А.Чичканов: На каждый вложенный бюджетом рубль – два рубля частных инвестиций
В конце года в Смольном произошло несколько знаковых перестановок и назначений. Одной из них стало возвращение Алексея Чичканова – молодого и перспективного чиновника, сменившего на посту председателя Комитета по инвестициям и стратегическим проектам Максима Соколова.
– Почему сначала вы ушли из Смольного, а теперь вернулись? Что стало определяющим в этом решении? – Определяющим фактором стала широкая вариативность задач, стоящих перед КИСПом. Это единственный комитет, который я бы согласился возглавить, – здесь для решения нестандартных вопросов требуются нестандартные механизмы. За 13 лет в КУГИ я занимался юридической, информационно-аналитической и методической работой, руководил инвестиционным направлением и четко осознал, что ничего нового на этом поприще уже не найти. Конечно, там появлялись новые задачи цели и пути их решения, но все они в рамках управления имуществом. Задача же привлечения инвестиций всегда требует адекватного ответа на вызовы времени, которые все время изменяются и требуют изменения подхода. Сегодня, например, мы ставим перед собой очень амбициозную цель – выиграть конкурентную борьбу по привлечению инвестиций у лидирующих европейских городов. Выражаться это должно в росте валового регионального продукта. – От кого и как поступило предложение возглавить КИСП? Долго ли принимали решение? – Неофициальное предложение поступило от председателя комитета – перед уходом на новую должность он должен был найти себе адекватную замену. Официальное предложение – от губернатора. Долго размышлять мне не пришлось, я считаю, что бывают такие предложения, от которых не отказываются. – В чем главное отличие работы бизнесмена от государственной службы? – В бизнесе я проработал полтора года – это не слишком долго, но достаточно, чтобы понять разницу. Основное отличие – время. Так, бизнесмену на принятие решений, их проработку и реализацию отводится гораздо больше времени, чем чиновнику. Работая руководителем в бизнесе, я всегда мог распределить свое время сообразно с количеством и сложностью имеющихся проектов. Если времени не хватает – всегда можно привлечь (в крайнем случае – нанять) большее количество сотрудников, которые глубже проработают вопрос для тебя. У председателя комитета нет столь роскошных возможностей, поэтому ко времени надо относиться менее расточительно. Вторая принципиальная разница – масштаб принимаемых решений. Бизнесмен, как правило, занимается конкретным проектом. В органах власти, напротив, приходится решать макроэкономические задачи, и от правильности их решения зависит не только частное дело, но и перспективы будущих инвесторов. Это заставляет думать более широко и универсально. – А что вам ближе? – Мне ближе то, что интересней. Я проработал в КУГИ 13 лет не потому, что не было других предложений, а потому, что было интересно. Ушел, когда понял, что ничего нового уже не приобрету. Захотелось познакомиться с бизнесом и инвесторами с другой стороны и заняться юридическим бизнесом международного уровня. Устать от этого и потерять интерес я не успел, мало того, только осознал базовые принципы работы с инвестором. Но поступило предложение уйти в КИСП, а масштабность его проектов меня сильно вдохновила. Таким образом, я прервал свое бизнес-образование и вернулся в Смольный. – Как воспринималась работа КИСПа со стороны, например, из КУГИ? – И раньше, и сейчас я очень высоко оцениваю работу Комитета по инвестициям. Созданный с нуля, КИСП не имел четких задач и определенной ниши в иерархии власти. Во многом благодаря Максиму Соколову комитет нашел свое место в качестве агентства по привлечению инвестиций в город, он помогает инвесторам начинать и вести свой бизнес в Санкт-Петербурге. С самого начала Комитет занимается крупными стратегическими проектами, дающими толчок развитию экономики города. Сейчас не самое лучшее время для мега-проектов с большой капитализацией, но работа по привлечению инвесторов не заканчивается. У нас по-прежнему большие планы по развитию города, а опыт по работе с инвесторами может быть легко использован комитетом и для проектов с объемом вложений 30-50 миллионов долларов США. – В чем вы видите важнейшее достижение Максима Соколова на посту председателя КИСП? – Прежде всего его заслуга в том, что он в условиях неопределенности смог доказать эффективность комитета. Во время его руководства КИСП привел в Петербург инвестиции, позволившие называть наш город европейским инвестиционным центром. Кроме того, под его руководством были сформированы понятные условия привлечения стратегических инвесторов. – Вы могли бы назвать самые значительные проекты, реализованные вашим предшественником? – Могу перечислить все стратегические проекты. Сложно выделить самые успешные или показательные – они все важны. Это и создание автопромышленного кластера, и привлечение китайских инвесторов в проект «Балтийская жемчужина», и реализация гостиничной программы. В числе еще не исполненных, но очень перспективных проектов – Набережная Европы и другие. Все наши проекты продолжаются. Трасса Западного скоростного диаметра в 2009-2010 годах строится в рамках госзаказа за счет средств бюджета РФ и Санкт-Петербурга. Таким образом, бюджет выполняет свои обязательства по проекту опережающими темпами, что дает дополнительные стимулы будущему инвестору, которого мы собираемся привлечь к реализации проекта в 2011 году. К этому времени часть дороги будет готова и за счет платного проезда начнет генерировать доход. Кроме того, мы рассматриваем альтернативные возможности финансирования проекта – за счет инфраструктурных облигаций, законодательства о которых очень ждем. Сохраняется интерес инвесторов к Орловскому тоннелю, средства Инвестфонда для него зарезервированы, подача конкурсных предложений завершится 18 февраля 2010 года. Мы поддерживаем контакты с компаниями, прошедшими конкурсный отбор на первом этапе. Перспективы этого проекта мы оцениваем оптимистично, поскольку ситуация с привлечением частного финансирования на мировых рынках уже стабилизировалась. Недавно было подписано соглашения о ГЧП по проекту развития аэропорта Пулково – на ближайшем Петербургском экономическом форуме планируем забить первую сваю. Учитывая комплексность развития транспортной системы города, мы приняли решение изменить трассу «Надземного экспресса» и проектировать первый участок трассы от аэропорта до Московского вокзала. Такая инфраструктура логична для любого аэропорта-хаба и необходима нам для обслуживания растущего пассажиропотока. Автомобильный кластер успешно развивается, хотя чуть медленнее, чем планировалось. Заводы «Тойоты» и «Ниссана» работают, выпускают автомобили, «Хендэ» планирует открытие осенью 2010 года. Компания «Сузуки» приостановила свой проект, но не отказалась от планов строительства. Еще один очевидный успех нашей работы – гостиничная программа. Наша цель – к 2011 году получить номерной фонд города в размере 32 тысяч качественных номеров. На сегодня их уже более 26 тысяч, более 610 гостиниц. При этом прошлый год стал рекордным по числу введенных в эксплуатацию номеров – 1265. Больше было только в предолимпийском 1979 году, когда были построены «Прибалтийская» и «Пулковская». К концу 2009 года показатели будут примерно такими же – уже готовы 1126 номеров, откроются еще гостиницы. В 2010-2011 годах тенденция по количеству ввода новых номеров сохранится. Результаты программы показывают, что меры, предпринятые городом для поддержки инвесторов, действительно работают. В частности, эффективным оказалось предоставление участков под застройку и объектов под реконструкцию по специальной инвестиционной оценке стоимости – со скидкой от 15 до 50 процентов от рыночной оценки. Программа будет продолжаться и дальше. Проектов много, и о них можно долго говорить. – В чем видите свою первоочередную задачу на новой должности? – Так сложилось, что первым моим проектом в должности председателя КИСП стал мусороперерабатывающий завод в Янино, которым я занимался и в DLA Piper. Недавно объявлен инвестиционный конкурс. Объем инвестиций в этот проект меньше, чем в другие проекты ГЧП (120-200 миллионов евро), но его реализация в рамках государственно-частного партнерства лишний раз подтверждает потенциальным инвесторам нашу открытость и стабильность города как партнера. Строительные работы будут проведены полностью за счет средств инвестора. Государство предоставляет свои гарантии (в частности, по объему мусора), но не вкладывает бюджетные средства на начальном этапе реализации проекта. Предприятие будет получать прибыль за счет тарифа, который установит для него город, и за счет производимой энергии. Этот проект соответствует общемировой тенденции постепенного перехода проектов ГЧП от крупных к средним по мере распространения идеи партнерства в бизнес-среде. Несмотря на определенные проблемы с привлечением частного финансирования, хорошо продуманные проекты с объемом инвестиций от 100 до 300 миллионов евро имеют все шансы на реализацию. – Планируете ли некую реструктуризацию КИСПа? Возможно ли появление новых ГУП? – Революции не планируется. Понятно, что со временем структура будет оптимизироваться, но в целом за шесть лет в ней уже все устоялось. Больше времени буду уделять не изменению структуры КИСПа, а решению новых задач, которые ставятся перед ним. В нынешних финансовых условиях, в борьбе за инвестора мы должны обойти других и занять достойное место в первой десятке городов Европы. Петербург призван позиционировать себя как европейский город с европейскими же возможностями для бизнеса. Для этого наш комитет должен обеспечить понятные правила и условия для инвестиций. Сегодня эти нормы едины для всех – не требуется выдумывать что-то новое, нужно лишь идти на шаг вперед других, быть первыми в предоставлении инвесторам возможностей. – Чего сегодня не хватает Петербургу для того, чтобы стать лидирующим городом по инвестиционной привлекательности? – Здесь всегда есть поле для совершенства – можно повышать мобильность, понятность условий и прозрачность. Не хватает ясности процедур по получению начальных согласований и разрешений для инвестирования в имущественной сфере, в части предоставления этого имущества, развития бизнеса. Инвестор понимает и принимает наши правила игры, только проработав здесь несколько лет, а нужно, чтобы все это было понятно еще на стадии выхода на рынок. Есть и объективные параметры – доходы населения не сравнимы с общеевропейскими, что сказывается, например, на размере платы за проезд по дорогам. Мы не можем установить на наших платных дорогах такие цены, как в Европе. Поэтому город должен взять на себя часть рисков, чтобы инвестор чувствовал себя уверенно, а через несколько лет риски перераспределяются. Это принятая в Европе практика – государство берет на себя риски трафика, устанавливает минимальную цену и прочее. Так, например, в проекте мусороперерабатывающего завода мы гарантируем и объем, и минимальную цену. – Как представляется выход из кризиса для инвестиционного бизнеса и для нового ведомства? – Это вопрос конкуренции мегаполисов, которые могут предоставлять для инвестора разные условия в части ведения бизнеса. Нужно понимать, что затраты по привлечению инвестиционных вложений в дальнейшем окупятся с лихвой. Мы должны быть нацелены на то, чтобы каждый рубль, который инвестор вкладывает в бизнес, рассматривался с точки зрения его доходности для экономики города не только напрямую, но и косвенно. Инвесторы приносят в город деньги, налоги и рабочие места, а косвенный эффект оценить сложнее. Так, можно подсчитать, сколько денег потратит конкретный турист в городе, но это не единственный результат его приезда, эффект гораздо шире. При этом очевидно, что задача принять 5 миллионов туристов – не просто красивая цифра, а реальные инвестиции в городскую экономику. – Что вы понимаете под «антикризисной политикой»? – Сегодня мы уже выходим из кризиса. Сейчас можно начинать говорить о стабилизации. – А какие у вас планы на ближайшие полгода? – По пунктам не назову, но есть основной принцип: на каждый вложенный городом рубль мы должны привлечь как минимум два рубля от частного инвестора. Причем связь здесь не прямая: потратив на ЗСД 1 миллиард, мы не можем ожидать сбор налогов в размере 2 миллиардов, но развитая инфраструктура дополнительно улучшает условия ведения бизнеса в нашем городе. Надо, чтобы городские инвестиции привлекали частные. Если частная компания готова инвестировать в инфраструктуру, город должен ее поддержать, эти вложения окупятся, дав Петербургу дополнительные возможности для развития. Мы должны создать такую инфраструктуру бизнеса, которая позволяет инвестору прийти на рынок самому и подтянуть за собой других. Так было с автомобильными заводами, которые привели в Санкт-Петербург производителей автокомпонентов. Так будет и с фармацевтическим кластером, и с инвестициями в инфраструктуру. Беседовала Наталья Бурковская
- Существуют разные схемы, предлагаемые различными застройщиками. Один из наиболее типичных вариантов рассрочки выглядит примерно следующим образом. Первый взнос – от 10%, рассрочка предоставляется до сдачи дома или же до 5 лет, при этом предусматриваются ставки до 20% годовых в рублях. После сдачи объекта ставка может увеличиться на 1-2%. Максимальный срок рассрочки – от 5 лет. При этом квартира обычно остается в собственности застройщика до погашения всей суммы по предоставленной рассрочке. Это увеличивает риски покупателя, ведь в проблемной ситуации застройщик может в любой момент перепродать такую квартиру, тем более, если рынок пойдет в рост, а цена на квартиру зафиксирована договором. - Как кризис изменил спрос на комнаты в коммуналках – увеличилась ли их доля в общем объеме сделок? Не затормозится ли процесс расселения коммуналок? - Комнаты, как и в целом жилая недвижимость пока медленно, но неуклонно дешевеют, начиная с IV квартала 2008 г. В последнее время – в среднем на 0,5% в неделю. 10-15- метровые комнаты в 2-3 комнатной квартире сегодня оцениваются в 1,7 млн. рублей Комнаты – один из важнейших элементов цепочек, возникающих при улучшении гражданами своих жилищных условий. В Петербурге они занимают до 80% от всего вторичного рынка. Особенно велика значимость комнат, как возможного «бартерного» замещения доплат в отсутствии жилищного кредитования и отсутствии «свободных» денег. Расселение коммунальных квартир – процесс длительный, занимающий в среднем не менее года. За год в Петербурге расселяется 1-2 тысячи коммуналок, из них с участием городской программы – около 400-450 квартир. Отсутствие свободных средств у потенциальных инвесторов, естественно, тормозит процесс расселения. Обычный спрос на многокомнатные квартиры в Петербурге не превышает 5-7%, т.е. в год происходит не более 5-7 тысяч покупок таких квартир. Сегодня рынок «поджался» на 40% и не в последнюю очередь за счет этого сегмента. - А что происходит на рынке малоэтажного коттеджного строительства? - На конец 2008 г. было заявлено строительство коттеджей в 140 поселках. Средняя стоимость в эконом-классе – 35-50 тысяч рублей за 1 кв. м, в бизнес-классе – 80 тысяч, в элитном сегменте – от 125 тысяч. Это более 1,5 млн. кв. м жилья, что на 5% больше, чем в конце 2007 г., и на 111% больше, чем в 2006 г. Всего же на рынке продаются около 10 тысяч объектов в организованных коттеджных массивах, из них не менее половины – инженерно подготовленные участки. Наиболее популярно для строительства северное направление, там сосредоточено 3/4 всех продаж. - Каковы основные тенденции рынка загородного строительства? - Во-первых, это развитие ранее мало востребованных районов, прежде всего южных пригородных районов мегаполиса. Во-вторых, увеличение числа проектов, предполагающих смешанный тип застройки. Многие строительные компании предпочитают смешанные продажи, то есть как готовых домов, так и инженерно подготовленных участков. Большинство застройщиков возводят для презентации проекта один или несколько коттеджей, параллельно ведут рекламные кампании в ожидании клиентов. Затем объекты строятся лишь под конкретных покупателей. Подобная практика растягивает строительство на годы, нервирует покупателей, но позволяет застройщикам страховать свои риски от возможных маркетинговых просчетов. Большинство компаний предлагают всевозможные акции («коттедж в подарок», «смежный участок в подарок») и рассрочки (например, «беспроцентная рассрочка при первом взносе 60%»). Идет плавное снижение цен – до 20-25% - на дорогие объекты и скидки при единовременной оплате – 3-5%. Предлагаются дополнительные услуги – ландшафтный дизайн, отделка и др. - Сравнительно недавно на рынке появилось такое понятие, как «клубный дом». Что это такое, в чем его отличия? - По классификации Российской гильдии риэлторов, клубный дом – это малоквартирный (от 5 до 20 квартир), 4-8-этажный дом, который строится по эксклюзивному проекту и рассчитан на узкий круг респектабельных жильцов. Он должен соответствовать всем требованиям элитного жилья класса А: располагаться в центральной части города, отличаться неповторимым архитектурным обликом, высоким качеством строительства, самой современной инженерией, дорогими отделочными материалами, иметь подземные парковки, высокие потолки от Немаловажную роль играет имидж компании - застройщика и сроки строительства. В связи с ограниченностью земельных участков в центре, заявляемый как «клубный» объект, часто не обладает достаточной инфраструктурой и сервисом, что переводит его на класс ниже – в категорию В. В Петербурге «клубные» проекты чаще заявлялись на островах – Каменном и Крестовском. Однако из-за массового строительства и проблем с расселением ветхого жилья Крестовский остров в значительной степени утерял свое эксклюзивное значение. Стоимость 1 кв. м предложения от 20-25 тысяч долларов. Однако эти цифры могут в значительной степени варьироваться от проекта к проект, и здесь в большей степени, чем где-либо, цены носят «договорной» характер, причем об этих договоренностях продавцы предусмотрительно умалчивают. - Закон о саморегулировании в строительстве принят уже довольно давно. Идет множество разговоров и дискуссий. Что можно сказать о реальной ситуации в этой сфере? - Собственно о реальной деятельности СРО говорить трудно, в виду практически полного отсутствия самих СРО. Это еще одна возможность оценить, как в принципе, благие намерения могут потеряться в половинчатых решениях. Изначально было не ясно, что будут регулировать строительные СРО на фоне усиливающейся роли надзорных органов, в частности, Службы строительного надзора и экспертизы. Это особенно заметно на фоне того, что институционально СРО так и не состоялись, в отличие от государственных надзорных органов. Критерии доступа в профессию – не ясны. Нормотворчество в области технического регулирования практически отсутствует. Профстандарты деятельности – не разработаны, да и не могут быть разработаны на местном уровне при отсутствии научной базы. Простая замена лицензирования на какой-либо иной инструмент, например, на сертификацию – это разговор не о принципах, а о подмене одних понятий другими, и о смене подрядчика – от ФЛЦ в сторону СРО. Не ясна вертикальная интегрированность СРО – противоречие между региональным и федеральным характером не снято. Идея коллективной ответственности бизнеса – в теории хороша, в реальности, особенно в условиях кризиса, пробуксовывает. - Ипотечный брокеринг – жива ли еще такая услуга? - Профессия чистых ипотечных брокеров из-за отсутствия внятной ситуации с ипотекой сегодня не востребована – в листингах не более 5-10 компаний предлагают подобные услуги. Собственно владельцы этого вида бизнеса тяготеют либо к риэлторской деятельности, либо к брокерской – финансовому консультированию. Такая диверсификация обусловлена «происхождением» бизнеса, точкой исхода – или это была аффилированная к риэлторской компании структура или специалисты были выходцами из банковского сектора. Одним из последних ноу-хау брокеров в отсутствии банковского кредитования – это возвращение к системе займов под недвижимость на короткие сроки. Цена вопроса – 32-35% годовых в рублях, оформление происходит по договору займа. Сроки – от 3 месяцев до полугода. - Из-за кризиса многие фирмы стали «ужиматься» и сдавать площади другим арендаторам. Как это влияет в целом на рынок аренды офисов, как относятся хозяева бизнес-центров к такой практике? - В принципе сдача площадей в субаренду владельцами бизнес-центров не приветствуется. В договорах аренды обычно этот пункт оговорен особо. Но в последнее время на субаренду стали смотреть сквозь пальцы, особенно, если речь идет об аналогичном бизнесе – допустим риэлторский бизнес и консалтинг, финансовый брокеридж. Такой бизнес взаимодополняет друг друга и привлекает больше клиентов. На практике в некоторых бизнес-центрах до 15-20% площадей негласно сдается в субаренду, что позволяет арендодателям не снижать арендные ставки, а арендаторам держаться на плаву за счет сдачи части площадей в субаренду. Проще в частичную субаренду сдавать коммерческие помещения вне бизнес-центров, здесь договорные условия не столь строги. Однако проблема «уживания» разных бизнесов на одной коммунальной бизнес-площадке остается. Поэтому предложения по субаренде не столь распространены, многие компании стараются уплотнятся среди своих коллег и партнеров. Беседовал Михаил Добрецов.jpg)
В связи с развивающимися кризисными явлениями в российской экономике рынок недвижимости претерпевает существенные изменения. О новых коллизиях на этом рынке и о новых инициативах АСН-инфо рассказал вице-президент Ассоциации риэлторов Санкт-Петербурга и Ленинградской области Павел Созинов.
- Насколько выгодны покупателям программы по рассрочкам, которые предлагают строительные компании вместо ипотеки?