Евгений Барановский: «2026 год для строительного блока — это год большой ответственности и большой работы»
Ленинградская область завершила 2025 год с рекордными цифрами по вводу жилья, объектов образования жилья и обширными программами капремонта, благоустройства и расселения аварийного фонда. Евгений Барановский, вице-губернатор региона, рассказал «Строительному Еженедельнику», как регион удерживает высокий темп строительства, зачем вводит новые требования к качеству жилья, на чем строится программа КРТ и почему 2026 год станет для строительного блока годом большой ответственности и подготовки к столетию области.
— 4,2 млн кв. м жилья — уже системный результат. За счет чего область держит такой уровень?
— Важно другое. Эти цифры не появляются сами по себе. Мы довольно жестко настроили правила на входе. Инвестор заранее понимает, что он может делать, а что нет. Поэтому решений меньше, но они быстрее принимаются и доводятся до стройки.
При этом еще в начале 2025 года было понятно, что рынок входит в сложную фазу: дорожали деньги, сжимался спрос, пересобирались финансовые модели проектов. В этих условиях главный вопрос звучал просто: не как расти, а как удержаться и пройти период турбулентности без потери качества и доверия.
Эта ситуация касалась не только рынка, но и управленческих решений внутри самого строительного блока. Был соблазн где-то снизить планку, чтобы пережить сложный период, но мы сознательно не пошли на это. Мы сразу зафиксировали: требования к безопасности и качеству — не предмет торга.
Решение оказалось правильным: жилищное строительство идет по плану — по многоквартирным домам мы выдерживаем заявленные показатели. Параллельно вырос объем социальной инфраструктуры, которую застройщики вводят за свой счет, — это рекордные для региона цифры. То есть рынок адаптировался, не потеряв устойчивости.
Плюс мы отдельно смотрим на качество. Минимальная площадь жилья 28 кв. м — это уже зашито в требования с начала 2026 года. По крупным территориям ключевые вещи, которые формируют облик, пропускаем через конкурсы.
По сути, область развивается как самостоятельный рынок с понятными правилами игры. За счет этого формируется доверие инвесторов и появляется тот самый стабильный объем — 4,2 млн кв. м в год.
— Какой объем жилья планируется ввести в 2026 году, и осуществимы ли планы?
— Если говорить предметно, план по вводу многоквартирного жилья на 2026 год составляет порядка 1 млн кв. м. Параллельно у нас есть соглашение с Минстроем России по общему объему ввода жилья. И отдельно есть поручение губернатора Ленинградской области обеспечить, чтобы не менее двух третей вводимого жилья приходились на ИЖС и малоэтажный сектор.
Почему это важно? Мы не хотим смотреть на рынок только через многоэтажку. Ленинградская область давно живет шире. У нас большой спрос на индивидуальное жилье, на малоэтажные форматы, на понятную среду, где человек покупает не просто квадратные метры, а образ жизни. Поэтому структура ввода для нас принципиальна.
Рынок, конечно, сейчас нельзя оценивать оторвано от финансовых условий. Высокая ставка охладила спрос, девелоперы стали осторожнее, покупатель считает деньги гораздо внимательнее. Это нормально, рынок в такие периоды всегда становится более собранным, но я бы не драматизировал. Запас прочности у отрасли есть, и при снижении ключевой ставки мы достаточно быстро увидим оживление спроса. Для строительного рынка это, по сути, главный сигнал. Как только деньги становятся доступнее, покупатель возвращается, а вместе с ним ускоряется и вывод новых проектов.
Поэтому прогноз у нас — рабочий и спокойный. Год потребует точных решений и дисциплины, но основания смотреть на него с уверенностью есть.
— ИЖС сегодня дает примерно треть в общем объеме ввода жилья. Какие усилия прикладывают власти, чтобы этот сегмент развивался?
— Это в первую очередь муниципальная история, но у региона здесь есть своя роль — на этапе планирования. Мы внимательно смотрим, как формируются такие территории в генпланах. Для нас принципиально, чтобы кластеры ИЖС были всем обеспечены. Чтобы туда можно было довести дороги, сети, социальную инфраструктуру, и чтобы это было подъемно и для бюджета, и для людей. Потому что можно нарезать участки где угодно, но если туда невозможно провести инфраструктуру, это тупиковая история.
И второй момент. Когда переводятся земли под жилищное строительство, мы ставим условие: часть участков должна выделяться под социальные задачи. В том числе для участников СВО и других льготных категорий. В итоге ИЖС развивается не стихийно, а в понятной логике: где можно обеспечить территорию, там она и появляется. Это и дает ту высокую долю, которую мы сегодня видим в вводе.
— В Ленинградской области развивается программа КРТ (комплексного развития территорий). Сколько договоров заключено и что это дает инвесторам?
— Сегодня у нас 23 договора по КРТ. С 2025 года полномочия по их заключению переданы на уровень региона, и мы эту работу ведем централизованно. Общий потенциал по этим территориям — больше 6 млн кв. м жилья.
Для инвестора здесь есть понятный набор возможностей. В рамках КРТ можно работать с параметрами проекта — плотности, высотности, структуре застройки. Это не точечные решения, а заранее собранная модель территории, где понятна экономика и сроки.
При этом мы сразу фиксируем требования. Это инфраструктура, социальные объекты, архитектура. Без этого проект просто не запускается.
И здесь важно, что на федеральном уровне сейчас фактически закрепляется подход, который мы уже используем. Госдума ужесточила требования к КРТ: при запуске проектов на муниципальном уровне инфраструктура должна считаться заранее по региональным нормативам.
Для нас это не новость. Мы изначально работаем именно так — все параметры, включая школы, детские сады, дороги, закладываются еще на этапе градостроительной инициативы. Поэтому у нас по соглашениям с застройщиками предусмотрено строительство 281 объекта образования, и инфраструктура развивается синхронно с жильем.
Рынок выравнивается под более жесткий и понятный стандарт. Для инвестора это тоже плюс: меньше неопределенности и меньше рисков на стадии реализации.
— В чем особенности региональных проектов?
— Если коротко — региональные проекты у нас всегда привязаны к конкретному запросу жителей. В 2025 году мы ввели 28 социальных объектов. За этой цифрой — разные задачи: где-то это школа, где-то — детский сад, где-то — поликлиника, как в Кировске. При этом 20 объектов — это образование, и для области это рекорд.
И здесь — важный момент. Мы не работаем по принципу «типовой коробки». Каждый объект собирается под конкретное место. Поэтому и уровень другой: ту же школу в Гатчине открывала председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко, и это показатель того, как к таким проектам относятся.
Дальше эта логика продолжается. На 2026 год запланировано больше 30 социальных объектов и свыше 160 территорий благоустройства.
И мы видим, что такой подход начинает работать в обратную сторону — через вовлеченность жителей. В голосовании за благоустройство в этом году за месяц приняли участие 134 тысячи человек, год назад было 102 тысячи. Люди включаются, поскольку видят: проекты действительно реализуются.
Поэтому особенность здесь простая. Мы не просто планируем, мы доводим до результата. И этот результат становится заметен — и для людей, и для территории.
председателя Совета Федерации и Александра Дрозденко, губернатора Ленобласти
— Насколько успешно регион работает по программе капитального ремонта и, в частности, с объектами культурного наследия?
— Капитальный ремонт — это, по сути, базовая работа, которую люди чувствуют сразу. В 2025 году мы провели работы в 987 домах на сумму более 7 млрд рублей. Это большой объем, и он распределен по всей области. В 2026 году темп сохраняем. Это и лифты, и крыши, и фасады, и инженерные системы — вся базовая инфраструктура дома.
Но отдельно стоит работа с объектами культурного наследия. Это совсем другой уровень сложности. Если обычный дом ты ремонтируешь по понятной технологии, то здесь каждое решение проходит через требования по сохранению исторического облика. Нельзя просто заменить фасад или кровлю — нужно сохранить материал, пропорции, детали. Это и дороже, и дольше, и требует отдельной проектной подготовки.
В 2025 году мы выполнили работы в 14 таких домах. В 2026 году идем дальше: закладываем проектирование и начинаем комплексный ремонт объектов культурного наследия в Выборге.
Почему это важно? Такие дома формируют облик города. Если их не ремонтировать, они постепенно выпадают из жизни. Если подходить правильно — они становятся точками роста.
Поэтому здесь задача — не просто отремонтировать, а аккуратно вернуть объект в нормальную эксплуатацию, сохранив его ценность.
— В Ленинградской области все заметнее роль архитектурных конкурсов. Каких результатов вы ждете от них?
— Для нас архитектурный конкурс — это уже не история «для профессионального сообщества». Это рабочий инструмент, через который регион получает конкретный результат.
Самый показательный пример сегодня — мемориал в Зайцеве. Создание музейного и научно-просветительского комплекса на территории мемориала идет по поручению президента России. По этому объекту мы провели конкурс международного уровня: на него поступили 25 проектов из 12 городов России и из-за рубежа, а организаторами выступили Российское военно-историческое общество и Комитет градостроительной политики Ленинградской области. В 2026 году выходим на проектирование. Это уже следующая стадия, когда конкурсный результат превращается в реальный объект. Для нас важно и то, что этот проект делается не в одиночку. Мы плотно работаем с РВИО, потому что здесь нельзя свести все только к архитектуре. Речь идет о национальной памяти, о содержании экспозиции, о языке, на котором этот комплекс будет говорить с людьми. И в этом смысле конкурс дал не просто образ здания, он задал высокий уровень всей будущей работе.
И в этом — главный смысл всей нашей конкурсной практики. Мы не собираем красивые эскизы ради выставки. Мы доводим сильные решения до следующей стадии, когда они становятся проектом, объектом, частью территории.
Отсюда — и результат. Ленинградская область уже несколько лет подряд звучит на профессиональных площадках. У нас ежегодные победы в «Золотом Трезини», причем речь уже не только о взрослых бюро, но и о студенческих работах. На фестивале «Зодчество» Ленинградская область представила собственный павильон, и он стал одним из самых заметных и посещаемых на площадке и получил высшую награду от архитектурного жюри. Это прямое подтверждение того, что региональная архитектурная повестка сегодня воспринимается всерьез.
И здесь большая заслуга команды Комитета градостроительной политики и главного архитектора Ленинградской области. Это видно уже по тому, как меняется отношение к региону внутри профессионального сообщества. Неслучайно сейчас идет и движение к тому, чтобы Союз архитекторов Петербурга звучал шире, как Союз архитекторов Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Это тоже показатель: область перестала быть приложением к чужой архитектурной школе и заняла свое место.
Поэтому мы ждем от этой работы не разового эффекта. Мы ждем закрепления ленинградской архитектурной практики как самостоятельной, сильной и конкурентной школы. И, что еще важнее, ждем, что лучшие конкурсные решения будут переходить в реальную стройку и менять среду.
— Хватает ли рабочих и специалистов на стройках Ленобласти? Как решается кадровая проблема?
— Кадров хватает. Только по данным Петростата в строительстве занято больше 57 тысяч человек, и за год численность выросла. Но есть и другая статистика. Комитет по труду Ленинградской области видит больше 100 тысяч человек.
Параллельно заметно подтянули зарплаты — средний уровень уже 111 тыс. рублей, это рост больше, чем на 20% за год. Это важно. Когда отрасль платит конкурентно, люди в нее возвращаются и остаются.
Поэтому говорить о системном дефиците сейчас не приходится. Есть отдельные задачи по квалификации, но в целом кадровый вопрос находится в рабочем состоянии.
— Что самое важное для строительного блока Ленобласти в 2026 году?
— 2026 год для строительного блока — это год большой ответственности и большой работы. Губернатор объявил его Годом команды созидания, на федеральном уровне отрасль входит в знаковый год 70-летия Дня строителя, и в этих условиях от нас ждут не отдельных решений, а внятного, заметного результата.
Мы подошли к этому этапу с сильной базой и с серьезным объемом задач. Впереди — реализация масштабных проектов в социальной сфере, благоустройстве, ЖКХ, архитектуре и градостроительстве. Это уже не просто стройка в привычном понимании. Это подготовка региона к столетию, создание новых общественных и креативных пространств, запуск объектов, которые будут определять качество жизни на годы вперед.
При этом важно пройти этот год правильно. Не распыляться, не терять качество, не разрывать стройку, инфраструктуру и благоустройство по разным направлениям. Все должно работать как единое движение вперед. Люди оценивают нашу работу не по количеству совещаний и планов, а по тому, что реально появилось рядом с домом, в их городе, районе.
Поэтому главный итоговый ориентир на 2026 год для нас такой: сохранить высокий темп, собрать крупные проекты в понятный для жителей результат и использовать этот год как сильный этап подготовки к столетию Ленинградской области.
В интервью «Строительному Еженедельнику» Александр Вахмистров рассказал о развитии строительной отрасли города и области. Отметил успехи — ликвидацию долгостроев, рекорды по строительству школ, указал на системные проблемы: высокие ставки, кадровый голод и административные барьеры.
Александр Иванович Вахмистров — один из известнейших руководителей на строительном рынке Санкт-Петербурга и Ленинградской области. С 2000 по 2010 год — вице-губернатор Санкт-Петербурга, а сегодня — координатор НОСТРОЙ по Санкт-Петербургу, член Совета НОСТРОЙ, президент Ассоциации «Объединение строителей СПб». К его авторитетному мнению прислушиваются не только представители строительного сообщества, но и региональные власти.
— Александр Иванович, какой вы видите нынешнюю ситуацию на строительном рынке города и области?
— В первую очередь отмечу, что в Санкт-Петербурге и Ленинградской области нам удалось сформировать современный, конкурентоспособный строительный рынок, нацеленный на улучшение жилищных условий людей и создание комфортной среды для их проживания. Все последние годы оба субъекта федерации успешно выполняют планы по вводу жилья: не станет исключением и 2025 год. Кроме того, за счет создания механизмов, позволяющих достраивать жилье за нерадивых застройщиков или компенсировать стоимость жилья покупателям, если дом невозможности достроить, нами решена — да что говорить: закрыта раз и навсегда — проблема обманутых дольщиков.
Еще одна важная задача, которую строительному сообществу удалось решить в совместной работе с органами госвласти, — обеспечение граждан социальными объектами. Еще не так давно проблема нехватки мест в школах и детских садах Петербурга стояла достаточно остро. Однако постепенно с дефицитом удалось справиться. Так, напомню: в прошлом, 2024 году в эксплуатацию были введены 37 школ и 57 детских садов, что стало абсолютным рекордом по России. В нынешнем, 2025 году уже введены 28 школ. Можно сказать — задача фактически выполнена. Губернатор Ленинградской области Александр Дрозденко на одном из мероприятий заявил, что в этом году область полностью рассчитается с застройщиками за все построенные социальные объекты. И это значительное достижение для отрасли.
Другое направление работы, чем по праву можно гордиться, — это создание крупных транспортных инфраструктурных проектов. Прежде всего строительство высокоскоростной магистрали Москва — Санкт-Петербург. Несмотря на то, что это федеральный проект, финансируемый несколькими субъектами страны, губернатор Александр Беглов отметил недавно, что значение этого мегапроекта для Санкт-Петербурга невозможно переоценить: Северной столице ВСМ даст возможность сформировать новые туристические потоки, подстегнет развитие малого и среднего бизнеса, объединит нас в одну агломерацию с Новгородской областью и многое другое.
Кроме того, ускоренными темпами идет подготовка к строительству второй кольцевой автодороги (КАД-2) вокруг Петербурга, близится к завершению прокладка первой очереди скоростной трамвайной линии «Купчино — Шушары — Славянка», расширяются уже действующие магистрали — можно сказать, идет формирование нового транспортного каркаса нашего мегаполиса.
Также мы наконец-то справились с проблемой банкротства «Метростроя». Насколько мне известно, «Метрострой Северной столицы» уже готовится выйти на плановую проектную мощность. И хотя нам не угнаться за Москвой, но то, что строительство метрополитена становится ритмичной и планомерной задачей, — чрезвычайно обнадеживает.
— Вы перечислили плюсы, но есть и минусы. В чем вы их видите?
— Что касается минусов, то ясно, что при такой ставке Центробанка любой инвестиционный проект становится «тяжелым». И это связано не только с отменой всеобщей льготной ипотеки. Ставка ЦБ играет важную роль в кредитовании строительства объектов, не связанных с ипотекой: торговые и складские помещения, объекты спорта, медицины и другие. На стадии строительства они требуют больших вложений из-за процентных ставок по кредиту, а сроки окупаемости уходят вперед, поэтому многие даже не приступают к строительству таких проектов в связи с существующей сегодня неопределенностью... В то же время понятно, что итоги года «просядут» и в части объемов продажи жилья: по ряду компаний показатель опустился до 50%.
— А как строительный бизнес выстраивает взаимоотношения с органами госвласти?
— Я бы сказал, что основным фактором успеха является не просто слаженная работа региональных администраций — не должно быть иллюзий, что в Смольном собрались энтузиасты и все наладили, хотя, безусловно, энтузиасты там есть, и я с глубоким уважением отношусь ко многим из них. Но без горячего желания строительного бизнеса со своей стороны идти на уступки и наладить эффективную совместную работу, конечно, ничего бы не получилось. Мало того, конструктивным взаимоотношениям бизнеса и власти способствует работа в координационных советах, различных комиссиях — таких как комиссия по землепользованию и застройке, где как раз рассматриваются сложные стратегические вопросы развития.
— Неужели нет вопросов к чиновникам?
— Если говорить о работе застройщиков в городе, то по-прежнему оставляет желать лучшего длительность всех согласований. Процесс идет очень долго, и каждый орган власти старается использовать выделенный ему срок согласований — скажем, 30 дней — полностью.
— Может, органам власти стоит активней внедрять цифровые сервисы?
— Мы сейчас много говорим об искусственном интеллекте, что он заменит человека. Но на сегодня цифровизация является только технологическим помощником для взаимодействия, не более того. В конечном итоге все равно решение принимает человек. Человек важнее. Да, конечно, есть пожелания по ускорению и упрощению каких-то процедур, но это не значит, что процедуры надо ликвидировать. Просто их необходимо упорядочить с точки зрения временны́х затрат и не позволять, например, заходить по второму кругу, если в проекте нет существенных изменений.
— А на ваш взгляд, в чем причина длительности согласований?
— Основной причиной, пожалуй, назову вынужденную последовательность согласования процедур, а не их параллельность. То есть из 100 вопросов, думаю, 95 можно было бы рассматривать параллельно, и только пять требуют последовательных решений. Но на сегодняшний день существуют своды правил — регламенты, которые чиновники стараются написать такими, чтобы «комар носа не подточил», оптимальными для себя, и все согласования в этих документах должны идти последовательно, да еще и сроки везде ставятся подлиннее. Хотя бизнес работает по-другому, его время — деньги, и ему надо быстрее… Такая проблема существует везде, можно даже сказать — мировая. Поэтому я бы рекомендовал комитетам и органам госвласти, относящимся к строительному сектору, еще раз внимательно просмотреть свои регламенты и постараться что-то упростить, соблюдая все требования федерального законодательства, конечно.
— Александр Иванович, сейчас все говорят о тяжелой кадровой ситуации в отрасли. Как вы ее видите?
— Ситуация с кадрами и правда очень непростая. Несмотря на большое число профильных образовательных учреждений в городе, строителей больше не становится. Да, со своей стороны мы пропагандируем строительные специальности среди молодежи и подчеркиваем, что условия труда на стройках сегодня значительно изменились, и изменились в лучшую сторону, а при должной профессиональной подготовке работа эта может быть еще и высокооплачиваемой. Так, например, хороший сварщик зарабатывает до 400 тысяч рублей в месяц… И все же городская молодежь не спешит на стройки, а нанимать гастарбайтеров строительным компаниям теперь совсем не выгодно.
— НОСТРОЙ может помочь?
— Работа в этом направлении НОСТРОЙ ведется уже давно. В 2024 году правительство России утвердило Концепцию подготовки кадров для строительной отрасли и ЖКХ до 2035 года. На основе этого документа формируются предложения по внедрению новых технологий, профессиональных и образовательных стандартов и многое другое. В НОСТРОЙ создали отраслевой Консорциум среднего профессионального образования в сфере строительства, и его появление активно поддержал Минстрой России. Опять же понятно, что все начинается со школы — с профориентации школьников. И главная наша задача — сделать так, чтобы будущие кадры для отрасли шли в профессию осознанно, чтобы их выбор базировался на знании о том, что такое стройка. Поэтому Ассоциация «Объединение строителей СПб», президентом которой я являюсь, еще в 2014 году выступила с инициативой создания специализированных строительных классов, где детей будут обучать по особой программе, и сами специалисты отрасли будут давать им знания о строительстве. Сегодня благодаря заблаговременно начатой объединением работе в Санкт-Петербурге уже действуют 12 строительных классов в шести общеобразовательных школах.
— Последний вопрос: что дальше будет? Чего ждать?
— Все как обычно. Работаем…