А.Журавлев: Экономия – дело весьма затратное
В период кризиса, когда Россия стала получать меньше доходов от продажи энергоресурсов, все чаще поднимается вопрос о внедрении технологий энергосбережения. Они повсеместно применяются в странах Западной Европы, причем как в промышленности, так и в ЖКХ. Но перенести чужой опыт в наши условия – не такая простая задача, считает замдиректора Союзпетростроя, д.т.н. Александр Журавлев.
- Сегодня поставлена задача широкого внедрения энергосберегающих технологий - в том числе в ЖКХ. Возможно ли осуществление этой идеи в нашей стране?
- Разумеется, сокращение потерь энергии чрезвычайно важно для промышленности в период кризиса. В нашей стране, по сравнению с Европой, энергия расходуется нерачительно, в наших протяженных и значительно изношенных системах энергоснабжения возникают огромные потери тепла. Но в ЖКХ внедрить энергоэффективные технологии сложнее, чем в индустрии.
Сегодня в России такие тарифы на теплоснабжение и энергетику, что современные системы энергосбережения крайне трудно окупать. Один из крупных петербургских банков намеревался внедрить современную систему теплоснабжения с терморегулированием в своем офисе, однако экономисты подсчитали, что она окупится не ранее чем через 30 лет. Даже финансовое учреждение не будет вкладывать во внедрение новых технологий на таких условиях, а предпочтет по-прежнему отапливать окружающую среду.
- Тем не менее, и у нас целый ряд компаний рекламирует современные системы энергосбережения как для офисов, так и для жилых домов.
- Действительно, существуют экспериментальные дома с системой охлаждения от грунтовых вод, с вторичным использованием тепловой энергии воды. Уже около 10 лет назад в Москве, в микрорайоне Никулино-2, при участии Минобороны и петербургского Военного инженерно-технического университета был построен такой дом.
Однако эти дома не относятся к категории доступной недвижимости. Внедрение энергоэффективных технологий изначально повышают стоимость проекта на 10%. Для их применения в системе канализации требуется удвоить количество стояков. Кроме того, необходимы тепловые насосы, которые сегодня обходятся дорого. Еще один фактор дороговизны – теплообменные устройства, в частности – пластинчатые теплообменники, которые приходится покупать за рубежом.
- Могут ли отечественные предприятия освоить производство этого оборудования?
- Первый опыт показал, что некоторые приборы необходимо адаптировать к отечественным условиям. Так, в одном из санаториев Сестрорецка поставили датские терморегуляторы на системах теплоснабжения – и через год они пришли в негодность. Вода-то по системам отопления у нас проходит не такая, как в Дании. В трубах ржавчина, окалина, примеси в воде. В Подмосковье построили завод по производству терморегуляторов с совсем другими характеристиками. Опять потребовались дополнительные вложения средств.
- А в Петербурге есть планы строительства таких заводов?
- Любая государственная программа модернизации требует серьезных вложений. В Москве принята региональная программа энергосбережения, в соответствии с которой планируется, в том числе за счет альтернативных энергоисточников, за 5 лет снизить энергозатраты на 10-15%. На это нацелена комплексная целевая программа «Энергосбережение в Москве на 2009-2013 гг. и на перспективу до 2020 г.». Но столицу нельзя равнять со всей остальной Россией. Во-первых, это самый обеспеченный регион, во-вторых, в столичную программу вовлечено также частное финансирование.
- Можно ли привлечь бизнес к таким программам, когда у строителей множество других проблем, тем более что на рынке наиболее востребовано дешевое жилье?
- Несомненно, у нас это сделать сложнее, чем в Москве. Надо иметь в виду, что поставить новое оборудование недостаточно: нужен еще и персонал, умеющий им пользоваться. Между прочим, и в столице от жителей дома в микрорайоне Никулино-2, о котором я говорил, поступали жалобы именно на персонал: сантехникам организации, которая приняла дом на обслуживание, было проще отключить пластинчатый теплообменник и пустить воду напрямую, чем грамотно эксплуатировать современное оборудование.
- У нас почему-то всегда человеческий фактор оказывается важнее, чем технический.
- «Умный дом» по определению не может обслуживать необразованный специалист, а его труд, как известно, стоит дороже. В тех организациях ЖКХ, куда из-за низкой зарплаты удается привлечь только гастарбайтеров, о внедрении новых технологий говорить не приходится.
- Иными словами, энергоэффективные дома могут сегодня строиться только для высокообеспеченных категорий населения?
- Да. Ведь энергоэффективность в жилищном секторе – это внедрение не только теплонасосов и теплообменников, но также более эффективной теплоизоляции стен и оконных проемов.
Наконец, это технологии освещения. Что действительно повсеместно внедрено в Западной Европе, так это системы освещения с автоматическим включением-выключением, реагирующие на уровень дневного света и на движение в помещении. Освещение включается, когда вы входите в помещение, и выключается, когда вы его покидаете.
- Сейчас широко пропагандируется использование люминесцентных ламп. Но насколько мне известно от менеджеров частных УК, такие лампы не годятся для систем автоматического включения.
- Да, у люминесцентных ламп, особенно низкого качества, имеется инерционный период, и они включаются с некоторой задержкой. Эту проблему можно решить с помощью светодиодов. Но они в 5-6 раз дороже.
- Можно ли что-то изменить в тарифной системе, чтобы новые технологии были не столь трудно окупаемы?
- Если мы введем такие тарифы, как в европейских странах, то наше население не сможет их оплачивать.
- Иначе говоря, энергоэффективность можно будет обеспечить лишь тогда, когда средняя зарплата россиян будет на уровне европейской?
- Да. Но чтобы когда-нибудь внедрить такие технологии повсеместно, надо начинать их внедрять там, где это позволяют экономические условия и наличие кадров. Это сложнее, чем может показаться. В нашем городе, как известно, самая технологически развитая сфера ЖКХ – водоснабжение. Но в свое время даже нашему «Водоканалу», при всем настрое на модернизацию, не удалось внедрить частотное регулирование для изменения мощности насосов. Это очень важная инновация, которая позволяет обеспечить работу двигателей именно с той мощностью, которая нужна на данный момент. А чтобы контроллеры выполняли свою функцию, необходим расчет нагрузки с построением графиков. Это требует высокой квалификации, иначе дорогостоящая техника выйдет из строя, и намерения экономии обернутся убытками.
- Как рассказал недавно председатель Комитета по строительству Вячеслав Семененко, наш город заключил соглашение с германской компанией TUF, в рамках которого возможно создание методического центра...
- Если такой центр возникнет, это замечательно, но я думаю, что он будет заниматься обучением в области сертификации. А нужно еще обучать персонал управляющих компаний жилого фонда. Такое образование осуществляется, например, в Дании. Но организация обучения за рубежом – тоже затратное мероприятие.
- Получается, что сегодня полноценное обслуживание энергоэффективных систем возможно лишь там, где дом строит западная компания, которая затем его и эксплуатирует?
- В сущности, да. У наших северных соседей и надо учиться, причем начиная со сферы производства. Ведь современные технологии энергосбережения – это в значительной степени разновидность безотходных технологий. Например, Торжке построили завод по производству клееного шпонированного бруса. Одновременно там по европейской технологии мелкую щепу перемалывают, пропускают через специальное оборудование, и получаются пеллеты, которые используются в котельных.
Энергосбережение – это не только сложные приборы, но и полноценное использование традиционных материалов, создание безотходных производств. Поскольку такой вид топлива в Европе пользуется возрастающим спросом, а сырья у нас достаточно, этот элемент программы энергосбережения может быть прибыльным как раз в наших северных регионах.
Беседовал Константин Черемных
Комиссия по подготовке внесения изменений в Генеральный план Санкт-Петербурга завершила работу по поправкам.
Отметим, что в адрес комиссии был направлен целый поток обращений от различных субъектов градостроительной деятельности. В итоге было подано свыше тысячи предложений от юридических и физических лиц по учету их интересов в генплане. О работе комиссии над поправками в генплан рассказывает председатель КГА, главный архитектор Санкт-Петербурга Александр Викторов. – Александр Павлович, какие поправки были рассмотрены комиссией и с чем они были связаны?
– 21 февраля состоялось последнее заседание комиссии по внесению изменений в генплан. Поправки были разные, с разной степенью значимости, с разной заинтересованностью. В основном они касались интересов частного бизнеса.
К сожалению, было много попыток разместить жилье в зеленых зонах. Бизнес как относится – если не застроено – значит, свободно, а то, что там растет дуб вековой – это не имеет значения. В комиссию поступило свыше 200 предложений по замене рекреационного вида использования функциональных зон на иные виды использования. Из них приняты только восемь.
Было и так, что инвесторы, купившие территорию, пытались навязать комиссии свое видение функционального использования этой территории. Конечно, с какими-то предложениями мы можем согласиться, но еще раз напоминаю – перед тем, как покупать территорию – загляните в генплан и сверьте с ним свои планы. На комиссии рассматривалась ситуация, когда инвестор купил кусок леса с целью построить там жилье, однако по генплану там должен быть расположен крупный зеленый массив. Комиссия, естественно, ответила отказом. Это очень серьезная ситуация для инвестора…
А вообще принятые комиссией поправки носят преимущественно технический характер и связаны с корректурой границ функциональных зон и уточнением параметров застройки.
– Какие из принятых поправок наиболее глобальные и почему они были приняты?
– Наиболее значительные поправки в генплан были внесены в связи со стратегическими проектами, важными для города. В частности, были скорректированы сроки реализации и функциональное назначение территории «Морского фасада».
Ряд поправок связан с увеличением территорий производственных зон и изменением сроков реализации проектов производственных зон в Пушкинском, Красносельском, Петродворцовом, Выборгском и Курортном районах за счет территорий рекреационного назначения и сельхозиспользования, а также территорий общественно-деловой застройки.
Кстати, расчет потребности в территориях для размещения промышленных объектов показал, что в Санкт-Петербурге возможно сокращение территории промышленных зон до 7 тыс. га. Генплан также зарезервировал 9,5 тыс. га территорий терминально-складского и инженерно-транспортного использования. Поправки по производственным территориям увеличивают размеры этих зон дополнительно на 0,6 тыс. га.
Еще один ряд поправок связан с расширением жилищного строительства на южных пригородных территориях. Так, в Пушкинском районе – между Колпино и Московским шоссе – принято решение изменить зону сельхозназначения на зону малоэтажной индивидуальной жилой застройки.
Также принято предложение изменить функцию земельного участка, расположенного севернее Колпинского шоссе, между проектным продолжением ул. Софийской и отводом РАО ВСМ, на производственную зону для размещения домостроительного комбината.
Кроме того, потребовалось уточнение положения участков ряда федеральных и региональных дорог, – Западного скоростного диаметра, автомагистрали Москва – Санкт-Петербург, и новой широтной скоростной магистрали с мостом через Неву.
– Говорят, что генплан Санкт-Петербурга излишне детализирован…
– Излишняя детализация Генплана явилась ответом ожиданиям городского сообщества, что новый генплан решит все вопросы градостроительного планирования, как на макро-, так и на микроуровне.
Среди внесенных в генплан поправок принципиальное значение имеет комплексная поправка, касающаяся укрупнения схемы функционального зонирования территории Санкт-Петербурга. Она устраняет излишнюю детализацию генплана, что, в свою очередь, повышает степень свободы города в построении будущих градост рпоительных политик. Это особенно важно в связи с тем, что Санкт-Петербург активно развивается, и город заинтересован в приходе новых крупных компаний, новых инвесторов. Данная поправка делает Генеральный план более устойчивым к изменениям конъюнктуры рынка и стабильным на более продолжительный срок.
– После поправок как изменятся размеры жилых территорий, земель сельхозназначения?
– На 2025 год размеры жилых территорий, отведенных под индивидуальный жилой фонд, после поправок увеличиваются на 0,6 тыс. га, на 2015 год увеличение составляет 0,8 тыс. га. Для территорий многоквартирной застройки изменения составляют: на 2025 год – дополнительно 0,8 тыс. га, на 2015 год – дополнительно 1,5 тыс. га.
Относительно преобразования земель сельхохназначения первая редакция генплана предусматривала полное их сохранение до 2015 года в размере 14,2 тыс. га и сокращение к 2025 году до 6,2 тыс. га. Принятые комиссией поправки предполагают изъятие сельхоземель под строительство уже в период до 2015 года в размере 1,6 тыс. га. К 2025 году территории сократятся до 4,9 тыс. га.
– Принято решение о создании в Санкт-Петербурге «Объединенной судостроительной корпорации». Этот проект заставит вновь вносить поправки в Генплан?
– На сегодняшний день в городе три основных судостроительных площадки – это Балтийский завод, Адмиралтейская и Северная верфи. Очевидно, что любой градостроитель с удовольствием сменил бы функцию территории, на которой расположен Балтийский завод. Но на сегодняшний день это нереально – у завода есть реальные заказы, которые обеспечивают работу. Поэтому пока Балтийский завод останется на своем месте. И Адмиралтейские верфи останутся на своем месте, но могут быть изменения – все зависит от программ, которые могут быть приняты на федеральном уровне. Наверное, базой для размещения корпорации может стать Северная верфь, но говорить об этом серьезно пока рано – все будет зависеть от соотношения интересов города и интересов Федерации с точки зрения развития судостроения. Это все непросто.
С моей точки зрения, как Адмиралтейство со временем потеряло функцию судоверфи, так и южная часть Васильевского острова потеряет со временем судостроительную функцию. Эта территория – огромный резерв для общественно-делового, гражданского строительства. Но это вопрос не сегодняшнего дня и не этого генплана.
– Когда будут приняты поправки в генплан законодательно?
– На сегодняшний день подготовлено постановление правительства по внесению изменений в генплан, все оформлено протоколами. Правительство одобрило работу комиссии. Теперь сформированные поправки должны пройти всю процедуру проектного обоснования, то есть надо все посчитать, посмотреть, не нарушили ли мы соотношение баланса территорий, не нарушили ли мы где-то вопросы инженерии, транспортного обеспечения. Все это надо проверить и подсчитать, то есть провести еще одну проектную работу за бюджетные денежки. То есть город идет навстречу пожеланиям бизнеса.
После проектного обоснования этих изменений мы должны провести общественные слушания в 111 муниципальных образованиях, получить все согласования всех ведомств по этим поправкам, и финалом будет заключение госэкспертизы.
К 1 сентября документ должен быть представлен в правительство города, после чего передан в Законодательное собрание для утверждения.
– А как идет работа по подготовке Правил землепользования и застройки?
– Комиссия по Правилам землепользования работает, она постоянно действующая и будет работать столько, сколько работает генплан. Правила уточняют, детализируют генплан – функциональный состав зон, задают параметры объектов.
На сегодняшний день практически все подготовлено, подготовлено постановление правительства, проведены все общественные слушания, все поправки по общественным слушаниям учтены. Это постановление мы должны вынести на рассмотрение правительства 10 апреля. А дальше по процедуре – передача в Законодательное собрание для утверждения.
Наталья Бабаджанян