Иван Складчиков: «ГЧП – это про распределение рисков»
В рейтинге субъектов РФ по уровню развития ГЧП, разработанном Минэкономразвития РФ, Петербург уверенно занимает лидирующие позиции. О реализации городских проектов в рамках механизма государственно-частного партнерства «Строительному Еженедельнику» рассказал Иван Складчиков, председатель Комитета по инвестициям Петербурга.
— Сколько проектов государственно-частного партнерства в Петербурге?
— В настоящее время на территории Санкт-Петербурга в стадии эксплуатации находятся 12 проектов государственно-частного партнерства. Еще три проекта уже полностью реализованы и, соответственно, соглашения о государственно-частном партнерстве прекратили свое действие. Самые крупные проекты в стадии эксплуатации — проекты автомобильной дороги Западный скоростной диаметр (ЗСД), трамвайной линии «Чижик», трамвайной линии «Купчино — Шушары — Славянка» (в конце прошлого года введен ее первый этап), многофункционального спортивного комплекса «СКА Арена».
Сейчас на разных стадиях реализации, в том числе на этапе строительства, в портфеле Петербурга находятся 18 проектов ГЧП совокупной стоимостью 880 млрд рублей.
Более 50% средств проектов ГЧП — это средства инвестора, доля регионального бюджета составляет около 25%.
— Возвращаются ли в бюджет средства, вложенные, например, в крупные транспортные проекты?
— Да, проекты себя окупают. Пример — проект создания и эксплуатации ЗСД. С 2020 года трафик на ЗСД достиг такого уровня, при котором город не компенсирует из бюджета затраты оператора магистрали на ее эксплуатацию. Такая позиция основана на убеждении, что проект должен быть коммерчески обоснованным и поддерживаться теми, кто им непосредственно пользуется.
Более того, налоги, которые платит компания-оператор ЗСД, дают дополнительные поступления в бюджет Петербурга, а значит, и возможность развивать социально значимые городские проекты.

— В каких отраслях реализуются в основном проекты ГЧП?
— Транспортная сфера традиционно является одной из основных для применения и развития механизма государственно-частного партнерства. В России рынок ГЧП и необходимое законодательство сформировались, во многом исходя из потребностей транспортной сферы. Санкт-Петербург уже более 20 лет ведет работу над крупными инфраструктурными проектами, и первым масштабным опытом применения ГЧП в нашей стране стали транспортные проекты Петербурга. Именно в Петербурге в 2006 году был принят первый региональный закон о ГЧП — закон Санкт-Петербурга «Об участии Санкт-Петербурга в государственно-частных партнерствах», где впервые законодательно закреплялось понятие ГЧП.
Одной из особенностей реализации проектов ГЧП в Петербурге стала возможность заключать трехсторонние соглашения о государственно-частном партнерстве, в которых одной из сторон выступает акционерное общество, 100% акций которого принадлежат городу. Примеры таких соглашений — о реализации проектов по созданию и эксплуатации ЗСД и аэропорта Пулково.
Опыт создания ЗСД послужил прототипом для дальнейшего развития сети платных автомобильных дорог, в том числе для проекта Широтной магистрали скоростного движения, а строительство трамвайной сети «Чижик» стало базисом для проекта трамвайной линии «Купчино — Шушары — Славянка» и последующего развития трамвайной сети в южных районах Санкт-Петербурга.
Сегодня применение механизма ГЧП распространяется и на другие социально значимые области. В Петербурге развиваются ГЧП-проекты, различные по масштабу и отраслям экономики: в культуре и туризме, общественных пространствах, гостиничной и спортивной сферах. Работа над ними носит долгосрочный характер.
— В какие отрасли инвесторы приходят охотнее?
— Можно отметить стабильный интерес инвесторов к транспортной инфраструктуре, в том числе к развитию трамвайной сети города. К факторам, стимулирующим желание вкладываться в эту сферу, можно отнести экономическую эффективность — трамваи обеспечивают высокую пассажировместимость и скорость движения при определенном пассажиропотоке, что делает их выгодным видом транспорта в городских условиях, особенно в районах с активно развивающейся жилой и социальной инфраструктурами. Также легкорельсовый транспорт отличается экологичностью, что делает такие проекты привлекательными для ответственных инвесторов. Как правило, транспортные проекты носят долгосрочный характер, что обеспечивает бизнесу стабильный доход за счет тарифной выручки или субсидий из бюджета. Немаловажно, что для крупных транспортных проектов действует существенная поддержка государства, включая такие механизмы, как инфраструктурные облигации, казначейские кредиты и другие инструменты, которые, в том числе, направлены на снижение рисков для частных инвесторов.

— В последнее время законодательство в сфере ГЧП активно правится. Касается ли Петербурга готовящийся документ о контроле за бюджетными расходами на проекты ГЧП?
— Законопроект, внесенный правительством в Госдуму в апреле 2026 года, направлен на внесение изменений в статьи 78, 78.1 и 78.3 Бюджетного кодекса РФ. Его цель — исключить случаи получения вычетов по суммам налога на добавленную стоимость, фактически оплаченным из бюджета. Согласно предлагаемым поправкам организации, которые получили субсидии из бюджета РФ и предоставляют за счет этих средств финансирование иным лицам, обязаны включать в соглашения с получателями средств два ключевых положения: прямое указание на то, что источником средств является бюджетная субсидия, и информацию о том, включена ли сумма НДС в расчет предоставляемых средств. Эти требования направлены на повышение прозрачности использования бюджетных средств и предотвращение ситуаций, когда НДС, фактически оплаченный из бюджета, ошибочно или неправомерно принимается к вычету.
Законопроектом предусмотрены положения, уточняющие перечень средств, предоставляемых концессионерам (частным партнерам) из бюджетов Российской Федерации, учитываемых при расчете предельного размера финансового участия концедента (публичного партнера).
Согласно пояснительной записке к данному законопроекту реализация предлагаемого подхода к определению предельного размера финансового участия концедента, во-первых, позволит нормализовать уровень инвестиционной активности частных инвесторов в отношении проектов, реализуемых на условиях соглашений, за счет исключения проектов, фактически не обладающих достаточным потенциалом доходности и не отвечающих общей логике реализации соглашений. Во-вторых, будет способствовать повышению эффективности бюджетных расходов, качества планирования и исполнения бюджетов, в том числе в части управления условными обязательствами и долгосрочными расходными обязательствами по инфраструктурным проектам, реализующимся в рамках соглашений.
Предлагаемые изменения бюджетного законодательства в случае их принятия должны будут соблюдаться всеми публично-правовыми образованиями, в том числе Санкт-Петербургом.

— Насколько облегчит или усложнит работу инвесторам введение концессионных облигаций?
— Концессионные облигации — это долговые ценные бумаги, которые используются для финансирования инфраструктурных проектов, реализуемых в рамках концессионных соглашений. Они обеспечивают дополнительный механизм привлечения частных инвестиций в проекты ГЧП.
Разработанный ВЭБ.РФ инструмент концессионных облигаций призван создать условия для долгосрочного финансирования, снизить риски для инвесторов и расширить возможности реализации инфраструктурных проектов.
Концессионные облигации будут обеспечиваться будущими доходами от проекта на этапе эксплуатации. Это ключевой механизм их работы как финансового инструмента, который послужит безусловным преимуществом для инвестора, так как позволит обеспечить прогнозируемый и стабильный доход.
Модель финансирования проектов ГЧП с применением концессионных облигаций позволит привлекать большее количество инвесторов и соответственно — осуществлять больше проектов, направленных на создание новых рабочих мест и улучшение качества жизни населения.

— Кому и как поможет оценка эффективности концессии?
— Оценка эффективности проектов государственно-частного партнерства в России регулируется нормативно-правовой базой, в частности Федеральным законом от 13 июля 2015 года № 224-ФЗ и методикой, утвержденной приказом Минэкономразвития России. Оценка проводится по двум ключевым критериям: финансовой эффективности проекта и социально-экономическому эффекту от его реализации.
Проведение оценки сравнительного преимущества проекта ГЧП по отношению к государственному контракту — это обязательная процедура при заключении соглашения о ГЧП, предусмотренная федеральным законодательством.
До настоящего времени в отношении концессионных соглашений такая процедура нормативно-правовыми актами не предусмотрена. При этом Минэкомразвития России совместно с ВЭБ.РФ прорабатывается вопрос внедрения обязательной оценки эффективности концессионных соглашений, соответствующий документ уже направлен на рассмотрение в правительство РФ.
Можно сказать, что оценка экономической эффективности концессий станет таким же механизмом, определяющим целесообразность реализации проекта, как и для соглашений о ГЧП. Однако необходимо отметить, что критерии оценки экономической эффективности концессий должны быть достаточно гибкими и учитывать уникальные условия каждого концессионного соглашения.
— Каковы преимущества инвестора, реализующего проект по схеме ГЧП?
— ГЧП в первую очередь — это про распределение рисков. Инвестор при этом получает ряд выгод, включая долговременное закрепление обязательств сторон соглашения о ГЧП, софинансирование затрат на создание и реализацию объекта, получение финансовой поддержки, а также применение льгот, гарантию возврата средств, предсказуемость денежных потоков.

— Если не секрет, какие проекты появятся в Петербурге в ближайшее время?
— Одно из направлений программы «10 приоритетов социально-экономического развития Петербурга» — «Удобный общественный транспорт». В рамках этого направления планируется продолжить строительство трамвайной сети в активно растущих районах города. Как правило, все крупные инвестиционные транспортные проекты стартуют на ПМЭФ. Напомню, в прошлом году на полях ПМЭФ было подписано соглашение о намерениях между Санкт-Петербургом и группой компаний «АБЗ-1» о реализации инвестиционного проекта по созданию и эксплуатации трамвайной линии по маршруту «Славянка — железнодорожная станция Царское Село — Кампус СПбГУ — инновационный научно-технологический центр “Невская дельта”». Планируемая трамвайная линия — наиболее рациональное решение для развития общественного транспорта в микрорайоне Славянка, застраиваемой территории Детскосельский. Линия продлит строящийся сегодня второй этап трамвайной сети «Славянка» и будет полностью соответствовать трассировке, заложенной в Генеральном плане Санкт-Петербурга. В настоящее время инвестор совместно с профильными исполнительными органами государственной власти Санкт-Петербурга определяет порядок и механизм реализации этого проекта.
Также в Санкт-Петербурге прорабатывается возможность создать в рамках концессионного соглашения автомобильный путепровод через железнодорожные пути в створе улицы Салова. Путепровод будет продолжением новой транспортной магистрали в створе Большого Смоленского проспекта и станет частью широтной связи от Благодатной улицы до проспекта Энергетиков. Объект в составе хорды послужит звеном необходимого транспортного коридора вокруг центра города, увеличит пропускную способность главных магистралей и основного каркаса улично-дорожной сети, соединит разрозненные существующие участки магистральных улиц и дорог, разгрузит центральные районы города, примет трафик с периферийных районов. Между инвестором и Санкт-Петербургом ведутся переговоры по определению основных условий концессионного соглашения.
13 ноября отмечался Всемирный день качества. В преддверии праздника директор по качеству АО «ЩЛЗ» Оксана Бажина рассказала о ключевых изменениях в данном направлении, применении философии Total Quality Management в лифтостроительной отрасли и планах на будущее.
— Какие ключевые изменения в области качества произошли на заводе за последние два года?
— 2024–2025 годы для нас стали временем большой внутренней перестройки. Мы сосредоточились на главном — сделать продукцию еще надежнее, а качество сервиса — удобнее для заказчиков. Возможно, это и звучит просто, но за каждым шагом — сотни часов анализа, тестирования и работы. Мы старательно собирали обратную связь: жалобы, предложения, пожелания. Не избегали проблем, а разбирались в первопричине. В итоге внедрили ряд конкретных улучшений. Например доработали программное обеспечение блока управления дверьми лифтов серии ДСМ, устранили проблемы с конденсаторами и перешли на новый привод BST — он работает стабильнее и тише; модернизировали станцию управления серии ШК, чтобы исключить скачки напряжения и сбои в контроллере; унифицировали шкафы управления — теперь все выглядит аккуратно и, главное, работаетединообразно; заменили шумные резиновые демпферы войлочными — двери стали закрываться мягко и бесшумно; усилили контроль за поставщиками фотобарьеров, чтобы в лифты больше не попадали конструкции с ненадежным креплением.
Все эти, казалось бы, «мелочи» напрямую влияют на восприятие работы лифта и комфорт пассажиров. Думаю, многие уже почувствовали, что лифты ЩЛЗ стали работать тише, плавнее, спокойнее.
— Вы упомянули поставщиков. Что изменилось в этой работе?
— Мы давно поняли: качество не начинается только с завода, оно начинается задолго до процесса производства — с каждой гайки, листа металла, платы, провода. Поэтому мы перестроили подход к поставкам. В 2024 году мы обновили внутренние стандарты, чтобы требования к качеству были прописаны четко и однозначно; усилили входной контроль в восемь раз — проверяем больше позиций, особенно по металлопрокату; улучшили обратную связь с поставщиками: регулярно посещаем их площадки, проводим проверки, разбираем дефекты вместе; запустили ежегодную оценку поставщиков по прозрачным критериям.
И результат не заставил себя ждать: уровень брака на входном контроле снизился с 4% до 1%. Для нас это показатель того, что система реально работает.
— За счет чего вам удалось добиться таких результатов?
— За счет того, что мы перестали воспринимать качество как обязанность отдела контроля. Сейчас это зона ответственности всех — от конструктора до монтажника. Мы взяли за основу философию Total Quality Management — это про то, что качество невозможно «проверить на выходе», его нужно строить на каждом этапе. Когда я работала в KONE, мы практиковали такой подход, и я убедилась, что он реально работает, поэтому перенесла эту практику в процессы ЩЛЗ. Мы создали межфункциональную команду по качеству: конструкторы, технологи, снабженцы, монтажники. Все садятся за один стол и разбирают проблемы без поиска виноватых. Главный принцип — не просто потушить пожар, а понять, почему он вообще случился. Мы используем инструменты вроде «Пять почему», диаграммы Парето, мозговые штурмы. Это помогает смотреть на процессы системно, а не по наитию. И конечно, многое стало возможным благодаря поддержке руководства. Если сверху нет запроса на честный диалог и реальные действия — никакие диаграммы не спасут. Также повышение уровня качества связано с глубокой модернизацией производства и запуском новых автоматизированных линий, осуществленных благодаря поддержке ПАО «ДОМ.РФ» и Минпромторга России».
— Отслеживаете ли вы, как клиенты оценивают качество?
— Конечно. Нам важно не только то, как лифт проходит проверку на заводе, но и как он в итоге работает в доме, офисе, реальной жизни. Весной 2024 года мы провели большой опрос среди заказчиков коммерческого сегмента. Показатель удовлетворенности составил 5,3 балла из 7, а показатель лояльности — 8 из 10. Это хороший результат, но для нас это не конечная точка, а ориентир, от которого нужно отталкиваться. Позже, в декабре, мы провели конференцию монтажных организаций. Показали, какие улучшения уже реализованы, ответили на вопросы, объяснили, почему те или иные изменения внедряем. В 2025 году уровень удовлетворенности остался стабильным, а лояльность выросла уже до 8,2 балла. Мы воспринимаем это как знак доверия: заказчики видят, что завод не стоит на месте.
— Изменилась ли сама система управления качеством?
— Безусловно! В 2024 году мы прошли внешний аудит и подтвердили соответствие стандарту ISO 9001:2015. И это не просто формальность — это подтверждение того, что процессы на предприятии выстроены правильно, согласно международному уровню. Сейчас готовимся к ресертификации в 2026 году. Мы не делаем революций — мы последовательно идем по эволюционному пути: обновляем процедуры, работаем на всех участках производства – от складов до цеха микроэлектроники, убираем избыточные процессы. Важно не просто «писать стандарты», а чтобы ими реально пользовались.
— И напоследок: какие планы на будущее?
— Главная цель у нас простая — делать лифты, которые будут надежно работать и вызывать ассоциации с качеством и безопасностью,чтобы заказчик не сомневался, что сделал правильный выбор. В рамках стратегии до 2027 года мы продолжаем совершенствовать технологии, улучшать процессы, внедрять цифровые инструменты. Например, пересмотрели конструкцию грузового лифта на пять тонн, купили новое сварочное оборудование, внедряем окраску деталей на автоматической линии — все ради стабильного качества и удобства сборки; начали программу улучшения процесса порошковой окраски: обновляем химические реагенты, подвески деталей, чтобы снизить дефекты и расход материалов; переходим на метизы повышенной прочности — это небольшой, но важный элемент, который напрямую влияет на надежность.
Кроме того, внедряем систему раннего предупреждения о качестве (Quality Early Warning System). Это мировой стандарт, который помогает выявлять потенциальные проблемы еще до того, как они превратятся в рекламации заказчиков. Пример: первые обращения по новым приводам дверей показали, что дело — не в самих приводах, а в нюансах наладки. Мы разобрались, дополнили инструкцию, провели обучение, и поток обращений сразу пошел на убыль. В будущем хотим перейти от реакции на проблемы к их предупреждению. Чтобы до клиента доходила только та продукция, которой можно по праву гордиться. А еще — развивать культуру качества. Это не лозунг. Это про отношение: не быть равнодушным, замечать детали, не проходить мимо, казалось бы, мелких несоответствий. На ЩЛЗ все чаще звучит фраза: «Качество начинается с меня». И вот с этого момента начинается настоящий рост.