Кирилл Симбирцев: «Рынок алмазного демонтажа должен меняться»
О ключевых особенностях алмазного демонтажа, актуальности технологии для отрасли и перспективах дальнейшего развития рассказал генеральный директор компании «ДаймондТек Констракшн» и глава профильного комитета Национальной Ассоциации Демонтажных Организаций (Ассоциация НАДО) Кирилл Симбирцев.
— Кирилл, ваша компания работает в сегменте алмазного демонтажа уже больше 15 лет. В чем секрет ее долголетия и почему вы не расширяете профиль?
— Нам просто нравится, чем мы занимаемся! Наверное, в этом и есть главный секрет. Узкая специализация «ДаймондТек» позволяет быть лучшими в своем деле. С 2009 года мы верны алмазным технологиям в демонтаже. Начинали с малого: пробурить отверстие под коммуникации, вырезать проем в «хрущевке». Сегодня мы — алмазный подрядчик номер один для сложных объектов по всей России. Не просто так сами себя называем демонтажным спецназом. Нас вызывают, когда нужно не только что-то разрушить, а сохранить все вокруг. Когда работа идет на действующем производстве, гидротехнических сооружениях или в исторических зданиях. Мы работаем быстро, ювелирно и там, где другие бессильны.
— Такая специфика обычно подразумевает закрытость. Можете рассказать о знаковых проектах?
— Заказчики и правда не всегда горят желанием светиться, особенно если мы приехали исправлять брак или работаем на режимных объектах — там съемка под запретом. Но когда есть возможность, мы всегда делимся успехами в соцсетях. Из громкого и публичного: мы участвовали в демонтаже монорельса на ВДНХ, проводили сложнейшие работы по реконструкции Карамышевского гидроузла в Москве. Недавно наши ребята вернулись из Благовещенска, сейчас работают в Уфе и Нижнем Новгороде. Каждый день где-то идет резка, но в кадр попадает только вершина айсберга.
— Если заглянуть в будущее: какие планы у компании на ближайший год?
— Планируем рост объема работ минимум вдвое. Но рост ради цифр — не наш метод. Мы хотим закрепить позиции и продолжать заниматься любимым делом: делать алмазный демонтаж еще быстрее, точнее и эффективнее.
— С этого года вы возглавляете профильный комитет в Ассоциации НАДО. Чем сегодня живет сообщество алмазных демонтажников?
— Представьте: вы управляете оборудованием за миллионы рублей, режете бетон на ГЭС или центре города, где ошибка грозит катастрофой. А по документам вы — никто. У сварщика есть профессия, у каменщика есть, а у оператора алмазной резки — нет. Нонсенс? Но так живет вся отрасль долгие годы. Мы в НАДО эту несправедливость сломали. Главное наше достижение на сегодня — мы на финише в утверждении профстандарта «оператор алмазной резки и бурения». Это не просто бумажка. Это признание всех настоящих бриллиантов отрасли, посвятивших свою жизнь алмазному демонтажу.
Рынку нужны стандарты. Оператор не может сегодня управлять стенорезной системой, завтра долбить отбойником, а послезавтра варить металл или копать яму. Если он так делает — это уже не специалист, а разнорабочий, а компания — не профессиональный алмазный подрядчик, а общестроительная организация. Мы хотим, чтобы в отрасль приходили молодые ребята и понимали: это высокотехнологичная работа, а не шабашка.
Мы усилили комитет Алмазных Демонтажных Организаций (КАДО) — это структура, дополняющая деятельность Ассоциации, но ее фокус — на специализированных алмазных подрядчиках. Принадлежность к КАДО в будущем будет означать, что подрядчик квалифицированный и соответствует стандартам качества и безопасности. Алмаз — это всегда что-то маленькое и дорогое, и мы никогда не сможем конкурировать с механизированным сносом. Наша задача — показать заказчикам, что там, где алмазные технологии выгоднее, безопаснее и быстрее других методов демонтажа, он не разочаруется, сделав выбор в пользу подрядчиков КАДО. Но для этого сам рынок алмазного демонтажа должен меняться, методы — совершенствоваться, эффективность — расти.
— А в целом есть ли будущее у алмазных технологий в строительстве?
— Говорят, что масса бетона на планете уже больше, чем вся биомасса. Так что работы нам хватит.
Города уплотняются, тренд на урбанизацию требует «тихого» сноса. Как демонтировать здание в центре мегаполиса, чтобы соседний дом не пошёл трещинами, а жители не задохнулись от пыли? Только алмазная резка. Это экологично, безопасно и быстро.
В прошлом году мы совместно с компанией «Эверест» (тоже участник Ассоциации НАДО) резали недостроенную часть жилого дома в Новосибирске. Проект получил международное признание — это яркий пример демонтажа будущего.
Атомная промышленность, реконструкция инфраструктуры, замена оборудования на заводах — там зачастую вообще нет альтернативы алмазным технологиям. Алмазный подрядчик — это спецназ, который приходит со своей суперсилой. Мы всегда строили «ДаймондТек» по этому принципу, и теперь эти же принципы лягут в основу работы КАДО. Наша миссия — делать отрасль цивилизованной, технологичной и уважаемой.
КНАУФ — крупнейшая в мире компания-производитель строительных материалов, работающая в России более тридцати лет. С какими результатами компания закончила 2023 год, и чем она займется в ближайшем будущем, рассказал директор по маркетингу и сбыту региона КНАУФ Россия и Беларусь Алексей Зимин.
— Как прошел для вас 2023 год?
— В целом 2023 год для нас оказался достаточно неплохим. В абсолютных цифрах мы повторили, а по некоторым группам продуктов превысили результаты 2022 года.
Я бы назвал 2023-й годом листовых материалов для КНАУФ. Мы сосредоточились на расширении ассортимента именно этих товаров, запустили в продажу такие листы, как «Сапфир» и «Сейфборд». Первый обладает уникальными характеристиками по звукоизоляции, огне- и влагостойкости. Второй предназначен для рентгеновской защиты в медицинских учреждениях. Раньше этот лист мы получали из Германии, а теперь производим сами. Еще один новый гипсокартонный лист, который появился на рынке недавно, — «Аквамарин». Он обладает пониженным водопоглощением.
— Пока все звучит достаточно оптимистично. Или это не так?
— КНАУФ приложил много усилий, чтобы так на самом деле и было. Мы сталкивались с серьезными, а иногда совершенно неожиданными сложностями. Я говорю о росте цен на сырье, транспортные услуги. В начале года появилась информация, что в России не хватит мешков для упаковки сухих строительных смесей. Наши логисты, закупщики предприняли неимоверные усилия и решили эту проблему. Без тары наращивать мощности производства сухих строительных смесей было бессмысленно.
Кроме того, у нас возникали серьезные проблемы с доставкой железнодорожным транспортом. Особенно в восточном направлении. Дальний Восток, Сахалин в марте 2023 года остались практически без нашей продукции. Были проблемы с автомобильным транспортом. Рост стоимости доставки по некоторым направлениям достигал 70%. В среднем этот показатель по нашей компании составил 30–50%.
Конечно, нарушается ритмичность отгрузок, возникает дефицит продукции, а значит, растут цены на полке. Бывали случаи, когда из-за нехватки транспорта мы вынуждены были останавливать производство.
— Как думаете, сильно ли изменится для вас ситуация в 2024 году? Ждать ли нам новых проектов КНАУФ?
— Как я уже говорил, в прошлом году мы сосредоточились на производстве листовых материалов. И в этом году поставили себе амбициозную задачу: увеличить рынок потребления гипсокартона в стране за счет применения перегородок на основе листовых материалов. Рынок гипсокартона, по нашим наблюдениям, остается на одном уровне последние лет десять. Но мы хотим это изменить и уже приступили к новому масштабному проекту по продвижению систем сухого строительства в массовом и индивидуальном жилье.
Согласно исследованиям, один из основных запросов потребителей жилья, прежде всего многоквартирного, — это хорошая звукоизоляция. И мы создали несколько конструкций перегородок с доказанным испытаниями индексом звукоизоляции до 59 децибел, сформировали удобную к пониманию и применению линейку доступных решений KNAUF SPACE.
Традиционно гипсокартон больше используется в коммерческой недвижимости и в общественных зданиях. Но я считаю, что гипсокартонные перегородки благодаря уникальному сочетанию качеств имеют очень большой потенциал для применения в жилье в качестве межкомнатных и межквартирных стен. У нас есть прекрасные примеры.
Гипсокартонные перегородки — это и меньшая нагрузка на фундамент, а значит — меньше бетона, меньше арматуры, это и небольшая толщина стен, что позволяет выигрывать в полезной площади, это скорость, качество, экологичность. У нас на самом деле накоплен уже очень большой объем положительного опыта, очень много компаний-застройщиков, которые применяют наши перегородки. Будем и дальше заниматься этой работой.
По индивидуальному жилью мы запускаем в этом году новую платформу, которая называется dom.knauf.ru. Там мы будем демонстрировать технологию строительства и применения продуктов КНАУФ в различных типах домов. Это и каркасные, и монолитные, и кирпичные — из разных материалов.
Еще в наших планах на этот год — продвижение технологии машинной штукатурки. Надо сказать, что этот бизнес развивается в стране достаточно стремительно. Объем производимых и поставляемых продуктов для нанесения штукатурки и шпаклевки машинным способом идет опережающими темпами относительно аналогичных ручных.
Мы предложим рынку машинную штукатурку с более долгим сроком схватывания. Будет также особо прочная и легкая штукатурка машинного нанесения, может быть, декоративная. Все эти продукты будут производиться на наших предприятиях.
—Многие девелоперы объясняют рост цен на жилье подъемом цен на стройматериалы. Или здесь дело вообще не в ценах на стройматериалы?
— Стоимость наших материалов в жилье с готовой отделкой составляет, по нашим оценкам, порядка 5–7%. Но при этом надо понимать, что примерно 60% жилья сдается без отделки. То есть, что касается наших материалов, то они несущественно влияют на повышение стоимости жилья.
— Как КНАУФ справляется с импортозамещением? Получается ли в полной мере локализовать производство?
— C 2022 года мы сосредоточились на поддержании наших производственных мощностей, ремонте, модернизации и расширении ассортимента продукции.
Большая часть нашего производства локализована, однако определенные химические компоненты, материалы и продукты мы все же привозили из Европы. После прекращения этих поставок нам пришлось оперативно искать замену, восстанавливать производство. Мы успешно справились с этим. В результате потребителя эти проблемы не затронули.
Например, у нас было два популярных на рынке продукта — «Унифлот» и «Бетоконтакт», которые мы поставляли из Германии. Теперь их аналоги, но уже местного производства, продаются в России. Я говорю о «Бетогрунте» и «Унихарде». То же касается и остального ассортимента — мы его восстановили и продолжаем расширять.