Николай Линченко: «Мы рассматриваем город как единое целое»
О преображении Петербурга, принятых в жилом строительстве стандартах, сооружении метро и новых центрах города «Строительному Еженедельнику» рассказал Николай Линченко, вице-губернатор Петербурга.
— Традиционно начнем с объемов жилого строительства. Каковы планы на 2026 год, и исполняются ли они, если учесть сокращение продаж?
— С 2020 по 2025 год мы ввели в Петербурге почти 20 млн «квадратов» жилья — если точно, то 19,144 млн. Это даже немного больше, чем планировали (107,4% от целевого показателя). И все эти метры, что важно, сразу обеспечены дорогами, школами и поликлиниками — строим комплексно.
Но, конечно, макроэкономика нас тоже задела. Высокая ключевая ставка заметно повлияла на то, как быстро застройщики выводят на рынок новые объекты. Тем не менее по соглашению на 2026 год мы должны сдать 2,578 млн кв. м.
На начало мая 2026-го мы уже ввели 363 жилых объекта общей площадью 408 тыс. «квадратов». Из них 24 многоквартирных дома (342 тыс. кв. м) и 339 индивидуальных домов.
Большая стройка
— В последнее время федеральные власти обращают много внимания на проекты КРТ. Сколько в Петербурге таких проектов?
— Таких проектов у нас пока 12. Они закреплены в обновленных Правилах землепользования и застройки.
Общая площадь всех этих зон — 2891 гектаров. Но сразу скажу важную вещь: ни один из этих участков не попадает под КРТ жилой застройки, у нас такой механизм пока не применяется. Решения о КРТ нежилой застройки или незастроенных территорий правительство города пока не принимало, хотя правовая база для этого уже создана. Кстати, оператора для КРТ мы пока тоже не выбрали, сейчас готовим поправки в законодательство, чтобы это стало возможно.
— Есть ли проекты, инициированные правообладателями?
— Пока заявлений на заключение таких договоров не поступало. Но я вижу движение: собственники участков на территории бывшего предприятия «Ленсоветовское» как раз готовят документы, чтобы обратиться в Комитет по инвестициям.
Был еще один случай в 2024 году в Невском районе — в границах улиц Хрустальной, Профессора Качалова и 2-й Луч. Тогда заявители хотели построить общественно-деловые объекты. Но потом, после изменений в ПЗЗ в 2025 году, эта территория из перечня КРТ выпала, и заявление отозвали.
— Вы назвали «петербургским стандартом в строительстве» обязательное требование строить школы с двумя спортзалами и бассейном и строить школы и детские сады за счет девелоперов. Но расходы на такое строительство ложатся в стоимость квадратного метра. Как к этому стандарту относятся девелоперы?
— Понимаю, что это вопрос денег и себестоимости квадратного метра. Но сегодня в Петербурге просто невозможно построить дом без инфраструктуры для будущих жильцов — с мая 2021 года работает Градостроительная комиссия, и она без этого разрешения не даст. Инвесторы обязаны возводить школы и сады одновременно с жильем.
И знаете, девелоперы относятся к этому с пониманием. Потому что «петербургский стандарт» — это не просто жесткое требование города, это еще и их конкурентное преимущество. Квартиры в комплексе с хорошей школой и садиком рядом покупают охотнее. Так что выгода обоюдная.
— В Москве повышены требования к архитектуре жилых комплексов: власти жаждут оригинальной архитектуры. Двигается ли в этом направлении Петербург?
— Мы никогда не гнались за «вау-эффектом». Петербург — город уникальной культурной идентичности, и для нас важнее контекст. Особенно если речь идет об историческом центре. Да, у нас одно из самых строгих законодательств в сфере охраны памятников, но оно не ограничивает креативность, а направляет ее в диалог с наследием.
Сегодня наш главный фокус — не эпатаж, а качество среды в целом. Мы вложили огромные усилия в систему условий для застройки: от обновленных нормативов до обязательного обеспечения жилья школами, парковками и озеленением. Например, в новых Правилах землепользования и застройки появился коэффициент использования территории: если нет проекта планировки, он снижается. Горожане хотят комплексную среду, и девелоперы это видят — они уже предлагают не просто метры, а комфорт вне жилья.
Транспортный драйвер
— Программой «10 приоритетов развития Санкт-Петербурга» до 2030 года по подпрограмме «Развитие метрополитена» запланировано открытие десяти новых станций метро. Что в планах 2026 года?
— Сразу скажу главное: открытия новых станций в 2026 году не запланировано. Сейчас мы активно строим. Ведем работы на новой Красносельско-Калининской линии и развиваем четыре существующих: Лахтинско-Правобережную, Кировско-Выборгскую, Невско-Василеостровскую и Фрунзенско-Приморскую.
Скоро запустим четвертый щит на Красносельско-Калининской линии — у нас их будет работать одновременно шесть! Это своеобразный рекорд. Также планируем завершить проходку тоннеля на Невско-Василеостровской линии, чтобы начать полноценное строительство самих станций.
Что касается планов до 2030 года по программе губернатора «10 приоритетов»: станцию «Горный институт» мы открыли 27 декабря 2024 года. «Юго-Западную» и «Путиловскую» — 26 декабря 2025 года. «Богатырскую», «Каменку» и первый вестибюль «Театральной» планируем сдать в 2029 году. А участок от «Путиловской» до «Каретной» (станции «Броневая», «Заставская», «Боровая», «Каретная») — в 2030 году.
— Судя по публикациям в СМИ, есть проблема с организацией выходов на новых станциях. Как решается эта проблема?
— Я читал публикации в СМИ. Поясню ситуацию. Комитет по строительству сейчас работает в рамках первой очереди Генплана (до 2030 года). Проектирование вестибюля станции «Театральная» идет по плану. А станция «Лахта» — это уже горизонт после 2030 года. Поэтому сейчас документацию по планировке территории и проектные работы по «Лахте» мы не ведем. Не потому, что проблемы, а потому, что это следующий этап.
— На линии трамвая «Славянка» перевезено уже более миллиона пассажиров. Будет ли запущена к концу года вторая очередь?
— Да, завершение строительства второго этапа трамвайной линии «Славянка» запланировано на конец 2026 года. Проект идет строго по графику, который закреплен в концессионном соглашении.
Полицентричный Петербург
— Территория вокруг «Лахта Центра» интенсивно развивается. Каково участие города в этом процессе?
— Наша задача — обеспечить транспортную и инженерную инфраструктуру. Стадион «Газпром Арена», ЗСД с мостом, самый большой ледовый каток в Европе — это все современный Петербург. Мы целенаправленно создаем здесь общественно-деловой кластер, который станет одной из новых точек роста города.
Дальше — больше. Мы активно развиваем логистику, чтобы связать Приморский и Курортный районы. В Горской, рядом с Лахтой, реализуется мегапроект всесезонного курорта «Санкт-Петербург Марина» по федеральной программе «Пять морей и озеро Байкал». Там появятся яхтенная марина, Академия парусного спорта, гостиницы, экстрим-парк, киностудия. Магистраль М-32 обеспечит удобный подъезд и выезд на ЗСД.
Для этого мы строим новые объекты коммунального обслуживания — коллекторы, подстанции, энергоцентры. В итоге город получает современные пространства с развитой инфраструктурой, а это и есть наша цель — полицентричная модель и качество жизни.
— Можно ли уже говорить о полицентричном развитии Петербурга и о том, что территория Лахты становится одним из новых центров города?
— Да, можно. Полицентризм для большого мегаполиса — это естественный и правильный путь. Мы снижаем нагрузку на исторический центр, развиваем периферию, перераспределяем трафик и превращаем «спальные» районы в полноценные привлекательные пространства.
«Лахта Центр», «СКА Арена», кластер «Остров фортов», будущий курорт «Санкт-Петербург Марина» — идеальные примеры. Эти локации не конкурируют с Эрмитажем или Петергофом, а дополняют город, делают его разнообразнее. И заметьте, везде применен комплексный подход: за каждой доминантой стоит благоустроенная среда.
— Где еще вы видите будущие центры Петербурга?
— Главный наш документ — Генплан. Если говорить укрупненно, рост пойдет на юг и на север.
На юге, в Пушкинском районе, активно строится город-спутник Южный. Его ядро — инновационный центр «ИТМО Хайпарк» с технодолиной. Там же планируются новый кампус СПбГУ и инноград «Невская дельта». Это будущий научно-образовательный кластер. Мы уже подвели газ, строим водопроводную насосную станцию «Александровская», Госэкспертиза согласовала спорткомплекс для ИТМО. И конечно, планируем пустить туда новые трамвайные линии.
На севере, в районе Каменки, появятся новые жилые кварталы с полной инфраструктурой. А Лахта и Горская, как я уже сказал, станут деловым и рекреационным центром.
Но главное, мы рассматриваем город как единое целое, поэтому преобразования в той или иной степени затронут все районы.
Рынок лифтов становится российским: на отечественных заводах растут не только объемы производства, но и появляются разработки, которые составляют конкуренцию импортному оборудованию и комплектующим. Генеральный директор АО «МЭЛ» Руслан Родиков рассказал нашему изданию, как складывается ситуация на лифтовом рынке в новых экономических условиях.
— Руслан Святославович, как, по вашим данным, изменился российский рынок лифтов? Он вырос, на нем произошли структурные изменения, увеличилась доля российской продукции, появились новые игроки среди поставщиков комплектующих?
— Вряд ли можно говорить, что российский рынок лифтов намного вырос, но за последние полгода произошел серьезный передел рыночных сегментов. После ухода с рынка «большой четверки» их ниша осталась незаполненной, и она представляет большой интерес для реализации продукции всех лифтовых заводов внутри страны, в том числе нашего предприятия.
Что касается поставщиков, то, несмотря на рост предложений со стороны потенциальных производителей комплектующих, их пул в целом пока тоже мало изменился. Проблема в том, что консерватизм (в хорошем смысле этого слова) лифтовиков заставляет новичков этого рынка пройти достаточно длинный и непростой путь, связанный с необходимостью проведения испытаний и сертификации предлагаемого оборудования. Количество компаний, которые способны заменить предыдущих, в основном импортных, поставщиков комплектующих можно пересчитать по пальцам одной руки. Ведь такой смежник должен отвечать жестким требованиям по качеству, срокам и объемам поставок. Как предприятие, заботящееся о своей репутации, мы проводим серьезные испытания нового оборудования и материалов, то есть закупаем пробную партию, тщательно проверяем и только потом начинаем с ними работать. Как раз сейчас испытываем подвесные кабели одного российского производителя.
— Вы уже рассказывали нашему изданию о том, что у российских лифтовых заводов появились новые сегменты потребителей — жилые комплексы бизнес-класса. Какие изменения в этой связи произошли на предприятии с точки зрения новых разработок, применения новых материалов и конструкций?
— Надо отметить, что мы и раньше старались работать с этим сектором жилой недвижимости, так как, по моему мнению, наши лифты не уступают импортным по технологичности, обеспечению безопасности, дизайну. Однако высокая конкуренция со стороны мировых лифтовых компаний и инертность заказчиков сдерживали любые российские предложения. Никто не хотел отказываться от именитых брендов, которые были частью маркетинговой политики дорогостоящего жилья. Но сейчас ситуация в корне изменилась: девелоперы жилых комплексов бизнес-класса готовы рассматривать отечественные лифты при условии, что качество их отделки будет соответствовать импортным аналогам.
Поэтому мы провели огромную работу с конструкторами, дизайнерами и технологами, чтобы разработать новые варианты отделки, выстроить под новые модели технологические цепочки, наладить связи с поставщиками комплектующих и отделочных материалов.
Сегодня мы можем предоставить заказчикам готовые решения, а один из ведущих застройщиков в Московском регионе проектирует новый жилой комплекс с нашими лифтами. Кроме того, первые 22 лифта бизнес-класса уже поставлены и монтируются в зданиях кластера МГУ. Они изготовлены с использованием новых отделочных материалов, качественных и надежных узлов и новых технологий, повышающих комфорт передвижения в лифте. Например, вместо обычных башмаков скольжения мы начали использовать роликовые башмаки.
— Расскажите, как происходит импортозамещение на предприятии. Какие узлы, механизмы, автоматику лифтового оборудования уже получилось «русифицировать» и сертифицировать? Как складывается работа по поиску и привлечению к этой работе смежников?
— Политику импортозамещения предприятие реализует уже давно, задолго до введения в 2022 году санкционных мероприятий. В результате доля европейских комплектующих в наших лифтах значительно сократилась: остался единственный узел, которому пока трудно подобрать качественную замену, — это ловитель. Остальные элементы заменены на отечественные или на поставляемые из дружественных стран. Нам удалось найти полноценную замену даже для таких ответственных узлов, как ограничители скорости. Работаем над поиском аналогов для балки привода дверей. Более того, часть китайских комплектующих мы тоже меняем на российские, например, компенсационные цепи.
— Насколько сильным остается влияние на российский рынок со стороны китайских поставщиков с точки зрения качества и стоимости лифтового оборудования? Какие факторы, по вашему мнению, сегодня определяют выбор лифтов застройщиками: цена, репутация предприятия, возможность влиять на конструктив и дизайн лифтов, гарантии и доступность ремонта?
— Основной фактор, который влияет на выбор лифтового оборудования заказчиком, это цена. В общем объеме требований именно стоимости я бы отвел 80%. Но и остальные 20% не стоит сбрасывать со счетов, так как риски эксплуатации наших основных ценовых конкурентов, китайских и турецких лифтов, очень высоки. Эти риски связаны с недостатком запчастей, очень слабым сервисным, гарантийным и постгарантийным обслуживанием. Все это может привести к тому, что лифты начнут простаивать, а это серьезная проблема для девелоперов и управляющих компаний.
— Что можно сказать о перспективах работы вашего предприятия и будущем ассортименте продукции?
— В этом году мы интенсивно осваиваем лифтовое оборудование бизнес-класса, которое на ряде объектов уже запущено в эксплуатацию. В конце 2021 года наладили выпуск лифтов со скоростью 2–2,5 м/с. В 2023 году планируем начать работу с новым сегментом рынка: разрабатываем лифты для жилья премиум-класса. В этом году мы завершаем испытания лифтов, которые будут перемещаться со скоростью 4 м/с.
Разработка и производство скоростного лифтового оборудования требуют другого подхода к конструктиву кабины и управлению движением лифта, а следовательно, создания новых комплектующих и поиска новых поставщиков. Опираясь на наш наработанный опыт по замещению импорта, мы уверены, что новая продукция принесет предприятию дополнительные заказы.
Кроме того, на предприятии уже создан значительный производственный задел: в 2020–2021 годах было проведено технологическое перевооружение, установлены современные станки. Теперь, в связи с запланированным увеличением производства, на 2023 год утверждена инвестпрограмма в объеме свыше 150 млн рублей, которые будут направлены на закупку нового технологического оборудования.