов, так и осталось неясным. Это действительно непростая задача – разобраться в том, какие из них имеют прямое и косвенное отношение к безопасности зданий, а какие – нет.
В соответствии с 184-ФЗ, нормативы, не имеющие отношение к безопасности, имеют рекомендательный характер. Они не отменены, но, согласно толкованию Минюста, не влекут правовых последствий, то есть их неисполнение не может быть оспорено судом.
Более того, новейшие СНиП, разработанные в 2003 г. накануне вступления в силу закона №184 и учитывающие лучший современный отечественный и мировой опыт, не были зарегистрированы Минюстом.
Нормативная неопределенность на практике приводит к снижению надежности как в производстве, так и в строительстве. Между тем, органам надзора по существу нечем руководствоваться для подтверждения соответствия используемых норм каким-либо документам.
- В разных регионах нашей страны сильно различаются геологические и климатические условия. Могут ли территориальные строительные нормативы, утвержденные в качестве обязательных, заменить отсутствующие федеральные нормативы?
- В принципе ТСН не должны содержать более строгих ограничений, чем федеральные нормативы. Однако за неимением таковых, по существу «от безысходности», региональные власти актуализируют ТСН, придают им обязательный статус и рекомендуют СРО принять их в качестве стандартов.
- А сами СРО в этом заинтересованы?
- Строительные СРО несут субсидиарную ответственность за работу своих членов. Фактически приблизиться к европейскому уровню строительства мы сможем только тогда, когда бизнес будет сам финансировать разработку нормативов, обеспечивающих качество как стройматериалов, так и зданий и сооружений.
Именно такой порядок сложился в Германии, где институт нормирования (DIN) является частной организацией, работающей по контракту с государством. В Германии бизнес на 98% финансирует разработку строительных нормативов, влияющих на качество. А безопасность берет на себя государство.
- Как нормативы отдельных европейских стран согласуются между собой в рамках ЕС?
- Гармонизация стандартов продукции в европейских странах было многолетним и постепенным процессом, как и сближение законодательства в других сферах. Разработка европейских стандартов и присоединение к ним было организовано таким образом, чтобы максимально учесть пожелания всех заинтересованных сторон, позволяя переходить на новые стандарты без существенных проблем и в течение длительного времени.
Но при этом совершенствование стандартов в Европе происходило непрерывно, а в нашей стране - застыло на 7 лет. Но если наша страна вступит в единое торговое пространство с Европой без собственной нормативно-технической базы, она будет вынуждена подчиняться требованиям чужих документов. Тогда о технологическом лидерстве в каких-либо сферах не придется и мечтать.
- Чем вы объясняете такую задержку с разработкой регламентов по безопасности стройматериалов, зданий и сооружений в нашей стране?
- Не в последнюю очередь сыграло роль «размывание» государственного субъекта. Сейчас разработку нормативов, влияющих на безопасность, курируют несколько министерств, а единого органа после роспуска Росстроя не существует.
Кроме того, административная реформа была произведена таким образом, что Росстандарт, как федеральное агентство, имеет статус ведомства, оказывающего услуги. Между тем ведомство, отвечающее за качество строительства, должно располагать как полномочиями разработки – и соответственно, правом на законодательную инициативу в этой области, и полномочиями контроля.
- Таким образом, проблема состоит не только в нечеткости определений, но и в отсутствии единого государственного субъекта?
- Да. В том числе и в сфере контроля над обеспечением безопасности, поскольку Ростехнадзор и региональные службы строительного надзора и экспертизы не образуют единую иерархию. Действительно, системные проблемы имеются не только в законодательстве, но и в государственном управлении отраслью.
Беседовал Константин Черемных
В конце марта в рамках работы городской ярмарки недвижимости «Строительный Еженедельник» провел акцию «Задай любой вопрос любому чиновнику». Желающим выдавали бланки, в которых они и излагали свои наболевшие вопросы. Всего петербуржцы заполнили порядка 1000 анкет, большая часть которых касалась строительства, жилищных проблем, благоустройства городской территории.Чтобы получить ответы на самые серьезные вопросы, касающиеся большинства петербуржцев, мы пригласили в редакцию вице-губернатора Александра Вахмистрова, отвечающего в правительстве за строительный блок. Он стал первопроходцем в диалоге с читателями. В прошлом номере мы уже осветили несколько проблем, затронутых горожанами: «хрущевки», расселение ветхого и аварийного жилья, цены на квадратные метры. Нынешний обзор посвящен более мелким, но не менее интересным вопросам.
– Как ни странно, вопросов, касающихся долевого строительства, оказалось не так много, как мы ожидали. Тем не менее они есть. А потому именно с этой болезненной проблемы мы и начнем наш разговор. Что делается в городе, чтобы помочь пострадавшим дольщикам?
-То, что не так много вопросов, говорит о том, что не так много в Петербурге подобных случаев. Но тема острая. Я даже знаю, что сегодня в России проходит голодовка обманутых дольщиков. Я хочу сказать, что мы против народных манифестаций, митингов. Эти вопросы на таких мероприятиях не решаются. По поручению губернатора у нас создана рабочая группа, в состав которой входят, помимо чиновников, и депутаты Законодательного собрания, и представители силовых структур, различных комитетов. Мы заседаем по четвергам и приглашаем туда жителей, представителей ТСЖ, застройщиков. На сегодня рассмотрены все вопросы по Ленинскому, 93 и все вопросы, связанные с компанией «Клаб». На следующее заседание выносятся вопросы по «Жилстройсервису» и по еще одной стройке. Абсолютно уверен – все проблемы можно урегулировать. Но рассматривать их нужно тщательно и принимать взвешенные решения. Что касается Ленинского, 93. Там три группы: застройщик, который утверждает, что в состоянии все достроить, но ему никто не верит; ТСЖ и лица, не вступившие в ТСЖ. Обсуждая всю эту тематику, мы выяснили, что есть еще не проданные квартиры (17 квартир), факты двойных продаж (30-40 квартир). Мы приняли решение объявить конкурс на организацию, которая достроит объект, решит все имущественные вопросы со всеми дольщиками. По двойным продажам идут суды. Когда суд вынесет решение, он должен нам сказать, кто получит квартиру, а кто – компенсацию или что-то еще. Но самое главное, что мы должны решить, – это обеспечить ввод объекта в эксплуатацию. Проблема неприятная, потому что за каждой стоит конкретный человек. Но все же должен сказать, что таких случаев у нас не так много.
В настоящее время в комиссии находится 338 жалоб. Но жалоба жалобе рознь. Есть жалобы, касающиеся нарушения сроков, есть и такие, как по Бабушкина, 82, где дом строиться никогда не будет. На этом участке невозможно строить.
Я призываю всех пострадавших не выходить на митинги, а обращаться в Смольный, выходить на диалог с властью, с силовыми структурами. Только так можно решить вопросы.
– Еще одна группа вопросов касается плохого качества строительства и несоблюдения сроков сдачи жилья. И вот такой интересный вопрос: «Можете ли Вы назвать строительные компании, к качеству работы которых ни у дольщиков, ни у власти нет претензий?».
– Такие компании, конечно, существуют. Но я не буду их называть. Вдруг не всех вспомню, кто-то может обидеться.
А в общем, проблема существует, качество строительства оставляет желать лучшего. Все-таки в городе идет большая стройка. Думаю, что проблему можно решить только в том случае, если каждый покупатель повысит требовательность, не будет подписывать акты, если есть замечания к качеству. Вместе с тем уверен, что в целом жилье строится безопасное.
– На стройках часто используется труд гастарбайтеров, а студентов 3-го курса строительного университета (есть сообщение от студентов) строительные компании не берут на работу даже на стажировку…
– Труд гастарбайтеров используется не потому, чтобы сэкономить на зарплате, как это часто говорят, а потому, что в городе нет желающих идти работать на стройку. Если таковые найдутся, мы с удовольствием их приглашаем, будем всячески содействовать в их трудоустройстве.
Что касается студентов, у нас несколько университетов, которые выпускают строителей: ГАСУ, ЛИИЖТ, Политех. У нас даже есть стипендиаты, которым строительные компании платят стипендии. Другая существует проблема. Надо сказать, что выпускники не все идут на стройку, даже получив диплом строительного факультета, процентов 30-40 не доходят не только до строительной компании, но даже до отрасли.
А на стажировку студентов, думаю, возьмем.
– По поводу организации стройплощадок. Там, где идет строительство (Дачный, 10, к примеру), годами людям не пройти, не проехать. В прошлом году Вы вручали галоши самым неаккуратным компаниям. Продолжится ли эта практика?
– Обязательно. В этом году галоши будем вручать и весной, и осенью. Мы сейчас регулярно проверяем все стройки, стройплощадки большим количеством проверяющих. На нас уже начинают жалобы писать застройщики за то, что мы накладываем штрафы. Они ведь повысились до миллиона рублей на компанию и 500 тысяч на ответственное лицо.
– Почему нельзя потребовать от застройщика приведения в порядок всей территории сразу по окончании строительства, восстановления уничтоженных при строительстве насаждений?
– Совершенно правильный вопрос, и мы всегда требуем, чтобы застройщики приводили в порядок территорию, дороги, по которым ездила техника. Понятно, что озеленение – это сезонная проблема и не всегда ее можно выполнить сразу по окончании строительства, но посадки должны обязательно делать. К сожалению, не все застройщики выполняют эти требования, но мы обязательно ужесточим контроль.
– Город запустил много разных программ, в том числе «Молодежи – доступное жилье». Но молодые жалуются, что у них нет информации по этой программе.
– Удивляюсь, что информация не доходит, мы ее никогда не скрывали. Могу предложить следующее: раз в месяц в кинотеатре «Родина» мы проводим семинар по ипотеке, там рассматриваются все вопросы предоставления жилья, в том числе и для молодежи. Во-вторых, можно обратиться в Жилищный комитет или в НП «Доступное жилье». Нужно подумать насчет информации, может, по вузам распространить?
– Читатели интересуются, что будет с Красногвардейской площадью и каково будущее у «Газпром-Сити»?
– Давайте закончим с этим. У нас нет «Газпром-Сити». У нас есть «Охта-центр». Во-первых, в настоящее время меняется структура компании. 49 процентов акций ее будут принадлежать городу. Что касается «Охта-центра» – это будет крупный общественно-деловой центр с музеем современного искусства, концертным залом, предприятиями спорта, культуры, то есть функция его будет очень широкой. Относительно высоты могу сказать, что мы сделали еще раз тщательную фотофиксацию, она сейчас выносится на обсуждение градостроительного совета. Как решит градсовет, так и будет. Иногда бывает так, что мы много-много шумим, но оказывается, что все не так уж и плохо. Тем более что мы еще далеки от реализации проекта. Но мы найдем решение с Общественным советом, придем к общественному согласию.
– В Веселом поселке есть парк Строителей. Пустая территория, жители говорят, что там обещали построить ДК…
– Ну, о строительстве ДК там никогда речи не шло. Там намерены построить Храм. Большая коробка уже стоит, подходят к колокольне…
– Александр Иванович, хотя это и не Ваша сфера, но читатели интересуются, почему в городе грязно?
– Я бы ответил следующее. Давайте посмотрим сами на себя, почему мы выбрасываем окурки, бутылки, банки себе под ноги. В уборку территории вкладываются большие средства. Но если каждый не будет следить за собой, то чище не станет. Чисто не там, где убирают, а там, где не мусорят. Я поражаюсь нашим водителям. Они себе позволяют выбрасывать из окна все подряд, и это считается нормой. Пройдитесь по любой дороге, все обочины засыпаны мусором. Что, это все специально приносится? Нет, выбрасывается из окон машин. А проехав 200 км, водитель попадает в соседнюю страну и ведет себя совершенно иначе. Понимает, что оштрафуют, визу закроют. У нас почему-то нет внутренней культуры. Я сам, к сожалению, человек курящий, но никогда не позволяю себе выбросить окурок на улице.
– Сколько лет Вы на данной службе? Какой у Вас оклад?
– На данной службе около 7 лет. Оклад составляет порядка 30 тыс. рублей. Есть надбавки за ненормативный рабочий день, за не отгулянный полностью отпуск. Ежемесячно получаю до 70 тысяч рублей.
– Когда произойдет перенос промышленных производств из центра города?
– Процесс перевода промышленных предприятий в специализированные промзоны идет. Мы развиваем промышленные зоны «Нойдорф», «Шушары», «Конная Лахта» и другие. Там строят свои производства компании «Сименс», «Тойота», последняя уже в октябре выпустит первый автомобиль. Но есть новые собственники «лежащих» предприятий. Например, «Красный Выборжец». Они не собираются переносить завод, не собираются и развивать производство. Они занимаются продажей собственности, чтобы потом все снести и на этой территории построить что-то иное – жилье или общественно-деловой комплекс.
– Оказывает ли государство помощь в восстановлении церквей и храмов, разрушенных в советские годы?
– В рамках федерального законодательства церкви возвращено много имущества. Мы поддерживаем строительство не только православных храмов, но и культовых зданий других конфессий, чтобы они имели место для отправления своих религиозных потребностей. Мы легко даем разрешения, даже, сказал бы, излишне легко.
– Александр Иванович, жители дома 33 по Витебскому проспекту жалуются, что стеклопакеты им поставили, но из-за шума на улице в квартирах ничего не слышно. Возможно ли поставить защитные стенки?
– Ничего не слышно – это хорошо или плохо? Я думаю, что проблема надуманная. Потому что все наши развязки способствуют не усилению шума, а, во-первых, снижению загазованности, потому что машины все-таки двигаются, а не стоят, во-вторых, снижению шума. Изначально нами была допущена одна ошибка: следовало бы замерять уровень шума до начала строительства и после. И если он в итоге снижался, то ничего не делать, потому что у нас такие нормативы по шуму, что в городе нет ни одной точки, соответствующей норме.
– Крик души: Я живу в Красном селе, обратите внимание на состояние Красного Села. Оно ужасное. И просят прислать проверку.
– Мы приняли по Красному селу решение о сносе всего аварийного фонда. Чтобы там было что-то ужасное, не слышал. Но съезжу, посмотрю. Тем более что в правительстве я курирую этот район.
– Петроградский суд принял решение об отказе в расселении дома 7 по ул. Эсперова. Как будут дальше развиваться события?
– Тематика там очень простая: надо было издать распоряжение Правительства РФ об изъятии земель под городские нужды. И не было бы никаких проблем. К сожалению, пошли по иному пути, пытались договориться с жителями. Общежитие расселили, соседний дом тоже. А здесь возникла такая коллизия. Пусть решает суд. Скажут не расселять – пусть живут.
– Как решается вопрос с инвентаризацией земель под гаражами?
– Целый ряд районов закончили инвентаризацию. В мае будет принято решение правительства.
– Может ли ситуация на площади Мужества стать прецедентной (речь идет о запрете под давлением общественности разрешенного ранее строительства). Каково правовое поле?
– Правового поля нет. Мы попросили застройщика прекратить стройку. На ближайшее заседание правительства будет вынесено решение об отмене данного ранее разрешения. Мы предложим ему другой участок. Но известно, что застройщик недоволен и собирается обратиться в суд. Мы не возражаем. Надо было изначально заниматься людьми. Застройщик говорит, что протестуют против строительства одни и те же люди. Ну, дайте нам фотографии. Так ведь никаких фактов нет. Правда, на одном из объектов был задержан зачинщик, который зарегистрирован в городе Сочи. Приехал сюда и доводит людей, то есть специально возмущает их. Некоторые застройщики рассказывают неподтвержденные истории о требованиях заплатить, и тогда людей уведут, то есть речь идет о прямом шантаже. Такой вот своеобразный бизнес. Но нам не нужны голые слова. Давайте факты, документально подтвержденные. А если фактов нет, то без согласия общественности строить нельзя. Таков закон.