Александр Вахмистров: «Всё как обычно. Работаем…»
В интервью «Строительному Еженедельнику» Александр Вахмистров рассказал о развитии строительной отрасли города и области. Отметил успехи — ликвидацию долгостроев, рекорды по строительству школ, указал на системные проблемы: высокие ставки, кадровый голод и административные барьеры.
Александр Иванович Вахмистров — один из известнейших руководителей на строительном рынке Санкт-Петербурга и Ленинградской области. С 2000 по 2010 год — вице-губернатор Санкт-Петербурга, а сегодня — координатор НОСТРОЙ по Санкт-Петербургу, член Совета НОСТРОЙ, президент Ассоциации «Объединение строителей СПб». К его авторитетному мнению прислушиваются не только представители строительного сообщества, но и региональные власти.
— Александр Иванович, какой вы видите нынешнюю ситуацию на строительном рынке города и области?
— В первую очередь отмечу, что в Санкт-Петербурге и Ленинградской области нам удалось сформировать современный, конкурентоспособный строительный рынок, нацеленный на улучшение жилищных условий людей и создание комфортной среды для их проживания. Все последние годы оба субъекта федерации успешно выполняют планы по вводу жилья: не станет исключением и 2025 год. Кроме того, за счет создания механизмов, позволяющих достраивать жилье за нерадивых застройщиков или компенсировать стоимость жилья покупателям, если дом невозможности достроить, нами решена — да что говорить: закрыта раз и навсегда — проблема обманутых дольщиков.
Еще одна важная задача, которую строительному сообществу удалось решить в совместной работе с органами госвласти, — обеспечение граждан социальными объектами. Еще не так давно проблема нехватки мест в школах и детских садах Петербурга стояла достаточно остро. Однако постепенно с дефицитом удалось справиться. Так, напомню: в прошлом, 2024 году в эксплуатацию были введены 37 школ и 57 детских садов, что стало абсолютным рекордом по России. В нынешнем, 2025 году уже введены 28 школ. Можно сказать — задача фактически выполнена. Губернатор Ленинградской области Александр Дрозденко на одном из мероприятий заявил, что в этом году область полностью рассчитается с застройщиками за все построенные социальные объекты. И это значительное достижение для отрасли.
Другое направление работы, чем по праву можно гордиться, — это создание крупных транспортных инфраструктурных проектов. Прежде всего строительство высокоскоростной магистрали Москва — Санкт-Петербург. Несмотря на то, что это федеральный проект, финансируемый несколькими субъектами страны, губернатор Александр Беглов отметил недавно, что значение этого мегапроекта для Санкт-Петербурга невозможно переоценить: Северной столице ВСМ даст возможность сформировать новые туристические потоки, подстегнет развитие малого и среднего бизнеса, объединит нас в одну агломерацию с Новгородской областью и многое другое.
Кроме того, ускоренными темпами идет подготовка к строительству второй кольцевой автодороги (КАД-2) вокруг Петербурга, близится к завершению прокладка первой очереди скоростной трамвайной линии «Купчино — Шушары — Славянка», расширяются уже действующие магистрали — можно сказать, идет формирование нового транспортного каркаса нашего мегаполиса.
Также мы наконец-то справились с проблемой банкротства «Метростроя». Насколько мне известно, «Метрострой Северной столицы» уже готовится выйти на плановую проектную мощность. И хотя нам не угнаться за Москвой, но то, что строительство метрополитена становится ритмичной и планомерной задачей, — чрезвычайно обнадеживает.
— Вы перечислили плюсы, но есть и минусы. В чем вы их видите?
— Что касается минусов, то ясно, что при такой ставке Центробанка любой инвестиционный проект становится «тяжелым». И это связано не только с отменой всеобщей льготной ипотеки. Ставка ЦБ играет важную роль в кредитовании строительства объектов, не связанных с ипотекой: торговые и складские помещения, объекты спорта, медицины и другие. На стадии строительства они требуют больших вложений из-за процентных ставок по кредиту, а сроки окупаемости уходят вперед, поэтому многие даже не приступают к строительству таких проектов в связи с существующей сегодня неопределенностью... В то же время понятно, что итоги года «просядут» и в части объемов продажи жилья: по ряду компаний показатель опустился до 50%.
— А как строительный бизнес выстраивает взаимоотношения с органами госвласти?
— Я бы сказал, что основным фактором успеха является не просто слаженная работа региональных администраций — не должно быть иллюзий, что в Смольном собрались энтузиасты и все наладили, хотя, безусловно, энтузиасты там есть, и я с глубоким уважением отношусь ко многим из них. Но без горячего желания строительного бизнеса со своей стороны идти на уступки и наладить эффективную совместную работу, конечно, ничего бы не получилось. Мало того, конструктивным взаимоотношениям бизнеса и власти способствует работа в координационных советах, различных комиссиях — таких как комиссия по землепользованию и застройке, где как раз рассматриваются сложные стратегические вопросы развития.
— Неужели нет вопросов к чиновникам?
— Если говорить о работе застройщиков в городе, то по-прежнему оставляет желать лучшего длительность всех согласований. Процесс идет очень долго, и каждый орган власти старается использовать выделенный ему срок согласований — скажем, 30 дней — полностью.
— Может, органам власти стоит активней внедрять цифровые сервисы?
— Мы сейчас много говорим об искусственном интеллекте, что он заменит человека. Но на сегодня цифровизация является только технологическим помощником для взаимодействия, не более того. В конечном итоге все равно решение принимает человек. Человек важнее. Да, конечно, есть пожелания по ускорению и упрощению каких-то процедур, но это не значит, что процедуры надо ликвидировать. Просто их необходимо упорядочить с точки зрения временны́х затрат и не позволять, например, заходить по второму кругу, если в проекте нет существенных изменений.
— А на ваш взгляд, в чем причина длительности согласований?
— Основной причиной, пожалуй, назову вынужденную последовательность согласования процедур, а не их параллельность. То есть из 100 вопросов, думаю, 95 можно было бы рассматривать параллельно, и только пять требуют последовательных решений. Но на сегодняшний день существуют своды правил — регламенты, которые чиновники стараются написать такими, чтобы «комар носа не подточил», оптимальными для себя, и все согласования в этих документах должны идти последовательно, да еще и сроки везде ставятся подлиннее. Хотя бизнес работает по-другому, его время — деньги, и ему надо быстрее… Такая проблема существует везде, можно даже сказать — мировая. Поэтому я бы рекомендовал комитетам и органам госвласти, относящимся к строительному сектору, еще раз внимательно просмотреть свои регламенты и постараться что-то упростить, соблюдая все требования федерального законодательства, конечно.
— Александр Иванович, сейчас все говорят о тяжелой кадровой ситуации в отрасли. Как вы ее видите?
— Ситуация с кадрами и правда очень непростая. Несмотря на большое число профильных образовательных учреждений в городе, строителей больше не становится. Да, со своей стороны мы пропагандируем строительные специальности среди молодежи и подчеркиваем, что условия труда на стройках сегодня значительно изменились, и изменились в лучшую сторону, а при должной профессиональной подготовке работа эта может быть еще и высокооплачиваемой. Так, например, хороший сварщик зарабатывает до 400 тысяч рублей в месяц… И все же городская молодежь не спешит на стройки, а нанимать гастарбайтеров строительным компаниям теперь совсем не выгодно.
— НОСТРОЙ может помочь?
— Работа в этом направлении НОСТРОЙ ведется уже давно. В 2024 году правительство России утвердило Концепцию подготовки кадров для строительной отрасли и ЖКХ до 2035 года. На основе этого документа формируются предложения по внедрению новых технологий, профессиональных и образовательных стандартов и многое другое. В НОСТРОЙ создали отраслевой Консорциум среднего профессионального образования в сфере строительства, и его появление активно поддержал Минстрой России. Опять же понятно, что все начинается со школы — с профориентации школьников. И главная наша задача — сделать так, чтобы будущие кадры для отрасли шли в профессию осознанно, чтобы их выбор базировался на знании о том, что такое стройка. Поэтому Ассоциация «Объединение строителей СПб», президентом которой я являюсь, еще в 2014 году выступила с инициативой создания специализированных строительных классов, где детей будут обучать по особой программе, и сами специалисты отрасли будут давать им знания о строительстве. Сегодня благодаря заблаговременно начатой объединением работе в Санкт-Петербурге уже действуют 12 строительных классов в шести общеобразовательных школах.
— Последний вопрос: что дальше будет? Чего ждать?
— Все как обычно. Работаем…
С повышением требований к комфорту городской и жилой среды возрастает значение архитектуры и градостроительства. Об эволюционном пути этих направлений человеческой деятельности за последние десятилетия, их роли в развитии больших и малых городов беседуем с архитектором Сергеем Цыциным, основателем и бессменным руководителем компании «АМЦ-ПРОЕКТ».
— Сергей Викторович, вы начали трудовую деятельность в период «застоя», на ваших глазах сменились несколько эпох в развитии общества. Как вы охарактеризуете эволюционный путь архитектуры и градостроительства за это время?
— Как говорят философы, что-то теряешь, что-то находишь. Так устроена жизнь. То же самое можно сказать про архитектуру и градостроительство последних сорока лет.
С одной стороны, в советской плановой экономике было системно выстроено градостроительное развитие, отработаны механизмы управления строительством, включая проектирование, согласование документации, организацию работ и т. д.
С другой стороны, в архитектуру еще со времен Никиты Хрущева были введены жесткие ограничения, которые существенно обезличили внешний облик зданий и сооружений. Индивидуальный подход к проектированию был возможен только для самых знаковых объектов — гостиниц, дворцов спорта, театров, концертных залов и др.
Перестройка «развязала руки» архитекторам, дала некую творческую свободу. Снизились бюрократические барьеры, появились частные инвесторы, которые стали ставить строителям интересные задачи. С интеграцией страны в мировую экономику с Запада хлынули новые для нас технологии и материалы, которые давали интересные возможности.
Необходимо также отметить, что при этом одновременно из сферы деятельности архитекторов и градостроителей ушло долгосрочное планирование. Города стали развивать по пути наименьшего сопротивления, перестали думать о городе в целом и в принципе прекратили заниматься градостроительством, решать только текущие задачи.
— И это породило градостроительные ошибки, в частности в Петербурге. Их можно исправить?
— Можно и нужно, но трудно, долго и дорого. В этом направлении сделан ряд шагов. Продолжая тему эволюции архитектуры и градостроительства, нужно сказать, что в конце 1990-х начали вновь шаг за шагом создавать систему градостроительного регулирования. Разработали Градкодекс, взялись за нормативные документы. Если за десять лет моей работы в советский период с 1982 по 1991 год СНиПы на архитектуру и генплан не подвергались изменениям, то сегодня своды правил меняются каждые полтора года, причем достаточно радикально. Я часто вспоминаю роман Германа Гессе «Степной волк», где прозвучала китайская пословица, ставшая крылатой фразой: «Не дай вам бог жить в эпоху перемен!»
— Получается, что от советских пятилеток с их жестким планированием мы, глотнув свежего воздуха перестройки и погрузившись в хаос свободного рынка, в результате приплыли к зарегулированной экономике?
— И сильно формализованной. А важным отличием советской эпохи от нынешней было системное мышление, стратегическое планирование и отсутствие лишних бюрократических препон. В Советском Союзе планировали не только на пять лет, но и на долгосрочный расчетный период — на 25 лет и дальше. Советское государство, будучи единственным собственником, выступало квазидевелопером, которого нам не хватает сегодня. У нас много частных девелоперов, но требовать от них столь нужного сейчас стратегического подхода было бы странно. Необходимо направлять их частные инвестиции, чтобы они работали на длительную перспективу. А долгосрочное планирование важно именно для градостроительства и объемно-пространственного развития территорий, потому что это всегда долгий процесс.
— Какие позитивные явления вы бы отметили в российской архитектуре и градостроительстве сегодняшнего дня?
— Несмотря на не всегда обоснованные нормативные ограничения, архитекторы продолжают создавать яркие индивидуальные объекты. В жилищном строительстве растет конкуренция, клиенту сегодня нужны не только квадратные метры, но и здоровая, комфортная, красивая среда обитания. Девелоперы начинают понимать, что экологичность становится конкурентным преимуществом, и последние лет семь мы наблюдаем расцвет проектов озеленения и благоустройства. Немало таких проектов реализовала и наша компания, особенно в родном Петербурге у новых жилых комплексов, памятников.
Меняется к лучшему мышление людей, ответственных за объемно-пространственное и градостроительное развитие городов, компетентность и кругозор застройщиков, которые приносят свои плоды. Больше всего это заметно в Москве, также в Петербурге и ряде крупных городов России.
— А сами архитекторы и градостроители меняются в соответствии с требованиями времени?
— Градостроителей пока не хватает из-за провала в развитии этого вида деятельности в начале перестройки. Работу специалиста в этой области можно сравнить с созданием восточного ковра с узором из кварталов, дорог, зеленых зон и т. д. Не каждый градостроитель достаточно глубоко понимает, что скрывается за каждым элементом узора — по каким нормативам он возводится, как должна быть оборудована площадка, как будет организовано строительство. Но ему нужно иметь об этом понятие, так же, как и архитектор должен быть интегрирован в градостроительные процессы. Любое здание или сооружение возводится в городской или природной среде, оно должно визуально обогащать окружающий ландшафт, не создавая дисгармонии. Градостроительство — это широкая сфера деятельности, которая, помимо архитектуры, охватывает инженерную инфраструктуру, транспорт, экологию, социальные вопросы и многое другое. Поэтому будущим архитекторам и градостроителям нужно получить очень качественное образование, причем комплексное. Это позволит архитектору и градостроителю нести ответственность за то, что он делает. Каждое вторжение в среду не должно ее ухудшить, каждое здание должно обогащать градостроительный облик города.
— Что вы вкладываете в понятие «комфортная жилая среда»?
— Во всем мире принята градация жилой среды по плотности: от высокоплотной (high density) для жизни в гуще города до низкоплотной (low density) — для жизни в загородном доме с обширным участком земли. Комфортной может быть среда любой плотности.
Высокоплотная среда комфортна, когда практически полностью разделены пешеходные и транспортные потоки, которые пересекаются только в пересадочных узлах. Например, в знаменитом Down-town в Торонто транспортные потоки выведены наружу, а жизнь протекает в подземном пространстве, куда человек даже зимой может спуститься из своей квартиры в домашних тапочках, чтобы зайти в магазин, аптеку, отделение банка и т. д. Доступность и близость этих и других сервисов — тоже важное условие комфорта высокоплотной среды. Разделение пешеходных и транспортных путей можно осуществить и по-другому: открытое пространство снаружи отдать пешеходам, а транспорт пустить под землю. Этот вариант, на мой взгляд, предпочтительнее. Можно организовать высокоплотную среду и на одном уровне с разделением потоков по принципу пальцев сомкнутых рук.
В низкоплотной среде на первый план выступает природный фактор. Важна экологичность, безопасность, энергоэффективность и рациональная эксплуатация недвижимости во избежание больших расходов. Сегодня, безусловно, возрастает роль зеленого строительства, которое необходимо развивать и активнее внедрять соответствующие стандарты в практику архитекторов, градостроителей и строителей.
— Поэтому вы регулярно собираете экспертов на конференции по экоустойчивой архитектуре и зеленому строительству?
— Да, с 2012 года под эгидой Санкт-Петербургского Союза архитекторов мы провели восемь таких конференций с участием архитекторов, градостроителей, девелоперов, представителей власти различных уровней. Эти мероприятия вызывают широкий резонанс, вырабатываются решения по дальнейшему внедрению в практику зеленых стандартов, предлагаются меры, стимулирующие зеленое строительство.
— Можно ли создать комфортную среду в нашем родном Петербурге?
— Петербург — это великое произведение архитектурно-градостроительной мысли, создавая которое, Россия смогла внимательно изучить и использовать передовые достижения Европы и даже во многом превзойти европейцев. Для формирования современной комфортной среды в Петербурге нужно решить ряд важных задач, в частности повышать уровень полицентричности, создавать транспортный и водно-зеленый каркас города.
— Какие для этого есть способы? Общие с другими городами или свои, особые?
— Подходы к созданию комфортной среды едины. За последние десятилетия накоплен большой мировой опыт в этой области. Достаточно назвать проекты большого Парижа, большого Стокгольма, Ванкувера и его окрестностей — перечислять можно долго. Необходимо взять эти методики за основу и последовательно их осуществлять. У нас ведется много деструктивных разговоров. Например, о том, что трудно осваивать подземное пространство и строить метро из-за слабых грунтов. Но в Амстердаме грунты не лучше, и это не мешает голландцам прямо под каналами обустраивать общественные центры. В Шанхае грунты хуже, чем в Петербурге, но это не помеха для строительства небоскребов.
Тех, кто сомневаются в наших возможностях по сравнению с другими государствами, хочется спросить: у нас иная сила тяготения? Или другое количество кислорода в воздухе? Или не такие элементы, как в таблице Менделеева? Или другие люди? Наших специалистов приглашают работать за рубеж, и они там высоко котируются. До революции в развитии градостроительства Петербург был «впереди планеты всей», зачем же сейчас снижать планку?
— Предлагаю заглянуть в будущее. Что вы думаете о роли искусственного интеллекта (ИИ) и других современных технологий в архитектуре и градостроительстве?
— С искусственным интеллектом я провел интересный эксперимент. Поставил ему задачу изобразить в викторианском стиле фасады зданий малоэтажного квартала в Стрельне, который сейчас проектирует наша компания. Получил очень грамотное решение, говорю как профессиональный архитектор.
— У людей получается хуже?
— Я не сравнивал, но могу сказать, что у любого хорошего архитектора имеется какое-то представление о викторианском стиле. А в распоряжении ИИ — весь массив знаний, накопленных человечеством по этой теме. Уверен, что ИИ не смог бы хорошо спроектировать здание с нуля, но с имитацией архитектурного стиля фасадов он справляется неплохо. Все это означает, что ИИ внедряется в нашу профессиональную жизнь, и его возможности надо использовать. Просто относиться к этому как к реалиям сегодняшнего дня.
— Сегодня многие говорят о вытеснении искусственным интеллектом человека, в том числе из творческих профессий. Этого не произойдет в архитектуре и градостроительстве?
— Нет. ИИ не отберет у человека творческую составляющую, потому что она бесконечно сложная и непостижимая для машины.
— Какие еще технологии стремительно внедряются в архитектуру и градостроительство?
— В части используемых технических средств сейчас совершается глубокая революция. Архитектурное проектирование все глубже уходит в область BIM-моделирования. Я имею в виду не только создание точных 3D-моделей объектов, но и изготовление по этим моделям элементов строительных конструкций с высокой точностью. Расскажу о своем практическом опыте в этой сфере.
Нашу компанию пригласили участвовать в разработке проекта Комбината инновационных технологий компании «МонАрх». Предприятие предназначено для изготовления крупногабаритных железобетонных модулей с максимальным размером 15,5 × 7,5 × 3,45 м.
— Современный домостроительный комбинат?
— Да, только высокотехнологичный, от советских ДСК он отличается кардинально. Продукция изготавливается по индивидуальным проектам на роботизированных линиях с машиностроительной точностью. Там же, в заводских условиях, монтируются инженерное оборудование и сантехника, выполняется черновая и чистовая отделка. Все это происходит в теплом цеху при хорошем освещении с применением высокоточных инструментов. Это не идет ни в какое сравнение со строительными работами, которые подчас вынуждены выполнять в темное время суток на 20-градусном морозе в люльке, раскачиваемой всеми ветрами. Изделие поступает на площадку с 98%-ной заводской готовностью, остается только соединить крупные элементы и прикрыть молдингами стыковые швы.
— Ваша компания проектировала комбинат с нуля?
— Мы были генпроектировщиками, но наши функции оказались шире. Дело в том, что изготовитель роботизированных линий не разбирался в вопросах изготовления строительных материалов. Поэтому нам пришлось вникнуть в эту технологию и выдать ему подробное техническое задание, по которому он спроектировал и создал роботизированные линии.
— Завод уже функционирует?
— Из его продукции возведен жилой микрорайон «Яковлево-2» в Новой Москве. Передовые технологии XXI века не просто внедряются, а уже активно работают.
— Какие масштабные задачи сегодня стоят перед архитектурой и градостроительством?
— Преодолеть конфликт человека, машины и природы. Для этого нужно создавать благоустроенные энергоэффективные и экологичные среды с разведением пешеходных и транспортных потоков. Архитектура несет миссию гуманизма как важнейшее средство коммуникации и интеграции общества.